Рейд с SeQretом на борту

– Все эти ужасные события породили у меня одну мысль, – изрекла Норт, подпирая плечом стену. – Мгм? – Надо хватать момент за хвост, пока мы все не сдохли, – туманно пояснила Норт и переступила на месте. Тяжелые носы ботинок с едва заметным стуком соприкоснулись друг с другом, когда ноги рядовой поменяли положение. – Это ничем хорошим не заканчивается, – прошептал Маркус куда-то в сторону. – Че сказал? – вежливо поинтересовалась Норт. – Ничего! – Вот и я говорю, нечего тут говорить, когда надо действовать. Норт обвела помещение хищным взглядом. В медблоке было довольно просторно, так что все желающие могли свободно разместиться и выражать сочувствие рядовому Риду самыми разными способами. Коннор осторожно пощупал нашлепку на носу и проверил ребра – под мягкой тканью футболки жесткий самозатвердевающий каркас ощущался как легкий броник. Маркус зачем-то схватился за задницу, а потом за голову, которую неплотно перетягивала компенсирующая повязка с целым набором электродов – снайпера все же контузило. Лютер с восхитительной безмятежностью пролистывал экраны бука, а Ральф попытался прикинуться ветошью. Отсутствовал только сержант – уже третий день, с тех пор, как его, поливающего Мануэля Норьеги отборной бранью, так и сняли с вертушки вместе с треклятой головой в охапке. Отряд горячо с ним распрощался и обещал ждать и не изменять ни с какими другими сержантами. – Юноши, – ядовито сказала Норт, – что же вы молчите? – Мне нельзя! – хором сообщили Гэвин и Маркус. – У меня голова! – поспешно дополнил Маркус. – У меня ушиб и паралич всего Рида! – выпалил Гэвин, наглядно перекосившись мордой. Норт перевела угрожающий взгляд на Лютера. Температура в медблоке ощутимо подскочила. – Я женат, – все так же безмятежно сказал тот. – И не изменяю согласно уставу. – Но изменяешь отряду, – выразительно заметила Норт. – В традиции супружеской верности это смертельно опасно, – спокойно разъяснил Лютер. – Для меня, вас, сержанта Аллена, капитана Дуэйна и возможно даже Скалы. Оставшихся в живых уволят с треском за адьюльтер. – Невозможно, – тут же откликнулся Скала. – Меня так просто не взять. – Ха-ха, – ядовито отозвался Гэвин. – А кто это с пробитой головой тут квакает? Пылающий взгляд Норт переместился на Коннора. – До послезавтра доктор мне не рекомендовал, – кротко сказал тот, изо всех сил пытаясь выглядеть хуже, чем чувствовал себя на самом деле. – И я отшиб жопу. – Я же не собираюсь претендовать на твой зад, – неприятным голосом сказала Норт. – Ральф Гарднер, а ты куда намылился, рядовой? – Я отшиб жопу о ребра, когда меня волокло, – уточнил Коннор. – И они тоже болят! Подстреленный на полушаге Ральф съежился. – Между прочим, – с достоинством пискнул он, – это насилие. Иисус не это завещал народам. – Ну конечно, – еще более неприятным голосом сказала Норт. – Харрасмент и домогательства, – выдал Ральф. – Разве? Я что, могу кого-то принудить, детка? Отряд дружно застонал. Норт оскалилась. Всю жизнь Коннор считал себя нормальным мужчиной, у которого встает на нормальных женщин, ну на секс-андроидов вот тоже встает, и на полуторок заодно. Никогда в жизни он не бегал от женских предложений переспать, но, встретив Норт Элмерз, понял, что иногда лучше отказать. И дело было даже не в том, что Норт плоха в сексе, как раз наоборот, она любила его и занималась им с искренней страстью. Это было круто, это льстило, просто... порой ее было чертовски много. Пять раз получив кое-какие травмы, Коннор начал осторожничать по углам, когда чуял, что специалист Элмерз опять в слишком игривом настроении. Норт бодро перетрахала весь отряд и не собиралась отказываться от привилегий. Учитывая ее физподготовку, она запросто пропускала мимо ушей казавшиеся ей неубедительными доводы о состоянии здоровья. – Чем плох восьмой отряд? – вопросил Ральф. – Шестой? Пятый, а? Там... там у какие люди есть! Бойцы! – А что, по-вашему, я делаю в девятом? – прорычала Норт, прекращая подпирать стену и выпрямляясь во весь рост. Рыжеватая коса торжественно сверкнула парадной медью. – У девушки есть предпочтения, котик! – Не надо, – скорбным голосом попросил Ральф. – У меня не встанет. Норт изогнула бровь, и сразу же стало ясно, что это отнюдь не ее проблема, а того, у кого не стоит. Гэвин с абсолютно блаженным видом гладил свежий шов на расквашенной переносице. Выглядел подрывник так, словно выиграл миллион в лотерею. Впрочем, он действительно выиграл в лотерею "избежать Норт Элмерз и ее темперамента", во всяком случае, на ближайшую неделю точно. Оставалось только злобно-завистливо надеяться, что его хотя бы проберет понос от заливаемых в него экспериментальных целительных растворов. – Лучше бы вы прикрутили хрен к Скале, – снова невозмутимо заметил Лютер. – Это гораздо менее проблематично. Кстати, социологами доказано, что секс с андроидами все более популярен. – Что? – протянула Норт. – Где я его возьму?! – взвился Ральф, хватаясь за шрам и прищуривая глаз. – От себя что ли отрежу? Как святые мощи? Норт сделала шаг вперед, и Ральф присел, а остальные свидетели драмы немедленно напустили на себя вид людей, которые вот-вот умрут от воинских ран. – Полчаса, – сдался Ральф. – Дай мне полчаса, и я разберусь. – Это еще зачем? – взметнула уже вторую бровь Норт. – Мне надо подготовиться, – прохрипел Ральф, начиная просачиваться к выходу. – Полчаса, а? – Смотри, – величественно изрекла Норт, чуть уступая ему дорогу. – Если ты вздумаешь сбежать, я тебя найду. Ты все понял? – Так точно, – сдавлено сказал Ральф, пробираясь мимо. – Бля! Хлопок по Ральфовой заднице прозвучал, как пушечный выстрел. Лютер едва не уронил бук, и Коннор с внутренним злорадством понял, насколько тяжело боевику выдерживать спокойствие. Подвывающий Ральф дернул к выходу. – И не вздумай глупо застрелиться! – напутствовала его Норт. – У меня заложники! Маркус вновь поочередно схватился за жопу и голову. Гэвин сполз в подушки поглубже. Самопожертвование Ральфа несколько улучшило настроение в коллективе, и весь мужской состав осмелился начать свободно дышать. – А в самом деле, – осторожно задумался Коннор. – Почему не шестой или восьмой отряды? Там у нас, мхм-м, парни особо крепкие. – Полуторные, – поддакнул со своего места Гэвин. – Предпочтения, предпочтения, – покачала пальцем Норт, поддергивая брючины, и бесцеремонно плюхнулась на край койки. – Где еще я встречу такие славные серые глаза и длинные ресницы, как у рядового Гэвина "Айовы" Рида, а? – Вон у Маркуса глаза гораздо разнообразнее! – засопротивлялся Гэвин. – Один зеленый, второй улучшенный! Голубой! Маркус руками начал показывать, что он сделает с Гэвином, если тот не прекратит его сдавать. Улучшенный для стрельбы голубой глаз яростно сощурился. – Опа! – сказала Норт. – Твою мать! – среагировал Гэвин, ущипнутый за здоровую пятку. – Истинный фермерский сынок, сама невинность, – заключила Норт, ухмыляясь. Гэвин швырнул в нее подушкой и тут же скрючился, неподдельно охнув. На три минуты воцарилась суета и попытки вернуть Гэвина в прежнее состояние. Особенно больной упирал на пострадавшую пятку, призывая доктора Тревис в свидетели. Впрочем, система жизнеобеспечения показывала, что с ним все в порядке, а значит дождаться доктора не было шанса. Тридцать пять минут спустя сделалось ясно, что Ральф – мудак и предатель, бежавший в глухие леса и бросивший остатки группы на растерзание безусловно красивой, но злой и опасной женщине. – Допустим, дипломатические пять минут истекли, и еще пять минут я дам ему из сострадания, – философски сказала Норт, покачивая ногой и явно любуясь бликом на закругленном носке ботинка. – Предположим, он сейчас бреет жопу, хотя я обещала на нее не посягать. Лютер в очередной раз едва не уронил бук. Коннор оценил ничтожность своих травм в сравнении с остальным коллективом, проанализировал возможность как бы случайно вызвать сержанта и попробовать спихнуть Норт на него, проклял все и полез в сеть – искать мерзавца. "Гони доступ к геопозиции профайлов! – затребовал он у Скалы. – Быстрее, моим яйцам грозит опасность!" "Не вижу ничего ужасного в небольшом обмене жидкостями, – надменно откликнулся андроид. – В конце концов, вы, люди..." Повисшая пауза на мгновение отвлекла Коннора от поисков и опасений. "Что?" "Что?" "Ты что-то хотел сказать?" "Отнюдь", – холодно ответил Скала и швырнул доступом так, что Коннор едва не отшатнулся. Скала вел себя даже страннее обычного. После эвакуации пострадавшего андроида, потерявшего немало тириума, хотели отправить на пересборку, но отделение вступилось. Сам сержант, хрипя и плюясь обычной красной кровью, потребовал оставить Скалу в покое. "Подлатайте башку и верните, – велел он. – Мы с ним сжились, не разваливайте мне группу, мать вашу!" Поэтому Скала, отремонтированный, отлаженный и, к удивлению всего отряда, не потерявший юмористические модули, вернулся спустя всего день. К этому моменту мелкие травмы были залечены, основные теории заговора обсуждены, отчеты сданы, показательная порка с честью получена, а Гэвин успел возгордиться статусом пострадавшего безвинно и заебать всю медчасть рассуждениями о том, что он скоро помрет и по сему случаю просит утку ему подносить только парадную, с золотой каемочкой. Среди залепленных живительными пластырями и гипсами людей Скала смотрелся инородно: ему подправили корпус, оставили гораздо меньше синтетической кожи, и он то и дело явно умышленно терял скин, чтобы похвастаться матовыми черными абрисами, так сильно отличавшими военные модели. Коннор даже не был точно уверен насчет пластика – он попытался залезть к Скале в голову и вытащить оттуда эти бесполезные, но небезынтересные сведения, однако андроид ему нахамил и выставил вон, напоследок порекомендовав пройти курсы компьютерной грамотности для тех, у кого плохо с когнитивными способностями. "Ральф, мать твою, ты что, сбежал? Ты же понимаешь, что это тебе так просто не сойдет с рук?" "Отвали, трус несчастный". "Мы тебя убьем всем коллективом!" "Да я бегу уже!" "Скоро?" – Мое терпение на исходе, – лениво сказала Норт. – Коннор, как ты смотришь на перспективу приятно провести время? Я даже обещаю не целовать тебя в сломанный носик. "Июль продолжится хуево", – жизнерадостно поведал Гэвин. – Я все слышу, идиоты, – ласково напомнила Норт. "Ра-альф!" "Пять минут!" – Пять минуточек, – выдал самую интеллигентную улыбку из возможных Коннор. – Герой-любовник на подходе, наверное, бегал за цветами! А пока что я могу рассказать свежую байку... "Скала, где твои шуточки, когда они так нужны?!" "Предпочитаю не привлекать лишнего внимания", – по-прежнему надменно изрек андроид. Норт поднялась и с хрустом потянулась. Все мышцы "полуторки" на секунду очертились, и Норт на ту же секунду сделалась похожа на прекрасную, божественную, очень хищную статую. Потом она расслабилась, и скульптурная вылепленность исчезла, уступив место плавной львиной грации. – Мое терпение не рассчитано на пять лишних минуточек, – сообщила она. – Идем, мой друг, а с этим придурком вы потом поговорите по-своему, так сказать, по–мужски... Коннор перед лицом сексуальной опасности разинул рот и вместо байки издал невнятный хрип. Проигрыш в постельной баталии уже застил ему глаза, напрочь отбивая всякое подобие желания грозить миру хером. Оставалось только упаднически заверещать и начать просить о пощаде. – Х-ха-а! Дверь распахнулась, и вместе со свежим ветром и запахом дезинфектора в медблок ворвался сияющий от уха до уха растрепанный Ральф. От этой широкой улыбки шрам буквально тянул угол его рта к глазу. Сам глаз, улучшенный, как и у Маркуса, налился чернотой. – Герой-любовник! – ожил Коннор, протягивая руку к вбежавшему. – Детка, как мы тебя ждали! – Я принес! – объявил Ральф и торжественно взмахнул правой рукой. В левой у него был чемоданчик, маркированный универсальной эмблемой "Киберлайф", но на это Коннор почти не обратил внимания – его полностью поглотило содержимое правой руки. – Что это за хрень? – приятным голосом осведомилась Норт. – Это отличный работоспособный инструмент! – ликующе сказал Ральф и взмахнул инструментом еще раз. – Это хуй! – уточнил Гэвин из своих подушек. – Где ты его взял? Это что, контрабанда?! Маркус извлек смарт и решительно Ральфа сфотографировал. – Прекрати смотреть в мою сторону, мясное рагу, – проворчал Скала, отодвигаясь на пару футов. – Никакой контрабанды, одолжено у соседнего отряда, – сказал Ральф и улыбнулся Норт так, как может улыбаться только человек, поставивший на кон все. – И я его помыл! – И что ты хочешь, чтобы я с ним сделала? – уже не очень приятным голосом уточнила рядовой Элмерз. – Сейчас мы все наладим, – теперь Ральф ослепительно улыбнулся уже Скале. – Коннор! Мне нужен ты и немножко божественной удачи! – Оставьте меня в покое, начинки для гробов! – решительно потребовал Скала, делая шаг назад. – Я вам не полигон! – Стоять! – приказал Ральф, щуря глаз. – Пятое этическое правило гласит, что андроид должен помогать человеку, если нет противоречащих оказанию помощи факторов! Скала застыл, по его визору зигзагом пробежала цепочка голубоватых символов, а затем широкие плечи бессильно опустились. – Вы как хотите, а я вижу в этом картину, – наконец включился Маркус. – Диптих! Левая часть – "Отчаяние", правая – "Безумная надежда". – Норт, дорогая, можешь ненадолго выйти? – едва не давясь от радости, попросил Ральф. – Мы сейчас быстренько все помоем еще раз и со всем разберемся. – О нет, Ральфи, – Норт плюхнулась на койку, вызвав очередной вскряк у самого тяжелого пациента. – Я как раз намерена тщательно пронаблюдать, чтобы вы не напортачили. – Но... – Как вариант, ты можешь сделать тест-драйв на себе, – милостиво разрешила Норт. Ральф побледнел так, что шрам резко очертился на коже, и очень осторожно положил хуй на полку для боксов. Скала изо всех сил выражал презрение. Коннор метался между желанием прикрутить к боевой модели андроида преступный хрен и нежеланием пачкать руки в чем-то явно противозаконном. Призрак дяди Джеффри укоризненно висел над головой. – Мы никому не скажем, – хищно пообещал Маркус. – Отрубите мне ногу, но я должен это видеть. – Все любят Скалу, – подхалимски дополнил Гэвин. – Слава будущей елде Скалы. Наш спаситель. Норт чуть повернулась, матрас скрипнул, и шутник жалобно заголосил, выкрикивая что-то про ущемление самого больного рядового в мире. – SQ800, снимай штаны, – твердо сказал Ральф. – Давно пора внести усовершенствования туда, куда не ступала нога человека! Да пребудет с нами Господь! Андроид молчал пару секунд, чем посеял в комнате атмосферу ужасающе мучительного ожидания, а затем расстегнул штаны. Гэвин вытянул шею. Лютер сделал вид, что бук не выдержал трех падений и сломался. Маркус прищурил улучшенный глаз. Повисла долгая благоговейная пауза. – Н-ну, – оптимистично сказал Ральф. – Есть с чем поработать. – Можно снять ролик для ТикТока, – посоветовал Маркус. – Или влог о распаковке. Гэвин на своем месте сдавленно заржал. – Исследования показали, что больше восьмидесяти процентов покупателей возвращаются за эротическими апгрейдами в течение трех месяцев после покупки, – просветил всех Лютер. Разумеется, андроид боевого назначения не обладал никакими признаками пола. С этим все ознакомились уже давно, когда введенный в подразделение андроид перестал быть пугающим чужеродным элементом и его взялись разбирать по косточкам. С тех пор ничего не изменилось. Скала даже убрал скин, видимо, чтобы совсем задушить на корню все возможные порывы. Промежность у него была гладкая, из тяжелого металлопластика, полностью глухая и не наводящая ни на малейшую мысль о возможных съемных частях. Ральф снял с пояса нож. – Намеренное причинение ущерба собственности армии США карается согласно параграфу сто восемь кодекса военной юстиции, – скучным голосом напомнил Скала. – Это про повреждение, а мы про вносимые отчуждаемые улучшения, – решительно возразил Ральф. – Мне только подковырнуть. Лютер восхищенно заперхал и вроде бы даже внес пометочку в бук. Норт нахмурилась. – Не несите чепухи... – Я все сделаю! – перебил ее Коннор, резко вставая с места. – Солдат челленджей не боится! Наполненные увлекательными попытками модифицировать Скалу минуты летели незаметно. В конечном итоге увлеклась даже Норт, похоже забыв о своей изначальной цели зверски кого-нибудь изнасиловать. Лютер отложил бук и присоединился, то и дело предлагая использовать гвоздодер, а Гэвин, свесившись с койки, громогласно давал ценные советы. Результатом трудов стала снятая секция в тазовой части, из-под которой на дилетантов презрительно посмотрели второй и третий слой киберначинки. Биокомпонентов в Скале было поразительно мало. Особенные мучения Ральфу причиняла двухкамерная конструкция, прилагающаяся к херу, которую следовало запихать куда-то в андроидские недра, чтобы хер управлялся гидравлически, а также использовал функцию смазки. Конструкция не лезла, а две разделенные камеры наводили на печальные размышления, что во второй должно быть что-то еще, – но неясно что. – Это во славу Сатаны в тебе столько всего напихано? – злобствовал Ральф. – Вот это что? Зачем тут эти детали? – Это личное. – В смысле личное? Что может быть более личным, чем накладной хрен? Скала помогать отказывался, более того, перешел в стадию глума. – Нужны ли андроидам придатки? – периодически изрекал он. – Секс – это скучно, я читал пособие. – Это для лучшей интеграции в общество! – краснел от усилий Ральф. – Почему нет инструкции? Коннор! Дай мне этот хер! – Не таскайте хер туда-сюда! – требовал Маркус. – Он от этого потеряет товарный вид! Его потом не продашь даже на блошином рынке! – Засунь эти инструкции себе в жопу! – Не могу, там высокий конкурс на прием! – Куда совать инструкции, если нет подходящей дырки? – снова встрял Скала. – Так я найду куда, – мстительно сказал Коннор, не давая Ральфу добраться до вожделенного органа. – Все предусмотрено гениальным гением! Движение открывающейся двери, сопровождаемое вкрадчивым шелестом, грянуло как гром. Гэвин судорожно попытался втянуться в койку, чуть не задушил сам себя подушкой и замер, наполовину застряв в одеяле. – Отря-яд, – сипло скомандовал сержант, победоносно вступая в медблок. – Смирна! Скала с грохотом опустил ногу со стула, куда Коннор его загнал шантажом и угрозами – докопавшись до поистине отвратительных, порочных девиаций, скрывавшихся в почти идеальной военной модели. Скала накачал кошмарное количество дешевых ситкомов и черных комедий, завалив ими чуть ли не половину оставшегося свободным пространства для хранения накапливаемого опыта. Судя по всему, пользы от общения с людьми в смысле накапливаемого опыта он не видел. Штаны андроида затрещали, но все же справились. – Добро пожаловать, сэр! – гаркнула Норт. – Та-ак, – сказал сержант Аллен, закладывая руки за спину. – Я тоже вас всех сильно люблю. Все присутствующие успели построиться, и даже Гэвин в койке принял положение, отдаленно напоминающее "смирно". Во всяком случае любой труп не постыдился бы столь ровно вытянутых вдоль корпуса рук. Коннор стоял с хуем в руке и, когда взгляд сержанта сконцентрировался на нем просто невыносимо, наконец, почувствовал, что должен дать какие-то объяснения. – Разрешите доложить! – Вольно, – каркнул сержант, и отряд тут же встал по стойке "вольно". – Это еще что за срань? – Запасы, – вдохновенно сказал Коннор. – На черный день. Перед пэйчеком ощущаем иногда определенные нехватки... Сержант изменился лицом. – Какие нехватки? – прохрипел он. – Хуев в организме? Какие такие нехватки, говорю?! – Это не я, – тут же сменил стратегию Коннор. – Мне подсунули. Сэр! – Кто-о? Сержант обвел взглядом медблок, и видимо по не совсем изжитой привычке остановился на Норт. – Сер-жант-Ал-лен, – врастяжку произнесла та, с хрустом разминая костяшки. – Вот я и говорю! – мгновенно переобулся сержант. – Я и говорю, безобразие, специалист Элмерз, почему не следишь за моральным обликом отряда? Почему отряд принес хуй?! – Отработка нестандартного боевого задания, – невозмутимо сказала Норт. – Похитить чрезвычайно охраняемый артефакт, доставить на базу, суметь активировать. – Серьезно? – опешил сержант. – Гейм-стратегия, – не меняя тона дополнила Норт. – Последние наработки в сфере нейрологии. Благодаря вам, сэр, я не забываю расширять свой кругозор и способствовать развитию навыков отряда, сэр. "Я давно должен был начать транслировать сториз из жизни нашего отряда", – яростно сообщил Маркус. Все эти пять упоительных секунд Коннор провел в незримой борьбе со Скалой, забивая "отменами" его попытки выложить сержанту суровую правду. – Геймификаторы хреновы, – пробурчал сержант, – к-кибер-войска. – И, ощутимо встряхнувшись, откашлялся. – Отряд, слушай вводную! Коннор спрятал предательский хер за спину. – Итак, вместо Мануэля мы получили х... хк! Получили неудовлетворительный результат! – сержант метнул взгляд в Коннора, и тот на всякий случай перехватил преступный хер двумя руками, чтобы тот не вздумал каким-нибудь загадочным образом активироваться. – Однако у нас уже есть шанс исправить эту досадную оплошность! – Ура! – грянул отряд, повинуясь легкому движению пальцев Норт. Пережитки специализации дрилл-сержанта не давали сержанту Аллену спокойно признавать победы вверенного подразделения. Поэтому подразделение разобралось само и с легкостью определяло, когда сержант действительно недоволен, а когда давит злодея. Например, "вы обосрались" в репертуаре сержанта означало "Командование выражает вам благодарность, но об этом я вам не расскажу". В данном случае "исправление оплошности" значило что-то вроде "снова проявить себя". – Что вы орете, как потерпевшие! – вознегодовал сержант. – Что за невиданный энтузиазм? Я еще не закончил! – Так точно! – опять дружно бахнул отряд. – Тьфу! Так вот! Вводная такова, что через пятьдесят часов мы вылетаем в Аризону! Документы получите в течение часа, всем ознакомиться и составить планы личной подготовки на утверждение! Вопросы? – Мобильность – залог здоровья! – проорала Норт. – Ура, сэр! – Ура! – согласился остальной отряд. Солдат армии США привык жить налегке и перемещаться в пределах штатов с той же стремительностью, с какой мигрируют птицы, не озабоченные кухонным гарнитуром. – Вопрос, сэр! – гавкнул Лютер. – Разрешите обратиться, почему пятьдесят часов? – Потому что, – металлическим голосом ответил сержант, тем не менее, кинув быстрый взгляд на койку. – В моем отряде хиляков быть не должно! Кто не успеет восстановиться за это избыточное время – тот пеняет сам на себя! Все ясно?! – Да, сэр! – выпалили семь луженых глоток, включая андроидский динамик. Гэвин так сильно вытянул шею, что казалось, будто у него вот-вот выскочит кадык. – А этот... – сержант брезгливо пошевелил пальцами в воздухе, – артефакт – утилизируйте. – Так точно! – отчеканил Коннор, поедая взглядом сержантскую переносицу. И в очередной раз заткнул порыв Скалы изложить сержанту всю правду о хуепроисхождении. Сержант еще раз окинул взглядом медблок, стремительным движением поправил корешки чуть косовато стоявших буков с подборками местных новостей, развернулся и, печатая шаг, вышел. Отряд подождал еще три секунды, пока дверь за командиром не просто закроется, но и сменит цвет сенсора на успокаивающий желтый – а потом дружно выдохнул. – Чуть инсульт жопы не случился, – авторитетно сказал со своего места Гэвин. – Гэвин, ты знаешь, что тебя ждет, – сочувствующе сказал Маркус. – Сарж будет восстанавливать тебя по специальной изуверской методике. Помнишь, когда я вывихнул плечо? Гэвин опять застонал. – Интересно, почему в Аризону? – вслух задумался Лютер. – Это ж через все штаты... Неужто Мануэль-прах-его-кибердвойнику задумал поторговать вовсе не с Канадой, а с Мексикой? – Почему Мануэль? – рассеяно поинтересовался Маркус, через плечо оглядывая свою задницу. – Артефакт, значит, – сказал Коннор, доставая припрятанное наружу. – Не знаю, – Лютер пожал плечами. – Может, и не Мануэль. – А почему Канада? Лютер замахал руками, показывая, что и Канада у него в голове взялась от балды. – Можете целовать мои ноги в благодарность, – величественно разрешила Норт. – Это потом, – зловеще произнес Коннор. – Сначала... Сначала я убью этого гада! И ринулся на Ральфа. Снайпер заверещал заячьим голосом и бросился удирать. Поскольку места в медблоке катастрофически не хватало, погоня быстро переросла в беготню вокруг койки. – Паскуда! Святоша! – декламировал Коннор, нанося меткие и оскорбительные удары силиконовым хером по загривку сослуживца. – Ты меня подставил, гад! Что обо мне теперь сержант подумает! – Че это подставил! Че подставил! Он же наоборот! Ай! Похвалил! Больно ж! Сказал про кибер-аргхы! Коннор догнал его окончательно, сгреб за шкирку и с силой толкнул в стену. Ральф успел извернуться на ходу, врезался плечом, тут же развернулся еще больше и прижался лопатками к надежному тылу. – Н-на! Хер шлепнул Ральфа по губам, и тот застыл, настолько ошеломленный, что Коннор застыл тоже. – Кринжатина-а, – страшным шепотом со своего места протянул Гэвин. – Поздравляю с боевым крещением, – сухо сказала Норт. – Я это теперь точно использовать не буду. – Минуточку! – сипло взвыл Ральф, хватаясь за пылающий шрам. – Я все продезинфицирую! За спиной у Коннора что-то залязгало. Он обернулся и узрел невероятную картину: Лютер, подкравшийся к Скале сзади, обхватил его поверх рук и стиснул со всей дури, которой у рядового Андроникова было немало. Скала не шевелился, но на шлеме у него сердито мигали красные треугольники. Лютер одними глазами показывал, что сейчас самое время собраться – и либо они привинтят хуй на место, либо всем грозит пришествие миссис Андроников. Возможно, вооруженной сковородкой или другим традиционным оружием. Коннор развернулся, споткнувшись о собственные ноги, и, едва не подпиннываемый Ральфом в копчик, ринулся на штурм. Бухнувшись перед Скалой на колени, он не глядя сунул агрегат назад через плечо, Ральф выхватил у него силиконовый жезл, и Коннор обеими руками вцепился в слегка раздвинувшиеся пластины, одновременно бесшабашно ныряя в прямой коннект с андроидом. Скала неожиданно по-человечески замычал, и визор у него пошел зелеными столбиками. Коннор стиснул зубы, переживая резкое головокружение на грани с тошнотой. Для армии разрабатывали множество уникальных вещей, но и обкатывались они сразу на живых людях, минуя полевые испытания. Например, андроиды модели SQ800 – их прикрепляли к маленьким группам и отпускали эти группы в свободное плавание, буквально разрешив жить в режиме "вольно". Но взамен андроиды сливали бесконечную реку информации куда-то в исследовательские центры, о которых никто не слышал толком, но все уверенно говорили. Даже людей для армии делали... специальных. "Полуторка" Норт и ей подобные, принудительно подвергающиеся улучшениям снайперы, наконец, кибер-рядовые, вроде Коннора. Он и – такие, как он, – были теми, кто умеет входить с андроидами в полный контакт. Та самая горошинка в мозгу, которую едва не выжгло ЭМИ, продолжала успешно работать. И лучше было вообще не думать, что в свою очередь сливает в дата-центры она, когда рядовой Фаулер объединяется с механическим сознанием. Всем им давали некоторую иллюзию выбора, за которой немигающим прожектором следило пристальное око Большого Брата. Память андроида открылась перед Коннором в виде огромной и удручающе неструктурированной базы данных. Вместо системы сортировки и аккуратного кода в безбрежном пространстве хаотически располагались перегруженные пакеты, связанные друг с другом диплинками третьего-четвертого уровня, перекрестными отсылками, временными циклами. И все это со щедрым коэффициентом самообучения, то и дело затягивающим систему хаосом заново образующихся связей. Кажется, этот способ обучения нейросетей назывался наблюдательным. Впрочем, в человеческих мозгах наверняка происходило гораздо больше хаоса. Обхватив Скалу за задницу, Коннор уперся горящим лбом в прохладные неподатливые пластины и принялся упорно продираться сквозь кусты альтернативных сценариев поведения. На пути у него постоянно возникали препятствия, в которых ключевые слова для поиска беспомощно вязли и растворялись. Коннор отступал на пару кластеров, переводил дух и снова бросался в атаку. Внешний мир страшно замедлился, превратился в редкое шевеление мушиной лапки, но Коннор хорошо чувствовал, как его собственная температура начинает неумолимо подниматься. Взмокли подмышки, вдоль позвоночника поползли мерзкие щекотные струйки, в паху кошмарно защекотали капли, пробирающиеся меж волосков. "Ты-ы что-о..." Коннор наткнулся на ускользающий ключ и вцепился в него, как голодный бультерьер в ногу нарушителя. Есть! Вот оно, управление анатомическими модулями и биокомпонентами! Быстрее, быстрее разобраться, пока пот затекает в глаза, а точка кипения начинает расцветать в центре диафрагмы... "...ре-еши..." Коннор произвел сортировку, смещая внутренние органы относительно друг друга и перенаправляя тириумные магистрали так, чтобы цикл проходил через тазобедренную область и мог автоматически блокироваться. Слава эволюции за примитивную половую гидравлику и слава инструкторам "Киберлайф" за курсы расширенного управления нестандартными моделями, включая управление допчастями по инструкции. "...ил ему-у отсо-са-а..." Коннор выдернул из своей обширной библиотеки маленький аддон, устанавливаемый на сексботов, и впихнул его в базу Скалы. Аддон встал как влитой и мгновенно начал обрастать нейронными связями. – ..ать? – Уф-ф! Бесконечно долгая, по меркам Коннора, фраза из внешнего мира закончилась одновременно с отключением от системы. Коннор резко отдернул голову, и с треском перестроившиеся панели благополучно не прищемили ему заклеенный нос. – Ух ты ж, – среагировал Лютер. – Охренеть, – согласился Ральф, наваливаясь Коннору на плечи. – Отсос был успешен? – восхитился Маркус. – Ну ты даешь! – Сам у себя отсоси, – прохрипел Коннор, вытирая лоб. – А я лягу и умру во славу Норт... – Что-то больно быстро, – непримиримо среагировала та. – И чего это ты так вспотел, киберковбой? – Это... вентральный таламус, – невнятно пробормотал Коннор. Действительность казалась невероятно медленной. – Чего? – Это такая особенность мозга, – Коннор постепенно возвращался в реальность. – Это... вот когда ты пытаешься прибить муху, у тебя там импульсы скачут по очень сложным путям. Целая цепочка промежуточных передатчиков сигнала. А муха не думает, она действует. – Ну и? – Когда надо, киберковбои выключают промежуточные блоки, – буркнул Коннор. – Правда, от этого перегреваются. Слезь с меня! – О-о, – уважительно протянул Маркус. – Ты еще и кибермуха. – Сам уйди! – Ральф отпихнул Коннора в сторону и торжественно, словно рыцарь короля Артура, опустился перед андроидом на одно колено. – Сим наделяю тебя великолепным инструментом! Да пребудет с тобой половая сила и милость Господа нашего! Камера, соединенная с силиконовым хером, плавно погрузилась внутрь. Основной коннектор запасной части ушел в разъем, гибкие ножки шлангов моментально исчезли в технических недрах. По животу Скалы прошла цепочка судорог, из-за которых искусственные кубики пресса внезапно резко выпячивались, – словно в корпусе андроида что-то ползало, – а потом пластины закрылись. Красные треугольники на визоре сменились зелеными ромбиками, те разлетелись к условным вискам и успокоенно перешли в голубой. Скин раскатился на апгрейд, придав ему абсолютно натуральный вид. Скала опустил голову, явно разглядывая результат. – Восстань! – торжественно вскричал Ральф, складывая ладони лодочкой. – Встань! Пробуди... бля! Резко выпрямившийся по стойке смирно хуй вдарил ему в подбородок. Ральф потерял равновесие, щиколотка у него подвернулась, и снайпер рухнул на задницу, оглашая медблок затейливыми проклятьями. Гэвин загоготал. – Работает! – искренне обрадовался Маркус. – Кто хочет селфи? Коннор ощутил подобие отеческой гордости и позволил себе неинтеллигентную ухмылку от уха до уха. Норт задумчиво сложила руки на груди и одобрительно цокнула языком. – Детка, согласись, он выглядит лучше, чем я, – простонал Ральф с пола. – Пожалуй, – наконец согласилась Норт. – Рядовой SQ800! Надень штаны и следуй за мной! Проведем настройку оборудования! – А кому надо селфи, пусть идет следом, – ядовито посоветовал Гэвин. Лютер предусмотрительно отскочил. Скала нагнулся, подтянул сползшие к щиколоткам штаны и с нечеловеческой обстоятельностью запихал апгрейд в левую штанину, явно перекрыв ту самую половую гидравлику напрочь. Норт нетерпеливо взмахнула рукой и пошла к двери. Скала двинул за ней. Уже почти у выхода он обернулся, и пристальный взгляд черного зеркала нашарил Коннора. – Я запомнил тебя, дрова для крематория, – предупредил Скала. * * * – ...а еще в Аризоне хорошо выходить на пенсию, – мечтательно сказал Гэвин, закрепляя протектор на голени. – В тот момент, когда нас выпнут с контрактов, заменив на механические гробы, я сразу же соберу шмотки и рвану в Аризону. Сяду в кресло-качалку на веранде чудесного фермерского домика, буду любоваться на бескрайние поля хлопка... – Капусты. – Что? – Аризона занимает второе место в Штатах по урожаю капусты, – разъяснил Лютер, не отрываясь от бука. – Кормовой. – Отстань, – вяло возмутился Гэвин. – Зачем мне твоя капуста? Я хочу поля хлопка! – Поля микроконтроллеров вы там найдете, – срезал всех Коннор. – Чтоб вы знали, за последние лет пятнадцать туда переехали все яблочники и мелкомягкие. А капуста там не растет с тех пор, как "Монсанто" обосрались. Отряд дружно вздохнул. Обосравшиеся "Монсанто" нагадили не только себе в рейтинги, но и микробиологии всей Аризоны. Капуста и зерновые культуры перестали расти разом в половине штата. Скандал был чудовищный, и теперь уже восьмой год шли вялые торги за рекультивацию пораженных участков. Никому не хотелось брать на себя бремя ответственности за фермерские поля, поэтому компании вежливо уступали друг другу право и так же вежливо увиливали. Несмотря на рекордные уровни мирового голода, гораздо интереснее было снаряжать экспедиции к далеким планетам. Безусловно, там не было никаких проблем с питанием. Особенно потому, что летели андроиды, не нуждающиеся в еде, воде и вообще чем-то, составляющем минимальный необходимый набор для выживания человека. Десять миллиардов с надеждой смотрели в темные летние небеса, словно оттуда вот-вот должна посыпаться манна небесная. Ну а Коннор трезво предпочитал держаться за рабочее место покрепче, пока его действительно не выпнут на пенсию или не откажут в очередном контракте. Да и то в последнем случае он твердо был намерен отчаянно защищать свои права на службу. – Кстати, где наш собственный механический гроб? – поинтересовался Лютер, все еще не отрываясь от чтения. В комнате радостно зашевелились. Интересно до усрачки было всем, но сдаться и проявить любопытство первым никто не хотел. – Ввергнут в труды праведные, – с опаской сказал Ральф. – Сверхурочно. – Интересно, кто кого, – живо подключился Маркус. – Слышь, киберковбой! А чего ты там навертел? Не перестарался ли? – Челюсть от привета хером не болит? – поинтересовался Коннор у Ральфа. Снайпер озадаченно потрогал подбородок и еще шрам вдобавок. Улучшенный глаз опасливо прищурился. – Да вроде нет... а что? – Значит не перестарался, – отрезал Коннор. В глубине души его тоже волновало, не напакостил ли он случайно в механизмах дорогого военного прибора. Многообразие вариантов пугало. Там был и Скала, устроивший Норт ранения брюшной полости. И Норт, сломавшая ценного андроида. И кто-то вроде капитана Дуэйна, застукавшего их и сейчас допрашивающего, кто именно додумался прикрутить андроиду хер. – Я думаю, к моменту отлета нам понадобится спасательная экспедиция, – как бы между делом подлил масла Лютер, водя пальцем по экрану. – Кто пойдет? – Гэвин! – хором назначили добровольца снайперы – Че это я? – поперхнулся тот. – Ты уже калечный, – философски сказал Лютер. – Возможно, они тебя не сильно побьют. Современные исследования показали высокий уровень эмпатии в среднем... Гэвин закрепил остатки поддерживающей амуниции, выписанной ему сержантом Алленом, и осторожно встал со скамейки. – Я, – торжественно начал он, – в гробу видел... Дверь распахнулась и шарахнулась о стену, сбив примитивный ограничитель, еле державшийся в напольном покрытии. – Твою ж! – среагировал Маркус и схватился за жопу. Лютер с достоинством убрал бук, которым полсекунды назад прикрывал голову. – Гроб господень! – радостно сказал Ральф. – Здравствуйте, офицер! Норт, остановившись на пороге, обвела комнату взглядом. Пристальный взор карих глаз тщательно всех обследовал. Затем Норт громогласно фыркнула. – Мы летим в капустную нирвану полным составом! – воздел руки Гэвин. – Да нет там уже капусты! – рявкнул Маркус. – За сутки с лишним вы совсем двинулись умом? – осведомилась Норт. Скала вошел следом за ней, как всегда излучая безмятежную синтетическую уверенность. Почти против воли взгляды присутствующих сошлись на нем. Коннор немедленно попытался проанализировать какие-нибудь особенные признаки. Первое, что приходило в голову, это разодранный скин, засосы и, допустим, следы вывихов, причиненных ласковыми пальцами Норт Элмерз. Целых две секунды потребовалось, чтобы напомнить себе: у андроидов таких проблем не бывает. – Мы обсуждаем, что хорошего есть в Аризоне, – обстоятельно разъяснил Лютер, засовывая бук в набедренный чехол. – Мнения разделились между капустой и транзисторами. – А-а, – протянула Норт и разгладила лацканы. – Ага. – А ты что думаешь по этому поводу? – вежливо уточнил Лютер. – Я думаю, что там нас ждут разве что орды мексиканских наркобаронов, – безжалостно ответила Норт. – Готовьте ваши задницы. – Кстати о задницах! – не вытерпел Гэвин. – Ну?! – Что "ну"? – Ну как тебе этот... этот... – Артефакт, – ядовито подсказал Маркус. – Геймифицированный. Коннор стремительно покраснел. Ральф, наоборот, с надеждой вытаращил глаза. Норт сделала неопределенный, но очень величественный жест рукой. – Я познал жизнь, – загробно произнес Скала. – Практически, смысл жизни. – Чтоб меня... – то ли с восторгом, то ли с ужасом прошептал Гэвин. – Теперь я знаю, где клитор.