Правильный выбор.

Судья проснулся в мрачном настроении. Последнее время его мучили плохие предчувствия, должно произойти что-то ужасное.... Он с тревогой посмотрел на спящую рядом Эсмеральду. Страх ледяной рукой сжал его душу. Да что с тобой не так? Всё как обычно! Или тебя первый раз идти к королю? Нет. Хватит, надо избавиться от этой неопределенности. Я не хочу больше бояться, когда она уходить и ждать с тревогой её возвращения. Мне до чёрта надоели все эти танцы. Она должна занять место рядом со мной. Но как? С этими мыслями судья направился к королю, но на его бесстрастном лице не отражалось ни одной эмоции. Он был спокоен и собран как обычно. Ни знать, ни чернь, ни одна живая душа на этой земле не подозревала о буре и смятении в его душе. Они не имели понятия, что самому грозному и жестокому человеку Парижа страшно до дрожи, и не за свою жизнь и за богатство, а за простую цыганку, на которую он каждый день смотрел с придыханием. Фролло вошёл и поклонился монарху. Он сразу оценил настроение короля. Слава Богу, что Людовик XI был в хорошем расположении духа. Король нетерпеливо махнул рукой, чтобы судья отбросил все формальности, потом встал и, медленно прохаживаясь по покоям, сказал: - Судья Фролло, насколько мне известно, ты не только избавил родовые имения от долгов, но и расширил свои владения? - Да, Ваше Величество. - Твою бы голову всем моим министрам,- хмыкнул король,- а то дай им волю, они и Францию пустят коту под хвост. Так вот, ты много лет служил мне, как никто другой… Король замолчал, а судья осторожно спросил: - Ваше Величество желает отправить меня на покой? Людовик XI сказал с усмешкой: - Фролло, даже не мечтай! Твою отставку я приму только в случае твоей смерти и то не приму, - король возвёл палец вверх,- я приду к Господу и буду требовать возвращения моего судьи. Если бы не ты, этот город давно бы утонул в разврате, убийствах и воровстве. Мне достаточно моих внешних врагов, хотя бы за Париж я спокоен. - Это честь для меня, Сир. «Куда клонит этот царственный индюк?» - подумал Фролло. Король подошёл к столу, взял бумагу и что-то подписал. - Я хочу наградить тебя за твою службу. Ты никогда у меня ничего не просил, в отличие от всех этих дуралеев! Это,- он протянул бумагу, - патент на графский титул, отныне ты будешь зваться Клодом Фролло Арманом Луи графом де Плесси. Естественно, твои владения будут расширены. Судье показалось, что на него вылили ушат холодной воды. Принять такой титул было для него честью, но с другой стороны, покоя от мамаш с их идиотскими дочками точно не будет. И титул нужно обязывает жениться. О, Боже! И на ком? На этих идиотках, слабоумных «доходяжках»! Лучше сразу удавиться к херам! А на Эсмеральде король не позволит, а в том, что он заговорит о браке, судья был уверен! - И да, - заметил король,- женись ты уже наконец. Я мог закрыть глаза на судью Клода Фролло, но на графа де Плесси не могу. Судья помолчал немного, вздохнул, потом, сказал: - Ваше Величество, я никогда у Вас ничего не просил. И сегодня Ваше Величество оказало мне великую милость, которую я принимаю со смирением верного слуги. Но могу я просить Вас ещё об одной милости? Это не будет стоить Вашему Величеству ровным счётом ничего. Король удивился, но сказал: - Хорошо. Что Вы хотите, граф? - Позвольте, Ваше Величество, озвучить мою просьбу чуть позже. Моя просьба не затронет интересы Франции. Король был очень заинтригован: - Что ж, раз так, я удовлетворю вашу просьбу, граф, но на своих условиях. Судья похолодел. Началось! - Я тебе говорил о браке. Как только ты найдёшь будущую графиню де Плесси, я сразу же удовлетворю твою просьбу. Даю своё королевское слово! - Как Вам будет угодно, Ваше Величество! Фролло поклонился. Король дал понять, что аудиенция окончена. Судья сел в карету и задумчиво посмотрел в окно. Надо срочно брать дело в оборот, пока король не забрал своё слово назад. Судья прекрасно знал цену монаршему слову, которое с лёгкостью можно забыть. Судья снял с пальца фамильный перстень и внимательно посмотрел на эту драгоценность. Итак, раз уж ты нашёл будущую графиню, не мешало бы ей об этом сказать. Ты так не думаешь, Клод? Твою мать, когда король заговорил о браке, он решил, что его песенка спета, и если бы изворотливый ум судьи не нашёл бы решение, то в ближайшее время он должен был бы представить какую-нибудь великосветскую мышь в качестве будущей жены. Судья поморщился. Ни за что на свете! Лучше сдохнуть! И ему было совершенно плевать, что его жену никогда не примет светский круг. Да чхать я на них хотел, я и так там почти не появляюсь. А если они посмеют пикнуть, управу на них найду, я многих из них держу железной рукой и компромата у меня предостаточно. В таком расположении духа судья доехал до дома. Эсмеральды ещё не было, но он не придал этому значения, она ушла к Квазимодо или во Двор Чудес. Что ж, с этим он скоро покончит. Ему надоело каждый раз ждать… Но в отсутствие судьи произошло одно важное событие. Эсмеральда несколько дней чувствовала себя не очень хорошо, но судье она ничего не сказала, и старалась не показывать своё состояние. Ей последнее время очень хотелось то сладкого, то солёного, при судье она себя сдерживала, но когда он уходил, она отрывалась на всю катушку. Конечно, Клод ей ничего не запрещал, но девушке не хотелось показаться обжорой в его глазах. В это утро девушку тошнило сильней обычного, она чувствовала слабость, и как только ей стало легче, она села на кровать, задумалась, потом побледнела и зажала ладонью рот, чтобы не закричать. Нет, этого не может быть…. Почему этого не может? Очень даже… Когда у тебя последний раз были ЭТИ дни? Девушка попыталась вспомнить, и тут её обуял ещё больший ужас. Прошло два месяца. Не могла же она… Дорогуша, ты спишь в одной постели с взрослым мужчиной. О, чудо, мадмуазель, от сожительства с мужчиной девушки беременеют. Надо удостовериться. Во Дворе Чудес есть знахарка, она стольких рожениц и беременных повидала на своём веку, что сразу определит, так это или нет. Да, ради Бога, развлекайся, но только ты и сама всё поняла. О, Боже! Что же делать? Бежать и не оглядываться! Ты думаешь, что он примет тебя и твоего незаконнорожденного ребенка? Конечно, нет! Ты представляешь, какой это позор – выблядок цыганской крови! Помнишь, как он чуть не затоптал того малого. Одно дело развлекаться с тобой, другое дело – твоя беременность. Он говорил, что любит меня…. Да, да, знаю, что говорил. Ну и что с того?! Допустим, что он тебя любит, но так ли сильна эта любовь, чтобы принять твоего ребенка… Нашего ребенка. Хорошо, вашего ребенка. Но он на тебе никогда не женится, даже если такая шальная мысль придёт ему в голову, что вряд ли, он просто этого не сможет сделать. Но, если я уйду, он… Спалит Париж? Да, спалит. Но, может, пора подумать о себе, а не о Париже? Ты не сможешь это скрывать, судья узнает, тем более, он изучал медицину. Радуйся, что он был так занят последнее время, что не заметил твоего состояния, иначе бы сразу выкинул тебя на улицу. А Квазимодо? А чего тебе до него? Не он останется с ребёнком на руках на улице, он всегда сыт, одет и в тепле, у него есть жильё. О куске хлеба ему думать не нужно! Я должна попрощаться! Да чёрт с тобой, прощайся на здоровье, только не вздумай проболтаться. Квазимодо был рад визиту Эсмеральды, но сразу почувствовал, что с девушкой неладно. Она была сама не своя, хотя и пыталась это скрыть. Он показывал ей новые фигурки, рассказывал, но она его не слушала и улыбалась неискренне, а это было на неё не похоже. Квазимодо не выдержал, внимательно посмотрел на цыганку и спросил: - Что случилось? Ты заболела? - Да нет. У меня сильно болела голова, и я решила подышать свежим воздухом. Сейчас уже легче. «Врёт!» - пронеслось в голове у Звонаря. - А почему ты не осталась дома? И тут Эсмеральда произнесла фразу, повергшую его в ступор. Она подошла к выходу на крышу Собора и сказала, устремив взгляд в никуда: - А где теперь этот дом! Скажи, Квазимодо, тебе никогда не хотелось сбежать отсюда? - Сбежать? Нет. А куда мне бежать, и главное, зачем! Помнишь, что произошло на Дне Дураков, а я только показался на пороге. Представь, если я своей рожей пройдусь по Парижу. Даже думать страшно. А здесь я сыт, одет, под защитой. А почему ты спрашиваешь? Квазимодо подозрительно посмотрел на девушку. И почему она обнимает свой живот, словно он у неё болит? - Эсми, ты очень странная сегодня. И мне это не нравится. - Возможно, это из-за головной боли. Ладно, я пойду. Звонарь долго смотрел вслед уходящей девушке. Что-то во всём этом было не так, но Квазимодо никак мог понять причину такого странного поведения цыганки. Клопен, увидев осунувшуюся и побледневшую Эсмеральду, сразу понял, что дела плохи. - Ладно, старая, потом договорим!- сказал он знахарке. И только он хотел уйти, как старуха схватила его за рукав и пробурчала, покосившись на заходящую в шатёр Эсмеральду: - Я пойду с тобой! - Ишь, чего удумала! Ты мне там для чего нужна? - Болван! – она шлепнула своей морщинистой ладонью Клопену по лбу. – Сказала - пойду, значит, пойду. Клопен чертыхнулся и пошёл в шатер Эсмеральды, а старуха поплелась сзади. - Так, давай, малютка, выкладывай, что с тобой случилось? Что тебе сделал этот урод? Эсмеральда скорбно вздохнула, но ответить не успела. К ней подошла старуха, внимательно осмотрела девушку, а потом хмыкнула: - Ясно что – ребёнка он ей сделал! - ЧТО, блять??? Глаза Клопена стали похожи на чайные блюдца. - Малютка, ты беременна? - Я не уверенна, я…, думаю, что да,- выдохнула Эсмеральда. - Вот это поворот! – сказал Клопен. – Этот ублюдок обрюхатил тебя и вышвырнул! А я этого и боялся! Да я ему яйца отрежу! - Он не знает. Я с недавних пор стала чувствовать себя странно, но Клод… судья не заметил, он был занят последнее время. А сегодня, когда меня начало сильно тошнить, мне пришла мысль, что у меня не было…, - Эсмеральда не смогла закончить фразу, её начали сотрясать рыдания. - Как давно у тебя не было нечистых дней? – опять вмешалась старуха. Эсмеральда покраснела: - Два месяца. Я точно не знаю. Цыганский барон присвистнул. - Ох, детка, ну и попала ты в переплёт. Возвращаться тебе нельзя. И показываться на улицах тоже. - Я сбежала. Клопен нахмурился. Девушка была под его особой защитой, но тянуть лишний рот, тем более, скоро их будет, два – это очень тяжело. Зарабатывать она не сможет. Надо что-то придумать. - Пока не высовывайся, а там будет видно. Он пока не знает, где Двор Чудес. Он хотел уйти, но старуха вынесла приговор: - Она слишком молода, может не доносить или умереть при родах. Сам знаешь, сколько не донашивают, да и умирают здесь при родах. В этих условиях трудно родить здоровое дитя. - Я придушу этого гада даже если меня распнут на площади! – взревел Клопен. - Нет! Не смей! За мои ошибки никто не должен платить. Подумай о последствиях. - От дьявола не скрыться! – прогрохотала старуха. - Да заткнись ты, ведьма! Не видишь, без тебя тошно. Клопен тяжело вздохнул и вышел. Тем временем чувство тревоги всё больше возрастало в судье, и он наматывал круги по комнате, словно беговая лошадь. Да где же она! Куда, чёрт побери, она делась! Господи, а если с ней что-то случилось! Я этого не переживу! Клод, а тебя не посещала мысль, что она сбежала? Не могла! Да ну, так и не могла! Клод, повторяю ещё раз, она удрала от тебя, или ты думал, что удержал её здесь навечно своими угрозами? Судья резко остановился, седые пряди волос упали ему на лоб, и он поправил их ладонью. Лицо исказилось яростью. Он чувствовал, как боль с безумием идут рука об руку! Боже, Боже, ну, почему! Я хотел любви и ничего более, так за что мне это всё! Что ж, она сделала свой выбор, я от этого города не оставлю камня на камне, а когда найду Двор Чудес…. Судья хищно ухмыльнулся. … уничтожу, сотру с лица земли, всех его обитателей заставлю умирать так мучительно и долго, что они пожалеют, что не умерли в чреве матери. А она… Судья рухнул на колени. - За что, Дева Мария! Я готов был пожертвовать всем для неё! Если не со мной, то на костёр! Судья хлопнул дверью. Он вылетел из дома, вскочил на своего коня, и слово сумасшедший помчался по парижским улицам. А начну я с Квазимодо. Квазимодо перепугался, когда увидел судью в таком состоянии, но понять так ничего не успел, Фролло так сильно схватил его за грудки и начал трясти с такой силой, что у Квазимодо всё поплыло перед глазами, и он напомнил тряпичную куклу. - Судья…., - прохрипел Квазимодо. Но Фролло ничего не слышал. - Где она? – заорал судья.- Я тебя спрашиваю, где она?! - К… кто? – испуганно спросил Звонарь. И тут Квазимодо почувствовал, как летит в противоположную сторону своей каморки. Он ударился об стенку, и еле смог подняться, потирая ушибленное место. - Ах, ты не знаешь! Решил включить идиота! Я спрашиваю, где моя Эсмеральда! Или ты и теперь не понимаешь? Квазимодо присмотрелся к судье, на него было страшно смотреть. Судья стоял посреди каморки Квазимодо, и смотрел куда-то в сторону, глаза его горели адским огнем. Шаперон валялся на полу, волосы растрепались, дыхание было частым и тяжёлым. - Эсмеральда приходила днём. Вы ей что-то сделали? Судья резко повернулся и посмотрел на Квазимодо: - Что ты сказал? Я тебе спрашиваю, где она? Ты понимаешь, идиот, что я её не видел! Я места себе не нахожу…, - судья тяжело вздохнул, потом тихо продолжил, - я скорее себе причиню боль. Я жить не могу без неё. Так он любит её! - Я видел её днём. И она была очень странная. Мне кажется, что она заболела. - Заболела? – удивился судья.- О чём ты говоришь? - Эсмеральда была очень бледна. Сказала, что у неё болит голова. Но мне показалось, что она врёт. Вела себя очень странно. Спросила, не хотел ли я уйти. Фролло потёр переносицу своими длинными пальцами, чувствуя, как душу и сердце пронизывает жуткое чувство боли. А Квазимодо продолжал: - Ещё она постоянно держалась за живот, как будто он у неё болел. - Живот? – удивился судья. - Да. Мне показалось, что её это, ну, …подташнивало, но она старалась это скрыть. - Что?- вырвалось у судьи. И этот вопрос он задал сам себе. Судья без объяснений, словно стрела, выбежал от Квазимодо, опомнившись только на улице, там вовсю хлестал дождь, но ему было плевать. Он вскочил на коня, и во весь опор поскакал во Дворец Правосудия. Когда солдаты увидели судью, с которого текло как с дырявого ведра, а глаза метали молнии, то решили держаться от него подальше. И кто так разозлил этого чёрта?! Ох, и не поздоровится же этому бедолаге. - Капитана ко мне! И быстро! - Да, Ваша Честь! Судья вошёл в кабинет, сел в свое кресло, подперев подбородок ладонями. Он смотрел в одну точку. Его взгляд не выражал ничего. Так он сидел несколько минут, потом резко встал, и одним движением руки смахнул всё стола. Боже, Боже, помоги! Я схожу с ума! Он достал вино, залпом осушил три бокала и снова опустился в кресло. Клод, может, подумаем! О чём? Ты идиот или притворяешься? Тебе никогда не приходило в голову, почему она так резко решила сбежать? Может, её что-то напугало… Что, например? Если она заболела, то могла просто сказать, я бы всё... Нет, ну, ты и идиот, для чего ты изучал медицину! Клод, тошнота, бледность… Это не значит, что она… Этого мало… Ты так был занят своими мыслями и желаниями, что мог и упустить некоторые важные детали. Судья задумался. Его захмелевший мозг стал припоминать детали и разного рода мелочи в поведении и состоянии Эсмеральды, и он, словно паук, соединял нить в одну паутину. И тут судью осенило! И у него будет… будет ребёнок! Я - отец? И, что теперь, Клод! Ты большой мальчик, и никогда не задумывался о том, она может забеременеть. Такое бывает, когда мужчина живёт с женщиной, чёртов идиот! Беременность – вот причина побега цыганки, она в страхе удрала, думая, что ты выкинешь её беременную на улицу. Никогда! Я уже потерял брата… Клод, о твоих «отцовско-воспитательных» качествах никто не знает. Я найду её, даже если для этого придётся перевернуть весь Париж вверх дном, да что там, Париж, всю Францию! Судья резко стукнул бокалом по столу. - У меня ребёнок! Это так… И ты примешь этого ребенка? - Боже, я всё приму, и её и ребенка! В дверь постучали. - Да! – рявкнул судья. В кабинет вошёл капитан. - Где тебя черти носили, Шатопер? – спросил охмелевший судья. – Когда я говорю «быстро», это означает - сейчас же, блять! Теперь была очередь капитана удивляться. И было чему. Судья был не только мокрым как сточная крыса, он был «поддатым». Мокрый и «пьяненький» судья, да что здесь происходит? - Ваша честь, мы поймали вора. Этот сопливый цыган хотел стащить хлеб у булочника. По этой причине я и опоздал к Вам. Что прикажете с ним делать? Пытать или сразу на Гревскую. Судья пожал плечами и сказал: - Высечь и отпустить. Этот цыганский выродок из «клопеновских»? - Нет. Малец другой компании. - Жаль, мог бы пригодиться…, - задумчиво сказал судья. Да что с этим стервятником? Он раньше никогда не церемонился с подобным отребьем. - Ваша Честь, я Вас что-то не совсем понимаю. Этот малец так легко отделался. - Ну, капитан, это и неудивительно. Мыслительный процесс у вас заключается кое в чём другом,- судья своим длинным пальцем указал на пах Феба. Капитан поперхнулся. Бля, Фролло сглазили что ли…. - Но, Ваша Честь… Судья нетерпеливо махнул рукой: - Да заткнись ты уже! Этот малец мне сейчас неважен, мне нужен цыганский барон. - Но его ещё никому не удалось поймать. Он юркий как крыса. - Плохо пытались. - Почему вы решили начать с Клопена? Он и под пытками не скажет, где Двор Чудес! Может, начать с более мелкой рыбёшки. Судья хлопнул себя по лбу. - У меня нет на это времени! Я прекрасно знаю, что Клопен ничего не скажет под пытками. И его арест мне нужен для других целей. У него связи со всеми бродягами, въезжающими в Париж и покидающими город, без его ведома никто из этого отребья не посмеет увести её. Но всё равно прикажи выставить двойной караул у всех ворот города, только не из тех идиотов, кто там сейчас. Мне нужны очень толковые люди, которые будут перерывать все повозки и поклажи бродяг. - Ваша Честь, можно спросить? - Валяй! - Кого мы ищем? И для чего такая сложная схема? - Будущую графиню де Плесси. - Графиню? Среди бродяг? Капитан не верил своим ушам, но судья с такой силой ударил кулаком по столу, что Феб невольно вздрогнул, а потом, как ни в чём не бывало, судья спокойно продолжил: - Вы хотите, чтобы я объяснил вам схему, что ж, извольте, но я начну издалека. Видите ли, капитан, вы просаживаете состояние вашей жены в азартных играх…. Капитан побледнел, и это не ускользнуло от судьи - … да, да, просаживаете, блистательный вы наш блондин и любимец женщин, ими вы тоже не брезгуете. Про это я знаю от тех мерзавцев, с которыми вы водите знакомства, что не приличествует вашему статусу, о чём я могу сообщить не только вашей жене и её семье, но и Его Величеству, если вы не будете держать язык за зубами, и упустите мою будущую жену. Это вам для мотивации. Я понятно объясняю? - Да. Так граф де Плесси – это вы? - Да – это я. Его Величество пожаловало мне титул совсем не давно, но вам это, полагаю, неизвестно. «Твою мать, теперь он ещё и граф!- ужаснулся капитан. С судьёй и так тягаться было не возможно, а теперь он просто недосягаем. - Так вот, - продолжал судья,- ваша задача - схватить Клопена и привести ко мне, и проследить за бродягами, покидающими город. Среди них не должно быть цыганки Эсмеральды. Я думаю, вы знаете, о ком я говорю. - Я всё сделаю, ваше сиятельство! - Можешь обращаться ко мне «ваша честь». Капитан поклонился и вышел. - Мотивация – велика вещь!- усмехнулся про себя судья. Капитан, конечно, догадывался, что судья хочет эту цыганку, в конце концов, этот судейский стервятник был мужиком, а каждому мужчине нужна женщина, но вот чего капитан не мог понять, для чего жениться на безродной цыганке. Ну, женись ты на какой-нибудь Флёр-де-Лис и имей кучу таких Эсмеральд. Этому ничего же не мешает. Судья явно сошел с ума. А судья решил, что ему нужно ехать домой, из мыслей не выходила Эсмеральда, даже страшно представить, в каких условиях находиться цыганка, которая носит под сердцем его ребёнка. Весь Двор Чудес вздёрну к херам, если она потеряет ребенка или с ней что-нибудь случиться! Через две недели был схвачен Клопен. Цыганский барон, словно чувствовал опасность, уходил от погони, как мог. Но, в конце концов, его привели к судье. - Оставьте нас одних!- приказал судья, стоя у окна спиной к входящим. Стражники переглянулись с капитаном. - Я же ясно вам сказал, оставить нас! Один из стражников еле выдавил себя: - Ваша Честь, а, если он…, ну, это… попытается… - Убить меня? Тогда он полный идиот. Во всяком случае, как ты сказал, что, если он, ну это попытается, я убью его сам! Стражники пожали плечами и вышли. Клопен стоял посреди кабинета судья и смотрел в пол. Как только стражники вышли, он поднял глаза на судью и его ладони непроизвольно сжались в кулаки. - Не советую этого делать. Впрочем,- судья пожал плечами, не поворачиваясь,- можешь попытаться. «У этого старого чёрта глаза на заднице что ли?» - подумал Клопен, хотя он и не собирался нападать на судью. В этом сейчас не было смысла. - Я и не собирался. - Я тоже так думаю. А теперь, к делу. Где Эсмеральда? - Ах, вот оно что! Мало того, что ты обрюхатил её… - Значит, это правда, она беременна, – сказал судья, не обращая внимания на фамильярное обращение Клопена. - … так этого мало, теперь, ты хочешь добить бедняжку! Можешь запытать меня до смерти, но я не скажу ни слова! Судья резко подскочил к Клопену, нанёс удар в живот, отчего он сложился пополам, после чего Фролло завернул ему руку, заставив опуститься на колени. Он наклонился к уху Клопена и сказал: - А я и не сомневался! А теперь, ублюдок, слушай меня внимательно и запоминай! Во-первых, я гораздо сильней тебя, в чём ты мог сейчас убедиться. Во-вторых, будь осторожней в словах, ты не у своих бродяг! Эсмеральда моя, слышишь, моя, только моя! И ребёнок мой! И советую тебе выбрать наиболее простой путь и сказать, где она! - Никогда! - Как скажешь. И можешь не сомневаться, если с ней что-то случиться, пиздец вашему «Чудному дворику». Это я тебе гарантирую! - Ты - не человек, ты - сатана! - Я знаю. Мне это часто говорят. Клопен побледнел. Сомневаться в словах судьи не приходилось. И откуда он так силён, этот старый чёрт! - Капитан! Стража!- рявкнул судья. В кабинет вошёл капитан Феб де Шатопер со стражей: -Увести! Клопена увили. Судья сделал знак капитану остаться. - А теперь вторая часть плана. Цыганского барона бросить в каменный мешок на две недели. Посадить на хлеб и воду, кормить раз в день. Не разговаривать. Перед тем как отпустить, выпороть так, чтоб живого места не осталось, но не забивать до смерти. Как ты думаешь, что куда пойдёт забитый до полусмерти цыганский барон? - Окольными путями во Двор Чудес. - Правильно. Ему больше некуда идти. -Всё было исполнено, как и приказал судья. Клопена почти в беспамятстве выбросили на улицу. Его подобрали несколько молодых цыган. - К…куда у…годн…но, только не в.. во Двор… Но цыганского барона никто не послушал, все были так обеспокоены состоянием здоровья Клопена, стараясь быстрей доставить его к знахарке во Двор Чудес, что не обратили внимания на слежку. Судья всё рассчитал верно. В таком состоянии ему будет некуда пойти, кроме как во Двор Чудес. Соответственно, если у него и были планы по вывозу цыганки из Парижа, то они будут отложены. Знал судья и то, что во Дворе Чудес скрываются два ублюдка, которых он давно искал – Головорез и Палач. Он позвал капитана и сказал: - Капитан Феб де Шатопер, что вы можете мне сказать о местоположении Двора Чудес? - Мы проследили за Клопеном. Нахождение Двора Чудес больше не является тайной. - Вас видели? - Нет. - Но это и не важно, уйти они не успеют. Сегодня вечером мы идём во Двор Чудес. Соберите самых надежных людей. Никого не бить и не калечить без моего приказа. Кстати, среди этого отребья прячутся несколько убийц и воров, которых мы давно искали. Их нужно схватить живыми. Своё эти твари получат на Гревской площади. Народ должен видеть, как вершится правосудие. Вам всё понятно, капитан? - Да, Ваша Честь! Вечер у обитателей Двора Чудес шёл своим чередом. Эсмеральда лежала в своём шатре. Она была очень бледна и слаба. Девушка нуждалась во враче, хорошем уходе и пище, в тёплых вещах и мягкой пастели. Ситуацию усугубляли страх и волнение за будущее. Она закрыла глаза и попыталась отключиться от криков, шумных разговоров и пошлых песен обитателей Двора Чудес. Появление судьи Фролло с солдатами ввергло всех в ужас. Никто не ожидал его увидеть здесь. Появление этого чёрта означало только одно – верную смерть. Все застыли на своих местах, никто не пытался бежать, воцарилась тишина. Судья сделал жест рукой, солдаты полностью взяли всю территорию в кольцо, отрезав все попытки к бегству. Судья с ловкостью мальчишки вскочил на какое-то возвышение, его голос был подобен грому: - Итак, отребье, слушайте меня внимательно и запоминайте, если, конечно, хотите жить! Я сегодня пришёл не за вами, так что вам повезло! Я могу разнести эту мерзкую клоаку, и спалить вас всех, но могу и помиловать некоторых, а для этого нужно честно ответить мне на два вопроса! Всё понятно? Среди обитателей послышалось робкое «Да!» - Чудненько! Вопрос первый, где Эсмеральда? Советую, отвечать быстро. Я крайне нетерпелив! Ну, сучье отродье, где? Несколько человек указали трясущимися пальцами в сторону шатра цыганки. - Молодцы! И второй. Где вы укрываете Головореза, Палача и других его подельников? Я, конечно, могу перерыть здесь всё и найти сам, но тогда возникает логичный вопрос: на хрена мне вы? Один малец из толпы робко выкрикнул: - В…ваша Ч…Честь, я могу показать. - Молодец! Капитан! Иди с ним и возьми всех, если кого-нибудь упустишь, не сносить тебе головы! Капитан с солдатами последовали за цыганом, а судья направился к шатру Эсмеральды, войдя к ней, Фролло застыл на месте. - Боже…,- вырвалось у него. Он даже не мог разозлиться на боль, что она причинила своим уходом, настолько ужасной была увиденная им картина: его красавица была бледна, щёки впали, глаза ввалились, роскошные пряди волос спутались. Выяснение отношений оставим на потом. Он подошёл к ней, встал на колени, взял девушки на руки и прижал к себе. - Как ты могла…. Я думал, что умру без тебя! Девушка открыла глаза, и до её сознания медленно стало доходить, что она находится в объятиях судьи. - Клод… Он поцеловал её в лоб и тихо сказал: - Ш-ш-ш, молчи, не трать силы. Поговорим потом. А сейчас домой! Судья вышел из шатра с девушкой на руках, его больше никто не волновал в целом мире. Он остановился и сказал: - Закончите без меня. Судья сделал знак нескольким солдатам, чтобы те сопроводили его до экипажа, который он предусмотрительно оставил за квартал отсюда на случай, если состояние Эсмеральды будет вызвать у него опасения. Эсмеральда пришла в себя спустя неделю. Девушка открыла глаза, осмотрелась, и сразу поняла, что находится в доме судьи. На ней была одета роскошная шёлковая ночная рубашка. В комнате было тепло. Возле кровати на столике стояло серебряное блюдо с фруктами. А ещё к кровати было придвинуто кресло, в котором сейчас дремал судья, подпирая щёку кулаком. Эсмеральда внимательно посмотрела на судью, и от неё не ускользнуло, как он осунулся за время их разлуки. И что теперь ему сказать? Он же проснётся когда-нибудь. Девушка улыбнулась, рассматривая судью, понимая, как она соскучилась по этому грозному человеку. Фролло поморщился, видимо, почувствовал, что на него кто-то пристально смотрит, и моментально открыл глаза, девушка не нашла ничего лучше, чем притвориться спящей. Деточка, да ты просто молодец! Ты серьёзно решила сыграть с ним в прятки?! Рано или поздно разговора не избежать… Не успела она закончить мысль, как раздался тихий голос судьи: - И что это сейчас было? Эсмеральда вздохнула, поняв, что её поймали. Она открыла глаза и в упор посмотрела на судью. Он встал с кресла и сел рядом с ней. - Как ты могла так поступить со мной? Почему, скажи, почему? Девушка снова вздохнула: - Клод, я … Боже, как сказать?! Если он ещё не знает, что она… - Например, ты можешь начать с того, что ты ждёшь ребенка. Моего ребенка. Или это не так уж важно? - Ты знаешь? Но откуда? - Давай, сначала – почему, а потом – откуда. Я места себе не находил, когда ты исчезла, а узнав, что ты носишь моего ребёнка, я чуть с ума не сошёл! И почему я это узнал не от тебя? - Я так испугалась, когда узнала про беременность! Я подумала, что ты выкинешь меня на улицу. Брови судьи поползли вверх. - Эсмеральда, как тебе такая чушь в голову пришла? Да никогда бы я этого не сделал! - И как это я сразу не догадалась, что богатый, знатный судья всея Парижа не выкинет девку на улицу, узнав, что она носит его бастарда! Так себе перспектива. Судья наклонился к ней и очень серьёзно сказал: - Я никогда не выкинул бы на улицу любимую женщину, тем более, с ребёнком без которой дышать не могу, ради тебя я нарушил все правила, привёл в свой дом, где до тебя не было ни одной самой знатной дамы! Если бы только знала, как я рад этому ребёнку. Я всю жизнь был один, а теперь я стану отцом! Судья нежно поцеловал девушку в губы. - Ты в последнее время был такой мрачный, задумчивый, и я решила, что надоела тебе. И ты ищешь способы избавиться от меня. А тут ещё и моя беременность. Мне стало страшно. Судья хмыкнул, притянув девушку к себе. - Когда я ищу способы, я их нахожу, дорогая. Ты могла бы меня спросить. - Так бы ты и ответил! - А ты попробуй и узнаешь! Я был таким, потому что устал отпускать тебя каждый день и бояться, что ты не вернёшься. И я помню, как ты смотрела на Феба… - Что? О, Боже, это было давно и неправда! После того как я увидела твой зад посреди улицы, - девушка лукаво вскинула бровь,- я и думать ни о ком не могу. Если честно, Феб скотина и тварь, который просто хотел обмануть меня. Судья довольно улыбнулся и продолжил: - Ох, уж вам всем дался мой зад! Я просто устал тебя отпускать. Я искал возможности, чтобы ты стала моей по закону. И никто не мог бы тебя у меня отнять! - По закону? Этот как? – удивилась девушка. - Очень просто. Эсмеральда, я хочу, чтобы ты стала моей женой. Я думал, как это сделать, поэтому и был таким странным. Хотя, - судья усмехнулся, - я всегда странный. - Жениться на мне? Ты серьезно? - А я похож на клоуна? - Но это невозможно! - Так было, а теперь, возможно. Король пожаловал мне титул графа де Плесси, и я попросил его выполнить мою просьбу. Ничего не затрагивало интересы этого коронованного индюка, поэтому он согласился. Как только я тебя нашёл, то попросил выполнить данное обещание и он это сделал. Клод снял с руки фамильный перстень и сказал: - Эсмеральда, я хочу, чтобы ты стала моей женой, единственной графиней де Плесси! Я никого не хочу видеть в этой роли! Я не приму отказа! - Клод, но я же простая бродяжка… - Довольно! Спрашиваю последний раз: ты выйдешь за меня? Нет, я даже не прошу, я требую! Я готов пожертвовать для тебя всем, неужели я не заслужил ничего взамен! Чёрт побери, я люблю тебя до безумия, Эсмеральда! Девушка внимательно посмотрела на судью: он был предельно серьёзен, и был единственным мужчиной, в отличие от капитана, готовым быть с ней. Да, она должна сделать правильный выбор. - Да, я согласна. Судья облегчённо вздохнул и крепче прижал девушку к себе. - Боже, как я соскучился по тебе. Эсмеральда уткнулась своим носиком в его широкую грудь. - Клод, ты никогда не рассказывал мне о себе. Он тяжело вздохнул: - А нечего рассказывать. Ты – единственное близкое мне существо, которое я подпустил к себе после, после… гибели младшего брата,- судья замолчал. - Брата? - Да, младший брат, скажем так, использовал свою молодость на всю катушку. Очень любил вино, женщин, и не самую хорошую компанию. Но больше всего он любил жить не по средствам. Видишь ли, моя дорогая, я не всегда был так богат и влиятелен. Так вот, в наследство мне, кроме имени, остались долги и разоренное имение. Состояние не испаряется само. На имени далеко не уедешь, если к нему не прилагается солидный капитал. И на моё попечение остался младший брат. Мне приходилось пахать вдвойне, чтобы дать брату достойное образование. И он не понимал меня, и почему я так рано, как он говорил, стал «стариком», - судья сделал паузу. Эсмеральда обняла его за шею и зарылась рукой в его серебристые волосы, прошептав: - Милый, если тяжело, не говори… Боже, я и не знала, сколько всего досталось на твою долю. Фролло был благодарен ей за эти слова. Как тяжело было говорить то, что он никому никогда не говорил. - Я... не смогу это рассказать ещё раз. Я никому никогда этого не говорил. Брат обесчестил девушку знатного рода, мне пришлось вывернуться наизнанку, чтобы заплатить отцу и замять скандал. Девица была обещана другому. А жених без состояния никому не нужен. А потом он связался со всяким отребьем,- про цыган судья решил умолчать, - и был убит в пьяной драке. Было очень трудно, но я справился. Если бы у меня было влияние и богатство, что есть сейчас, то я спас бы брата. Но, увы… Как итог, я стал судейской сволочью, которую все знают. «Так вот почему он такой, а я даже не думала раньше, что скрывается за его маской. Как хорошо, что больше нет иллюзий!» - подумала Эсмеральда. - Да никакая ты не сволочь, ты мой Ястреб! Клод, ты сделал всё, что мог. - Ты не представляешь, как много для меня это значит. - Клод, а что ты сделал с обитателями Двора Чудес? - Эсмеральда тяжело вздохнула, - И почему ты так жестоко поступил с Клопеном? - Твой Двор Чудес цел. Были схвачены только убийцы и воры. Я судья, моя дорогая, ты должна понимать, что всех миловать я не могу. Остальных я не тронул, ведь я пришёл за тобой, поэтому плевать я хотел на всех. Что же до Клопена, то он сам виноват. Он отказался мне сказать, где ты находишься, поэтому пришлось применять свои методы, и не подоспей я вовремя, мог бы потерять и тебя, ребёнка. Я ответил на твой вопрос? Девушка кивнула. Что ж, он прав. Свадьба была богатой и пышной, на чету графа и графини де Плесси пришли посмотреть все кому не лень: от знати до простолюдинов. Такой колоритной четы Париж ещё не видел: грозный судья и простая цыганка. И пара была очень красивой: смуглая красавица и, как оказалось, статный и видный судья. Общество не приняло новую графиню, но они были так счастливы, что им плевать на это, особенно, Фролло. Что касается Квазимодо, то теперь о нём заботились Фролло с женой. Судья под влиянием молодой жены стал мягче обращаться с Звонарём. С остальным миром судья остался таким же, он не собирался пускать в свой счастливый мир этих мерзких людишек, поэтому последние меньше бояться его не стали. *** Судья нервно маршировал из угла в угол по коридору перед покоями жены. Крики Эсмеральды раздирали ему душу. Он порывался принять роды сам, потому что боялся доверить свою жену этим идиотам, но она его успокоила, поэтому судья сбился с ног, разыскивая самого лучшего врача, которому он объяснил, что с ним сделает, если с его ребёнком и женой что-нибудь случится. Да сколько можно! Боже, как я позволил себя уговорить! Неизвестно, что он там натворит этот хренов лекарь! Убью к херам! Клод, роды не бывают приятными у женщин. Ты же это знаешь… Она не все! Я просто не вынесу, если что-нибудь случится! Дева Мария, ты подарила мне такое счастье, только не отбирай его! У неё был такой большой живот, можно подумать, что там целый полк малышей! Наконец дверь открылась, и вышел лекарь весь. - Ваша милость, графиня разрешилась двойней! Так он теперь отец! Судья оттолкнул лекаря и ворвался в комнату. Он подбежал к Эсмеральде, на руках у неё было два крошечных свертка. Она улыбалась усталой, но очень счастливой улыбкой. Судья сел рядом с женой. - Как ты себя чувствуешь? Двое? Эсмеральда тихо засмеялась. Какой же он милый, опять растрёпанный как воробей. - Все хорошо. У нас девочка и мальчик. - Можно взять моих детей, дорогая? - Да, только осторожно. Судья бережно взял два крошечных свёртка и с любовью посмотрел на своих детей. - Так, мальчик похож на меня, а девочка на тебя. Эсмеральда опять захихикала. - Милый, об этом ещё рано говорить. - Ну, мне так кажется. Я так хочу. А тебе надо отдыхать. Ты не против, если я посижу с тобой в кресле. - Конечно, нет. - Я люблю тебя, - тихо сказал судья. - И я люблю тебя. Судья посмотрел на жену, на детей и улыбнулся. Теперь у него есть семья и смысл в жизни, его дом полная чаша. Вот оно счастье! Спасибо тебе, Господи, за это!