В поисках своего сердца

Калиа бережно вливала энергию в малыша, стараясь не навредить омеге, когда Эрик вышел из тонкого мира. Напряжение, перемешанное с надеждой, повисло в воздухе. — Ты нашёл его? — Можно сказать и так, — Эрик устало присел на стул возле капсулы. — Знаешь, я никогда не лез дальше отмеренного мне даром и защищал то, что нуждалось в защите. Я не знаю, как это работает, не знаю, как всё устроено за гранью, но узнаю, когда попаду туда сам. Калиа задвигала ушами и переступила копытами. Странные признания Властелина обеспокоили её. — Что ты узнал? — Что смерть — это не билет в один конец. Эвур жив и он где-то в одной из Галактик. — Как? — Судя по всему, о душах людей не врут. Их пути не конечны, они могут вернуться в этот мир и получить новый шанс. Не знаю, который тот для твоего возлюбленного и помнит ли он тебя, но Эвур сейчас не мёртв и не имеет отношения к тонкому или загробному миру. Калиа встрепенулась и выпрямилась, в её глазах зажглось желание действовать, но она сдержала себя. — Ты сможешь найти его? — Смогу, но должен предупредить — это скорее всего другой человек, ты должна понимать, что он больше не Эвур. — Я понимаю и просто хочу найти его. — Найти для чего? — Если он жив и счастлив, — Калиа заколебалась, — и если я не нужна ему — мой путь закончится или я буду ждать его следующего перерождения. Если же он вспомнит обо мне — мы уйдём вместе. Я устала. От Совета, от верту, даже от своего хранителя и его фальшивого оптимизма. — Куда же ты хочешь уйти? — Куда угодно, космос огромен. Мы начнём всё заново, только он и я. — Воля твоя, — Эрик посмотрел на показания медицинской капсулы, омега был стабилен, как и плод. — Мне нужно время, чтобы проследить нить. — Хорошо, я буду ждать. Поиски дались Эрику нелегко: он уже знал, чувствовал того, кого ищет, но нужно было перебрать массу нитей судьбы, чтобы найти одну-единственную. На это уходило много сил, и Калебу, а также гарему приходилось постоянно поддерживать своего Властелина. И вот когда поиски в галактике Эрика и Верту не увенчались успехом, а половина галактики Минар была просканирована, Эрик зацепился за слабую ниточку жизни и пошёл по нужному следу. — Это поиск иголки в стоге сена, — ворчал Ирвин, прокладывая путь в созвездие FT-467. — Не ворчи, старина, мы и не в такие глубины космоса залезали ради хорошего куша. — Вот именно, было бы ради чего лезть головой в петлю. — Омегу бы тебе хорошего, сошлю на Отур, там сейчас как раз куча незамужних омежек. — Очень смешно, — фыркнул Ирвин и заложил курс по навигатору. До гиперпрыжка оставались считанные минуты. Калеб надеялся после перехода завалиться под бочок к мужу и позвать мальчиков. С этими поисками Эрик стал ненасытным в постели, и неоценимую помощь оказали именно наложники. Калеб даже задумался о пополнении гарема, чтобы порадовать супруга. Правда выбирать нужно было с умом, чтобы мальчики приняли и не извели кандидата. Наложники держались друг за друга, но как они примут новичка, Калеб не знал. — У тебя есть описание поточнее, или мы ищем какого-то минара на какой-то из полудиких планет? — Ирвин продолжил ворчать, и Калеб решил, что найдёт ему омегу даже против желания. — Эрик обещал направить меня, когда подойдём ближе, держись заданного курса. Ирвин кивнул и, совершая очередной прыжок, крепко задумался над предложением Калеба найти омегу. Желательного такого, кто не будет заламывать руки и хотеть жизни в роскоши, напарника и соратника, то есть ту же иголку в стоге сена.

***

— Кажется, это не высокоразвитая планета, — Калеб рассматривал оную через навигатор. — Лучше будет спуститься на шлюпке, и только мне. — Вот как? Ты видишь нить Эвура? — Не вижу, но мне бы не хотелось подвергать тебя опасности. — Калеб, я полон сил и абсолютно здоров. С чего такие мысли? — Тебя это всё выматывает больше, чем ты показываешь мне. Держать нос по ветру несложно, если близка цель, а мы шастаем по Вселенной уже третью неделю. — И всё-таки я в порядке. Спустимся вместе, я чувствую, что нам тут понравится. Калеб закатил глаза, предчувствуя посещения многочисленных магазинов, о которых сообщалось в инструкции по местности. Эрик всегда покупал своим мальчикам кучу безделушек, компенсируя недостаток внимания, вызванный большой нагрузкой. Оделись они более чем скромно и максимально похоже на местную моду. Ирвин только покачал головой и попросил не тащить на борт всякий хлам. — Лучше бы не ворчал как старик, а пошёл с нами. Здесь живут не только люди, но и альфы с омегами – все, кто увлечён историей древности и исследованиями. Хватит покрываться пылью, иногда нужно и развлекаться. Ирвин для проформы ткнул Калеба в бок, но быстро собрался и тоже спустился на планету, которая оказалась той ещё дырой. Данные, что у них были, явно устарели и требовали обновления. — Здесь всё как в старых людских городах, меня только что едва не обчистили. Эрик, скажи мне куда идти, и возвращайтесь на корабль, на тебя смотрят как на лакомый кусок: то ли съесть хотят, то ли трахнуть. В ответ Повелитель шести планет лишь улыбнулся и подмигнул мужу. Калеб закатил глаза, но ухо держал востро. Лишние проблемы им были ни к чему. Нить вела Эрика между старых, обветшалых домов и каких-то построек, пока не вывела к площади, на которой толпилось много людей. Что-то происходило в самом центре и многие вытягивали шеи, чтобы это разглядеть. Однако через несколько минут часть людей таращилась на пришельцев, чей рост и чистота одежд притягивали любопытные взгляды. — Слились с местностью, ага, — метко высказался Ирвин и нашарил бластер на поясе. — Где там ваш женишок? Пора отсюда сваливать. — Наш женишок при нас, а вот нового наложника, кажется, можно купить, не сходя с места. Не знал, что где-то до сих пор в открытую торгуют людьми. Эрик, надеюсь, среди этих прелестников нет любимого Калиа? Она будет в ярости. — Он же альфа, хотя бездна разберёт, что тут за порядки. Идёмте, если что, выкупим его, а дальше посмотрим. Толпа расступалась перед ними, люди перешёптывались и явно прикидывали, как лучше ограбить. По крайней мере, так казалось Ирвину. В центре площади действительно проходили торги рабов, и у Калеба зачесались руки. В таких отдалённых уголках Вселенной явно не хватало жёсткой и справедливой руки его супруга. Но взваливать на Эрика весь тлен этих миров отчаянно не хотелось. Эрик пробежался взглядом по невольникам и обречённо вздохнул. Эвур стоял в самом центре, скованный, но не сломленный, а за ним жался, судя по телосложению, омега. — Кажется, у нас парочка, — тихо сказал Эрик. — Калиа сказала, что если он любит кого-то, то она отступит и будет ждать следующего перерождения. — Хочешь сказать, мы зря летели сюда? — изогнул бровь Калеб. — Не знаю, посмотрим. — Я вообще не верю, что она проявит терпение — это явно не для неё. Скорее разорвёт несчастного омегу на лоскуты и заставит Эвура любить себя силой. Кстати, его и зовут наверняка иначе. Пока Калеб тихо высказывал своё предположение, на трибуне началась потасовка: торговец попытался вытащить омегу из-за спины Эвура и тот ударил ублюдка головой, сломав ему нос. Когда охрана начала избивать Эвура, а заодно и омегу, Калеб решил вмешаться. — Замрите и назовите цену за них обоих! И не смейте портить товар, иначе цена упадёт! Люди действительно замерли, рассматривая чужаков и прикидывая, чем бы с них поживиться. Эрик прекрасно видел всполохи жадности и коварства, поэтому выпрямился во весь рост и отбросил инкогнито. — Я Властелин, Повелитель шести планет и проводник десятого уровня. Каждый, кто посмеет сделать хоть один шаг в мою сторону и сторону моих спутников, будет умерщвлен. Это понятно? Толпа зашелестела, передавая информацию, а владелец рабов низко поклонился и заулыбался: — Конечно, повелитель, мой товар к вашим услугам. — Сколько? — Тысячу динар за альфу, очень хороший образец. Здоров, силён, красив. — Я спросил цену за двоих. — Омега стоит дороже, господин. Невинный, красивый, юный. — Просто назови цену, торговец. — Десять тысяч. Все вокруг ахнули от такой наглости продавца, тот и сам видимо струхнул, но Эрик и глазом не моргнул. — Ты получишь свои деньги. Калеб, быстро сориентировавшись, добавил, пока продавец не очухался, указывая на двух оставшихся у него невольников, человека, ещё совсем мальчишку, и омегу лет тридцати: — И отдашь за них всех своих рабов. Эти двое не нужны моему мужу, но нужны мне. Предложение действует десять секунд. Продавец колебался, но Калеб отступать и не думал, он считал ровным, спокойным голосом: — Девять, восемь, семь, шесть… — Хорошо! Забирайте, но деньги вперёд, только после этого я сниму оковы. Калеб кивнул и взял у Эрика два мешочка с монетами, в каждом как раз было по пять тысяч, именно их пытались умыкнуть воры по дороге. — Пошевеливайтесь и освободите дорогу, если кто-то посмеет подойти, я не буду просить мужа о милости. Народ нехотя расступался, опасливо поглядывая на Ирвина, который уже не спускал руку с бластера, и на хладнокровно идущего вперёд Эрика. За ним шли наложники, процессию замыкал Калеб. Шлюпка была за городом, и чтобы не тащить невольников, которые были босые, через весь город, Калеб остановил экипаж и велел всем залезть туда. На него смотрели как на психа, а он нутром чуял, что пора уносить ноги. — Эрик, долбани их ментально, пусть лезут в эту колымагу. — Ну, если ты так просишь, — с улыбкой поклонился Повелитель шести планет и внушил всем, чтобы залезли, куда нужно. Возничий подвинулся, когда к нему взобрался Ирвин, и пришпорил лошадь. Калеб удивился, но не успел зафиксировать момент: омега, с которым был Эвур, будто бы колебался, прежде чем залезать в экипаж. Было совершенно невозможно противостоять внушению Эрика, поэтому стоило разобраться с этим позже. Пока они добирались до шлюпки, Калеб разглядывал приобретение. Все вели себя по-разному: альфа обнимал и явно собирался до последнего защищать своего омегу, мальчишка-человек был смертельно перепуган, а старший омега напряжён как натянутая струна. Когда они все вышли из экипажа, Калеб поблагодарил себя за бдительность: омега, зайдя за спину Ирвина, одним движением выдернул у него оставленный в покое бластер и направил альфе в голову. — Зачем вы нас купили и чего хотите? — Ого, Ирвин, — Калеб присвистнул и покачал головой, — какой прыткий парень, ты бы присмотрелся. — Очень смешно, — сплюнул Ирвин, но присмотрелся. Красивый шельмец, хоть уже и не бутончик и бластер правильно держит. Почти. Парой подсечек Ирвину удалось вернуть назад оружие. — Мы не собираемся причинить вам вред, — заверил Калеб. — Но не стоять же здесь у всех на виду. Опалив Ирвина грозным взглядом, омега принял протянутую руку и поднялся с земли, куда его завалил здоровяк. — Ладно, из этой помойки всё равно нужно убираться, но учтите, если кто-то из вас ко мне полезет — оторву яйца. Ирвину даже не по себе стало, омега так это сказал, что сразу как-то всё поджалось и скукожилось. — Хватит, у нас всё строго добровольно, задницы ваши точно не нужны. Давайте доберёмся до борта и там познакомимся.

***

— Я Кэл, этот мальчик мой сын, Рико, и если его кто пальцем тронет — горло перегрызу. — Ты что-то заливаешь, — Ирвин фыркнул. — Этот мальчик человек, и в отцы ты ему в любом случае не годишься. — А ты слишком много болтаешь для того, кто не может уследить за бластером. Я подобрал Рико в три года, когда мне было семнадцать. И он мой сын, что-то ещё неясно? Калеб ухмыльнулся и подмигнул Ирвину, который то залипал на омегу, то охуевал от его грубости. — Ладно, спасибо вы мне явно не скажете, но я рад, что вас не оставил. Тут впервые голос подал Рико: — Скажем. Спасибо вам за помощь, если бы не вы, нас бы уже завтра не было в живых. — Не думаю, что вас бы кто-то убил. Кэл покачал головой: — Я убил бы Рико, а после себя, у нас такая договорённость. Я никому не дам тронуть моего сына, и себя больше трогать не позволю. Ирвин скрипнул зубами, уловив это «больше», и поднялся: — Сейчас принесу еды. И не тряситесь, сказали же, нам ваши задницы ни к чему. Высадим, где скажете и разойдёмся. В этот момент заговорил альфа, так и не отпустивший своего омегу из объятий: — Нас тоже? Спасибо, что спасли, я не знаю, как вас благодарить. Я Пирс, а это Тэри, мой младший брат. Калеб посмотрел на младшего брата и чуть было не облизнулся. Даже в убогой робе, босой и грязный, он заслуживал восхищённых взглядов и права называться красавцем. Тонкие щиколотки привлекали внимание, как и скромно опущенные глаза и белые, но давно немытые волосы. Эрик заметил изменение в ауре мужа и присмотрелся к омеге повнимательнее. Хорошенький, но примет ли он их? — С вами немного сложнее, но без паники. Никакого насилия, принуждения и чего вы там себе ещё придумали. Всё в рамках морали и чести. — То место, откуда мы родом, уже не помнит этих понятий, господин, — усмехнулся Пирс. — Верю. Как вы попали на рынок? — За долги. Отец пропил всё состояние после смерти папы. Я работал, чтобы Тэри мог учиться и найти себе хорошего жениха, но пришли приставы, сказали, что отец умер и в счёт всех его долгов нас продадут в рабство. — Кто у вас там заправляет? — возмущённо спросил Калеб. — Да кто угодно, планета погрязла в междоусобице, законы действуют лишь для богатых. — Мне кажется, я знаю, чем займусь после решения первоочерёдных вопросов… Калеб сжал кулаки, а Эрик посмотрел на него укоризненно: — Я всё ещё напоминаю тебе о свадебном путешествии. Если мы снова вместо него будем наводить порядок в чужих галактиках, мальчики нас придушат. Калеб махнул рукой и снова обратил всё внимание на Пирса и его красивого брата: — Мы прилетели ради вас. Точнее, ради тебя, Пирс. Дело сложное и запутанное. Ответь для начала, тебе никогда не снились сны о прошлом, не было каких-то воспоминаний? Братья странно переглянулись, и Тэри робко посмотрел на Калеба, а затем на Эрика: — Пирсу не снятся сны, но они снятся мне, и в них он влюблён в необычную девушку. Я даже рисовал их, когда был маленьким и папенька был жив. А потом денег на краски не стало, и я пересказывал эти сны брату. Калеб приподнялся и подался к Тэри, но Пирс тут же начал закрывать брата собой. — Не бойся, я же сказал, мы вам ничего плохого не сделаем. Эта девушка, которая тебе снилась, она хочет увидеть твоего брата. Если вы оба не против. — Она существует? — недоверчиво спросил Пирс. — Более чем, но это всё очень непросто, поэтому предлагаю вам подкрепиться, привести себя в порядок и собраться в более уютном помещении. Из соседнего отсека как раз вернулся Ирвин с сухими пайками и всунул первые два в руки агрессивному омеге. — Это нам с Рико или ты меня задобрить пытаешься? Кэл глянул на Ирвина с недоверием, но пайки сжал крепко, явно боясь, что отберут. — Это тебе, сыну твоему отдельный дам. Вы же тощие оба, явно плохо питались. Снова просканировав Ирвина взглядом, Кэл кивнул. — Плохо. Спасибо. И за еду, и за то, что вытащили. Если нужна какая-то особая благодарность — сразу говорите. Не люблю неприятные сюрпризы. — Да что ж ты никак не уймёшься? — вспылил Ирвин и чуть не раскрошил остальные пайки. — Общемирным же языком сказано — никто тебя тут в постель не тащит. — Все вы так говорите, пока запах течки не почуете. А там плевать и на слова, и на клятвы. Ирвин хотел было возразить, но Кэл отвернулся и начал распаковывать еду, чтобы сначала накормить сына. У Ирвина заныло где-то под лопаткой от желания убить всех, кто довёл молодых парней до такого. Он отдал еду и вышел из отсека не в силах больше препираться. — Довели старика, — обронил Калеб. — Ему и сорока нет, какой он старик? — возразил Кэл, продолжая разминать сухарик в крошку. Эрик на это усмехнулся и прикрыл глаза. «Он у нас, Калиа. Скоро вернёмся». «Он меня помнит?» «И да, и нет. Его брат-омега видел сны о вас и рисовал рисунки, это пока всё». «Интересно. Спасибо». — Как она? — Стабильна, ждёт, — тихо обменялись мужья фразами. Шлюпка достигла корабля, их встретили слуги, которые сопроводили бывших рабов в гостевые каюты. Когда Кэл, заявивший, что будет делить каюту с сыном, остался с мальчиком наедине, Рико крепко обнял омегу. — Этот капитан вроде хороший альфа, не ругайся на него. — Знаю, Ри, по нему видно. Но лучше сразу отпугнуть его, чтобы даже не лез. — Уверен? — Конечно, ты же помнишь, чем закончилась наша последняя попытка довериться альфе. Остались без корабля, денег и свободы. Лучше будем сами по себе. — Как думаешь, куда мы летим? — Не знаю, но раз нам улыбнулась удача, нужно выжать из ситуации максимум. Доберёмся до какого-нибудь торгового порта и сбежим, а там видно будет. — Что там? — Эрик посмотрел на монитор, медленно очищая ярко-оранжевый фрукт от кожуры. — Планируют сбежать, думают, что мы летим в торговый порт. — Что думаешь с этим делать? — Помешать, — пожал плечами Калеб. — Два сопляка без денег, без перспектив. Лёгкая добыча. Пустим их пожить к нам? Эрик поморщился, но кивнул в знак согласия: — Тебе кто-то приглянулся? Из этих двоих? — Нет, но я рад, что ты спросил. — Калеб отключил головизор и повернулся к мужу: — Как тебе Тэри? — Я узнаю этот взгляд, любовь моя. Что бы я ни ответил — у тебя уже есть на него виды. Как мне может быть красивый невинный омега со способностями? Маняще. Но его брат не даст нам даже смотреть в его сторону, а значит, нужно его отвлечь. — Я хотел сделать тебе подарок, но получается, ты купил его себе сам. — Это условности. Завоевать малыша — вот что будет настоящим подарком. Эрик подошёл, разламывая пальцами фрукт, из которого брызнул сок в лицо Калебу, и тот прикрыл один глаз, следя, чтобы в него не попало. Эрик отделил дольку и Калеб открыл рот, чтобы принять её, лизнув сладкие пальцы. — Он будет наш, — пообещал Калеб, прожевав и открыв рот для новой порции лакомства. — Надеюсь, любовь моя.

***

Калеб не пытался скрывать засосы и свой довольный затраханный вид. Выйдя на мостик и удостоившись укоризненного взгляда Ирвина, он широко ухмыльнулся. Мальчики были весьма любвеобильны, благодаря Эрика за путешествие и уговаривая заглянуть на Отур к Луи. В ответ Эрик загадочно улыбался, поощряя брать в рот глубже, и каждый из наложников пытался угодить своему господину. Калеба ублажали не меньше, признавая его влияние на мужа и просто потому, что Жаст обожал его член. — Не смотри так, отсутствие личной жизни — это беда, а не заслуга, присмотрись к Кэлу, он явно из одной с тобой породы, такая же язва. — Кто бы говорил, ты разве что слюнями малыша-омегу не закапал. И это при живом муже. — Боюсь даже сообщать тебе, что у нас гарем имеется, не дай Высшие, в обморок упадёшь, — Калеб рассмеялся и посмотрел на данные. — Через полчаса уходим в гиперпрыжок, а пока поговорим с нашими гостями. Ты за главного, мы будем в комнате отдыха. — Хорошо. Постарайтесь не трахаться во время гипера, говорят, от этого потом на полшестого и не лечится. — Постараемся, мамочка, — Калеб шутливо чмокнул Ирвина в макушку, на что тот заворчал и отмахнулся. — У меня был папочка. В комнату отдыха, больше похожую на шикарную гостиную, Калеб пришёл в приподнятом настроении. Эрик о чём-то беседовал с Пирсом, Тэри, расположившийся чуть поодаль, смотрел на них не моргая и немного дрожал. — Ты волнуешься, малыш? Мой муж не сделает твоему брату ничего плохого. — Я знаю, но мне будет тяжело расстаться с Пирсом, у меня нет никого, кроме него. — Ты уже уверен, что вы расстанетесь? Погоди, сначала узнайте всё, а там видно будет, — Калеб присел рядом, но не слишком, чтобы не смущать юного прелестника. — Итак, все в сборе, можно и поговорить, — Эрик кивнул Калебу. — Начнём с того, что мы не просто путешествовали и наткнулись на вашу весёлую планету. Мы искали тебя, Пирс. Твоя линия судьбы была крепко связана с одной особой, и она очень долго искала способ найти тебя. — И нашла его. Но я совсем о ней не помню, и так странно, её видит только Тэри, уверяет, что я люблю её больше жизни, а я сам не чувствую и не помню этого, он будто бы и есть все мои чувства и воспоминания. — Я уверен, это способ оградить тебя от боли. У Вселенной свои шутки, братик, я же говорил. Видя сны о вас, я плачу по твоей любимой, а ты мог не вынести разлуки, если бы всё помнил. — Выходит, что душа есть и она может переродиться? Моя, эм... суженая… Это так странно, я ведь альфа. Я всегда посмеивался над Тэри и этими фантазиями. Разве я могу полюбить, если мы принадлежим к разным расам? — Ох, Пирс, ты даже не представляешь, насколько в жизни всё удивительно и странно, — усмехнулся Калеб. — Ну так расскажите мне. Калеб, вопросительно глянув на Эрика и получив его одобрение, решил начать с самого начала: — Душа есть. Когда-то вы с Калиа полюбили друг друга. Ваш союз был более странным, чем союз альфы и женщины, тогда ты был человеком, а она была и остаётся планетумом — разумной планетой, способной принять подходящий ей облик, чтобы контактировать с существами во Вселенной. Пирс ошарашенно смотрел на Калеба и не знал, как отреагировать на поступающую информацию. — Разумной что? — Планетой. Думаю, что вы знаете о верту, — Калеб дождался кивка. — Их галактика состоит из нескольких планет, которые наделены разумом и силой. Они практически бессмертны по сравнению с человеком или альфой, их жизнь бесконечна. — Я был влюблён в планету? — Скорее в её душу, но да. — Охренеть, — заключил Пирс. Эрик щёлкнул пальцами, в помещение внесли напитки и фрукты. Первый глоток крепкой настойки привёл мозги в относительный порядок. Пирс посмотрел более разумным взглядом: — Я умер, но она продолжает любить меня? — Твою душу, да. — И вы хотите доставить меня к ней? — Таков был план. — И я буду обязан быть с ней, потому что иначе что-то произойдёт? Вряд ли вы действуете бескорыстно. Калеб нахмурился и снова бросил беспокойный взгляд на Эрика. — Всё не совсем так. Она сказала, что если ты не свободен или не любишь её больше, то отпустит тебя и будет ждать других перерождений. — Это же… — Пирс запнулся, осознав, что даже не представляет таких периодов. — Тебя никто и ни к чему не принуждает. Но она получила надежду и хочет увидеть тебя. Хотя должен признаться, что характер у неё тот ещё. Пирс сам не понял, почему улыбнулся, словно почувствовав что-то, ощутив какое-то дежавю: — Нет идеальных характеров, есть подходящие. Только вот… Альфа снова нахмурился: — Если окажется, что я всё ещё люблю её, то не смогу оставить Тэри. — Не забегай настолько вперёд, — Эрик оторвал вытянутую ягодку от большой грозди и отправил в рот. — Никто не отбирает тебя у Тэри и наоборот. — Две минуты до гиперпрыжка, — раздался голос Ирвина, и юноши вздрогнули. — Лучше всем пристегнуться и глубоко подышать перед прыжком. Пирс, Тэри, если ещё не прыгали, может быть неприятно. Омега сел между братом и Калебом, чем тот не преминул воспользоваться, когда Тэри охнул на прыжке и вцепился ему в руку. Гладить нежные пальцы Тэри оказалось удивительно приятно, и омега не отнял руку, даже когда корабль начал тормозить. Планета, появившаяся перед их взорами, была весьма красивой, она словно переливалась разными оттенками красного и напомнила Пирсу жемчуг о-папы, что тот надевал на праздники. — Это она? — Да. Калиа. «Мы здесь». «Я знаю, я чувствую его». «Предлагаю вам встретиться на корабле». Эрик поздно подумал о виде, в котором последний раз видел Калиа, но уже не имело смысла что-то менять. Когда воздух в комнате отдыха заколебался и пошёл рябью, Тэри сильнее вцепился в руку Калеба и напрягся всем телом. Пирс же, напротив, отстегнул ремень и поднялся на ноги, делая шаг навстречу соткавшейся из воздуха Калиа. Это была девушка. Эрик удивлённо посмотрел на Калеба, но тот воспользовался случаем и ухаживал за юным Тэри, который всё-таки был весьма хорош. Настолько, что Эрик почувствовал неотвратимое желание научить мальчика плохому. Возникла мысль уединиться втроём, но он остановил себя, сейчас совсем не время. «Мне нравится ход твоих мыслей, любовь моя. Научим его всему вместе». «Прямо сейчас я думаю не совсем о том, о чём ты, но картинки, что ты транслируешь, весьма привлекательны». Калиа изучающе рассматривала крепкого альфу перед собой и боролась с искушением броситься ему на шею. Это был её Эвур во плоти. Пирс сделал шаг навстречу девушке с рисунков Тэри и протянул к ней руки, позволяя себе коснуться той, кого считал лишь фантазией брата: — Ты настоящая…