Жаркое лето Лили и Северуса

      Прежде, чем закрыть дверь, Лили обернулась на мгновение, через плечо глядя в спину Эйлин, которая направилась к машине. Девушка про себя насторожилась: ей казалось, что пока еще рано для того, чтобы их родители начали общаться между собой. Тобиас Снейп, даже после своего исправления, все же залетал время от времени в полицейский участок, но с меньшей регулярностью и в основном как свидетель по делам, связанным с людьми из его криминального прошлого, но отца он неизменно раздражал. Возможно от того, что он долго наблюдал за тем, как обстоят дела в семье Снейпов и не имел возможности сделать вообще ничего с происходящим.       Лили задумчиво поджала губы, снимая туфли. Хорошо, что для Северуса это все позади… — Лили?       Она взглянула на него и замерла. — Северус? — только и смогла прошептать в ответ рыжая.       Назвать его в этот момент Севом у нее не повернулся язык. Сев — зашуганный мальчишка с растрепанными сальными волосами, сварливым выражением лица, ядовитый в каждом взгляде иногда даже с ней, но все же милый в своих упрямстве и язвительности, но этот молодой человек… кто угодно, но не ее Сев. Эванс сделала несколько шагов к нему и коснулась бледной щеки. Девушка, не отрывая взгляда от его глаз, перенесла пальцы к его правому уху, касаясь сережки в виде львиной головы. Он не снимал ее, и, кажется, она ему действительно нравилась, и Лили от этого было ужасно приятно и вместе с тем волнительно: он ведь слизеринец, и, мало того, что дружит с магглорожденной гриффиндоркой, так еще и будет теперь сверкать такой серьгой, вдруг его не так поймут? — Ты выглядишь невероятно, — произнес парень. — У меня… просто слов нет. Ты как… как… как Феликс Фелицис и жидкая смерть в одном флаконе. — Это самый странный и самый приятный комплимент, что мне когда-либо делали, — Эванс подступила еще ближе, вставая практически вплотную, не в состоянии оторвать от Снейпа взгляда.       Она любила его любого: ворчливого и непричесанного, или же с чистой головой и до скрежета зубов раздражающе равнодушного, но никогда не думала, что он может быть таким. Дело было даже не во внешнем виде: он излучал какую-то совершенно странную для него уверенность, силу. А этот взгляд… Лили почувствовала, как между лопаток пробежали мурашки. Он еще ни разу так не смотрел на нее с таким обожанием.       Они не виделись с того дня, как пришли приглашения, и, кажется, между ними что-то изменилось…       Парень наклонился к рыжей, и та потянулась к нему навстречу, приподнявшись на носочки, как вдруг раздался громкий демонстративный кашель, и подростки резко отпрянули друг от друга, забегав глазами в поисках источника звука. Они одновременно уперлись взглядами в старшего Снейпа, что, оперевшись плечом на косяк, стоял в дверном проеме, потягивая из большой кружки что-то очень горячее — от напитка шел густой пар. Лили почувствовала, как щеки загорелись, и уткнулась взглядом в пол. Ситуация была неловкой не только от того, что их прервали в такой момент, но и по причине того, какие мысли и чувства были у Эванс по поводу отца Северуса.       Не то, чтобы Тобиас был какой-то особенно отталкивающей личностью, а очень даже наоборот. Весьма обаятельный и симпатичный мужчина, выглядящий, с учетом того образа жизни, что он вел последние лет десять, очень даже недурно: Эйлин явно поработала с внешностью мужа, чтобы сделать его вновь похожим на человека. У Лили не было вопросов о том, почему чистокровная волшебница, окруженная в свое время разными по положению в магическом мире волшебниками, в итоге выбрала маггла. Мистер Снейп действительно умел располагать к себе и очаровывать так, как далеко не каждый волшебник был способен.       Но Эванс знала о нем слишком много, чтобы быть обманутой первым впечатлением. Черт с ней, с репутацией пьяницы и дебошира, но понимание того, что творилось в этой семье, что переживали Эйлин и Северус, не давало ей покоя. Почему Тобиас когда-то начал пить, она не знала, но исходя из тех небольших крупиц информации, что у нее имелись, могла сделать вывод, что точно не от хорошей жизни, и все же этого было мало, чтобы оправдать его в ее глазах. Лили старалась думать, что самое главное в этом всем, что в конце концов Снейпы сумели побороть все трудности, и теперь у них все относительно хорошо, но, замечая мельком шрамы на теле Северуса, те, что были посветлее и уже сглаживались от времени, с трудом подавляла злость. — А мы тут… э-э-э… — парень почесал затылок, отводя взгляд в сторону. — Плюшками балуемся… — Я вижу, какой плюшкой ты тут балуешься… — фыркнул Тобиас, тряхнув светлыми волосами. — Отлично выглядишь, Лили. — С-спасибо, — рыжая неловко заправила за ухо выбившуюся из прически прядку. — Ты со своей «просто подругой» так и будешь стоять в коридоре, или, может, вы куда-нибудь сдвинетесь? — Мистер Снейп вскинул брови. — Да… да, пойдем ко мне, — Северус схватил Лили за руку и потянул за собой.       Девушка послушно пошла следом, обернувшись и взглянув на мужчину, который только усмехнулся, вновь отпивая из кружки и подмигивая ей. Лили успела заметить, как открылась входная дверь, и в прихожей появилась миссис Снейп, а следом за ней мистер Эванс. Из-за ужасного смущения, накрывшего ее, соображать не получалось, поэтому задаваться вопросом о том, зачем Эйлин пригласила отца в дом, она не стала и только ускорилась, обгоняя парня на лестнице.       Как только они оказались в его комнате одни, Лили выдохнула. — Как ты думаешь, о чем будут говорить наши родители? — Не знаю, — Северус подошел к кровати и достал из-под подушки палочку. — Но хочу узнать. Вдруг это связано с… а, неважно… — Связано с чем? И разве ты можешь воспользоваться палочкой? — Эванс нахмурилась. То, что Снейп собирался подслушивать, уже само по себе было ей не по душе, а подслушивать с помощью магии — вообще нарушение всех мыслимых и немыслимых границ. — Вряд ли у кого-то возникнут вопросы, если я буду колдовать. Никто не захочет разбираться, использую магию я или моя мама. А вот если я попытаюсь воспользоваться магией где-нибудь за пределами дома — тогда да, может случиться беда. Если конечно не использовать при этом мамину палочку. Все, тихо.       Северус произнес заклинание и голоса родителей стали четко слышны. — Шериф, знаю, мы не в лучших с тобой отношениях… — Еще раз назовешь меня шерифом, и я задержу тебя на двое суток, — проворчал Джек. — Да ладно тебе, Эванс, — говорила спокойно Эйлин. — Ты от этого уже не отмажешься, как не крути. — Кстати, а что все-таки там произошло, что тебя из шерифов разжаловали до коуквортского офицера полиции, а? Знатно прокосячился, видать, да? — Тобиас! — одернула мужа миссис Снейп. — Да ладно, все в порядке, — сказал Джек. — В конце концов, если наши дети общаются, то, вероятно, нам в итоге придется тоже начать общаться друг с другом, как не прискорбно… — все трое синхронно усмехнулись. — Что за дело, Лин? — Ты ведь был в доме Дэна Диккинсона в тот день, когда он повесился? — спросил Тобиас.       Лили покосилась на Северуса и заметила, что он весь напрягся. — Допустим, был. — А дом осматривался? Было там что-то подозрительное? — Вообще-то, дом толком не осматривали, там уже были его родители, когда мы подъехали, и никто не видел смысла: всем все было очевидно. Хотя я бы сказал, что гостиная, где его и нашли, выглядела несколько… небрежно. Зная то, каким он был чистоплотным… конечно, понятно, что перед тем, как сделать такое, человек вряд ли решит устроить генеральную уборку, но… — Но Дэнис в принципе не устраивал бардака, чтобы устраивать уборку, — закончила задумчиво Эйлин. — На второй этаж вы не поднимались? — Нет. Зачем вам все это? Почему не спросите самих Диккинсонов? Тобиас, вы ведь были лучшими друзьями, Дэн тебя вообще братом называл. — Диккинсоны не захотели разговаривать ни со мной, ни даже с Эйлин. Видишь ли, есть кое-какие подозрения… — Что он не сам? — Ты тоже так думаешь? — Да. Братьями мы с ним не были, но все же я его тоже неплохо знал, и я очень сомневаюсь, что Дэнис бы залез в петлю по собственной воле. Мы с ребятами собирались осмотреть дом, но нам велели заканчивать там как можно скорее. Кто-то поджег конопляные поля прямо во время сбора урожая, так что все силы кинули туда, чтобы взять с поличным банду Ледяных. На следующий день Диккинсоны обратились с тем, что кто-то перевернул весь дом Дэна… — Что? Мы об этом не знали…       В дверь постучали, и Северус тут же снял все чары, второпях спрятав палочку под покрывало кровати. — Дети, вы здесь? — настойчивее постучав, спросила Эйлин. — Да, — ответила Лили, спеша открыть. Девушка попыталась выглядеть совсем не растерянной и максимально невинной. — И чем же вы тут, интересно, занимаетесь? — она строго посмотрела на них. — Ничем, — пожал плечами Северус. — Разговариваем. Обсуждаем предстоящий бал. Вот прямо сейчас говорили о том, как нам жаль, что там будут Поттеры и Блэки, и строили планы по тому, как мы от них будем прятаться, да, Лилс? — Угу, — девушка кивнула, уставившись в пол. Щеки снова краснели, в этот раз уже от стыда, но это, наверное, было даже к месту. Эйлин может решить, что они здесь, например, целовались. — Ну-ну, — женщина неодобрительно покачала головой, взглянув на сына. — Северус, не пытайся сделать из меня дуру. Не лезь туда, куда не просят, — голос миссис Снейп звучал строго.       Когда она ушла, Эванс закрыла дверь. Рыжая оперлась спиной на деревянную поверхность и посмотрела на парня, нахмурив брови. — Сев, что происходит? — спросила она. — Что не так со смертью младшего Диккинсона? Ты… тоже пытаешься понять, что произошло? Отдельно от родителей, да? — Это… неважно, Лилс. Это мое дело, — он подошел к стулу. — У меня для тебя кое-что есть… — Сев, не съезжай с темы. Это из-за этого ты такой нервный в последнее время? Тебе нужна помощь? Это опасно? Северус, давай не будем повторяться, мы ведь все это уже проход… ой.       Снейп подошел к ней с мантией в руках. Лили коснулась узорчатой ткани, восторженно скользнув взглядом по цветочной ветке: потрясающий сложный узор приковывал внимание. — Это мне? — уточнила она. Северус кивнул. — Она дорогая?.. — Не имеет значения. Она подойдет тебе — это намного более важно.       Он помог ей надеть мантию, и Лили демонстративно покружилась. Снейп улыбнулся. Это отвлекло и обрадовало Эванс, да и обновка сидела на ней действительно восхитительно, повторяя изящные изгибы тела, одетого в немного старомодное по маггловским меркам, но от того имеющее большие шансы вписаться в антураж бала волшебников, платье, хоть и не походящее на бальное. — Сев, спасибо, — рыжая сложила руки на груди парня. — Ты самый лучший! — девушка крепко обняла его, и Северус поцеловал ее в висок, обнимая ее в ответ.

***

— Расслабься, Лилс, — снимая с ее плеч мантию, прошептал Северус на ухо девушке. — Все в порядке. — Легко сказать, — поежилась она и взглянула встревоженно на Снейпа. — Сев, я не думаю, что это было хорошей идеей, — рыжая поджала губы, принимаясь беспокойно теребить маленький серебряный кулончик с зеленым камушком, который ей одолжила на вечер мама. — Я слишком сильно волнуюсь, — стараясь сделать вид, что очередного пристального взгляда мимо проходящей незнакомой дамы в пышном бальном платье она просто не заметила, сказала девушка. — Просто будь собой. Они не устоят перед твоими чарами, — парень едва ощутимо сжал пальцы Эванс. — Поверь мне. Ты смогла очаровать моего папашу, а он непробиваемый сухарь даже для хорошеньких юных девочек. — Лили? Лили-и-и! — послышался за ними писк, и в следующую минуту рыжая оказалась заключена в крепкие объятия Алисы О’акби. — Ты-то здесь откуда? Фрэнк, смотри, кого я нашла! — Эванс, — Лонгбботом улыбнулся, и они пожали друг другу руки в знак приветствия. — Не ожидал тебя здесь увидеть. Северус, — парень лишь кивнул, и Снейп кивнул в ответ с легкой улыбкой. — Вас, полагаю, Айзек пригласил, да? — Да, — рыжая кивнула. — Лили, я так рада тебя видеть! — Алиса снова обняла ее, и в этот раз девушка охотно ответила на объятия. — А вы помирились? — О’акби на мгновение напряглась, но услышав от Лили еще одно тихое «да», расслабилась и одобрительно кивнула. — Хорошо, очень хорошо!       С Фрэнком и Алисой у Снейпа были нейтральные отношения. Лонгбботом считал Северуса в общем и целом вполне безобидным парнем, ведь, учитывая, что вытворяли некоторые его товарищи по факультету, его вообще можно было причислять к лику святых. Кроме того, ему нравилось, что они с Лили дружат, а событиями на озере он был очень недоволен и сильно злился на Мародеров. Собственно, именно он и донес потом на них МакГонагалл — больше смельчаков, которые решились бы заложить Поттера и Блэка не нашлось, ведь никто не хотел оказаться на месте Северуса. А вот на Фрэнка, который был выше и крепче обоих, да и с магией управлялся на одном уровне с ними, храбрые гриффиндорцы боялись даже тяфкнуть.       О’акби так лояльна не была, но все же, в отличии от абсолютного большинства подруг Лили, относилась к слизеринцу довольно спокойно. Она понимала, что дружба Эванс и Снейпа тянется из детства, и нет ничего удивительного в том, что они хорошо общаются несмотря ни на что. Пока девчонки дружной кучей дулись на Северуса из-за его слов, Алиса просто успокаивала Лили, лишь неоднозначно пожимая плечами в ответ на вопрос про ее мысли о произошедшем. — Северус! Лили! — к ним подбежал Эйвери. — Вот вы где! Мы просто увидели Эйлин, а вас нигде нет, так мы уже обыскались вас! — Вас? — Алиса потянула Эванс за руку вниз, наклоняя рыжую к себе. — Лили, ты, что, общаешься с ними? — пуффендуйка покосилась на Северуса и Ричарда. — Я чего-то не знаю, да? — она перевела взгляд на чуть напряженного Лонгбботома. Префекты не раз сталкивались лбами из-за постоянных конфликтов между факультетами. — Все нормально, Лис, — зашептала в ответ Лили. — Я тебе потом все обязательно расскажу, хорошо? Прости, но сейчас я должна идти с Северусом. — Ну… ладно, — О’акби нахмурилась. — Еще пересечемся. Пойдем, Фрэнк, пока наши мамочки не поубивали друг друга, — заговорила она громче, хватая под руку своего кавалера, чтобы увести того подальше от потенциального раздражителя в виде Эйвери.       Ричард провел их в зал, где и разворачивалось празднество.       Лили вдруг почувствовала, как коленки задрожали и предательски подкосились. Пестрая толпа гостей шумела, и Эванс с ужасом обнаружила, что помимо ребят, знакомых ей по Хогвартсу, она узнает от силы пару человек, тех, кого видела в газетах, или о ком ей рассказывали подруги. По крайней мере, здесь никто не бросал на нее и Северуса заинтересованных и оценивающих взглядов, как это было по дороге через сад в особняк и в вестибюле. Мужчины в мантиях самых разнообразных фасонов были слишком заняты дамами в роскошных бальных платьях, а дамы, в свою очередь, были слишком заняты мужчинами.       Рыжая неловко поправила свое платье. Как не крути, а она выделялась… логично, это ведь все-таки бал волшебников, а не маггловский выпускной, ей стоило выбрать что-то более соответствующее… — Добрый вечер, — Айзек улыбнулся, и Лили едва не ахнула вслух.       Не то, чтобы Мальсибер был так уж не похож на самого себя, но привычную агрессию он явно очень хорошо спрятал ото всех. Если Ричард был таким всегда, то Айзека Эванс не видела таким в Хогвартсе ни разу за все пять курсов.       Их компания собралась в углу зала, чуть поодаль от гущи гостей. Лили постепенно привыкала к обстановке вокруг, и к слизеринцам тоже.       Ричард, в своей черной мантии, ткань которой переливалась серебром, приковывая взгляд, просто весь светился и в прямом, и в переносном смысле, впрочем, как обычно на балах: Эванс еще в школе заметила, как ему нравилось присутствовать на таких мероприятиях. Больше ему нравилось их только организовывать: Эйвери всегда вызывался добровольно помогать преподавателям. Лили усмехнулась и подумала про себя, какой же Рич все-таки павлин, хотя какой-то выраженной самовлюбленности за ним не наблюдалось, скорее уж трезвое понимание того, насколько он хорош. В нем определенно было то самое, что называли «породой».       Розье потягивал шампанское и смотрел на всех так вальяжно, словно был выше всех присутствующих по статусу в десятки раз. Он много разговаривал с Лили и Ричардом, пока Северус и Айзек обсуждали что-то между собой. Эванс про себя отметила, что Эван практически не улыбался, только когда друзья выдавали особенно веселую шутку. Интересно, он специально выдавал эту эмоцию безразличия, словно они не на большом балу, а просто пошли в Хогсмид в вечер выходного, или же этого его настоящее состояние? Тогда стоило отдать ему должное: даже Лили, при всей своей нелюбви к притворству, невольно здесь старалась спрятать поглубже свое волнение и выглядеть непринужденно-довольной происходящим вокруг.       Рука Северуса, что лежала на ее талии, успокаивала. Он выглядел довольно расслабленным, и, как и Розье, не особенно восторгался происходящим. — Ребят, а где Уилкис? — спросил вдруг Снейп, и Лили наконец обратила внимание на то, что пятого слизеринца действительно нет с ними. — Вон там, — с немного недовольным лицом Эван указал куда-то в сторону толпы.       Приглядевшись, Эванс сумела различить кучерявую голову Малькольма. Парень танцевал с красивой молодой женщиной в изящном черном платье. Ее чуть смуглая кожа, густая копна аккуратно уложенных черных волос и глубокие черные глаза завораживали, но вряд ли именно они привлекли Уилкиса. Особа обладала весьма выдающимися формами, и Лили даже с ноткой зависти отметила, что талия, конечно, вероятно затянутая корсетом, но все же немного тоньше ее собственной. — Утешает вдову Лестрейндж, — пояснил Розье в ответ на вопросительные взгляды ребят. — Кажется, безутешная, потерявшая мужа Беллатрикс положила глаз на нашего восточного мальчика. — А восточный мальчик не особо против, судя по всему, — Лили хмыкнула. — Он всегда любил постарше, — пожал плечами Айзек. — Пусть развлекается. В Хогвартсе ему только к МакКоське и Ядовитому Плющу приставать, ну и, может быть, к этой новенькой преподавательнице полетов, но она для него таки слишком молода. — Это да, — Ричард хохотнул. — Всего-то на пять лет его старше, Малькольму меньше десяти не вкатывает. — Северус, разрешишь мне одолжить твою даму на один танец? — вдруг спросил Мальсибер. — Думаю, тебе лучше спросить у моей дамы, захочет ли она с тобой танцевать, — Снейп вопросительно взглянул на рыжую. Та, вскинув брови, залпом осушила свой бокал с шампанским и судорожно кивнула. Этого она точно не ожидала. — Не оттопчи ей ноги.       Лили дала положительный ответ лишь потому, что растерялась. То, как Северус произнес это «моей дамы» заставило ее коленки подкоситься от счастья: она его! Ну конечно, а чья же она еще, если не его? Только и только его! Это чувство смешалось с недоумением от того, что Айзек решил пригласить ее на танец. А ему-то это зачем? Танцевать с магглорожденной на глазах у родителей — разве разумно? Будь он Поттером или, на худой конец, хотя бы просто не будь он слизеринцем, вопросов бы не было, но при имевшемся раскладе… да что случилось с этим парнем?       Вальс, под который они танцевали, был ей не знаком. Двигался Айзек на удивление хорошо, что для Эванс стало открытием. В Хогвартсе Мальсибер никогда не танцевал, его сложно было заставить где-то участвовать, и вообще он предпочитал не иметь никакого отношения к школьным вечеринкам, ходил туда в основном для галочки. Ему были больше по душе слизеринские пьянки, случавшиеся после этих самых вечеринок, вот там он веселился от души — если кто-то проходил мимо слизеринских подземелий ночью после бала, то мог услышать, как студенты поют песни, и громче всех звучит именно Мальсиберовский бас, глубокий и объемный.       Лили расслабилась в танце. В голову ударило шампанское, чуть помутив сознание, и в целом ей нравилось, как она ощущала себя в руках Айзека. Ее ладошка терялась в его большой руке, он возвышался над ней головы на две, а то и больше, и, наверное, со стороны они выглядели мило. Ощущения его руки на талии было совсем другим, не таким, как ласковое успокаивающее прикосновение Северуса, но все же тоже было довольно осторожным и практически невесомым. — Должен заметить, что ты сегодня прекрасно выглядишь, впрочем, как и обычно, — сказал Айзек, когда Лили покружилась под его рукой, и вновь прильнула к нему, положив руку на грудь — до плеча она просто не доставала. — Значит, ты считаешь меня красивой? — уточнила Эванс. Она ведь грязнокровка, как она может быть красивой? — Ну да, — Мальсибер неоднозначно глянул на нее. — Вы, магглорожденные, все довольно красивые. И необычные. Другие какие-то. Не только в одежде, макияже и прическах, вы в принципе другие. Яркие, непосредственные, задорные. И есть в вас что-то… цепляющее. — Я думала, ты считаешь девушек с ярким маггловским макияжем, скажем так, легкомысленными. — Мне нравится твой макияж, — хмыкнул Айзек. — Глаза хорошо подчеркивает. По крайней мере, Рич так говорит. Я об этом не задумывался, мне просто нравится.       Лили с удивлением обнаружила, что вокруг них люди расступились. Все перешептывались и пристально смотрели на них. Она не могла разобрать слова из-за громкой музыки, и от этого впала в легкое недоумение, чуть замешкавшись. — Все в порядке. Тебя не знают, поэтому такая реакция, — прошептал Мальсибер ей на ухо. — Сейчас кто-то из наших всем все объяснит, — усмехнулся он. — А Поттер, наверное, в обморок упадет.       Рыжая обернулась на мгновение и действительно обнаружила в первых рядах Джеймса, протиравшего в недоумении глаза, совсем как тогда в Косом, когда она пересеклась с Мародерами вместе с Эйвери. Рассмотреть эмоции Блэка девушка не успела. Айзек легко поднял ее за талию, сделав поворот, и взгляд широко раскрытых глаз магглорожденной волшебницы снова уперся в совершенно не враждебные голубые глаза Мальсибера, в которых не было ни капли агрессии или ненависти, какую она привыкла в них видеть. Кажется, даже их цвет стал немного более теплым.

***

      Эванс и Эйвери стояли в длинном слабо освещенном редкими свечами коридоре. Они ходили в комнату, где сегодня ночевали Рич и Эван, гостившие у Мальсиберов последние несколько дней, чтобы парень смог переодеться после того, как Блэк по совершенно случайному стечению обстоятельств умудрился пролить на него вино. Ему повезло, что Ричард уже был в тот момент достаточно пьян, чтобы не закатывать скандал, а только в ответ облить его чем-то.       Они успели скрыться до того, как появилась грозная матушка Сириуса, естественно пожелавшая узнать, с чего это ее отпрыск весь в шампанском. Лили не помнила, когда она последний раз смеялась так много, у нее даже заболел пресс. Несколько раз с ней попытался заговорить Поттер и выведать, почему она здесь, но кто-то обязательно появлялся рядом с ними и все ему рушил: Малькольм нашел хорошей идеей в тот момент познакомить ее с миссис Лестрейндж, Лонгбботом зазвал ее поговорить в компанию ребят с их факультета, которым было очень интересно, как на балу у Мальсиберов оказалась магглорожденная, Эван вообще увел ее танцевать мазурку в тот самый момент, когда Лили была уже готова сдаться и ответить на некоторые вопросы Джеймса, чтобы тот наконец отстал.       А вот Ричард за спасение Эванс от Мародеров поплатился новой мантией, ведь очистить пятно с помощью магии им не удалось. Интересно, какую дрянь Блэк подсыпал в вино, что им не помогло ни одно заклинание?.. — Эй, ты обещал, что если мы будем вместе пить, то ты расскажешь мне, откуда знаешь, как целуется Северус! — вдруг вспомнила Эванс. — Эм, ну, знаешь, это довольно длинная история… — Эйвери оперся спиной на стену, скрестив руки на груди. — Ну, мы вроде не торопимся. Парни там где-то бродят, — она неоднозначно кивнула в сторону. — Про нас, наверное, вообще забыли. Вы целовались, да? — девушка прищурилась с хитрой улыбкой. — Расскажи мне! Из Сева я это никогда не выбью! — Я с ними со всеми целовался, — фыркнул парень, хмыкнув. — Уилкиса и Розье учил, Мальсибер как-то нализался и сам полез, а Снейпа твоего я на днюху засосал по приколу. — Серьезно? — Абсолютно. А что? Ты его динамила весь год, даже не смотри на меня, — Эйвери отвернулся. — Зато ты его девственности лишила. — Но мы с ним не… — Лили замялась, смутившись. — Все еще? — Рич закатил глаза. — Ну ты даешь, я б столько не вытерпел… — Давай сменим тему… а вон и ребята! — Эванс обрадовалась, завидев парней. — Ну и? Все свои вопросы важные решили? А Уилкиса опять оставили с безутешной женщиной, травящий анекдоты про Министерство? — Возможно, ему что-нибудь перепадет, — Айзек пожал плечами. — Мне маман устроила скандал за то, что я тебя пригласил на бал. Теперь только дождаться, пока отец до меня доберется. Есть небольшая вероятность, что в ближайшие до конца лета я не выйду никуда дальше входной двери. — У меня были дела с Малькольмом, но ему явно больше нравится компания миссис Лестрейндж и молодоженов Малфоев, — фыркнул Северус. — А я пил с Лонгбботомом и О’акби. Мы обменялись взаимными оскорблениями и обсудили то, как нас заколебала межфакультетская война. Удивительный день, когда Гриффиндор, Пуффендуй и Слизерин сошлись во мнениях слово в слово, — улыбнулся Эван Лили, и та с ответной улыбкой кивнула: она старалась сделать все, чтобы ее друзья максимально спокойно отнеслись к тому, что этот вечер она проводила в основном в компании слизеринцев. — А мы пытались спасти мою мантию после вероломного нападения Блэка. Не знаю, что он добавил в вино, но ни одно заклинание не помогло, — Эйвери грустно вздохнул. — И куда мы теперь? Обратно в зал? Праздник в самом разгаре, — Розье взял Ричарда под руку. — Не грусти, сладкий, мы придумаем, как вывести это пятно. Пошли, я, может, с матушкой Уилкиса потанцую. Я ведь похож на горячего восточного самца? — он театрально провел рукой по и без того зализанным гелем волосам. — Погодите, — Рич вдруг резко изменился в настроении. — Северус, можешь глянуть мантию? Мне просто дико интересно, что там было, я почувствовал довольно странный запах, но не смог понять, что это, но вдруг ты знаешь? — Э-э-э, ну, хорошо, — Снейп кивнул. — Пойдем.       Ричард открыл дверь в комнату и пропустил туда сначала Северуса, а за ним следом зашла Лили. Девушка направилась сразу же к кровати, где лежала испачканная мантия, Снейп же обернулся, чтобы спросить что-то у друзей, но увидел лишь то, как Эйвери с хитрой улыбочкой преградил рукой путь Розье и закрыл дверь. — Не смей! — выкрикнул парень, кидаясь к двери и хватаясь за ручку, но по ту сторону Ричард произнес незнакомое для Лили заклинание. Северус с отчаянием надеждой во взгляде дернул за ручку и выдохнул. — Что за?.. — Эванс поспешила к двери и прильнула к деревянной поверхности ухом. — Рич, опять в сваху поиграть решил? — хохотнул Розье. — Пусть посидят там, над пятном подумают, Снейп же любит сложности, вот пусть размышляет, — ответил Эйвери. — Но расстегнуть лифчик намного проще, между прочим. — Ричард, псина не крещенная, выпусти немедленно! — выпалил Северус, ударив по двери так, что она затряслась, и рыжая отпрянула от нее. — Айзек, Эван, скажите ему! — Ты что-нибудь слышишь, Эван? — равнодушно пробасил Мальсибер. — А ты, Ричард, что-нибудь слышишь? Тоже нет? — парень цокнул. — Наверное мне показалось. Пойдемте-ка в зал, поучимся у Уилкиса обольщать женщин в возрасте. Надо же как-то на трансфигурации вертеться в этом году.       Послышались шаги и заливистый хохот, а в подсвечниках на стенах вдруг загорелись свечи. — Как же вы мне все дороги!.. — прошипел Снейп сквозь зубы, отходя от двери. — Что за заклинание он наложил? — Его личное изобретение. Запирающее заклятие. Штука в том, что открыть его можно только невербальным контр-заклинанием, которое только он сам и знает, — Северус злился, и Лили его злоба забавляла.       Девушка засмеялась и, глядя на нее Северус невольно усмехнулся: кажется, кто-то выпил еще пару-тройку бокалов шампанского, пока он с разговаривал с Малькольмом о дневнике. Эванс казалась сейчас еще лучше, чем при встрече: ее щеки и нос густо краснели, и их не спасал уже даже тонкий слой тонального крема, она широко и чуть глуповато улыбалась, хихикала, такая очаровательная и непосредственная, что Снейп просто не мог оторвать от нее взгляда. Ему хотелось схватить ее и расцеловать прелестную пьяную мордашку, а потом снять с нее это платье, которое вдруг стало казаться ужасно лишним, как оберточная бумага на долгожданном подарке…       Нет, черт возьми, не здесь! Он не пойдет на поводу Эйвери! Тоже, нашелся тут, хренов Купидон и вершитель судеб! Северус бы и без него прекрасно справился… — Это так мило, — Лили села на кровать и откинулась на спину, вытягивая руки и чуть выгибаясь с тихим стоном. — Они переживают о твоей девственности. Странно, что Ричард сам тебя ее не лишил. — Лилс, лучше молчи, пока не протрезвеешь, — недовольно буркнул Снейп. — Мне нужно только молчать, или я не должна вообще ничего делать? — она поднялась на ноги и подошла к нему. — Сев, — девушка вдруг перешла на шепот. — Знаешь, мне кажется…       Лили вдруг стала серьезной. В комнате царил мягкий полумрак, но слабого света свечей все же хватало, чтобы рассмотреть друг друга. Эванс подумала, что это все очень романтично. — Да? — Снейп тоже от чего-то перешел на шепот, но это вопросительное «да» все равно прозвучало, кажется, слишком громко на фоне ставшей в считанные мгновения безобразно яркой тишины. — Мне кажется, что я все же испортила нашу дружбу, — в ее глазах появилось волнение, она поджала нижнюю губу, с которой уже давно стерлась помада.       Северус выжидающе молчал, чуть наклонив голову вперед. Его глаза показались ей еще более темными, чем обычно, и совершенно непроницаемыми. Лили почувствовала, как внутри все сжалось от страха и волнения, слова, просившиеся наружу, вдруг застряли в горле, мешая ей нормально дышать. — И, как же, интересно, ты опять это сделала? — спросил парень.       Эванс выдохнула истеричный смешок. Северус… даже в такой момент он Северус… — Я влюбилась в тебя, — ей показалось, что она произнесла это только одними губами, потому что воздуха катастрофически не хватало, и надеялась, что он ничего не расслышал. — О, ну, если это портит дружбу, то, наверное, это объясняет, почему у нас все стало так плохо с лета четвертого курса… — пробормотал себе под нос Снейп. — А? — Лили хлопнула накрашенными густо ресницами. — Можно ли сделать скидку на то, что я не понимал своих чувств? — создавалось впечатление, что парень разговаривает сам с собой.       На самом деле, Северус просто был шокирован ее признанием, хотя все и шло к этому. Он до последнего не верил, что Лили действительно любит его и понимал, что она достаточно умная, чтобы отличить дружескую любовь и взрыв гормонов от полноценной влюбленности, поэтому как всегда решил не обнадеживать себя лишний раз, и когда Эванс сказала это, Снейп просто стал привычным образом справляться с тем состоянием, в которое его повергли ее слова. — Ты! — засмеялась Лили. — Я признаюсь тебе в любви, а ты беседуешь сам с собой? Неужели в этой комнате нет более интересного собеседника? — Прости, я просто… это было неожиданно… — Северус хохотнул. — На самом деле, я… тоже тебя люблю, — собрав все свое мужество в кулак, сказал Снейп, глядя ей прямо в глаза, которые в тот же миг, кажется, буквально засветились.       Эванс вдруг обхватила руками его шею и притянула к себе, бесцеремонно впиваясь в его губы своими. Парень обнял девушку и ответил на ее поцелуй. Градус страсти между ними нарастал с каждым движением губ, с каждым соприкосновением языками поцелуй становился все более крепким и горячим. В какой-то момент Лили показалось, что вокруг них накалился воздух. Они обнимали друг друга крепко, так крепко, что девушка на мгновение подумала, что вот-вот их тела просто соединяться, срастутся в одно, да она была бы и не против этого.       Когда его руки скользнули ниже, и тонкие пальцы, эти прекрасные длинные тонкие пальцы, впились с силой в ее ягодицы, она глухо застонала ему в губы, вздрагивая. — Еще, — рыжая отстранилась на секунду, набрала побольше воздуха и вновь прильнула к нему.       Ее руки легко расстегнули разом пару пуговиц на мантии, но Северус вдруг вцепился в тонкие запястья. Она вопросительно посмотрела на парня. — Ты уверена? Мне кажется, нам не стоит так торопиться, Лилс… — Я же знаю, что тебе этого тоже хочется, Сев, — Лили положила голову ему на плечо. Она обняла его, а затем вдруг отпрянула. Рыжая запустила руку в карман его мантии и вытащила оттуда пузырек с ярко-голубым зельем, светившимся мягким теплым светом. — Это что? — Противозачаточное зелье… и я-я-я клянусь, что первый раз его вижу и никакого отношения к этому не имею! — принялся оправдываться Северус. — Да? А в твой карман его подбросил невидимый дух, оберегающий подростков от залетов? — вскинула брови Эванс. — Наверное, это мама… это объясняет, почему она вдруг полезла ко мне обниматься посреди бала… — пробормотал парень. — И ты с того момента ни разу руки в карманы не засунул? — Ну… нет, — пожал плечами он. — Не было необходимости. — А-а-а… как им пользоваться? — поинтересовалась задумчиво Лили. — Один из партнеров принимает дозу перед тем, как… эй, погоди!       Но было уже поздно: Эванс открыла бутылек и в один глоток выпила зелье. Она чуть поморщилась. — Сладко и отдает чечевицей, — произнесла Лили задумчиво, откидывая пузырек в сторону, на одну из сумок, стоявших у стены. — Теперь ты не отвертишься, — она улыбнулась и снова вплотную встала к нему. — Если хочешь, я начну сама, — девушка прильнула губами к шее Северуса, покрывая ее мягкими маленькими поцелуями, легко прикусывая кожу.       Снейп отстранился. Лили расстроенно отвела взгляд в сторону, но Северус вдруг сам притянул ее к себе, взяв ее разгоряченное алкоголем и волнением лицо в свои руки, и стал покрывать нежными поцелуями. Он спустился на шею, чуть оттягивая за волосы голову, невесомо целуя. Эванс шумно выдохнула, невольно закрывая глаза и тихо застонав.       Парень подтолкнул ее к кровати. Девушка дрожащими пальцами расстегнула его мантию и потянула вниз с его плеч, тут же принимаясь за рубашку. — В таком платье будет неудобно, — горячо зашептал Северус, ныряя рукой в разрез на юбке и хватая ее ногу под колено, трепетно касаясь бархатной кожи. — Снимать через голову, — зашептала она в ответ.       Лили позволила Снейпу раздеть ее и осталась в одном только белье. Пока он был занят ее плечами, наминая податливые ягодицы, Эванс расстегнула его рубашку. Она выскользнула из его рук и нырнула к нему за спину, разворачивая вновь к себе лицом и заваливая на кровать. Девушка стала целовать его грудь, на несколько мгновений сосредоточила свое внимание на сосках, обведя ореол кончиком языка, и чуть прикусила, заставляя Северуса вздрогнуть. Она спускалась ниже, но в какое-то мгновение почувствовала, как ей между грудей что-то упирается.       Лили расстегнула ремень и принялась за брюки. Освободив возбужденный орган, девушка чуть затормозила, и Северус воспользовался ситуацией, чтобы поменяться позициями и уложить девушку под себя. Он запустил руку в ее трусики, и Эванс шумно втянула в себя воздух, когда его пальцы нащупали правильную точку. Она прикрыла глаза и не заметила, как он нырнул вниз, оказавшись у нее между ног. Лили нервно сглотнула, но позволила парню снять с себя трусики.       Северус сначала лишь оглаживал ее бедра, затем и принимаясь целовать светлую кожу, красневшую от малейшего прикосновения. Эванс выжидающе наблюдала, приподнявшись на локтях, но стоило ему скользнуть языком между нежных складок, как просто рухнула на кровать с удивленным стоном. Парень прижал ее задрожавшие бедра к плечам. Лили схватила себя за грудь, сквозь кружево лифчика щипая себя за соски. В какой-то момент она даже вцепилась в его волосы и тут же одернула руку. — Сев! Хватит, прекрати, пожалуйста, — она выгнулась и заскулила. — Я сделал что-то не так? — парень отстранился, вытирая губы. — Нет, нет, все так, но это… слишком, — тяжело дыша, ответила рыжая. — Я к такому еще не совсем готова… — Может все-таки в другой раз? — спросил он, заглядывая в зеленые глаза.       Лили замотала головой. Они вновь слились в поцелуе, и девушка потянула его на себя, призывая лечь сверху. — Если что, можешь укусить меня, — прошептал Северус.       Эванс закрыла глаза и попыталась расслабиться. Он медленно проник в нее, и Лили зашипела сквозь стиснутые зубы, впиваясь в его лопатки через ткань рубашки. Когда он толкнулся, рыжая болезненно тихо застонала. — Прости. Прости, — парень вновь начал покрывать поцелуями ее лицо, оглаживая бедра. — Просто продолжай двигаться, — выдохнула тяжело девушка.       Северус закусил губу. Лили тихонько заскулила, и парень почувствовал, как с каждым толчком она ослабляла хватку, а входить в нее становилось легче. Тихие стоны становились легче и тоньше. Боль постепенно вымещалась приятными ощущениями, которые накапливались внутри, заставляя ее выгибаться и извиваться под худощавым телом парня. Снейп перестал пытаться сдерживать себя и сладко постанывал ей на ухо, от чего чувства казались Лили еще более яркими. Ему было хорошо с ней, и от этой мысли Эванс непроизвольно улыбалась, но со временем думать она не смогла вовсе.       Ее затрясло и она кончила, непроизвольно вскрикнув, тут же закрывая ладонью рот. Северус финишировал следом и обессиленно лег рядом. — Слушай… а если в коридоре кто-то есть, — тяжело дыша спросила Лили. — Мы же услышали бы? — Ну да, — Снейп вдруг засмеялся. — В любом случае, об этом явно надо было раньше думать, — он сел, закрывая лицо ладонями. — Это было… — Круто, — закончила рыжая, приподнимаясь на локтях. — Проблема лишь в том, что мы теперь будем слегка помятые. — Поправимо, — парень поднялся с кровати, застегивая брюки, следом сразу же принимаясь за рубашку. — Раз уж они нас здесь закрыли от доброты и переживаний, — парень подошел к сумке Эвана. — Думаю, не будет ничего такого в том, что мы воспользуемся косвенно еще раз их добротой, — он вытащил из сумки палочку.       Ребята поторопились одеться. С помощью магии они привели себя в порядок и выглядели к моменту, когда дверь открылась и появился Ричард, точно так же, как когда он ее закрыл. — Ну что? Поняли, чем этот пес испачкал мою мантию? — с довольной ухмылкой парень заиграл бровями. — Не знаю, — Северус пожал плечами. — Застирай с лимонной кислотой, — буркнул он, изображая недовольство.       Лили усмехнулась. Они вышли в коридор. Ричард, сославшись на то, что у него дела внизу, поспешил уйти, но влюбленные за ним не торопились. Эванс вдруг почувствовала себя немного неловко: видимо, алкоголь начинал выветриваться из ее головы. — У тебя ничего не болит? — спросил Снейп, положив руку на ее красную щеку. — Нет, — девушка улыбнулась и накрыла его ладонь своей. — Я не так себе это представляла, но это было даже лучше, — она приподнялась на носочки и поцеловала Северуса, мягко и осторожно. — Да я тебе говорю, что это может быть кто угодно! Она со всеми с ними ошивалась! — раздался вдруг голос Блэка. — Если она с Мальсибером или Эйвери, это еще хуже, чем если она с Нюнчиком! — злобно ворчал ему в ответ Поттер.       Гриффиндорцы вырулили из-за угла, оба выглядели довольно агрессивно и злобно, и не сразу их заметили. Лили и Северус переглянулись. Как сюда занесло Мародеров? Заблудились? Снейп заметно напрягся, но рыжая положила руку ему на талию, успокаивающе погладив, как это обычно делал он. — Лили?! Что тут происходит? — Джеймс затормозил, а вместе с ним и Сириус. — Он, что, опять выпрашивает у тебя прощения? Эй ты, аспид сопливый, уйди от нее! После того, что ты ей сказал, тебе вообще к ней на километр подходить стыдно должно быть!       Северус стиснул руки в кулаки. На его лице не дрогнул ни один мускул, но Эванс заметила, как изменился его взгляд, и встала перед ним, закрывая парня собой. — Между прочим, аспиды — смертельно ядовитые змеи, — фыркнула рыжая пренебрежительно. Ей не хотелось сейчас вступать в конфликт. — Ха, смотри, Сохатый, Нюнчик опять спрятался за спину девчонки! — хохотнул Блэк, выступая вперед, — Что, постоять за себя ты по-прежнему не можешь? Всю жизнь будешь прятаться за юбкой Лили? — Лу, неужели ты все равно будешь его защищать? — недоумевал Джеймс. — После того, что он тебе тогда сказал? — Мы помирились, Поттер. И вообще-то, мы теперь пара с ним. Можешь прекращать в порывах ревности до него докапываться, я теперь девушка Северуса. Да ведь? — рыжая через плечо глянула на парня, скрестив руки на груди. Тот смотрел на нее удивленно, но все же утвердительно кивнул. — Что? Нюнчик, да как ты?.. Да как у тебя смелости хватило?! — Поттер оттолкнул Лили в сторону, кидаясь на Снейпа.       Девушка столкнулась со стойкой, на которой стояла роскошная ваза с букетом цветов. Стойка зашаталась, и ваза рухнула на пол, со звоном разлетаясь на крупные осколки. Сириус кинулся разнимать вцепившихся друг в друга Северуса и Джеймса, но оказался так же отброшен в сторону Снейпом, кажется, намеривавшимся на полном серьезе отомстить Джиму за все те разы, когда он разбивал ему нос. Эванс, не задумываясь, тоже попыталась разнять дерущихся, но Поттер вновь отпихнул ее, и в этот раз устоять на ногах рыжая не смогла и упала, ладонью приземлившись прямо на крупный осколок. — Что здесь происходит?! — в коридоре появился Айзек, а следом за ним незнакомый Лили мужчина, высокий и широкоплечий. — Какого черта вы тут устроили? — незнакомец рывком оторвал дерущихся друг от друга за воротники мантий.       Повисло молчание. Только парни хлюпали сломанными носами, шипела от боли Лили, доставая осколки из порезанной ладони, благо, они были достаточно крупные, и бормотал что-то нецензурное Блэк, потирая ушибленный затылок. — Прошу прощения, мистер Мальсибер, — Поттер сглотнул кровь, сморщившись. — Дело чести. — Интересно, что твои родители на это скажут, — агрессивно рыкнул мужчина, отпуская парней. — Я не потерплю такого в своем доме!       Айзек поторопился к Северусу, который тут же кинулся помогать подняться Эванс. Младший Мальсибер дал Снейпу платок. — Что здесь происходит?!       Лили закатила глаза. Кажется, случился переизбыток этого вопроса на единицу времени. Интереснее было то, что голос этот принадлежал Эйлин. — Мам, ты как нас нашла?.. — прикрывая платком разбитый нос, пробормотал Северус, тяжело дыша через рот. — Чутье, — миссис Снейп подлетела к ним. — Еще раз спрашиваю, какого черта?! Кто из вас двоих начал? — сразу же поняв, что произошло, спросила разгневанно женщина. — Эйлин? — старший Мальсибер удивленно вскинул брови, мгновенно забывая о подравшихся подростках. — Нет, волшебник страны Оз, — огрызнулась женщина, доставая палочку. — Эпискей, — она направила палочку на Поттера. — Эпискей, — вновь повторила она, теперь уже исправив проблему с носом своего сына. — Так этот, — мужчина кивнул на Северуса. — Твой что ли? — А тебе не видно? — спросила Эйлин с саркастичным ехидным оскалом. — Сириус Орион Блэк и Джеймс Флимонт Поттер! Что вы двое здесь устроили?!       Лили едва сдержалась, чтобы не застонать от отчаяния. — Вальбурга, я, полагаю, ты сегодня в ответе за обоих, да? Значит все, кому надо предъявить, в сборе, да? Отлично, — проворчал Фредди. — Эйлин? — старшая Блэк удивленно вскинула брови. — Ага, привет, Вэл. Так и кто начал драку? — Он, — в один голос сказали Джеймс и Северус, указывая друг на друга. — Ставлю полтинник, что начал Поттер, учитывая, что в деле фигурирует также мисс Эванс, — из-за угла вырулил Том Реддл, преподаватель ЗОТС в Хогвартсе. — О, Эйлин! Здесь, что, анонимное собрание клуба бывших Эйлин Принц? А почему не пригласили меня и близнецов Яксли? Ага, а твой парень не в курсе подробностей твоей бурной молодости, да? — хохотнул он, глянув на удивленного Северуса. — О Мерлин, — Эйлин закатила глаза. — Лили, у тебя кровь, — Айзек обратил внимание на то, что у Эванс порезана рука. — А, да это так, ничего… — пробормотала рыжая, слишком поглощенная развернувшейся перед ней сценой. — Надо обработать, — младший Снейп взял ее за руку, осматривая порез. — Этим займется Айзек, — Фредди холодно глянул на девушку, у которой по спине пробежались мурашки от этого взгляда. — Потом с тобой поговорим, — сказал он сыну. — А вы двое, и ты тоже, — мужчина посмотрел на Сириуса. — И вы обе, — обратился он к женщинам. — Будете сейчас разбираться в произошедшем, понятно? Томми, можешь остаться. — Не называй меня так при учениках, — фыркнул Реддл.       Айзек взял Лили под локоть и потащил за собой. Девушка обернулась через плечо, и столкнулась взглядом с Северусом. Парень кивнул ей в знак того, чтобы она не переживала. Мальсибер завернул за угол, и они спустились по лестнице на первый этаж. Он привел ее на кухню и усадил на стул. Слизеринец достал палочку из-под мантии и взмахнул ей. Открылся один из шкафчиков, откуда появились бинт, вата и какой-то бутылек.       Парень со знанием дела принялся обрабатывать порез, прежде убедившись, что в ране не осталось осколков. — А вы на шум пришли, да? — Не, младший Блэк за братом потащился, когда увидел, что тот свалил, увидел, что они дерутся, и сказал первым, кого встретил, то есть нам. Наверное, и остальные тоже с его подачи явились, Вальбурга точно. Что ты с ними делаешь, а? Амортенцией опаиваешь? Или может на тебе чары какие-нибудь? Парни от тебя просто с ума сходят, — усмехнулся Айзек, поливая щедро раствором ее руку. Жидкость зашипела, и появилась белая пена. — Это… само получается, — фыркнула рыжая. — Айзек, а можно вопрос? — Валяй, малая, — он промокнул ладонь ватой. — Что с тобой случилось? Почему ты вдруг так изменил свои взгляды? — прямо спросила Лили, решив, что вилять с Мальсибером будет лишним. — Ха, думаешь, я вот так просто тебе расскажу? Я, конечно, не против того, чтобы наладить отношения, но откровенничать не собираюсь. — Ты влюбился, да? Она магглорожденная? — наобум спросила она.       Айзек на мгновение замер, глянул на нее растерянно, но затем упер сосредоточенный взгляд в ладонь, которую бинтовал. — С чего взяла? — пробурчал он. — Ну, просто… первое, что в голову пришло, — теперь для Эванс все стало очевидно. Она невольно улыбнулась. — Мой отец в нашем возрасте ненавидел рыжих и евреев. Как видишь, я рыжая, к тому же, наполовину еврейка, — фыркнула девушка. — Вот я и подумала: а вдруг? Любовь заставляет делать безумные вещи. — Ха, ладно, ты меня раскусила, — Мальсибер покачал головой. — Но не скажу, кто она. Сдашь меня еще. — Я умею хранить секреты, — Лили наклонилась к нему ближе. — Спроси у Снейпа, если не веришь. — Нет, — Айзек так же наклонился к ней, завязывая на узел бинт. — Ты может и умеешь, да только если узнаешь, то мгновенно разучишься. Слишком опасно. — Кто она? Алетуар? Эбигейл? Леа? Ну кто же? — допытывалась Эванс. — Если не расскажешь, я Макдональд подключу. Она в два счета все выведает. — Не сомневаюсь. Вы ведь с ней близки, да? — Ага. Мы как сестрички. У нас даже шрамики на подбородках одинаковые, — Лили демонстративно подняла голову, указывая тонкий маленький шов шрама на ее коже. — Она, наверное, тоже на меня сильно злится, да? — парень заметно помрачнел. — Это Мэри, да? — Эванс прищурилась. — Ты серьезно? Макдональд? — она прыснула со смеху. — Молчание — знак согласия, между прочим… Ладно уж, храни свои секретики. — Спасибо за понимание, — кивнул Мальсибер с едва заметной улыбкой. — Пойдем, мне интересно, чем закончится разборка между твоими мужиками.