Mad about you

БУМ. Дверь с громким грохотом захлопнулась. Его соседи будут наверняка возмущаться, но нам обоим это до одного места в данный момент. Сейчас у нас есть занятие поважней. БУМ. Парень, пытаясь доказать всю свою страстность, вжал меня в стенку. Воу-воу, мачо, полегче. Моя спина не была создана для проверки прочности стен. И поцелуи можно сделать чуть менее слюнявыми. Хотя… Нет, лучше меньше слюней. Он же не собака. Или же? БУМ. Теперь мой черед доминировать. Я вжала ошарашенного шатена в противоположную стенку и начала показывать, как надо целовать шею. Мы же не в дешевом порнофильме, где смазка состоит, в общем, из слюней, потому что режиссеры - жмоты. И вообще, я должна сейчас думать не об этом. - Я долго не выдержу, - хрипло прошептал парень и в очередной раз затянул меня в страстный поцелуй. Ой, да ладно, как будто я не вижу его стояка. У меня пока со зрением всё отлично, спасибо Патрику, который насильно пихал в меня морковку в моём переходном возрасте, когда мать моя не могла даже меня убедить выпить молока с утра. - Ну, веди меня в спальню, чувак, - отлепившись от него, сказала я и криво улыбнулась. Шатен в ответ мне улыбнулся и, взяв за руку, потащил вглубь небольшой квартирки. Но, видимо, Бог решил записать меня первой в списке тех, кто получает ежедневную порцию обломов. Потому что у меня просто-напросто зазвонил телефон. И, заметьте, это не в первый раз за последние полчаса! Если первые два раза я могла спокойно сбросить звонок, то теперь был черед моей проснувшейся совести. Будь она проклята, во веки веков! - Ответь. Я подожду, - парень вновь улыбнулся и исчез за дверью. - Да? – в ярости спросила я, как только нажала на зелёненькую трубку. - Привет, Сиси, - как-то натянуто выговорил это Томас, но мне было не до разборов в его чувствах. – Я тебя не отвлекаю? - Как раз отвлекаешь, - раздражённо спросила я. – Что-то важное? Приближение Апокалипсиса? Нашествие марсиан? Ожил Адольф Гитлер? Если ничего из этого списка, то пожалуйста, не отвлекай меня. - Нет, ничего из этого. Ладно, прости, что отвлёк. Я просто хотел сказать, что соскучился. Пока, - и на этом Том бросил трубку. Отлично, теперь я себя чувствую малодушной сукой. Я разрывалась на две части: одна хотела перезвонить Хиддлсу и спросить, что у него стряслось, а вторая хотела наконец-то, спустя очень долгое время, заняться сексом с мужчиной. Но Судьба всё решила. Ибо, когда я решилась позвонить Хиддлстону, то телефон вырубился. Вот проблема и решилась. Я могу спокойно пойти и заняться сексом с парнем, которого знаю чуть больше двух часов. Когда я вошла в комнату, то вновь вспомнила о том проклятом списке. Потому что мой недолюбовник просто-напросто дрых! А это уже какое-то сплошное невезенье! Третий за неделю! С первым обломалось из-за его мамочки, которая вдруг решила прийти к своему дорогому сыночку в гости, со вторым всё накрылось из-за того, что тот идиот перебрал, и, пока мы ехали к нему, вырвал всё на мою блузку, а теперь это! Ну, просто отлично! Томас наверняка меня сглазил, чтобы у меня ничего не было ни с одним мужчиной, пока его не будет. Придурок. В итоге я оказалась дома раньше положенного времени. И на кухне меня ожидал очередной сюрприз в виде Макса с разбитой губой и кровоточащей ссадиной на скуле. Так, дома были Бен и Мари, значит, это они его так разукрасили. Я мысленно ставлю им памятники. - Ну, привет, девственник, - сказала я и хмыкнула. – Вижу, тебя судьба уже наказала, да? - Не смешно, - обиженно сказал кучеряшка и потупил взгляд. – Я пришел поговорить, а они… - Ну, мы ведь уже извинились, - раздался голос Мари за моей спиной. - Не в этом дело. Я хочу вам объяснить всё, сказать, что я правда люблю Лизи от всего сердца, что готов хоть вечность ждать, а вы так ко мне относитесь… - Так, попрошу без соплей, - я выставила вперёд руку, как будто это могло защитить меня от дерьма. – У меня и так день не удался, секс обломался, Хиддлс обиделся на меня, а теперь ты пришёл тут ещё ныть мне на ухо. Нет, спасибо, увольте. - Сочувствую, Фокси, - Бен сел за стол и с грустью посмотрел на меня. - Нет, твои сочувствия мне не нужны. У тебя регулярный секс с Мари и ты меня не поймёшь, - я закатила глаза и взяла красное яблоко со стола, как утешительный приз, ага. - Вообще-то мы сейчас с Беном просто друзья, - Марина явно смутилась, а Бенни следом за ней. Ну как школьники, честное слово. - Пошли отсюда, Макс, от этих друзей с регулярным сексом, - быстро схватив опешившего Макса за локоть, я его потянула к себе в комнату. Как только мы достигли её, я сразу же закрыла дверь и с разбега запрыгнула на свою кровать. А кучеряш всё также продолжал стоять на пороге и ошарашено смотреть на меня. Мы так переглядывались минут пять, и это вконец мне надоело. - Что? – раздражённо спросила я. - Ты меня простила? – севшим голосом спросил он. - Если будешь продолжать стоять на пороге моей комнаты и так смотреть на меня, то я подумаю, чтобы продлить срок своей обиды на тебя навечно. Тебя это устраивает? – сощурив глаза, спросила я. - Нет, совсем не устраивает, - Макс радостно улыбнулся и сел рядом со мной. – Мне не хватало твоей болтовни. На некоторое время в моей спальне повисла тишина. Знаете, такая правильная тишина, которая ничего не требует. Мне было спокойно. Удивительно. Но чего-то ещё не хватало. Да, точно. Послав все принципы в принципе к чёрту, я подвинулась ближе и положила свою голову на грудь кучеряшки и обвила его одной рукой за талию. Он удивлённо выдохнул, но не предпринял ничего, чтобы оттолкнуть меня. Он, наоборот, обнял меня за талию. За что я была ему чертовски благодарна. Всем нужны обнимашки, даже таким малодушным сукам, как я. Кстати, о малодушных. - Я люблю тебя, - тихо сказала я. Макс вновь напрягся подо мной. О, я люблю ставить в неловкие ситуации. И люблю наблюдать, как люди выходят из них. Ладно, сделаю поблажку. - Не в том смысле, идиот. Я люблю тебя, как брата. Если бы я тебя любила, как мужчину или, замахиваясь на что-то больше, то от меня ты узнал бы это в последнюю очередь. Например, если бы я лежала на предсмертном ложе, - сказала я и усмехнулась. - Я знаю. И я тебя тоже люблю, сестрёнка, - с ноткой сарказма сказал он, а затем, помолчав пару мгновений, добавил: - Теперь понятно, почему ты так ведёшь себя с Томом. - Как я веду себя с Томом? – возмущённо спросила я и резко подняла свою голову. - Вы как два попугая в брачный период. Заигрываете друг с другом, но ничего не предпринимаете, - сказал Макс, явно довольный своими выводами. - А ты знаешь, как ведут себя попугаи в брачный период? – в лёгком недовольстве спросила я и слегка пихнула его в бок. - Ага. У меня в детстве были два попугая – Кай и Герда. Вот вы в точности похожи на них. Кай вечно ухаживал за Гердой, угождал ей по-всякому, а Герда вечно строила из себя недотрогу, чирикала на него, задирала. Но в итоге, когда у нас появился ещё один попугай женского пола, она и на метр не подпускала её к Каю. И я думаю, ты выбрала меня, потому что я похож на Тома. Я… - Что ты…? – но я не успела договорить, так как этот наглый кучеряшка закрыл мне рот рукой. - Выслушай. Я такой же высокий, худой, русоволосый, кучерявый. Ты, конечно, сделала этот выбор подсознательно. Но все видят, что между вами происходит химия. Очень серьёзная химия. Настолько серьёзная, что когда мы оставались втроём, у меня постоянно возникала мысль незаметно исчезнуть и не мешать вам. И когда мы были с тобой на свиданиях, ты, время от времени, так или иначе, упоминала имя Тома. Такое даже бы слепой заметил. Вы любите друг друга, просто ты чего-то боишься. Поэтому ты ведёшь себя, как ёжик и отталкиваешь его, да и не только его. Я прав, да? На это мне было нечего сказать. Чёрт, Макс явно подрабатывал психологом. Ненавижу. Он как будто всю мою душу вывернул наизнанку. А в этот миг в моей голове происходили тяжёлые мыслительные процессы. Слишком много информации, которую мой мозг пытается отвергнуть. То, что я долгие месяцы прятала даже от себя, Макс вытащил всего лишь за пару минут. Ох, как я его ненавижу. И Хиддлстона тоже. - А теперь будь умной девочкой и послушай меня. Позвони Тому, ладно? – сказал кучеряшка и поцеловал меня в макушку. Ну, как священник на исповеди, честное слово! Он встал с кровати и направился к выходу, оставляя меня на одиночестве с коллапсом в голове и кучей мучительных догадок. - Ты же девственник! Как ты разбираешься в этом? – недоуменно спросила я. - Не обязательно иметь с кем-то физический контакт, чтобы разбираться в любовных отношениях, - просто ответил Макс и смущённо улыбнулся. А затем исчез за дверью. Отлично, теперь я себя чувствую себя ещё более хреново, чем было до этого. Я думала, настроение уже некуда опускать, а оказывается есть куда. Тяжело вздохнув, я взяла в руки ноутбук, включила его и начала ожидать, когда включится skype. Наконец, это произошло, и я сразу же заметила Томаса в онлайне. Боже, дай мне сил это пережить. Но Хиддлс решил построить из себя обиженную даму. Раз не взял, второй раз не взял, десятый раз не взял. Ладно. Если надо, то я очень терпеливая и могу задолбать даже такого джентльмена, как Хиддлстон. Мне терять нечего. Абсолютно нечего. Ну, кроме стучащего сердца и русых волос, которые после этого звонка поседеют преждевременно. Foxy: Олень, возьми трубку. Foxy: Сейчас же! Foxy: Я же вижу, что ваше высочество онлайн. Foxy: Хватить дуться, малыш. Ты же знаешь мой дерьмовый характер. Foxy: Если ты не возьмёшь трубку, то я возьму билет на ближайший самолёт и полечу в эту долбанную Корею. Foxy: Я серьёзно, малыш. Foxy: ХИДДЛСТОН, НЕ ИСПЫТЫВАЙ МОЁ ТЕРПЕНИЕ И ХВАТИТ СТРОИТЬ ИЗ СЕБЯ ДЕВСТВЕННИКА. МНЕ ХВАТАЕТ МАКСА С ЕГО ЛЮБОВЬЮ К МОЕЙ СЕСТРЕ. Foxy: Том, блять, я серьёзно не собираюсь писать тебе извинения в письменной форме. Обычно я так и делаю, но только не сегодня. И ещё была сотня в подобном роде сообщений. Я решила выполнить приказ Макса добросовестно, ну а что? И, о чудо! Томас решил снизойти ко мне со своих небес! Выпендрёжник хренов. Ненавижу. Раздался типичный звонок skype, и на экране высветилось окошко, оповещающее меня о том, что мне звонит Хиддлс. Ну наконец-то! Но как только на экране появилось лицо Тома, у меня началась паника и я не нашла ничего лучше, как закрыть с размаху своё лицо подушкой. Да я, чёрт, просто гений! Убейте меня за мою истеричность. Я попыталась отлепить подушку от лица, но, кажись, она намертво прилипла. Вот и отлично. Мне стыдно и я хочу рыдать с какого-то перепуга. А ещё мне тяжело дышать. Или из-за подушки или из-за того, что у меня началась паническая атака. - Хей, Сиси, ты в порядке? У тебя руки трясутся. Опять паническая атака? Чёрт, убери ты эту подушку. Не съем я тебя, не в том настроении, - слегка раздражённо сказал Хиддлс, и я на сто процентов была уверена, что он хмурился. Но я не отозвалась. О нет, мне жутко страшно, и я не знаю, что делать, потому что я дура. - Сиси? Чёрт, Сиси, говори со мной. Я не злюсь на тебя, правда. Успокойся. Помнишь, как тогда? Слушай мой голос, а я тебе что-нибудь расскажу. Может тебе Шекспира почитать? Только слушай мой голос, ладно? – в голосе Тома я различила явную панику. Неужели он за меня переживает? - Проснись, любовь! Твое ли острие Тупей, чем жало голода и жажды? Как ни обильны яства и питье, Нельзя навек насытиться однажды. Так и любовь. Её…* - Нет, ты злишься на меня, - осипшим голосом перебила я его. Я смогла переселить себя. Чёрт, неужели это случилось? Мои панические атаки ещё никогда не были такими короткими… - Боже… Сиси, ты меня напугала. Убери, пожалуйста, подушку, - в динамиках раздался облегчённый вздох Хиддлстона. – Я хочу видеть твоё лицо. - Нет! – пискнула я, как будто он мог в любой миг появиться в моей комнате и отнять эту подушку, которая защищала меня от всех несчастий мира. - Сиси! Если ты сейчас же не уберёшь подушку, то мы заканчиваем наш разговор, - угрожающе сказал Том, и мне ничего не оставалось, как подчиниться. Оказывается, он может быть альфой, когда хочет. - Так-то лучше, - сказал он, когда я убрала подушку. Посмотрев в миниатюру, где показывалось моё лицо, я ужаснулась: волосы растрёпаны, джемпер съехал на одном плече, тушь потекла, и нос, и глаза покраснели. Ну, отлично просто! Как Хиддлс ещё не отключился от подобного зрелища, достойного ужастиков? Но это, видимо, его не волновало, так как он продолжал смотреть на меня. Между нами возникло неловкое молчание. Ненавижу эти мгновения. - Прости, но я соскучилась, - сказала я и шмыгнула носом. – И да, я полная дура, я знаю. День был хреновым. Прости. Это всё получилось отрывисто и сумбурно. Совсем не так, как я представляла себе. У меня всегда были проблемы с речами. И теперь это точно подтвердилось. На миг на лице Томаса возникло неизвестное мне доселе выражение лица, стоящее между «шоком» и «я не ожидал этого». Но затем он слегка улыбнулся и, склонив голову набок, сказал: - Я тоже соскучился. Из моих лёгких как будто выбили весь воздух или я оказалась в вакууме. Чёрт, только не опять. Так, дыши, Фокси, глубоко дыши. - И да, с какой это стати я стал малышом? – Хиддлс понял, что я не знаю, как продолжить разговор, поэтому взял всё в свои изящные руки. Ну, они правда у него в какой-то степени изящные. - Мне же надо было как-то привлечь твоё внимание, малыш, - сказала я и, выделяя последнее слово, скорчила рожицу. - О Боже, Фокси, ты когда-нибудь станешь моей смертью, - сказал Томас и плюхнулся назад на кровати, громко посмеиваясь. А мне открылся вид на его вполне накачанный голый торс. Стриптиз заказывали? ______________________ * Шекспир "Сонет 56"