Зависимые

27 мая 2018 года

— Передозировка амфетамином. Мы стабилизировали ее. Промыли желудок и поставили капельницу. Вы кем приходитесь пациентке, напомните еще раз? — врач с седыми волосами, аккуратно зачесанными назад, в белом хирургическом костюме стоял посреди длинного коридора перед девушкой и парнем. Слова больно отдавали в глубине сердца, разбивая его на мельчайшие осколки. Повисла неловкая пауза, которую прервал парень в помятой рубашке: — Я брат, а это, — он указал на рядом стоящую девушку с рыжими волосами, — моя девушка. Мы шли навестить сестру, но наткнулись на весь этот ужас, который с ней приключился. — Я вас понял. Что ж вы вовремя обратились в больницу. Немного бы повременили — она бы погибла. — Ее можно увидеть сейчас? — К сожалению, нет. Приходите завтра утром. А сейчас отправляйтесь домой. На данном этапе вам нечего беспокоиться, — врач устало потер виски. — Спасибо. Доброй ночи.       Доктор развернулся и скрылся за тяжелой дверью, над которой висела таблица с надписью «Отделение интенсивной терапии». Одно из самых страшных отделений, в стенах которого люди находились на волоске от смерти, где громоздкие аппараты помогали дышать, а через систему капельниц в истощенный организм поступали такие нужные лекарства. Сколько слез было пролито в коридоре перед отделением, сколько сердец было разбито, сколько надежд рухнуло… Сосчитать было нельзя. Это угрюмое место было пропитано духом смерти. — Шерил, пойдём отсюда, — он потянул девушку за руку, — и прости за эту дурацкую историю …так просто было правдоподобно. — Всё нормально, Свит, — она всё еще пребывала в шоке от увиденного за эти пару часов. — Я сяду за руль? — он неуверенно спросил, ожидая отказ. — Да, пожалуй. Я что-то не в состоянии, — рыжая устало опустилась на кожаные сидения и прикрыла глаза.

**Несколькими часами ранее.

— Алло, Шерил, привет. Извини, что звоню, но это правда важно. У тебя остались ключи от дома Топаз? — Привет, Свит. Да, а что такое? — девушка отложила книгу и села ровно на диване, чувствуя что-то неладное. — Мы договаривались встретиться с ней. Она не открывает дверь и не берет трубку. На втором этаже горит свет. Я не могу выломать дверь, меня полиция упакует. Можешь приехать? Только быстрее, я волнуюсь. Пожалуйста. — Хорошо, — тяжелый вздох на том конце провода. Шерил быстро оделась и захватила ключи от дома своей бывшей девушки. Они расстались месяц назад. Это больно ударило по двоим, особенно учитывая обстоятельства. Рыжеволосой всё еще хотелось верить, что это неправда, что Тони просто погорячилась, что все наладится. Но это были только ее иллюзии. Блоссом понимала, что Свит Пи не придурок и просто так не позвонил бы ей с такой странной просьбой. Они оба прекрасно знали про зависимость Топаз и теперь вся ситуация пугала до жути. Перебирая разные варианты в голове, девушка доехала до нужного дома. Ее уже ждал парень, присев на ступеньки. Он вскочил на ноги. Дрожащими руками они провернули ключ и открыли дверь. В доме было тихо, не считая приглушенной музыки со второго этажа. Играла любимая группа Тони — «The Beatles». Они ринулись на второй этаж. В спальне был легкий хаос: одежда разбросана, какие-то письма, фотографии, всякие баночки, всё это валялось на кровати и вокруг на полу. Дверь в ванную комнату была приоткрыта. Шерил сразу двинулась туда, ожидая худшего. — О Господи, — она закричала, падая на колени, а Свит резко обернулся. Сердце ушло куда-то в пятки, а в глазах застыл ужас. Хотелось ущипнуть себя, чтобы проснуться, чтобы убедиться, что это неправда. Но, к сожалению, всё было горькой реальностью. — Что с ней? — он подлетел к напуганной до безумия Блоссом, которая сидела на коленях у тела мулатки. Она была без сознания, лежала на полу, повсюду валялись таблетки, которые рассыпались из банки с названием «Хлорофилипт». Но только таблетки точно не были средством для дезинфекции горла… — Ти-Ти… Дорогая, что же ты наделала… — захлебываясь слезами, шептала Шерил, а руками трясла девушку за хрупкие плечи. — Да у нее передоз! — прокричал Свит Пи.       Дальше всё пролетело как в тумане: они спускали Тони по лестнице, мчались в больницу, отчаянно объясняли медперсоналу, что случилось и молили поскорее что-то сделать. И пусть Шерил не была с ней вместе, и пусть глубоко в душе у нее засела горькая обида, она слишком переживала. Она надеялась, что врачи смогут ей помочь, верила, что еще не всё потеряно. Она мерила шагами больничный коридор, до боли закусывая губу и заламывая руки. Ни уговоры Свит Пи, ни слова медсестры не могли ее успокоить и заставить хоть на секунду сесть. Периодически она утыкалась в плечо парня и безудержно рыдала, сжимая его плечи. Здесь явно не хватало ее лучшей темноволосой подруги, которая имела уже опыт в таких истериках и знала точно, как успокоить рыженькую. Шерил молилась всем Богам, только бы с Топаз всё было хорошо. Ведь настоящую любовь просто так не выкинешь, не откажешься от нее и не зачеркнешь, как ошибку в сочинении. Настоящую любовь тяжелым грузом несут в сердце еще не один год после расставания, а то и всю жизнь.

***

— Свит, ей нужно в клинику, хочет она этого или нет, — вновь подала голос рыжеволосая, перебирая в руках ремешок от сумки. — Я знаю, Шерил. Но как я ее туда отправлю? — В этот раз насильно. Я обо всём договорюсь и всё оплачу. Завтра к обеду вышлю тебе всю информацию. В больнице скажешь утром, что у нас есть клиника, просто мы ждем подтверждение. Ее переведут из больницы сразу туда на реабилитацию. — Шерил, но… — Никаких но. Даже если мы больше не вместе, это не значит, что мне наплевать и что я готова смириться, что она умрет от передозировки. Не бывать этому, — она резко оборвала все попытки парня противостоять ей и отвернулась в окно. День был невыносимо гадкий и бесконечно длинный.