Зависимые

20 апреля 2019 года

      Шерил Блоссом открывает глаза, пытаясь отогнать печальные мысли. Она сидит в кожаном кресле в своем кабинете и всматривается в окно. Уже был поздний вечер, она отпустила всех своих сотрудников. Назойливому охраннику сказала, что у нее еще куча работы и она задержится. Работа ее заключалась только не в бумажных делах, а в душевных терзаниях. И это так удивительно странно, что человеку может быть невыносимо больно абсолютно без какой-либо физической причины. Она прокручивала тот самый страшный день 27 мая 2018. Перед глазами снова появлялось тело мулатки, больничный коридор и перепуганное лицо Свитса. Она перевела взгляд с огоньков ночного Нью-Йорка на календарь, который висел тут же на стене. Она зло смотрела на ненавистную цифру и больно прикусила щеку изнутри, чтобы не закричать на весь офис. Сегодня был день рождения Тони Топаз. Она прекрасно помнила это. Они не виделись с того злополучного вечера, когда мулатку привезли в больницу в бессознательном состоянии на волоске от смерти. Как и обещала Шерил, ту сразу отправили на реабилитацию в один из крупных центров по борьбе с наркозависимостью. Спустя 10 месяцев девушку выпустили. Казалось, она смогла вернуться к обычной жизни.        Шерил устало поднялась и направилась к шкафу. Душевная боль достигла своего максимума и пора было прибегнуть к анестезии. Открыв дверцу, она недолго выбирала бутылку — схватила виски, даже без стакана. Вернувшись на свое рабочее место, она ловко открыла бутылку и сделала первый глоток. Прохладная жидкость с нотками ореха приятно разливалась внутри, даря тепло, которого ей так сильно не хватало. Девушка откинулась на спинку кресла и снова погрузилась в свои мрачные мысли. Ей 25 лет, она владеет своей компанией по производству кленового сиропа. Она долгое время не решалась возродить семейный бизнес, но в конечном итоге рискнула. Отношения с матерью, хоть и были натянуты, но были достаточные для того, чтобы Пенелопа следила за бизнесом в Ривердейле, где располагалась сама кленовая империя. Шерил в своем офисе, в одной из местных высоток Нью-Йорка, занималась отчетами, подсчитывала бесконечные цифры, заключала выгодные сделки, пыталась вытеснить конкурентов законными путями и следила, чтобы всё работало как часы. Она чудесно справлялась. Было множество недоброжелателей, которые пытались затмить ее и осквернить. Но бизнес велся слишком чисто, так что придраться было не к чему. Находились конечно отчаянные, которые любили порыться в архивах и нарыть что-то из прошлого Шерил, но это было прошлое. Она была очень богатой и успешной молодой девушкой. У нее была лучшая подруга Вероника Лодж, которая по совместительству была и постоянным партнером — она все-таки наладила свой алкогольный бизнес. Подруги бесконечно поддерживали друг друга и тусовались вместе на громких вечеринках. Казалось, у рыжеволосой королевы было всё. Но нет. Ей не хватало душевного покоя. А потеряла она его очень давно, как только первая порция наркотиков отправилась в организм тогда еще ее девушки — Тони Топаз. И под горькие нотки виски она снова предалась своим воспоминаниям.

Ноябрь 2017

      Вечеринка в самом разгаре, сюда были приглашены все главы крупных компаний. Было шумно, душно и слишком весело. Алкоголь был нескончаем, но помимо него на вечеринку, как и полагалось в таких кругах, проникли и таблетки, покрытые белой оболочкой, под которой скрывались запретные вещества. Их передавали тихо, разными способами, стараясь быть незамеченными. Подозрения вызывали только слишком веселые и активные люди, которые танцевали уже всю ночь и не собирались останавливаться. Голоса были только громче, а движения откровеннее и активнее. Развязалось пару драк, несколько споров. Всё как обычно, ничего сверхъестественного. — Эй, Ти-Ти, ну давай же. Это всего лишь амфетамин, подумаешь. Нам станет чуточку веселее, — пьяная Шерил крутила в руках небольшую круглую таблетку, которую непонятно кто ей дал, заверив, что это безопасно, а эффект будет сногсшибательным. — Шер, где ты вообще взяла эту дрянь? — Тони пыталась отговорить свою девушку. Она не понаслышке знала, что бывает даже от однократного приема таких веществ, знала, что такое наркозависимость. Ее дядя погиб от передозировки. — Да неважно где. Ну давай же, пожалуйста. По половинке, — она умоляюще смотрела на мулатку, протягивая половину злополучной таблетки, — Дэвид сказал, что нам просто станет хорошо. А такая ничтожная доза не вызовет зависимость. А секс будет просто бомбическим, — в ее глазах уже плясали чертики, медленно, но уверенно склоняя Топаз к действию. — Ладно, — девушка сдалась. И они обе отправились в мир эйфории и легкого тумана.       На следующее утро всё стало на свои места, когда они протрезвели. Странное состояние Тони кленовая директор заметила далеко не сразу. Прошло около двух месяцев, когда чрезмерно веселое и активное поведение девушки стало вызывать много вопросов, а ее бессонницы нельзя было больше списывать на стресс на работе. Путем длинных разговоров вперемешку с истериками, проверки историй поиска браузера, переписок и звонков в телефоне, а на худой конец и слежки, Блоссом с ужасом подтвердила свои догадки — ее возлюбленная принимает таблетки. Топаз же объясняла это очень просто: после той роковой вечеринки она заметила необычайный прилив сил и безумное вдохновение, так что спустя пару дней возникло дикое желание вновь принять этот амфетамин, чтобы получить дозу вдохновения и написать прекрасную статью. Просторы Интернета никогда не подводили, и уже через пару часов мулатка совершала сделку с каким-то парнем. И с тех пор все наивные обещания «еще один раз и всё» превратились в порочный круг, а тот парень из сети стал постоянным дилером.

2019 год

      Шерил снова сделала глоток, пытаясь прекратить этот ненавистный поток мыслей. Она осознавала, что именно она толкнула свою девушку в эту наркотическую бездну, она сама заставила ее попробовать ту таблетку, уверяя, что ничего не произойдет. Рыжеволосая ненавидела себя за это. Но и ничего уже изменить не могла. Она старалась всячески поддерживать Тони, старалась бороться вместе с ней. Они праздновали месяц, два и даже три чистоты ее организма. Но потом всё возвращалось на круги своя: срыв, эйфория, агрессия, абстинентный синдром, клиника. Бутылка была уже пуста наполовину, а голова слегка кружилась. Она пила не так часто, но каждый раз знатно. Она крутила в руках крышку от бутылки и горько ухмылялась. Хотелось напиться до полного беспамятства, чтобы всё горькое прошлое растворилось в тумане, а раны не кровоточили. Чтобы не вспоминать, как весело, а главное вдвоем, они проводили прошлый день рождения Тони. Алкоголь отключал ее от реальности, от мира, в котором преследовали только беды и потери. Он дарил ей некоторое мнимое успокоение. — Какая же ты дура, Блоссом, — она откинула крышку и потянулась за телефоном. Кое-как разблокировав его, она непослушными пьяными пальцами набрала контакт «Ти-Ти». До сих пор, спустя год, в ней не нашлось смелости его либо удалить либо, просто переименовать на что-то нейтральное. Пошли гудки. Они были долгие и неприятно отдавали звоном по ушам. — Алло? — неуверенный голос ворвался в сознание рыжеволосой. — Алло, Тониииии, — она пьяно растягивала слова, — привеееет. — Шерил? — девушка явно не ожидала этого звонка, особенно учитывая, что время на часах уже было около десяти вечера. — Дорогая, с Днем Рождения, — она пыталась говорить твердо, но это получалось плохо, потому что 200 миллилитров виски отчетливо давали о себе знать. — Где ты? — На работе, пью за твое здоровье, детка, — она стукнула бутылкой о стол для правдоподобности, — что там я тебе пожелать должна…счастья, успехов….о, точно! Любви! — Шерил, ты пьяна. — Вообще нет, — но в телефоне раздались гудки, — вот сучка, — грустно пролепетала она и сделала еще один глоток, после которого сильно поморщилась. Пора было останавливаться, но боль в душе твердила об обратном.       После того как Топаз скинула вызов, она тяжело вздохнула и набрала другой номер. На него сразу же ответили. — О, именинница, привет еще раз. Передумала на счёт вечеринки? — Привет, Вероника. Нет. Но тут, кажется, у твоего партнера по бизнесу приватная вечеринка в офисе. — Что? — девушка явно не понимала смысла сказанных слов. — Шерил напилась, она звонила мне только что. Ронни, забери ее из офиса, пока она еще каких глупостей не натворила. — О Господи, — прошептала Лодж, осознавая всю ситуацию, — прости, Тони. — Тебе не за что извиняться, — она слегка улыбнулась, — напиши мне, как доставишь ее домой. — Да, хорошо. Спасибо тебе большое, что сообщила.       Топаз отложила телефон. Ее 25-й день рождения проходил в полном одиночестве. После 10 месяцев реабилитации ей точно не хотелось никого видеть. Все эти сожалеющие взгляды, скомканные вопросы, неловкие паузы четко напоминали ей, что она «не такая». И это до жути раздражало. Только утром она встретилась с Вероникой, все-таки они смогли сохранить дружбу и было неудобно отказать брюнетке. Остальным она сказала, что уехала из города, чтобы не обижать фразами по типу « не приходите», «я хочу побыть одна» и так далее. Звонок Шерил ее очень удивил, так же как и состояние, в котором находилась девушка по ту сторону телефона. Она была уверена, что после всего того, что случилось между ними, Блоссом должна была удалить ее номер и забыть навсегда.       Топаз вновь откинулась на мягкие подушки и включила звук в телевизоре, желая досмотреть свое любимое ток-шоу под баночку фруктового пива, а не загоняться мыслями о своей бывшей, которую она очень обидела в своё время.       Тем временем Вероника Лодж выстукивала каблуками по паркету в пустом офисе. Она уверенно направлялась к темной двери с золотистой табличкой «Директор. Мисс Блоссом». Девушка толкнула дверь и застала такую картину: директор кленовой компании, уронив голову на стол, мирно спала; рядом стояла почти пустая бутылка виски, лежал телефон; на полу валялось несколько бумаг, крышка и сорванный со стены календарь с зачеркнутой сегодняшней датой. — Мда, такая себе приватная вечеринка, — пробубнила Вероника и подошла к подруге, — подъем, Блоссом! — она закричала так громко, что девушка дернулась от испуга. — Что? Который час? Где я? — она нелепо задавала вопросы, моргая и осматриваясь вокруг. Алкоголя в крови было предостаточно и она всё еще не осознавала, что происходит. — Шерил, давай, поднимайся, какого хрена ты тут вообще устроила? — Вероника закипала. Она была зла, что в очередной раз ее подруга напилась, что ей пришлось ехать сюда, бросив все свои дела. Она уже сложила все бумаги обратно на стол, закрыла бутылку. Глянув на обессиленную девушку, поняла, что та не встанет без ее помощи. Собрав всю свою волю в кулак, она потянула рыжеволосую, помогая ей встать. — Ну же, алкашня, пошли!       Картина, конечно, вырисовывалась не для глаз журналистов. Позднее время шло на руку, улица была пустая. Пятница. И все были или по домам или на шумных вечеринках. И только Вероника тащила под руки директора кленовой империи. Она еле усадила ее в машину, выслушивая по дороге бред сумасшедшего. Шерил что-то твердила про то, какой у них офигенный бизнес, спрашивала, почему Вероника здесь, а потом резко начала тараторить про Топаз, что у той день рождения и что ее необходимо поздравить сию же минуту. — Ты уже поздравила, Блоссом. Достаточно на сегодня, — кинула Лодж, пристегивая ремень безопасности. Она медленно отъехала от офиса. Дорога с пьяной Шерил не могла пройти гладко. Девушка справа просила остановить машину, пыталась открыть дверь, кричала что-то неразборчивое, а на худой конец стала просто петь песни. У самого дома, когда уже мотор затих, она примолкла. Это насторожило Веронику. Обернувшись в сторону, откуда секунду назад слышались песни, она заметила неестественную бледность лица и руки, которые зажимали рот. — О нет! Только не в моей машине! — Лодж выскочила и резко открыла дверь, вытягивая рыжую на улицу. Она собрала ее волосы в хвост и удерживая их в такой прическе, ждала пока та не высвободит свой несчастный желудок. — Господи, ну как же тебя так каждый раз заносит…. — она устало говорила подобные фразы, но уйти не могла. Шерил — ее подруга. И ей нужна была помощь. За это время Лодж уже по немного свыклась с такими выходками. Она не первый раз везла пьяную вдребезги Блоссом домой, укладывала спать, а на утро рассказывала ей, что та творила. Обычно всё сводилось просто к слезам и проклятиям своей жизни. Рыжеволосая, хоть и была достаточно холодной с виду и сильной, но внутри нее было разбитое сердце. Она слишком тяжело переживала расставание. И пока Тони находилась в клинике и не имела никакого доступа к внешнему миру, она держалась. Но последние пару месяцев были невыносимы: знать, что девушка, которую она всё еще любила, где-то рядом без нее, приводила в отчаяние. И за это время количество вот таких импровизированных «вечеринок в офисе» или просто истерик значительно возросло.       Вероника усадила Шерил на край кровати. Она пыталась раздеть ту, но встретила сопротивление. — Хрен с тобой, спи тогда в одежде, — она наконец уложила беспокойную хозяйку на мягкие подушки и накрыла пледом. После этого она поставила на тумбочку стакан воды и две таблетки. На небольшом листике, который вырвала из своего записного блокнота, брюнетка быстро написала: «Вода и таблетки. Выпей. Проснешься — набери, алкоголик. Вероника». Она оставила все на тумбочке, еще раз окинула взглядом Шерил, которая уже мирно сопела. Она приценилась, что та встанет не раньше обеда. Закрыв дверь, Лодж села в машину и быстро набрала сообщения для Тони. «Уложила Шер спать в ее доме. Утром заеду к ней еще раз»