Зависимые

Напомню, что в прошлой главе шла речь о Дне Рождении Шерил два года назад с подробным описанием пикантной сцены на крыше. А теперь всем приятного чтения!

26 сентября 2019

— Тони… — Шерил простонала имя своей бывшей девушки сквозь сон. Она перевернулась с живота на спину и устало открыла глаза. Низ живота безумно стягивало возбуждение, а во рту пересохло. Она медленно осознавала, что это был не совсем сон. Это реально происходило два года назад, когда они еще были счастливы. Она потерла лицо руками, пытаясь отогнать эти назойливые мысли. Она ненавидела свой день рождения. Практически всю ее осознанную жизнь в этот день происходило что-то странное или ужасное. Но так было ровно до того момента, как розововолосая не появилась в ее черно-белой жизни, внося яркие краски. Где-то на подсознании Шерил ощущала, что сегодня день не будет таким спокойным. И пусть они решили начать «просто общение» вместе с Тони, она ощущала себя ещё хуже. Никакого толкового диалога вчера не случилось, столько проблем было не озвучено и не найдено ни одного ответа на вопрос. Им только предстояло всё это пережить. А этот сон не давал мыслить рационально, заполняя всё тело возбуждением, навеянным вчерашними объятиями с мулаткой и бокалом вина, от которого она не удержалась перед сном. — Надо просто пить меньше, Блоссом, и будет меньше проблем, — сказала она сама себе, поднимаясь с кровати. Узел внизу живота никак не отпускал и это раздражало. Душ — единственное, что могло привести в чувство. И стоя под теплыми струями воды, она невольно заскользила рукой вниз. Желание было выше здравого рассудка. «Насколько это правильно начинать свой гребаный день рождения с самоудовлетворения?» — мысль только промелькнула, а рука только коснулась влажных складок, как ванную комнату заполнил входящий звонок. — Черт побери того, кто звонит мне с утра пораньше! — она зло выругалась и потянулась за телефоном на полке. На экране светилось имя ее секретаря. — Да, — она не пыталась скрыть свою злость и недовольство. Было негласное правило в их компании — не звонить до 9.00 и после 19.00. — Мисс Блоссом, с Днем Рождения, — неуверенный голос раздался в динамике. — Я конечно признательна, что ты поздравила меня раньше всех. Но на часах только семь утра. — Да, мисс Блоссом, простите. Просто Вам стоит как можно быстрее приехать в офис. У нас проблемы, — по дрожащему голосу директор понимала, что это точно не розыгрыш. У них реально проблемы, и очевидно серьезные. Все-таки ее мерзкое предчувствие сбывалось. — Хорошо. Скоро буду, — возбуждение сняло как рукой. И девушка принялась как можно быстрее собираться. Паника подбиралась к горлу и уже по животу разливалось неприятное чувство. Этот день не мог пройти гладко.       Но не только у Шерил утренняя идиллия была прервана. Мерзкий звонок телефона вырывает Тони из сна. Она переворачивается и шарит рукой по тумбе в надежде найти свой мобильный. Наконец приняв звонок, она зло выдыхает и спрашивает: — Кому не спится блять в такую рань? — Эй, Тони, тише. Это Вероника. Прости, что разбудила. Мы с Эдвардом собираемся в офис Блоссом. Будем через часа два. Ты же не забыла? — Эдвард? — Топаз непонимающе вскинула брови и наконец открыла глаза, фокусируясь на часах, висевших на стене напротив. — Ну адвокат мой, который помог взять Сандерса. Прямо сейчас в его компанию приехал отряд полиции. Нам всем нужно собраться в одном месте и обговорить дальнейшие действия, рассказать правду наконец. Заодно и Шерил поздравим. Так что собирайся. — Окей, — девушка скинула телефон и медленно поплелась в ванную. Сегодня был день рождения Шерил. Она прекрасно это помнила и по этой причине ехать в офис хотелось меньше всего. Но того требовали дела, Топаз была основным звеном во всей этой грязной истории. И меньше всего хотелось рассказывать про все его грязные и незаконные махинации, учитывая, что накануне она умело это скрывала. Но вот про пункт с шантажом она всё еще не приняла решение. Говорить такое в день рождения — плохая затея, разве нет?       Погода третий день уже была дождливая и мерзкая. Топаз пробежалась от такси до стеклянной двери офиса кленовой империи. Но как только она зашла внутрь, всё показалось странным. Выйдя из лифта, она ощутила на себе странные взгляды. Все как-то с опаской на нее смотрели и перешептывались. «Да, это она», «Да, сто процентов это Топаз». Тони не могла понять, что вызвало такой ажиотаж? Ее зависимость? Их расставание с Блоссом? Что не так? Она подошла к столу секретаря. И на ее удивление, за столом сидела совершенно другая девушка. Перед глазами снова возникли строчки из гнусной статьи. Неужели это правда? — Доброе утро. Не подскажите, мисс Лодж уже заходила? — она указала на дубовую дверь, в которую Вероника должна была зайти еще полчаса назад. — Доброе утро. Нет. А вы к кому и как к вам обращаться? — Я к мисс Блоссом. У нас встреча втроем должна быть. И да, Антуанетта Топаз, — на последних словах на нее поднялись зеленые глаза, переполненные ужаса, — что-то не так? — Тони откровенно не понимала, что случилось, и почему вызывала такую реакцию у всех окружающих. — Ну…я думаю, мисс Блоссом точно хочет с вами переговорить, — она неуверенно указала на дверь, разрешая пройти. Топаз уверенно постучала по дереву и вошла, не дожидаясь ответа. Раньше она просто вламывалась в кабинет своей девушки, хоть та каждый раз и делала ей замечания, но прощала так быстро, как только мягкие губы опускались к ней на шею. Мулатка зашла и сразу же встретилась с гневным взглядом Шерил. Девушка с рыжими волосами была просто в бешенстве, она мерила кабинет шагами, а в руках держала какие-то бумаги. Мулатку это напрягло, она давно не видела Блоссом в таком состоянии, но помнила, как это каждый раз болезненно и неприятно. — Хах, Топаз собственной персоной явилась, — она остановилась и посильнее сжала в руках бумаги, — зачем ты здесь? — Тони не понимала, что происходит. Вроде только вчера они не могли разорвать объятия и решили попробовать мирно общаться, а сегодня на нее обрушивается этот гнев. — Я…вообще должна еще Вероника приехать, хотели тебе кое-что рассказать. Ну и с Днем Рождения поздравить, — девушка пониже стала запинаться под таким напором и сделала пару шагов к двери. В чем проблема Шерил Блоссом? Откуда столько ненависти? — Да неужели? А я думала, ты уже поздравила меня. — Что? Шер, ты о чем? Что изменилось со вчерашнего дня? — Не строй из себя идиотку, Топаз. Восхищаюсь твоими способностями опускать людей на самое дно. Сначала ты звонишь мне, втираешься в доверие, мы решаем начать общение заново и потом ты ударяешь меня ниже пояса. Браво! Ну нет, правда, эта статья лучшая из твоих опубликованных, — ее слова медленно перерастали в истерику, а до мозга Тони так же медленно начал доходить смысл всего. — Шерил, я не понимаю, о чем ты. — Хах, ну тогда на, смотри, — она кинула в нее газетой, на первой странице которой был тот самый злополучный заголовок « Глава кленовой империи мисс Блоссом увольняет за некачественный секс». Смуглые руки резко задрожали и стали перелистывать эту статья в поисках конца. Глаза наполнились слезами, когда в самом конце были указаны ее имя и фамилия. В этот момент ее мир рухнул, так же как полчаса назад он рухнул у Блоссом, когда секретарша с опаской передала ей эту газету в руки, рухнули все надежды на их возможное воссоединение. — Нет, нет, нет… Он не мог… Нет, — это всё, что могли прошептать губы, покрытые блеском. Она подняла глаза на директора компании — та была подавлена, ее взгляд был переполнен болью. И Топаз ненавидела себя, что не рассказала об этом вчера. Ведь вчера еще не было поздно, вчера всё могло бы быть по-другому, всё не выглядело бы так подло. — Довольна? Теперь моя карьера точно рухнула. Зачем ты так со мной? Просто скажи, зачем? — рыдания не давали договорить, сковывая горло и утрудняя дыхание, схватившись за край стола, Шерил прокричала, — я думала, что тебе было достаточно, когда ты сказала, что не любишь меня. Но ты решила добить. Сначала дала мне надежду, что у нас все наладится. Я поверила, что ты изменила свою точку зрения. Я поверила тебе. А ты... Моя жизнь и без того похожа на страшный сон! Что я тебе такого сделала? Что? Тони! Я любила тебя! Я хотела помочь! Я искренне верила, что у нас получится хоть что-то! А что я получила в ответ?! Грязные подробности своей никчемной жизни! — она сорвалась и кинулась к окну, пытаясь сделать глоток свежего воздуха. Было невыносимо смотреть на мулатку и осознавать, что та смогла пойти на такое. Топаз была в полной растерянности, ведь как объяснить ревущей Шерил, что ее подставили? И где, черт возьми, Вероника? И почему статья вообще вышла в свет? — Шерил, я тебе клянусь, это не я опубликовала. Меня подставил мистер Сандерс, — но рыжая махнула рукой, намекая, чтобы девушка прекратила оправдываться. Но это не остановило Тони, она быстрыми шагами преодолела расстояние и уже резко развернула Блоссом, удерживая ее за плечи. — Что ты… — она недоговорила, оказавшись слишком близко к лицу напротив. Их нервное дыхание смешивалось, а злость вместе с паникой окутывали с головы до ног. — Ты меня, черт возьми, выслушаешь, Блоссом. Потому что не я опубликовала эту гребаную статью! Не я! Слышишь! Я слила всю информацию о подпольном бизнесе этого старика Веронике, адвокат занимался этим. И утром Сандерса взяли с полицией! Я не знаю, какого хрена статья вышла, я просто не знаю! Этого не должно было произойти! Ты понимаешь? Мы сделали всё, чтобы предотвратить этот ужас! И я понятия не имею, что за ссора между тобой и этим мужиком! Что случилось между вами, Блоссом?! — Топаз трясла девушку за плечи, а та лишь беззвучно плакала, — отвечай! — Он. он … хотел, чтобы я переспала с ним, — голос сломался, а сердце Тони разорвалось окончательно, это было то, чего она так боялась, — он приставал ко мне. И я его отшила. Теперь… он мстит…       Топаз не могла больше оставаться хладнокровной, соблюдать дистанцию и субординацию. Она сократила сантиметры и прижала Шерил к себе, меняя их ролями со вчерашнего дня. Года без этих объятий были самыми ужасными. И пусть сейчас, в такой отвратительный момент, при таких сомнительных обстоятельствах, когда Блоссом ее ненавидела, она обнимала ее, крепко прижимала к своей груди, стараясь защитить. И рыжеволосая поддалась, она позволила этому происходить, уронив голову на родное плечо. Тепло разливалось по ее истощенному телу, как и вчера, но в голове что-то щелкнуло, и она тут же опомнилась и оттолкнула журналистку. — Почему ты сразу не пришла ко мне? Почему ты мне сразу не показала это? Почему ты молчала вчера? — она снова кричала, не заботясь, что за дверью очевидно всё было слышно. — Потому что мы с Ронни не хотели тебя расстраивать! Такого не должно было произойти! Мы хотели рассказать сегодня, когда Сандерс уже за решеткой. — А может должно? Как я могу тебе верить? — Шерил не собиралась сбавлять обороты, гнев и все обиды поглотили ее, затмевая рассудок, — ты же не любишь меня больше! Ненавидишь меня! Считаешь меня виноватой! Так почему бы не отомстить?! Не ударить по самому больному?! А? Топаз! Отвечай!       Тони держалась из последних сил, нервно сжимая кулаки. Ей надо было всего лишь промолчать, просто сдержать свой язык за зубами, просто дождаться Веронику. Она уже слышала ее голос из приемной. Но обидные слова Блоссом летели в нее как стрелы, пронзая насквозь, а нервная система не была настолько устойчивой, чтобы сносить все эти удары. — Спасибо за такой чудесный подарок! Теперь ты довольна! Один — один! Ты победила! Этот удар был точно сильнее! Это, черт побери, слишком подло! — Да замолчи ты! Как только у тебя поворачивается язык это говорить, — дверь в кабинет открывается, и Вероника появляется в проходе с растерянным видом, но никто этого не замечает, — да ты знаешь…ради тебя…чтобы сохранить это всё в тайне…он меня шантажировал…и я согласилась! Он блять изнасиловал меня! А всё это было ради тебя! Только он не сдержал своего слова! И вчера я сдерживалась, чтобы не обрушить всё это дерьмо на тебя! Я хотела защитить тебя! А ты… Ты… Иди ты к черту, Блоссом! — Топаз резко развернулась, встречаясь взглядом с брюнеткой. Лодж прижала руки ко рту не в силах что-либо сказать. Тони просто оттолкнула ее и выбежала. Последнюю фразу слышали все — Шерил, Лодж, адвокат Эдвард и зеваки, собравшиеся в приемной. Рыжая, осознав масштаб ситуации, стала медленно оседать на пол. Дыхание перехватило, а в глазах потемнело. Всё смешалось и она медленно отключилась, соприкасаясь нежной кожей с ковром.       Их попытка воссоединения вдребезги рассыпалась, разбившись об такое недопонимание и недоговоренность. Все вокруг уже почти выдохнули, Вероника успела порадоваться, что они наконец сделали шаги навстречу друг другу. Но ужасная статья и махинации Сандерса постарались на славу. И теперь никто не знал, получится ли собрать доверие по крупицам и заново написать эту историю. Хватит ли тех осколков любви, которые все еще надежно хранились в сердце каждой, раня всё сильнее и сильнее и напоминая о себе покалываниям за тугими ребрами? Хватит ли их, чтобы заново выстроить замок доверия? Ответ знали только две девушки : одна из них без сознания лежала в своем же кабинете, окруженная кучей сотрудников, пытающихся помочь, а вторая мчалась домой, чтобы в этот раз все-таки принять дозу.