Приключения трех сестер

Женя уже не один раз коварно пользовалась занятостью старшей сестры, так что удрать с пляжа, на котором Ольга в основном следила, чтобы Дуська не сожгла плечи (ибо сама купаться не любила и потому собственные прятала хорошо), не составило труда. Еще вчера девушка услышала, что на причале будут съемки рекламного ролика, и потому режиссеру до зарезу нужен каскадер, а то еще и актриса, а посему не собиралась красавица Женечка упускать такой случай. Заодно и лучшую подружку Софку обставит, конкурентка все-таки. С ходу нырнув в автобус, номер которого запомнила еще со времен их простого катания по городу, Женя, ввиду отсутствия пробок, оказалась на месте назначения почти мгновенно и без зазрения совести полезла в глаза режиссеру, который от вида девушки в цветастом пляжном платье и роскошной соломенной шляпке аж мегафон от восторга выронил. Что и говорить о произведенном эффекте, когда она все это скинула, показавшись окружающим в черно-серебряном купальнике, пусть и не раздельном, но ее точеную фигуру четко обрисовавшем. - Будем снимать, - восхищенно выдохнул бородач. – Все по местам! Жене даже марафет особо не навели, поскольку с утра она сама умело и умеренно накрасилась (благо мама всех троих еще лет пяток назад научила), так что красотку моментально выпустили в кадр. Задачка была не сложной: грациозно пройтись модельной походкой по набережной мимо лавочек, что-то будто бы купить, присесть за столик в кафе со смешным названием «Рыба моя», а затем, словно бы потянуло на подвиги, сесть на моторную лодку, сбросить платье и шляпу и прыгнуть за борт. Реклама была якобы несмываемого соленой водой дезодоранта, имеющего романтический запах этого самого моря. Основная часть ролика была снята легко и быстро, но прыгать пришлось не один раз, что кандидата в мастера спорта только позабавило, но затем шутки кончились: поднялась волна, которая была довольно сильной, плюс еще из порта выходил туристический кораблик типа катера, еще более усиливший волну, а Женя уже прыгнула, и потому ее очень сильно швырнуло назад, к берегу. Ударившись о камни набережной и уходя под воду, девушка четко осознала, что ночной кошмар сестренки, кажется, сбылся… На поверхность дебютирующую актрису резко выдернул водолаз. - Цела? - Чхи! – подтвердила Женя. – Порядок… - Молодец, поплыли. Легко было только сказать – на попытку нормально плыть правая нога вдруг отозвалась адской болью, заныл правый бок и запястье. Оценив обстановку, водолаз потащил Женьку буквально на себе, после чего у набережной передал с рук на руки двум крепким парням из съемочной группы. Режиссер уже что-то орал в мобилку, видимо, споря с начальством, а его ассистент названивал в «скорую помощь». «Оля меня убьет», - вяло подумала незадачливая каскадерша, пытаясь хотя бы немного отстраниться от боли. Идти она не могла, на лодыжке стремительно расцветали красно-синие пятна, до того виденные только на рисунке учебника биологии, но сомнений не осталось: перелом либо трещина. Да, вляпалась по своей вине, плакать теперь глупо. - Женечка, детка моя, - режиссер чуть не плакал, хотя странно было видеть такое от пусть еще не старого, но очень взрослого мужчины. – Ласточка… больно, да? Ничего, ничего, сейчас все хорошо будет… Девушка осознала, что ее по-отечески гладят по голове. Может, у него свои дети такие же? Это казалось самым логичным объяснением. С другой стороны, вряд ли в планы бородача входило угробить молоденькую девчонку, посему он, похоже, просто клял себя за то, что не остановил вовремя съемки, но море, увы, коварно – сейчас тихое, а через минуту о берег бьет. Когда подоспевшие врачи поволокли ее в машину, Женька едва не взвыла в голос: если до того у нее могли быть просто трещины, то теперь кости уж точно сломаны. Запястье начало опухать, бок наливаться все более нестерпимой болью, а ногой, казалось, уже невозможно шевельнуть. На глазах от боли и досады выступили крупные злые слезы. «Чтоб я еще раз не послушалась», - со вздохом подумала девушка и почувствовала укол, который стал последней каплей, и слова вырвались исключительно нецензурные. - О, молодец, уважаю, - хмыкнул, судя по всему, фельдшер, - другие отрубались. - Тебя правда об камни приложило? – поинтересовался еще один. - Правда, - стиснула зубы от унижения Женька. Нет, ну какой кандидат в мастера спорта так облажается? Полный кошмар при всем народе плюс несколько месяцев в гипсе в перспективе, да еще и, похоже, не только ногу упакуют по самое… бакенбарды. От подействовавшего снотворного, жары и размеренный езды – а пробки тут как явление полностью отсутствовали – начало клонить в сон. - Кому позвонить-то? – еще успела она услышать. - Оле… сестре.., - Женька медленно, но верно отрубалась. Когда мобилка заверещала и завибрировала, Ольга не ждала ничего плохого, она только думала, не позвонить ли куда-то исчезнувшей Женьке и не сказать ли той, что они с Дуськой домой поехали, так что не ищи на пляже. В принципе, хорошо, что сестренка нарисовалась и сама, так что Ольга приняла вызов и с ходу поинтересовалась: - Где тебя носит? - Простите, это Ольга Ивановна? – вежливо осведомились в трубке. - Д-да, - от удивление соболиные брови девушки полезли на лоб. – Кто говорит? Где Женя? - Увы, вынужден вас огорчить, она получила травму… - ОНА ЖИВА?! - Успокойтесь, Ольга Ивановна, ее жизни ничего не угрожает. Оказалось, что звонит врач-травматолог с экзотическим именем Фрол Федотович. По мере его повествования о злоключениях сестры Ольга все сильнее внутренне закипала, честя ее во все корки. «Вот паразитка! Хорошо еще матери позвонить не надоумила, а то было бы такое..». Выяснив адрес больницы, Ольга тотчас вызвала такси, затем рявкнула: - Дуська! Дуся удивленно уставилась на сестру, затем подбежала. -Что? - Немедленно домой! – приказала старшая сестра, сунув младшей монетки на проезд. – Я по делам съезжу… - Что случилось? – удивленно моргнула Дуся. - Домой, я сказала! Все вопросы потом… Ничего не понимающая, но очень послушная девочка мигом скатала коврик, собрала обе сумочки – свою и Ольги – и нырнула в так кстати подошедший автобус. Буквально минут через пять старшая прыгнула в такси, не особо интересуясь, сколько там накрутит счетчик, и быстро продиктовала адрес больницы. Шофер даже навигатор не включил – видимо, и так знал, куда рулить, подтверждая таким образом глубокое Ольгино убеждение в том, что умным людям глобальная сеть не очень-то нужна, потому что мозг имеется. Интересно, а у любимой сестрицы что вместо мозгов? Небось один только голый адреналин. Вежливо поблагодарив парня (мелочи не нашлось, остатки простила), Ольга галопом понеслась в приемное отделение, чуть было не вышибив в спешке двери. Дежурная медсестра удивленно уставилась на девицу с растрепавшейся прической: - Вы к кому? - Где тут жертвы несчастного случая? – не сдержалась Ольга. – Я свою сестричку добью из милосердия. - Кого, простите? Ольга вдохнула поглубже и залпом выдала фамилию-имя-отчество сестры, дату и место ее рождения, а также то, что она думает по поводу безответственных людей. Медсестра прониклась: - Шестая палата, прямо по коридору и налево. - О, в такой палате сестренке самое место! – вновь не сдержалась девушка. – Спасибо. Ольга беззвучно побежала по кафельному полу, вызвав восхищенные взгляды окружающих, что явно не ожидали от крупной барышни такой легкости и проворства. У палаты девушка нос к носу столкнулась с врачом, зыркнула на его бейджик – тот самый врач, что ей звонил, - вежливо назвала его по имени-отчеству и справилась о том, что с сестренкой в данный момент. - Да вы не волнуйтесь, смещений нет, ребра целы – гипс наложим через пару дней, - успокоил посетительницу травматолог. – Она не спит, так что поговорите… только не ругайтесь, девушка все же несколько подавлена, не срослось с рекламным проектом… прошу прощения? Рядом настолько бесшумно нарисовался бородатый мужик, что оба уставились на него как Ленин на буржуазию. Оказалось, что это режиссер, который убедил-таки смонтировать ролик как есть, а значит, гонорара хватит и на оплату больничных расходов, и еще останется. Ольга вежливо поблагодарила сердобольного Льва Константиновича (как представился ей бородач), но к Женьке они с врачом его не пустили, ведь негоже взрослому мужчине видеть бедную девушку в непотребном виде. Лев Константинович клятвенно пообещался встретить «свою ласточку Женечку» при выписке, после чего с убийственной вежливостью испарился из коридора. Ольга решительно ворвалась в палату… да, зрелище было ожидаемое: «вытяжка», гири и полусонная сестренка. Которая, однако, тотчас взбодрилась: - Оль, ты только не расстраивайся… - Мне-то что? – Ольга по-ковбойски оседлала стул, пользуясь тем, что в палате больше никого нет. – Я вообще пришла нанести тебе coup de grâce. Женька захохотала: - Я еще не так безнадежна. - Ты безнадежна на всю голову! – сорвалась Ольга. – Я же тебя просила! Я тебя предупреждала! Ты о Дуське, об отце-матери, о бабке с дедом думала вообще?! Тут-то и произошло совершенно неожиданное: опустив черные как смоль ресницы, самая красивая из трех сестричек беззвучно заплакала. Ольга опомнилась, мягко взяла ее за здоровую руку и проворчала: - Ну, будя, тут твой режиссер был… - И что? – всхлипнула Женя. - Про гонорар сказал, ролик, мол, все одно смонтируют, так что не реви, просто в будущем слушайся старших… Ольга подалась вперед, целуя сестру в лоб. - Люблю я тебя, дурищу такую, - слегка улыбнулась ответственная старшая. – Через денька два уж заберем тебя… так что костыли тут освоишь, а потом домой. Мать возьму на себя. - Ты не виновата, - запротестовала Женька, - я же совершеннолетняя… - А я старшая, - отрубила Ольга. - И как в «Тимуре и его команде» - я тебя сроду не слушалась, - вздохнула сестра. - Будя, - повторила Ольга, - спи давай, я домой поехала, а то Дуська невесть что себе накрутит. - Я тебя тоже люблю, - невпопад отозвалась Женя. - Вот и не делай мне инфарктов, - старшая сестра поднялась со стула и ушла прочь из больницы. Спать хотелось ужасно, но, отключаясь опять, девушка вяло подумала, что хорошо бы сестренки на базар заглянули и купили ей пару книжек, а то спятишь тут… с тем и принял ее в объятия Морфей.