Hate still loving you

      — Фел, — Чанбин остановил своего парня, когда они возвращались домой. — Моя мама не очень хорошо себя чувствует, поэтому я поеду к ней.       — Хорошо. Когда вернёшься?       — Не знаю. Смотря на то, как плохо себя чувствует моя мама. Могу вернуться завтра, а могу вообще через месяц.       — Не забывай про учёбу, — напомнил проходящий мимо Чан, после чего Чанбин поспешил исправится:       — 2 недели максимум.       — А? — рядом оказался Джисон, который услышал про поездку Чанбина. — А точно к матери едешь? — прищурил глаза, посмотрев пронзительным взглядом на парня.       — Да, — Чанбин немного занервничал от такого взгляда, но всё же ответил.       — Ладно, — тут же отстал Джисон от Чанбина.       Джисон сидел перед зеркалом с открытым ртом и смотрел на клыки, которые выросли буквально сегодня. У уха он держал телефон и ждал, пока ему ответят на звонок. Но в итоге он сбросил и набрал другой номер, который ответил сразу.       — Сон-и, — проговорил Хёнджин из трубки. — Чанбин-хён у меня, если ты о нём беспокоишься.       — Я уверен, что с ним всё в порядке, — ответил Джисон. — Мне нужен Минхо-хён.       — У него появился донор, так что сейчас он занят.       — И кто же этот донор?       — Та девочка, которую вы последний раз вдвоём…       — А~… стоп! Какого хрена?       — У него или у неё спроси. Ты ведь знаешь, что Минхо не любит, когда его отвлекают от трапезы.       — Он же не убьёт её? Короче, попроси, чтобы перезвонил мне.       — Это по поводу твоих клыков, полукровка?       Джисон решил не отвечать на этот вопрос и просто сбросил вызов, а потом попробовал ещё раз набрать Минхо. Бросив попытки дозвониться до него, полукровка стал рассматривать свои клыки.       — Да прекращай их уже рассматривать! — взбесился Феликс, что всё это время находился в комнате и занимался перед тестом.       — А что? Завидно? — обернулся Джисон на Феликса с притарной улыбкой, а потом резко отвернулся. — Говорю уже, как Минхо-хён, — буркнул себе под нос, а потом его телефон зазвонил, и это был тот самый Минхо, который не брал трубку, поэтому Джисон быстро поднял. — Хён! Почему ты трубку не брал?       — Завтра у одной параллели самостоятельная, поэтому я готовил задания. Говори быстро, что ты хочешь.       — У меня клыки сегодня выросли.       — Ну поздравляю. Джисон, ты ведь уже не маленький и кучу раз через это проходил. Главное вовремя утолять жажду. Ты звонил мне, чтобы похвастаться?       — Нижние клыки проявили себя.       — Поздравляю. Они растут в последнюю очередь. Тебе не придётся снова проходить через это. Всё, пока.       — Стой! Как часто мне теперь придётся утолять свою жажду?       — Не знаю. Ты сам поймёшь. Пока.       — П… — не успел Джисон попрощаться с Минхо, как он уже сбросил вызов. — Они все такие? — посмотрел на экран телефона, где мигала длительность звонка.       — Ты успокоился? — спросил Феликс. — Дашь мне уже адекватно поучить материал?       — Ага, — кивнул Джисон и снова посмотрел в телефон, а потом резко перевёл взгляд на Феликса. — А зачем?       — У нас же завтра тест, — ответил Феликс. — Ты забыл? Сынмин, наверное, тоже готовиться.       — Сынмин с Чонином, — отметил Джисон. — Действительно забыл, а что учить?       Феликс назвал тему, на которую будет тест, и Джисон взял свои конспекты, чтобы начать учить.       Наступила ночь незаметно. Феликс уснул за столом, уткнувшись носом в свои конспекты, а Джисон на своей кровати, накрыв своим конспектом своё лицо. Но полукровка не спал. Всё же запах Феликса не давал ему нормально спать. В итоге он снова решил лечь в гостиной на диване, но перед этим укрыл Феликса покрывалом с его кровати. Но запах пленит, и Джисон не может сделать и шага от рыжика. Он наклонился ближе к парню и стал просто вдыхать его запах в свои лёгкие, словно какой-то наркоман или сексуальный маньяк. Не может сдвинуться с места, ведь прямо в миллиметре от его лица находится сам Феликс. Не заметил, как приблизился к его лицу и стал смотреть на его губы, а сам Феликс открыл глаза, но почему-то не отдёрнулся.       — Джисон? — сонно произносит Феликс, после чего полукровка медленно поднимает взгляд на его глаза.       — Твой… запах… — совсем тихо произносит Джисон, после чего сокращает оставшееся расстояние между ними и касается своими губами до чужих.       Джисон целовал нежно, но с каждой секундой требовательнее. А ещё его разум затуманен, и он сам не понимает, что делает. Словно это делает не он, а за него кто-то завладел его телом. Феликс решил поднять голову, думая, что поцелуй будет разорван. Но Джисон прижался к его губам сильнее и сбросил покрывало, которым сам же и укрыл Феликса. Руки стали спускаться от плеч по груди рыжего. Феликс и сам не заметил, как стал отвечать на этот поцелуй и желать большего, поэтому протянул свою руку и дотронулся до шеи полукровки. А Джисон стал ощупывать чужую грудь сквозь майку, которая была большой для её носителя. Сквозь ту же майку стал сжимать соски Феликса, от чего тот издал довольное мычание прямо в губы Джисону. А он наконец понял, что творит и резко отскочил от парня и даже упал на свою пятую точку.       — Я… — пытаясь скрыть возбуждение, Джисон провёл рукой по волосам, зачёсывая их назад, отстранённо как-то смотря в пол, а потом поднял свой взгляд на Феликса, что так же тяжело дышал, как и он сам. — Нет… — моментально закрыл нос рукой, но в данном положении ему мешал не только запах, но и одежда из-за совершенно других ощущений, которые точно отличаются от человеческих.       — Ты… — Феликс встал с места, — возбудил… — стал двигаться к Джисону, — меня…       — Н-не п-подходи! — попытался остановить Феликса Джисон, отползая назад, но на пути встретилась преграда в виде кровати, на которой спит полукровка. — М-мне трудно… сдерживаться…       — Сегодня… — Феликс сел на полукровку, убирая его руку от носа, — можешь не сдерживаться…       Феликс также провёл руками по телу Джисона, как тот только что, так же стал ощупывать его грудь и так же сжал соски сквозь майку. Одно лишь прикосновение заставило полукровку сдержано простонать. Джисон убрал от себя чужие руки и стянул майку.       — Просто… дотронься… — произнёс Джисон, заглянув в чужие глаза напротив.       И Феликс сделал то, что он сказал. Дотронулся обеими руками до оголённой кожи Джисона, от чего тот издал новое мычание, похожее на полустон. И Феликс стал просто водить руками по его телу, от чего его слух ласкали приятные тихие стоны. Но он поднял свои руки к шее и обнял полукровку, приблизился и поцеловал, проникая языком в рот вампира, сразу дотрагиваясь до новоиспечённых клыков языком. Стоны прямо в губы оказываются очень даже приятными для Феликса. Вампирская сущность, что досталась Джисону от Минхо с его некоторыми чертами характера, взяла над ним верх, поэтому он легко заводит свои руки под майку Феликса и начинает там хозяйничать, выискивая слабые места. Как только поцелуй разрывается, майка сразу слетает с парня, руки вампира начинают блуждать уже под штанами, а губы оставляют поцелуи на шее, спускаясь к ключицам, одну из которых он прокусывает. Любимое место Минхо. Джисон медленно стягивает с Феликса штаны, попутно высасывая его кровь. Достаёт свои зубы из кожи и сразу зализывает, но там остаётся шрам. Феликс уже своими руками помогает снять с себя штаны, а избавившись от них, лезет к ширинке Джисона. Феликсу приходится слезть с него, расправляясь с оставшейся одеждой. Облокотившись спиной об кровать Джисона, парень заводит под его матрас руку и достаёт от туда несколько презервативов.       — Чанбин-хён любит… прятать их тут… — сквозь одышку произнёс Феликс, протягивая презервативы Джисону, которые он сразу берёт в свои руки и откладывает на попозже.       Полукровка смачивает свои пальцы у себя во рту, после чего подносит пальцы к анальной дырочке, а свои губы к чужим. Целует и вводит один палец одновременно, сразу начиная двигать этим пальцем, от чего Феликс тихо стонет в чужие губы и выгибается в спине. Сначала полностью достаёт один палец, а потом вводит полностью два, продолжая двигать рукой, одновременно проникая языком в ротовую полость Феликса. А тот продолжает стонать и уже сжимает в руках покрывало, которое уже кое-как висит на кровати. Вводит третий палец, отстраняясь от лица рыжего, но пальцами не двигает, поэтому парень просто тяжело дышит. Джисон смачивает у себя во рту пальцы свободной руки и подносит их к губам Феликса. Он сам догадывается, что следует делать, поэтому сначала облизывает их, а потом берёт в свой рот и начинает их посасывать. Губы Джисона касаются шеи Феликса, пальцы во рту начинают двигаться то внутрь, то наружу, а пальцы в анальном отверстии тоже начинают двигаться, но иначе: то врозь, как только могут, то вместе и круговыми движениями, то согинаются по одному, не выходя. Для Феликса это просто комбо какое-то, поэтому он стонет довольно громко, несмотря на пальцы во рту, и изгибает спину так, как только может. И резко движение прекращается, и Джисон достаёт свои пальцы из всех дырочек, берёт в руки один из презервативов, открывает его и натягивает на свой твёрдый, как камень, член, сразу входит в растянутое анальное отверстие, целуя чужие губы. Феликс хватается руками за шею, начинает обнимать, задирая свои ноги повыше. Джисон начинает медленно двигаться, не отстраняясь от губ. Ускоряется быстро, от чего Феликс начинает громко стонать и поцелуй уже не может продолжаться из-за широко открытого рта от стонов. А скорость становиться нечеловеческой, от чего Феликс перестаёт дышать, пытаясь ртом взять, как можно больше воздуха. В комнате слышны лишь стоны Джисона, но вскоре он замедляется, давая себе и Феликсу одышку. Начинает дрочить парню, но хватает лишь одного движения рукой вверх, как сперма начинает вытекать на большой скорости. И снова разгоняется до нечеловеческой скорости, от чего Феликс срывает голос и уже хрипит. Джисон начинает замедляться и вовсе останавливается, приподнимает парня за бёдра и тут же падает вместе с ним на кровать, так и не выйдя из него. И начинает делать грубые толчки, пытаясь контролировать свой темп и не быть слишком быстрым, но возбуждение всё равно берёт верх, и кровать не успевает прогибаться обратно, как в неё снова вдалбливают Феликса. Джисон снова останавливается.       — Неужели… ты так… долго… не кончаешь? — произносит Феликс хриплым голосом и сквозь одышку.       — Это потому что ты подо мной, — отвечает Джисон, словно одышки и не было.       Феликс принимает неожиданное решение и переворачивается вместе с Джисоном, оказываясь сверху. Руками опирается об чужие плечи и начинает двигать своей задницей по кругу, в последствии чего член внутри него тоже двигается и парень издаёт лёгкие, но всё ещё хриплые стоны. Джисон кладёт одну руку на задницу Феликса, а вторую — на его член и начинает медленно ему дрочить. По крайней мере для Джисона это было медленно, а для Феликса не очень. Рыжий даже забывает о том, что сейчас он сверху, поэтому не двигается, но полукровка напоминает ему об этом, приподнимая его одной рукой и тут же опуская. И Феликс сам начинает прыгать на чужом члене, издавая хриплые стоны и выгибаясь в спине. Джисон чувствует, как скоро кончит, поэтому снова оказывается сверху и начинает двигаться в своём темпе. А Феликс сжимает ткань покрывала и пододеяльника в своих руках, извивается и стонет, хрипло стонет, иногда хватая воздух ртом. Феликс кончает уже второй раз, а Джисон вместе с ним только первый, резко останавливаясь. Презерватив рвётся из-за слишком большого количества спермы, из-за чего белая жидкость начинает затекать в анальное отверстие Феликса, а он от этого простонал и сжал ткань в своих руках. Джисон целует его губы, дотрагиваясь руками до его веснушчатых щёк. Целует даже, когда перестаёт изливаться. И Феликс зарывает в чужих волосах свои руки. Член больше не был внутри него, а из него начинает вытекать чужая сперма, которая его даже переполнила.       — Я люблю тебя, — произносит Джисон, отстраняясь от Феликса, после чего встаёт с кровати и открывает окно, после чего возвращается к парню, сбрасывает покрывало на пол и накрывает и себя, и Феликса одеялом, обняв его покрепче. — Если что, скажем, что оставили ночью открытое окно, из-за чего ты немного простудился и у тебя сел голос от этого.       — Если окно останется открытым, то это будет правдой, — прохрипел Феликс в ответ, хотя был в шоке от неожиданного признания Джисона.