Из чего бы ни были сотворены наши души, но его душа и моя едины

Главное — прыгнуть с обрыва: по пути у вас обязательно вырастут крылья. Рэй Брэдбери Прошло уже два года, как не стало моей мамы, Изабеллы Джонсон. В последний раз я видела её в больнице перед своим двадцатилетием. Она была больна, но всё равно боролась за свою жизнь. Мама всегда отличалась мудростью, находчивостью, искренностью и смелостью. Помню, что в детстве я панически боялась Домового. Он снился мне в кошмарах и не выходил из головы. Мне было так страшно, что временами казалось, будто меня кто-то хватал за ногу. Мама понимала, что со мной происходило и не оставила в беде. Поэтому предложила подружиться с этим Домовёнком. Я каждую неделю складывала на фарфоровом блюдце различные конфетки и печенья, ставила на холодильник и так угощала своего воображаемого друга. Страх ушёл, за что ей очень благодарна. Да и вообще я благодарна маме за всё. Без неё ничего бы не было: ни меня, ни дома, ни нашей семьи. Несколько лет прошло, а я постоянно о ней вспоминаю. И буду вспоминать, потому что она является… являлась самым главным человеком в моей жизни. Я бы многое отдала за то, чтобы снова увидеть мою маму и обнять её. С ней я была любимой. Чувствовала, что кому-то нужна, потому что в меня верили. Сейчас этой веры больше нет. Ничего такого плохого не подумайте! Я люблю папу, но наши отношения совершенно другие. Дэн живёт постоянными работами, чтобы хоть как-то оплатить мою учёбу и прокормить нас, что очень трудно. После смерти матери он сильно изменился: замкнулся в себе, перестал со мной разговаривать, бросил военную службу. Я была для него самым чётким и ярким напоминанием о маме. Возможно, поэтому он избегает меня, скрываясь на работе. Последнее, что я помню о том самом дне, так это то, как мама подарила мне подарок на юбилей. Это была небольшая лёгкая коробка, обёрнутая в газетную бумагу и завязанная верёвкой, на конце которой была бирка с надписью «Моей любимой доченьке, от мамы». Она просила открыть подарок, когда придёт время, и чтобы это был мой день Рождения.

***

Не знаю почему, но я долго не решалась открыть коробку. Так и не знала, что там. Меня долго мучили мысли: « Почему именно она? Почему ей никто даже не предоставил выбор?». Выбор. Никто не спрашивал, хотела ли мама делать тогда операцию на сердце. Никто не спрашивал, про умения хирурга оперировать. Никто не задался вопросом: откуда у него диплом об окончании медицинского образовательного учреждения. Никто ничего не сделал. Я сидела за столом, а рядом со мной были мои однокурсницы. Подругами назвать их было трудно, скорее, знакомые, которым захотелось выпить, а я им предоставила эту возможность. Меня не всегда принимали в чужой круг общения, поскольку после трагедии я сделалась серой мышью. Углубилась в учёбу и посвятила себя саморазвитию. Единственным моим кругом общения была мобильная игра на телефоне «Клуб романтики». Не часто, но я проводила там время и не жалела об этом. Нашла себе виртуальных друзей и была счастлива. Если честно, то мои «подруги» из универа сидели в доме так, для вида, чтобы папа не беспокоился. Хотя, мне кажется, что его особо не интересует моё положение в обществе. Красный диплом есть — значит, занималась хорошо. Остальное уже не важно. На столе стоял небольшой шоколадный торт, назывался «Искушение», и по традиции: бокалы с шампанским, тарелки с салатами, серебряные вилки и ложки с ножами. Только мой стакан пустел. Не пью алкоголь. Сидя на деревянном стуле, я задумчиво вертела в одной руке подарок мамы, а другой подпирала голову. На мне было простое розовое платье-футболка, а волосы уложены в пучок. Такой себе наряд именинницы. Я не могла позволить себе торжественно одеться в свой день Рождения, потому что этот день у меня ассоциировался с её смертью. Не знаю почему, но мне было неприятно. Ещё и идиотская мысль в моей голове о том, что за все эти годы я так и не открыла коробочку. — Эй, подруга, чего ты мусолишь эту несчастную обёртку? Скорее открывай. — Произнесла одна из знакомых. Легко сказать. Я же не знаю, что там. Хотя, поэтому же нужно открывать подарки: чтобы узнать, что там находится. Я приподняла взгляд на девушку и искусственно улыбнулась. Затем медленно стала развязывать бант из жёсткой верёвки, потом начала рвать на кусочки обёртку из газеты. Мама всегда оригинально упаковывала подарки, коль была творческой личностью со своими яркими взглядами на мир. Сняв крышку с коробки, я впала в ступор. Внутри неё лежала огромная чёрная свеча, прикрытая бежевой стружкой. Выглядело это зрелище мрачно и жутковато. Аккуратно взяла в руки восковую свечку и стала вертеть её по сторонам. Никаких гравировок и рисунков. Странно. Под слоем мягкой бумажной стружки виднелся уголочек бумаги. Отложив свечу, я взяла в руки письмо и стала про себя читать. «Доченька, В сегодняшний день пусть сбудутся все желания, которые я уже не в силах исполнить. Не переставай мечтать и стремись сама осуществлять свои мечты. Будь сильной и внимательной к людям. Проживай каждый момент с наслаждением. И да, я немного соврала, сказав, что не смогу исполнить твои желания. У меня есть для тебя вавилонская свеча. Зажги её и произнеси то, чего ты желаешь больше всего на свете. Оно обязательно сбудется. Люблю, Мама.» По моей щеке покатилась слеза. Мне казалось, что это не я читаю про себя текст, а это мама шепчет мне на ухо своё письмо. Хотя, да, мне шептали на ухо, но это была совсем не мама. Рядом со мной стояла блондинка, которая читала содержание послания из прошлого, наклонившись ближе ко мне. Я быстро вытерла лицо и стала искать свечу. — Свеча, серьёзно? Разве в магазине приколов не нашлось чего-то более стоящего? — Светловолосая особа вертела в руке чёрную свечку, скривив лицо. — Мда, у твоей мамы явно такой себе вкус, в плане подарков. — Жгучая брюнетка сидела в кресле и язвительно пялилась на коробку. — Кстати, а когда она вернётся? — Она больше не вернётся. Гробовая тишина. Все замолкли после моих слов. Даже деревья престали шелестеть листьями. — Дорогая, знаешь, ты же можешь загадать желание в свой день Рождения! У кого-то есть зажигалка? — Блонди, держа в руке подарок мамы, направилась к своей куртке. Она несколько раз шикнула устройством, после чего появились искры. Фитиль зажегся. Девушка вручила мне свечу. Мне даже не предоставили выбора. А вдруг я не хочу зажигать её? Почему меня никто не спросил? Почему со мной поступают так же, как с моей мамой? Эти мысли разозлили меня. Я психанула и преподнесла свечу ближе к лицу. Яркое жёлтое пламя отражалось в моих голубых зеницах. Золотистый свет излучал приятное и даже магическое тепло. Рядом сидела рыжая девушка, которая, на удивление, тоже играла в «Клуб романтики». Она тихо возмущалась из-за чего-то. Случайно обратив на неё своё внимание, я сказала: — Как же мне хочется оказаться в «Клубе романтики», ведь только там нормально предоставляют выбор. Моментально распахнулось окно, и холодный ветер с визгом ворвался в комнату, вынося отсюда всё тепло. Огонь сдулся со свечи, оставив за собой лёгкий вонючий дымок, который улетучивался в пространство. Я подошла к окну и закрыла его. Затем вернулась к свечке, чтобы снова зажечь её, но весь фитиль быстро сгорел. Да, не это я хотела пожелать. Сопроводив всех гостей из дома, я убралась в гостиной, где недавно мы праздновали мой день Рождения. Не став дожидаться папы, отправилась в свою комнату. Расстелила постель, переоделась и легла в мягкую прохладную кровать. Медленно закрыла глаза и стала представлять в голове образ любимой мамы.

***

— Так, надо вспомнить, как ведёт себя Вики. Я всё так же стояла возле зеркала, пытаясь разобраться в ситуации. А-ля мисс проблема, которая совсем не думает о последствиях. Я вроде девушка, которая не гоняется за проблемами, но могу с лёгкостью устроить их. Ох, как же хорошо я помню удивлённый взгляд Макса Фолла, когда к концу дня он узнал о том, что Мия ни во что не втянулась. И да, Мией была я. Ладно, если ничего не делать, то проблемы сами тебя найдут. Знаю это исходя из опыта, заработанного во время школьных лет. Не сделал домашнее задание или не слушал на уроке — наказание. Ну, почти одно и то же. Так, что дальше? Характер. У меня Вики шла по пути ангела, а значит, что нужно вести себя подобающе высшему обществу. Я конечно не светская львица, но и не свинья какая-нибудь: терпеливая, целеустремлённая, добрая, тихая, уравновешенная, искренняя, ответственная и серьёзная. Насчёт последнего не уверена, поскольку люблю от души посмеяться. Но чувство того, что это нереальная жизнь, заставляет тебя быть той, кем ты хочешь, и выпустить своих демонов наружу. Воспользовавшись такой возможностью, я хорошо отыгралась на Агате. Получала неописуемое удовольствие, когда подкалывала Александра. Словом, выглядела, как его личное зеркальце или женская версия. Ну уж нет, здесь я должна быть такой, как эта Уокер, чтобы вернуться домой. Не совсем уверена в этой идее, но будем считать, что это гипотеза, которую предстоит проверить. Всё же в других историях это прокатывало, так почему же в этой может не получиться? Тяжело вздохнув, я ещё раз попыталась пошевелить крыльями. — И как же я буду летать? Как справляться с заданиями? А вопросы на лекциях? Я же ничего не знаю. Но и прогуливать тоже не могу. Не хочу, чтобы у Вики были из-за меня проблемы. Вдруг я услышала чьё-то сопение, которое заставило меня обернуться к одной из кроватей. За салатовой шторой кто-то пошевелился. Босая, на цыпочках, я подкралась к занавесу и тихо убрала его в сторону. В кровати на боку лежала девушка, укрытая чёрными крыльями с когтями. Лицо её было очень милое и приятное. Тёмные волосы были растрёпаны и разбросаны по плечам, лицу и подушке. Особа была одета в мрачное бельё, подстать её эстетике. Она забавно дёргала носиком и жмурилась, когда доносился какой-то неразборчивый лепет из её уст. Глаза были закрыты. Спит. Я встала на колени и наклонилась к девичьей головке, затем ухватилась за оголённое плечо и стала трясти им. — Мими, дорогая, просыпайся. Демонические зеницы лениво открылись и одарили меня хмурым взглядом. Я виновато улыбнулась и похлопала ресницами, как глупая и наивная девочка. Особа гневно фыркнула, скрутилась и натянула на себя одеяло. — Как же я ненавижу эти занятия, Вики. — протянула демонесса, медленно стягивая с себя край одеяла. Вики. В её глазах я была любимой подругой с длинными, волнистыми и каштановыми волосами и с другими очертаниями лица. Стало немного обидно и досадно, что меня не видят такой, какая есть на самом деле. Ведь я была бы совсем не против подружиться с такой девушкой, как Мими. Вот только… 1-е правило: не раскрывать свою сущность. Да она всё равно бы не поверила. Может быть и заметит, что её Вики изменилась, но это можно списать на какие-то глупые выдуманные обстоятельства. Я же ведь умею врать, но крайне не люблю делать это. Уж простите, но папа с детства учил меня морали и прочей нравственной чепухе, из-за которой меня грызёт совесть уже на протяжении… Сколько я так блуждаю по историям? На протяжении недели. Самое обидное то, что никто из героев не задался вопросом: что с их знакомой/девушкой? Просто списали всё на алкоголь и пмс. Грустная ситуация. В принципе, здесь я ожидаю того же. Главное, держать себя в руках и не подавать виду, как бы не чесался язык. Да и не только он. Ничего не подозревают — значит, всё идёт отлично. Девушка подскочила с кровати и побежала к шкафу с вещами. Распахнув двери, она стала искать что-то определённое среди вешалок со шмотками. На секунду остановилась, развернулась ко мне, внимательно изучила моё тело с головы до ног, потом перевела взгляд на разбитый будильник, лежавший возле стола. — Нервы совсем не сдерживаешь после вчерашнего? — спросила брюнетка, вернувшись к поискам. Я виновато посмотрела на будильник. А до этого момента даже и не замечала его. Ничего не ответила, жду, пока сама задаст удобные мне вопросы. Подойдя к бедным часам, пришлось аккуратно собирать осколки и выкидывать их в мусорное ведро. Отряхнула руки и привела спальное место в порядок, затем села на край кровати и с интересом наблюдала за занятием «своей» соседки. Она бубнила себе под нос какие-то ругательства и выкидывала различные тряпки на пол. Я не вслушивалась в её речи, поэтому молча сидела на мягком застеленном матрасе и пыталась придумать план моих дальнейших действий на сегодня. В принципе, я знакома с местной божественной культурой и в курсе почти всех дел, которые тут происходили. Подыгрывать святошам актёрского мастерства хватит, сил на враньё тоже. Токсичить вместе с Мими и Ади получится точно так же, как масло на хлеб мазать. Главное, чт… — Люцифер после поезда не заходил сюда, если тебе интересно, в чём я уже сомневаюсь, судя по твоему мёртвому молчанию. Мои раздумья резко прервала демонесса и сильно озадачила сказанным. А что вчера у них произошло? Я ничего об этом не знаю. Так, без паники! Сейчас что-нибудь придумаем. — Я вчера сильно выпила, поэтому не особо помню, что там было. — Мими повернулась ко мне, а я демонстративно зевнула, прикрыв рот рукой. Максимально попыталась сделать уставший вид после бурного вечера, о котором вообще понятия не имею. Оказывается, что герои в историях живут своей жизнью, вне игры. И знаете, сейчас стала всё больше сомневаться в своих успехах. Девушка скептически посмотрела на меня, подошла к кровати и схватила за скулы, внимательно следя за глазами. Тем временем я пыталась отвезти взгляд. — Да, и вправду пила. От этого у тебя такое помятое лицо. — Хмыкнула демонша и отпустила меня. — Ничего оно не мятое. — Возразила и попыталась сделать серьёзное лицо. — Я плохо помню, что было вчера. Надо убедительно. Схватилась за голову и живот и стала растирать виски. — Вы опять поругались… Нашла! Мими достала из гардероба чёрное объёмное худи, рваные обтягивающие джинсы и светлые кроссовки. Не прошло и секунды, как эта куча тряпок полетела мне в голову. Благо, что я успела поймать этот ком, ответив только непонятным восклицанием. — Из-за чего? Честно, я пыталась спросить аккуратно, но судя по вопросительно поднятой брови дочери Мамона, вышло очень плохо. — Вики, ты выпила несколько бокалов глифта и ничего не помнишь? Зараза. Закусила губу и стала бегать глазами по девичьему лицу. — Я потом нашла ещё бутылку рядом с комнатой и выпила, потом вроде выкинула из окна… На последнем слове я нервно глотнула. Ладони завязались в замок и сжимались в такт моему сердцу. — Не перестаёшь меня удивлять, подруга. — Девушка мило ухмыльнулась, как будто было довольна моей воображаемой выходкой. Значит, поверила. — Ости вылила на тебя Драконий глаз, затем подошёл Люцифер. — Одевшись, Мими подошла к зеркалу и стала работать над причёской. — Тебя взбесило, что он стал защищать эту стерву и предложил постирать твоё платье у него в комнате. После чего ты зарядила ему хорошенького… эм, как у вас там, на Земле, говорят? Леща, да? Так вот вы немного покричали друг на друга и разошлись. В их стиле. Надеюсь, что Люцифер настолько обижен на Вики, что ему не прийдёт сегодня в голову идея: пообщаться со мной. Не хотелось бы мне с ним встретиться при таких обстоятельствах. — Ах, да, вспомнила. — Я прикрыла глаза и сделала останавливающий жест ладонью. Как мы мне не хотелось разбираться в этих любовных страстях. Не то, чтобы мне не нравится Люцифер. Как персонаж он очень хороший, но это в игре. Тут своя реальность и болевые ощущения другие. Да у меня и парня нет. Это тоже играет какую-то роль. Не смотря на это, я неплохо разбираюсь в отношениях, что очень нелогично, потому что я ни с кем не встречалась. Нет, я не какая-нибудь уродина. Мне много раз предлагали перевести близкие отношения с человеком на новый уровень, а я не соглашалась. Дело в том, что парни, которые мне попадались, только с виду были взрослыми. На самом деле их тело в несколько раз опережало развитие мозга. Многим были важны секс, деньги, личная прислуга и т.п. Учёба повлияла на мой любовный фронт. Не то чтобы я жаловалась, но получение образования забирало много времени. На себя уходило меньше, чем на универ. Какие тут отношения? — У нас сейчас совместная лекция у Геральда. — пробубнила соседка. Она пыталась застегнуть черный лаковый топ на груди, но безуспешно. Пока мы переодевались, я примерно прикидывала, как нужно вести себя в разных ветвях этого удивительного крылатого сообщества. Натянула чёрную сетчатую водолазку, затем надела клетчатый тёмный сарафан и зашнуровала ботиночки. Покрутилась возле зеркала и поправила распущенные волосы, заправив одну светлую прядь за ухо. Взяв с собой какие-то старинные книги, мы направились к выходу. Дверь не заперли, что было очень странным. Возможно, здесь всё складывается на доверии, в чём уж сильно сомневаюсь. Особенно в демонах. Разве никому не захочется пошутить над знакомой? Придётся же лезть к ней в обитель, а для этого нужна дверь, которую никто и никогда не закрывает. Не придав этому никакого значения, мы шли по длинному светлому коридору. На пути нам встречались все: ангелы, демоны и непризнанные. Они разговаривали о своём и почти не замечали меня. А если я попадалась им на глаза, то подвергалась осуждающему взгляду. Нет, это не из-за моего скромного наряда земной школьницы. Думаю, что это были свидетели вчерашнего происшествия. Неужели Вики не может найти другого способа, чтобы заработать здесь хорошую репутацию? Ла-а-адно, значит, придётся брать дело в свои руки. Постараюсь всё сделать аккуратно и качественно. Займусь внутренним миром моей Уокер. Нужно быть уверенной в себе и наглой девушкой, поэтому я шла по плитке, гордо задрав голову. Нос к верху, грудь вперёд, шаг ровный, а на лице ослепительная улыбка. Раз уж тебе даровали такое прекрасное тело, то грех — не воспользоваться ситуацией. Я кокетливо стреляла небесными глазками в парней, а те показывали свой лучезарный и заигрывающий оскал. Не успела заметить, как мы быстро пришли к аудитории, так кто-то крепко схватил меня за плечо. — Ну привет, Википедия. Я развернулась и увидела Ади. Этот рыжий чёрт стоял передо мной и довольно ухмылялся. Википедия?! Серьёзно? Знаете, королева Виктория мне нравится больше. И нет, у меня не завышенная самооценка. Подойдя чуть ближе, обняла его крепко и по-дружески за талию. — Приветик, Адидас. Твою мать. Кто меня вообще за язык тянул, позвольте спросить? Парень впал в ступор, а я глупо захлопала ресницами. Ведь тут такая невинная девочка перед ним стоит. Да ещё и тупая ко всему. — А-эм, ну это… — Заикнулась я и мысленно дала себе по лбу. — Земная фишка. Отлично. Выкрутилась. — Может, научишь меня своим непризнанным приколам? — Обязательно. Демон мило улыбнулся и притянул меня к себе. Значит, ничего не понял. По другую сторону от него встала Мими, которая обиженно смотрела на рыжика. — И тебе привет, малышка Мими. — Так-то лучше. — Девушка выпрямилась и задрала подбородок вверх. Ади приобнял и её. Так мы втроём стояли в коридоре, как идиоты. Но знаете, мне по душе такая атмосфера: школьные друзья, вечный шум в кабинетах, скучные уроки и весёлые тусовки. В голову ударили самые приятные и смешные воспоминания о школе. Чего только стоят те дни, когда мои одноклассники строили баррикады из парт и стульев или наливали водку в чай учителя по истории. Я невольно улыбнулась и прикусила кончик языка, чтобы не рассмеяться. На душе стало так хорошо. Тёплые объятия моих «друзей» пробудили мысль о том, что могу быть для кого-то любимой. Вот только не я, а эта Вики. Частично завидую ей: Уокер всегда будут окружать друзья и те, из-за кого её сердце постоянно поёт. А у меня разве так же? Нет. — Твою мать. Резко развернулась на возглас Мими и тут же онемела, словно статуя. В конце коридора из какого-то кабинета вышла толпа демонов. Не знаю, почему, но сердце стало бешено биться. Грудь охватило волнение. Я пыталась разглядеть его среди проходящей мимо компании. Нигде нет. Облегчённо вздохнула. Прости, Люсик, но сегодня не твой день. Мими и Ади отошли от меня на небольшое расстояние, чтобы поговорить с другими демонами. Я достала книгу и притворилась, будто читаю её. Вот только совершенно ничего не понимала, что там написано. Облокотилась на стенку, держа в руках учебник, и просто смотрела на других учеников. Было интересно наблюдать за их богатым запасом эмоций, которые они проявляли. Единственное, от чего я не могла оторваться, так это крылья. Выглядело непривычно и в то же время волшебно то, как трепетали разноцветные пёрышки на конечностях присутствующих. Я залипла за этим занятием, совсем забыв о том, что играю роль шпиона. Это был первый и последний раз, когда позволила себе забыться. Потому что почувствовала на себе необычайное тепло, которое пригревало мой затылок. — Не меня ли ты ищешь, Непризнанная?