Огонь и вода

Около двух дней Силим пролежал в бреду и в температуре, абсолютно не осознавая реальность, почти не просыпаясь, а если и переодически просыпаясь, то с тошнотой, подкатившей к горлу. Болезнь не хотела отступать и всерьез вцепилась в его тело. Баязед же всё это время был рядом с ним, игнорируя свои обязанности и даже свой гарем, уделяя всё внимание уходу за больным братом. Его уже не волновала из вражда между собой и неприязнь друг к другу, единственным его желанием было поставить его на ноги. В какой-то момент температура спала и Силим наконец-то очнулся. За окном было утро, облака лениво расстилались по небу, но даже сквозь них проглядывалось слепящее веки солнце, ласкающее кожу на щеках. Через силу распахнув глаза, он увидел брата, спящего рядом с ним на кровати. Сколько он провёл ночей без сна, приглядывая за ним в период болезни, он не знал и вообще он в принципе не знал ничего. Голова гудела от звенящей пустоты в ушах и пения птиц за окном. Судя по мешкам под глазами Баязеда, он давно не спал нормально и лишь сейчас усталость взяла над ним верх. Силим разглядывал лежащего брата, мысленно прокручивая в голове вопросы, которые задаст ему при пробуждении. Долго ждать не пришлось, ибо почуяв шорохи на кровати Баязед моментально открыл глаза, словно был всё это время на чеку. Увидев удивлённые глаза напротив, разглядывающие его с ни чем не прикрытым любопытством, он устало зевнул задав короткий вопрос -Очнулся? Как ты себя чувствуешь? Пол секунды Силим обдумывал ответ... -Сколько дней прошло? -Больше двух -И неужели ты всё это время был рядом? -Да- с совершенным спокойствием ответил он. Для Силима услышать это было непривычно и удивительно. Его брат, который так его ненавидит, нянчился с ним пока он валялся в лихорадочном бреду? Это что-то новое! Баязед встал с кровати и подошёл к столику, взяв какой-то бутылёк, судя по всему с лекарством. Отмерив нужное количество он вылил содержимое на серебренную ложку и подойдя к брату заставил это выпить. -Что это было? Яд? -Хах...И даже сейчас ты меня подозреваешь! Нет, это отвар трав, лекарь посоветовал тебе дать его. Скоро тебе станет легче! -... Силим нехотя проглотил содержимое, долго молчал, оценивая ситуацию и обдумывая произошедшее. -...С..спасибо! Было заметно что эти слова ему дались с большим трудом, ибо он был крайне неблагодарным человеком и вытянуть из него такое простое, но важное слово, стоило больших усилий. Баязед обеспокоено положил руку ему на лоб, оценивая его состояние. -Жар наконец-то спал,это хорошо! Тебе стоит поесть, ты ничего не ел за последнее время! С этим трудно было поспорить, ибо ноющая пустота в желудке дала о себе знать. Баязед принёс тарелку с горячим куриным супом и начал заботливо кормить его с ложки. Силим же, хоть и был недоволен, но сопротивляться не стал, а просто послушно ел. Опустошив тарелку, он медленно опустил ноги с кровати и попытался встать, однако ноющая боль во всём теле не дала этого сделать и он попросту сидел в таком положении, глядя на пол и пытаясь собрать мысли в кучу. -Тебе сейчас будет сложно ходить, лучше не торопись! Я ведь тебя не прогоняю...-не дав ему договорить,Силим спросил: -Почему? -Что почему? -Почему ты со мной возишься, когда мог оставить умирать? -Я уже говорил, если ты и умрёшь, то явно не так! В чём смысл умирать от такой глупости? -Ну, по крайней мере ты меня не отравил, что странно! -Опять язвишь? -Разумеется Опять эта глупая ехидная ухмылка. Как же она бесила Баязеда! -Неблагодарный,хитрый лис! Он потрепал его по голове, растормошив и без того потрёпанные рыже-каштановые волосы. -Знаю, а ты бешенный шакал, при первой же возможности начинаешь лаять на меня! -Дурак! Обменявшись "любезностями",они звонко расхохотались от нелепости ситуации. Баязед поймал себя на мысли о том, что давно не видел его таким искренним, не притворяющимся, не прячущимся за масками равнодушия и злобы. От осознания этого стало даже приятно тепло на душе. Весь оставшийся день они были увлечены беседами друг с другом и провели время даже толком не слезая с кровати. И на удивление они вели себя абсолютно спокойно, даже дружелюбно, на какое-то время забыв о своей вражде между собой. Временное перемирие, не более того! Но это тёплое чувство хотелось удержать как можно дольше и не знать ему конца. Но всё же иногда в разговоре проскальзывали колкие шутки и ядовитые фразы. Что ж поделать?Такие как есть! За болтовнёй они и не заметили как на город опустился вечер. Что они только не обсудили за это время: и семью,и политику,и прочие глупости! -Надо же как время пролетело...-подытожил Баязед -Согласен, время летит быстро. Думаю, раз я здоров, мне уже пора идти! Сказав это, Силим уже хотел было встать с кровати и начать собираться чтобы поехать к себе в санджак, но не тут то было. Мускулистая и крепкая рука Баязеда, схватив его за запястье, кинула его тело на кровать -Куда? Я тебя так просто не отпущу! Тяжело выдыхая и всем своим видом показывая свою усталость и недовольство, Силим лениво глядя из под ресниц спросил его: -Ну и? Чего ты хочешь? -На этот вопрос ты сам должен угадать ответ- с некой игривостью в голосе произнёс он, от чего лицо само собой стянулось в довольную улыбку -...Денег? Или может извинений от меня? Баязед лишь загадочно молчал,оглядывая его с ног до головы -Может ты хочешь чтобы я отрёкся от престола? Или тебе даже этого мало? -Мало -Что тогда тебе нужно? -Ты -В каком смысле? Я же н- Не дав Силиму закончить мысль Баязед повалил его на кровать, закрыв его рот своим. Губы слились воедино, но поцелуй был слишком агрессивным и каким-то нетерпеливым. Силим не знал как реагировать на подобное поведение брата и попросту таращился на него в недоумении, не решаясь ответить взаимностью. В его глазах явно читался испуг и злость. Отстранившись Баязед прервал невзаимный поцелуй, дав ему вдохнуть воздух и высказать своё мнение. -Ты спятил? Я ведь твой кровный брат, к тому же вообще-то парень, если ты не заметил! Балда! -И что с того? Ты ведь как никто знаешь что я всегда добиваюсь своих целей, а на установленные нормы и правила порой можно закрыть глаза! -Ты точно спятил! Я ухожу! Он попытался уйти,но его снова рывком повалили на кровать -Я так не думаю! -Отпусти! -Неет!- последнее слово прозвучало с сладкой игривостью, настолько сладкой что хотелось запить эту сладость водой. Крепко держа Силима за запястья, он сел на него сверху и наклонившись над его ухом тихо прошептал: -Тебе всё равно не сбежать! Ещё какое-то время Силим пытался вырваться и уйти, но осознав свою беспомощность обмяк в руках, крепко держащих его запястья и расслабился, пусть и нехотя -Вечно ты творишь Аллах один ведает что, а совесть не гложет! Я всегда знал что ты тот ещё болван, но что-бы насто... И снова его губы накрыли чужие,не дав договорить, причём с ещё более страстным рвением. Баязед никогда не умел слушать, контролировать свои эмоции тем более. В какой-то момент Силим неосознанно начал отвечать на поцелуй взаимностью и ощутил словно какая-то прочная, но невидимая стена между ними начала постепенно трескаться по швам, распадаясь на куски. Откинув все противоречивые мысли в угол, он поддался этим нахлынувшим его чувствам. Именно этого и добивался Баязед. Его руки уже свободно и нагло блуждали по телу, такому родному, но запретно манящему своими изгибами. Тощие руки Силима уже неосознанно притягивали его к себе за шею, углубляя поцелуй и блуждая языком внутри него. Трясущимися, от горящего внутри желания руками, Баязед разрывал на нём одежду, отбрасывая в сторону ненужные, рваные куски ткани, едва сдерживаясь чтобы не набросится на него прямо сейчас. На последок он посмотрел в эти бездонно-синие глаза напротив, вглядываясь в узоры на радужке и наблюдая за постепенно расширяющимся зрачком. -...Хах..Ты так упрям что всегда добиваешься того, чего желаешь, не важно какими путями и силами. Упрямый, противный, неугомонный шакал! -Ты гораздо красивее когда молчишь, Силим! Опустившись ниже, Баязед рассматривал с безумно горящей в глазах страстью тело, лежащее под ним, освобождая себя от ненужной однажды и готовясь оторваться над братом по полной за все те годы, что он сдерживал свой пыл по отношению к нему. Силим, беспомощно лёжа и смотря на него снизу вверх пытался скрыть своё чёртово постыдное желание, однако язык тела говорит громче слов. От прикосновений к его бокам и бёдрам он весь густо покраснел, неосознанно двигая туловищем, навстречу желанным рукам. Перевернув послушное тело на живот и достав из под кровати кувшин с ароматным маслом, Баязед смазал пальцы и медленно вошёл, шепча на ухо успокаивающе сладостным тоном: -Тише, расслабься, больно будет лишь вначале! Силима эти слова лишь напрягли ещё сильнее и он уже хотел было уйти, но эти чёртовы руки вжали за плечи лицом в подушку, меж тем продолжая растягивать. -Выгнись, так будет проще! Силима от страха парализовало, но всё же он заставил себя послушно выгнуть спину, навстречу неизбежному. Когда Баязед резким толчком оказался внутри него, он хотел было закричать, но закусив губу лишь тихо зашипел от боли. Стараясь хоть как-то облегчить ощущения, он двинулся назад, однако тем самым лишь подался навстречу Баязеду ещё глубже вгоняя его в себя, вырывая прямо из его глотки сладкий и довольный стон. Движения его были рванными, резкими и агрессивными. Да, в постели Баязед никогда не отличался особыми нежностями, предпочитая целиком и полностью отдаться животным инстинктам и окунаться в них с головой. И если вначале Силима пугала эта животная дикость и была неприятна физически, то теперь из его горла сами собой вырывались довольные стоны, а тело отвечало не менее активным животным рвением, двигаясь бедрами в такт, неосознанно бормоча под нос имя брата. Пусть потом они и будут вспоминать это со стыдом, пусть! Сейчас это для них не имело никакого значения. Самообладание окончательно покинуло тело Баязида, заставив выгнуться и войти внутрь Селима на всю длину, доводя процесс до логического завершения. Экстаз окутал с головой и по всему телу прошлась обжигающая током бешеная страсть, заставив выплеснуть все чувства наружу в прямом смысле слова. Без сил навалившись сверху на хрупкое тело Силима всем весом, Баязед какое-то время жадно глотал воздух, словно рыба, выброшенная на сушу. Но приятное чувство удовлетворения сладостно растеклось по всему туловищу. Что касаемо Силима, ему понадобилось больше времени для того чтобы привести себя в чувства. Первую минуту он ничего не мог ни видеть ни слышать: в глазах всё плыло и размывалось, а в ушах звенело от боли смешанной с удовольствием. Эти чувства не поддавались никаким логическим описаниям. Какое-то время спустя,наконец придя в себя, Баязед заметил капли крови на простыне. По видимому, он перестарался и в каком-то смысле ранил брата. Он обеспокоено потряс его за плечо: -Как ты? -Нормально!-пусть и не сразу,но всё же ответил он ему. Баязед хотел было принести ему воды и уже встал,куда-то уходя, но Силим собственнически притянул его к себе за запястье и мягко уронил на кровать, глядя щенячьим глазками и молча умоляя его побыть рядом ещё немного. Баязед всё прекрасно понял, пусть даже без слов. Притянув худощавое тело к себе, он крепко обнял его, до хруста рёбер, будто боясь упустить, при этом уткнувшись носом в макушку и зарываясь в эти огненно-рыжие волосы. Силим же, крепко обнимая его мускулистую спину, обвил своими ногами словно змея, притягивая к себе ещё ближе, вдыхая всем носом запах его тела. Накрывшись сверху тонким шёлковым покрывалом, они просто какое-то время молча лежали в обнимку, приходя в себя и обдумывая произошедшее. Первым молчание прервал Баязед: -Прошло уже много времени,а я всё ещё не слышу от тебя твоих остроумных шуток! Ты не сломался случайно!? -Не сахарный, не расстаю! А что касаемо тебя...За тобой должок! Понимаешь о чём я? -Ах...Ты хитрый лис! -А ты бешеный шакал! Снова нелепый смех и дурацкие шутки заполнили пространство вокруг. Но вскоре комнату окутала темнота и солнце окончательно утонуло за горизонтом, посылая прощальные лучи вслед и лишь свет свечи отблеском сиял в рыжих волосах Силима. Неожиданно он притянул Баязеда к себе за подбородок, долго и протяжно целуя его, словно ставя точку в сегодняшнем дне. Они оба прекрасно понимали что это лишь временно. Скоро разум возьмёт верх и Силим уедет к себе, будто ничего и не было и будет оправдываться перед всеми, ища разумное объяснение своей пропаже. Они понимали что их страсть угаснет так же неожиданно и быстро, как и загорелась. Скоро ненависть и вражда опять возьмут верх над желанием найти компромисс и просто раствориться друг в друге. И в конечном итоге один из них попросту убьёт другого в припадке ярости. Но сейчас они старались не думать об этом, попросту наслаждаясь моментом. Сладко зевнув, Силим уткнулся носом в ключицу Баязеда, тихо вдыхая аромат его тела. Баязед же, гладя рукой волосы его волосы, успел услышать последнюю фразу сказанную им, прежде чем его сознание погрузилось в сон: -За тобой должок, помни об этом!