Ледяные искры

POV: Тэхён Я редко задерживался на съёмках. Обычно мне хватало отчётов, цифр и финальных фотографий. Но с ней было иначе. Каждый её взгляд в камеру был вызовом — и в то же время признанием, которое она не хотела произносить. Она действовала на меня, как головокружительный яд: раздражала, зацепляла, притягивала. “Боишься показать настоящую себя?” — я сказал это больше для того, чтобы проверить реакцию. Но слова вырвались слишком легко. И когда увидел, как её глаза потемнели, как дыхание сбилось… понял, что сам перешёл черту. Она выбила у меня почву, эта женщина. И теперь единственное, чего я хотел — снова и снова сталкивать её с собственными границами. — Ужинать со мной не хочешь — придётся согласиться хотя бы на поездку, — сказал я позже, догнав её у выхода. Она уже переоделась, волосы собраны в небрежный пучок, но даже так выглядела так, будто эта студия создана под неё. Она остановилась. Резко. — Что? Я позволил себе лёгкую усмешку. — Уикенд. Закрытая локация. Новая рекламная кампания. Лицо бренда должно там быть. Я буду тоже. POV: Чейли — Ты с ума сошёл? — я даже засмеялась, хотя внутри сжалось. — Провести уикенд с тобой в какой-то глуши? Ты серьёзно думаешь, что я соглашусь? — Думаю, что у тебя не будет выбора, — спокойно бросил он. — Контракт. Его голос был сталью. А взгляд… взглядом он буквально забивал последний гвоздь в мою иллюзию свободы. Я шагнула ближе. — Ким, я работаю моделью, а не твоим заложником. Он склонил голову, рассматривая меня так, будто я сама себя загоняю в клетку. — Иногда ты звучишь так, будто боишься не меня, а того, что случится, если рядом никого не будет. Я почувствовала, как кровь ударила в виски. — Ты не имеешь права копаться в моих страхах. — А ты не умеешь их прятать так, как думаешь, — сказал он тише, почти шёпотом. POV: Автор Их диалог был похож на дуэль, где каждое слово — клинок, каждое дыхание — шаг ближе. Ассистенты старались не смотреть, но напряжение висело в воздухе так густо, что можно было резать ножом. Тэхён стоял так близко, что даже свет ламп отражался в его глазах. А Чейли — холодная, дерзкая, готовая сорваться в любой момент. Но между ними уже не было пустоты. — Поездка завтра утром, — сказал он окончательно. — Я пришлю машину. — Даже не надейся, что я поеду. — Даже не надейся, что я приму отказ, — ответил он с лёгкой тенью улыбки. Он ушёл первым. Она осталась стоять, стискивая пальцы так, что ногти врезались в ладонь. И именно в этот момент Чейли поняла, что проигрывает не контракту. Проигрывает себе. Утро Она собиралась дольше, чем обычно. Не потому что сомневалась — а потому что ненавидела сам факт: собиралась ради него. На кровати были разложены вещи. Чейли выбрала строгий, но стильный образ: чёрный костюм от Alexander McQueen с идеальной посадкой, подчёркивающей талию;белый топ из тонкого шёлка, едва выглядывающий из-под лацканов;кроссовки от Louis Vuitton — белоснежные, с золотым логотипом, чтобы хоть немного «сломать» строгость образа;и чёрные очки Celine, которыми она закрыла взгляд, словно ставила щит. Волосы собраны в аккуратный высокий хвост, макияж минимальный — только сияющая кожа и акцент на губах нюдового оттенка. Когда у дома затормозил чёрный автомобиль с логотипом Kim Group, она глубоко вдохнула. И, словно бросая вызов самой себе, села в него.