Собирая осколки

Искатели еще долго рассматривали фотографии, но ни одна из них больше не становилась осколком. Уже начав отчаиваться, они все внимательнее вглядывались в снимки. Цветные картинки прошлого Тсуны, их Неба, рассказывали о различных моментах его жизни. Они все были яркими, наполненными светом и радостью - маленькие кусочки счастья. Но вот Хибари нашел один, ни на что не похожий снимок – темный, несущий в себе некую опасность и боль. Фотография была выполнена в темных тонах. На ней был изображен мальчик, крепко сжимающий в руках нечто маленькое, ярко-оранжевое. Ребенок был явно напуган и пытался найти утешение в этом ярком пятне. Хранитель Облака указал на снимок остальным, и искатели долго пытались рассмотреть, что же это такое. Внезапно картинка ожила, стала расти, и Реборн с ребятами оказались в маленькой уютной комнатке. По обстановке можно было понять, что это детская. Стены ее были выкрашены в солнечно-бежевый цвет, пол был покрыт мягким ковром в цветную клетку, на котором в беспорядке валялись игрушки. Небольшой шкаф, расположенный около стены, носил на себе следы детского художества – размазанные цветные пятна были похожи на изображения зверей, будто какой-то абстрактный художник пытался украсить сей предмет мебели. Около большого окна, занавешенного салатовыми шторами, стоял детский письменный стол, над которым на тоненьких ниточках висели разноцветные бумажные журавлики. Напротив шкафа стояла небольшая детская кровать, на которой удобно расположились Тсуна и его мама, в руках у которой была большая книга со сказками. С первого взгляда искатели поняли, что эта женщина не Нана, а та кого они видели в Итальянском парке – Токо. И хотя за окном было темно, и шел сильный дождь, в детской было тепло и уютно, благодаря большой настольной лампе в форме розового бегемотика. - Кажется, сейчас мы узнаем, что же случилось с настоящими родителями Джудайме, - предположил Гокудера, внимательно наблюдая за веселым семейством. А Токо с Тсуной с интересом рассматривали картинки в книге, обменивались впечатлениями и весело смеялись. Вдруг дверь в комнату открылась, и на пороге появился высокий блондин, чем-то неуловимо похожий на Емицу. Мужчина с улыбкой посмотрел на сидящих на постели. - Папа пришел! – радостно воскликнул маленький Десятый и повис на шее блондина. - С возвращением, Джо, - кивнула мужу Токо. - Я вернулся, - Джо с улыбкой обнимает сына и неожиданно подбрасывает его в воздух. Мальчик весело смеется и просит еще, а отец не может отказать ему в такой маленькой, но очень приятной просьбе. По комнате колокольчиком разносится смех ребенка, которому вторит мягкий басовитый смех мужчины и тихий голос Токо. - Какие они счастливые, - тихо произносит Ямамото. – Я давно не слышал, чтобы Тсуна так смеялся. - Что ты хочешь этим сказать, травоядное? – недовольно спрашивает Хибари, продолжая наблюдать за веселой возней семьи Савада. - Джудайме часто смеется, разве нет? – удивленно поворачивается к другу Гокудера. - В последнее время он никогда не смеялся так… Не могу подобрать слов… Его смех был другим, словно его что-то сдерживало. - А ведь наш Дождик-кун прав, - куфуфукнул Рокудо. – После церемонии наследования он изменился, будто его что-то беспокоило. - Ладно, давайте не будем гадать, а просто посмотрим, - предложил Реборн, и искатели вновь вернулись к наблюдению за семьей. Пока они переговаривались, Савады успели перебраться из детской на кухню и сейчас ужинали, весело переговариваясь, обмениваясь впечатлениями и новостями прошедшего дня. - Тимотео волнуется, - тихо сообщил жене Джо, когда их сын отвлекся на большое пирожное, которое Токо поставила перед ним вместе с большой кружкой чая. - Что-то случилось? – насторожилась женщина. - Альянс волнуется, кто-то пытается уничтожить наследников, - мужчина напряженно наблюдал за сыном. – Уже было несколько покушений на другие семьи. Кавалоне еле успели спасти сына. - В таком случае нам следует уехать, - уверенно произнесла Токо. - Не выйдет. Нас слишком хорошо знают. Единственный способ – отдать сына Нане. О ней никто не знает, она давно вышла из мафии. - Тогда я свяжусь с ней. Надо как можно быстрее спрятать Тсу-чана, - женщина уже готова была сорваться с места и бежать к телефону, но ее остановил голос сынишки. - Хватит говорить о плохом. Давайте лучше почитаем ту сказку про принцессу и дракона, которую ты мне обещала, - тихий, но такой серьезный голос мальчика заставил родителей улыбнуться. - Ну что ж, пошли, почитаем, - Джо потрепал сына по голове и, подхватив его на руки, направился в детскую. - Я посуду помою и приду, - крикнула вслед своим мужчинам Токо, услышав в ответ что-то похожее на согласие, женщина подошла к мойке и трясущимися руками принялась мыть тарелки, но потом резко прекратила это делать и потянулась за телефоном. А в это время Тсуна и его отец, удобно устроившись под большим клетчатым пледом, читали книжку. За окном во всю бушевала гроза, но Савады совсем не обращали на нее внимание. Мягкий баритон Джо разносился по комнате, а Тсуна очень внимательно слушал его, складывая из ярко-оранжевой бумаги очередного журавлика. - И маленькая принцесса спросила у дракона: "Почему ты так поступаешь? Зачем нападаешь на людей?" А грозное чудище… - Папа, смотри, как у меня получилось! – прервал отца сияющий мальчик. - Красивый, - согласно кивнул ребенку блондин. – Но зачем ты их так много делаешь? - Если я сделаю тысячу журавликов, то мое желание исполнится, - уверенно объяснил Тсуна. - И что же ты пожелаешь? - Чтобы с тобой и с мамой все было хорошо, чтобы вы жили долго и счастливо, - искатели с удивлением увидели, что глаза ребенка заискрились золотыми всполохами, а вокруг него появилось мягкое оранжевое пламя. - С нами все будет хорошо, - уверенно проговорил Джо, прижимая сына к груди, наблюдая за тем, как пламя постепенно исчезает. - Нана прилетит завтра вечером, - сообщила Токо, заглядывая в комнату и вновь скрываясь за дверью. Видимо, она опять пошла на кухню. - Ура! Тетя Нана приезжает! – довольный малыш бросился на грудь отца и от переизбытка чувств замотал ногами в воздухе. - Да, я тоже рад, - хотя мужчина старался говорить весело, в его голосе отчетливо слышалась грусть. Он словно в последний раз крепко обнял сына и потрепал его по непослушным волосам. Внезапно за окном сверкнула молния, громко громыхнул гром, а по дому разнесся женский крик, и все стихло. Блондин резко отстранился от сына и напряженно посмотрел на дверь. - Тсуна, спрячься в шкаф, я пойду, проверю, - строгий голос отца заставил испуганного мальчика быстро нырнуть в темное нутро мебели и плотно захлопнуть за собой дверь. А его отец добавил: - Если я не вернусь, беги к соседям и жди у них Нану. Но не успел Джо сделать и нескольких шагов к двери, как она открылась от резкого толчка, и на пороге появилось двое в масках. Блондин резко бросился в их сторону, выбивая у одного из неизвестных из рук пистолет и увлекая их за собой, прочь из комнаты. Звуки борьбы разносились по дому, потом раздалось два выстрела, и все стихло. В полной тишине скрипнула дверца шкафа, и оттуда вылез Тсуна. Мальчик был очень бледным, его трясла мелкая дрожь, но в руках он упрямо сжимал оранжевого журавлика. Несколько неуверенных шагов к двери, и он слышит голоса: - Мелкий должен быть наверху, надо его найти, иначе нам не заплатят, - тихие шаги по лестнице напугали ребенка. Мальчик испуганным кроликом оглядывается на шкаф, но потом, приняв какое-то решение, бежит к столу. Пара движений, и вот он уже стоит на столешнице, еще два движения, и окно распахивается от сильного ветра, и малыш неуверенно смотрит в темноту, разрываемую вспышками молний. На пороге комнаты появляются люди. - Вот он, лови его! - крик будто подталкивает ребенка, и он делает первый неуверенный шаг в темноту. - Куда! – наемники резко бросаются к окну, путаясь в занавесках, выглядывают наружу и видят как мальчик, осторожно перебирая ножками по узкому мокрому карнизу, движется в сторону дождевой трубы. Один из нападавших направляет в его сторону пистолет, черно блеснувший в свете очередной молнии, и жмет на курок. - Идиот! Нам приказали взять его живым! – второй еле успевает отбросить руку с пистолетом и выпущенная пуля визгливо выбивает искры над головой ребенка. – Быстро вниз, мы его там перехватим! Наемники вылетают из комнаты, а Тсуна уже добрался до трубы и осторожно скользит по ней вниз, но на полпути его слабые ручки не выдерживают, и он срывается. - Джудайме!/Тсуна!/Савада!/Зверек!/Тсунаеши-кун! – испуганные голоса искателей сливаются с шумом дождя, они рвутся на помощь, но почему-то все так же висят над землей, не имея возможности помочь малышу. А ребенок, успешно приземлившись в какие-то кусты, быстро поднимается на ноги и бежит. По его лицу катятся слезы, резкие порывы ветра пытаются задержать его, маленькие босые ножки спотыкаются о кочки и колдобины на дороге, но он упорно бежит в сторону соседнего дома, до которого еще метров пятьсот, так и не выпустив из рук бумажный журавлик. Позади него раздается взрыв, и над его домом взметнулось языки пламени, ярким алым светом освещая все вокруг, а от дома бегут две черные фигуры. Пламя ярко освещает маленькую фигурку мальчика, и он, оглянувшись назад видит, что преследователи уже близко. Тогда Тсуна резко бросается в сторону и скрывается в каком-то темном переулке. Там он забивается в самый темный угол, вжимается в стену и замирает, не решаясь вздохнуть полной грудью, пошевелиться, только смотрит застывшими глазами в темноту и прижимает к груди свой журавлик, словно пытается взять силы и смелость у этого куска мятой мокрой бумаги. В темноте раздаются голоса людей – это соседи выскочили на улицу, растревоженные взрывами и пожаром – но мальчик не двигается, боится выйти из своего убежища. Внезапно перед ним вырастает темная фигура, вспышка молнии освещает злобную усмешку. Фигура протягивает к мальчику руку, а тот с ужасом смотрит на приближающуюся к нему конечность не в силах даже закричать. - Вот ты где, гаденыш! – последнее, что слышит Тсуна, перед тем как потерять сознание, а искателей буквально вышвыривает из воспоминания.