Собирая осколки

Оказавшись сброшенными на землю словно мешки с картошкой, Реборн с хранителями некоторое время лежали без движения, отходя от удара, а потом постепенно начали подниматься на ноги. - Теперь ясно, что случилось с родителями Тсуны, - пробормотал Ямамото, до сих пор находящийся под впечатлением, да и не только он один. Остальные хранители также были подавлены – не каждый день открывается такая страшная тайна о прошлом твоего друга. - Бедный Тсунаеши-кун,- тихий голос Мукуро выразил мысли всех. - Я экстремально не понимаю, что с фотографиями?! – только после возгласа Рехея все обратили внимание на стены. Снимки мерцали на голубом фоне, переливались разноцветными цветами, а затем начали вспыхивать пламенем. Один… Второй… Третий… В конце концов, они все сгорели, а на медальоне Реборна засветились еще несколько кусочков. Как только свет погас, труба, внутри которой находились искатели, покрылась мелкими трещинками и осыпалась, оставляя их стоящими на голой земле около большого старого дуба. - Тааак, и где это мы оказались? – недовольно спросил Хибари, осматриваясь по сторонам. Вокруг, куда не кинь взгляд, были заброшенные постройки, окруженные небольшим двором без растительности, исключение составлял только большой дуб, около которого стояли молодые люди. Двор в свою очередь был окружен высоким забором с колючей проволокой наверху, за которым виднелись верхушки деревьев. - Прям тюрьма какая-то, - буркнул Гокудера. - Это и есть тюрьма… Тюрьма в лесу… Тюрьма семьи Эстранео, - тихо проговорил Мукуро, медленно подходя к дереву и опускаясь около него на колени. Тон, в котором явно слышалась боль, и дальнейшие действия хранителя Тумана, заставили остальных с удивлением посмотреть на юношу. А Рокудо аккуратно провел по шероховатой коре дуба и с тоской произнес: - Не может быть… Карамелька. Подойдя ближе, искатели увидели, что подрагивающая рука Мукуро нежно касается выцарапанных на коре дерева букв "М" и "К". - Травоядное, о чем ты говоришь? – голос Хибари заставил синеволосого юношу вздрогнуть. - Мне было шесть лет, а ему четыре. Он не мог говорить, - дрожащим голосом начал рассказывать иллюзионист. – Я называл его Карамелькой. Мы два года были вместе, а потом… Мукуро замолчал, продолжая обводить пальцами неровные буквы. - Что случилось потом? Говори быстрей, Ананас, - не выдержал Гокудера. - Он умер… Его убили, - жестко закончил юноша, резко поднялся на ноги и, отвернувшись от дерева, пошел в сторону заброшенного дома. Ничего не понимающие и подавленные искатели последовали вслед за иллюзионистом. - Здесь была лаборатория. Собирали детей с пламенем, - заговорил Рокудо, уверенно продвигаясь по запыленным коридорам. – И ставили на них опыты. По мере того как хранитель Тумана рассказывал, окружающая обстановка менялась – раздавались крики и стоны, появились люди – прозрачные, словно призраки. Когда из-за очередного поворота навстречу искателям неожиданно выскочил со слезами на глазах ребенок, а вслед за ним трое взрослых мужчин в белых халатах, молодые люди резко отшатнулись, прижимаясь к стенам, пропуская их. Мукуро же, казалось, ничего не видел, он уверенно шел к одной, только ему известной, цели. - Эй, травоядное, куда ты нас ведешь? – недовольно спросил Кея, уворачиваясь от очередного человека-призрака. - Больше никуда. Мы пришли, - иллюзионист остановился напротив одной из многочисленных железных дверей. Пару раз глубоко вздохнув, он решительно толкнул тяжелую преграду, и… Перед хранителями была маленькая серая камера с двумя жесткими кроватями. На одной из них метался худенький, изможденный мальчик. Его рот то и дело открывался в беззвучном крике, а из глаз крупными, прозрачными каплями текли слезы. Другой ребенок постарше и с повязкой на одном глазу, сидел рядом с ним, крепко сжимая тоненькие пальчики своего друга. Он всеми силами пытался облегчить страдания соседа по камере – вытирал выступающую на лбу испарину, мягко придерживал его на постели, чтобы малыш не упал на пол, поправлял ему волосы и что-то тихо нашептывал ему. - С повязкой это я, а на кровати – Карамелька, - сообщил остальным Рокудо Мукуро. Вдруг с противным скрипом открылась железная дверь, и в помещение зашли три человека. Мальчик с повязкой испуганно посмотрел на вошедших, а те, не обращая на него никакого внимания, приблизились к лежащему. Один из них был блондином в очках, второй – шатен, держащий в руках шприц с какой-то мутной жидкостью, а третий – высокий брюнет с неприятным лицом, одетый в черный пиджак. Первые двое внимательно всмотрелись в лицо несчастного ребенка, а третий остался стоять около двери, недовольно осматриваясь по сторонам. - Давай сюда препарат, - приказал очкарик. Второй молча протянул требуемое. - Не трогайте его! – маленький Мукуро рванулся к шприцу, но мужчина в пиджаке быстро перехватил его. Пока Рокудо бился в крепких руках, очкарик успел ввести препарат в тонкую вену Карамельки. Закончив вводить инъекцию, очкарик и шатен немного отстранились от лежащего без движения малыша, не переставая внимательно наблюдать за изменениями в его поведении. Не прошло и пары минут, как тело на постели выгнулось дугой и забилось в агонии. Изо рта Карамельки потекла кровавая пена, а пальцы судорожно цеплялись за грязные простыни. - Черт, не вышло, - ругнулся очкарик. – Он уже не жилец. Услышав эти слова, Мукуро еще сильней забился в руках у брюнета, но сильный удар в основание шеи быстро успокоил мальчика. Брезгливо сбросив тело маленького иллюзиониста на пустую постель, мужчина шагнул к выходу из камеры. - Избавьтесь от него, - коротко приказал он и скрылся за дверью. Очкарик и шатен переглянулись, и первый молча кивнул. Шатен легко подхватил на руки уже не двигающееся тело и вышел в коридор. Шокированные искатели замерли, глядя вслед удаляющимся по коридору мужчинам, а затем посмотрели на иллюзиониста. Мукуро застыл словно статуя, спрятав глаза за длинной челкой, и только подрагивающие плечи, да сжатые кулаки выдавали его состояние. - Мукуро, - Ямамото осторожно дотронулся до плеча хранителя Тумана и тот, очнувшись, растолкал хранителей и рванул вслед за ушедшими. Остальные искатели быстро переглянулись между собой и побежали следом. Когда компания выскочила во двор, они успели заметить, что шатен небрежно забросил тело Карамельки на заднее сидение черного автомобиля, а сам сел за руль. Послышался шум мотора и машина выехала со двора. - Черт, мы их не догоним! – выругался Реборн, а в следующую секунду… В следующую секунду какая-то невидимая сила подняла искателей в воздух и понесла их следом за удаляющимся автомобилем. С воздуха хранителям было хорошо видно, как машина выехала из леса и поехала в сторону города. Затем она немного пропетляла по улицам и, наконец, остановилась около темного переулка, окруженного густыми кустами. Водитель вышел из машины, открыл заднюю дверь, стащил с сидения тело Карамельки и резким, сильным движением отбросил его в сторону. Когда же машина уехала, из-под ближайшего куста выполз лохматый и не совсем трезвый блондин с перекошенной повязкой на лбу. - Колонелло! – воскликнул Реборн под недовольное шипение остальных. Мужчина внимательно посмотрел вслед удаляющемуся авто и со вздохом наклонился над телом мальчика. - Живой, - тихо сказал он, нащупав на шее ребенка пульс. – Но может умереть, - с этими словами Колонелло аккуратно поднял мальчика на руки и нетвердой походкой скрылся в темном переулке. - Живой! – радостно и облегченно воскликнул Мукуро, когда искатели, уже в который раз, начали падать в темную бездну.