Собирая осколки

Темнота уже стала такой привычной, неотъемлемой от переходов от одного воспоминания к другому, какой-то родной. Наверное, если бы она вдруг внезапно сменилась каким-либо светом, искатели были бы очень удивлены и недовольны, потому что именно она давала время подумать, собраться с мыслями не мешая друг другу, принять те чувства, что внезапно появлялись в их душах, осмыслить происходящее. Только темнота и чувство полета помогали успокоить бешеный стук сердца и принять то, что, оказывается, они совсем не знали и не понимали того, какая непростая была жизнь у их Неба. То, как тяжела ноша, взваленная на его хрупкие плечи и то, с какой силой и гордостью он несет ее, переживая за каждого из своих хранителей, не показывая им своей боли и своих слез. А когда темнота в очередной раз отступила, искатели мягко приземлились на траву перед огромной башней, вершина которой скрывалась где-то среди белых пушистых облаков. - И что это за место такое? – удивленно, но в то же время без всякой надежды на ответ, спросил Гокудера. - Оя-оя, никогда бы не подумал, что смогу увидеть Башню Памяти так близко, а тем более попасть внутрь нее! - восторженный вопль Мукуро все же стал ответом на вопрос Правой Руки Джудайме. - Башня Памяти? – Хибари недоверчиво взглянул на иллюзиониста. - Да, она находится в подсознании у каждого человека и в ней хранятся все воспоминания о его прошлом. Снаружи они все одинаковы – белые и круглые, а вот только внутри они несколько… ммм… необычны. Интересно, какова она у Тсунаеши-куна? – довольный хранитель закончил свои объяснения и уверенно направился к узкой двери, с первого взгляда незаметной на фоне полностью белых стен. - Эй-эй, притормози, Ананас! – недовольный вопль Хаято заставил синеволосого юношу остановиться и повернуться к остальным. - А ты уверен, что это безопасно, и мы не навредим Тсуне? – поддержал друга Ямамото. - Не знаю, - на удивление честно ответил Рокудо, и все замерли в нерешительности. - Здесь экстремально больше ничего нет, а значит нам туда! – уверенный голос и выразительный кивок в сторону башни со стороны Сасагавы заставил всех вздохнуть и последовать за хранителем Тумана. - Только будьте предельно осторожны, - предупредил искателей Реборн, первым заходя внутрь. Ну что ж, башня как башня – стены из красного кирпича, окружающие по окружности своих неожиданных посетителей; узкие щели окон, через которые просачиваются тонкие лучики света; множество дверей, ведущих непонятно куда и переплетение лестниц. Очень странных лестниц, ступени которых как вели к дверям, так и заканчивались тупиками. А еще встречались лестницы наоборот, преодоление которых требовало, как минимум, умения ходить вверх ногами, а как максимум еще и недюжей ловкости вкупе с миниатюрными размерами тела, потому как с первого взгляда было понятно, что если и найдется желающий пройтись по ним, то этому смельчаку придется очень часто протискиваться в узкие щели, извиваясь словно змея. - Да уж, оригинально, однако, - покачал головой Реборн, осматриваясь по сторонам. - Эй, входная дверь экстремально исчезла! – повернувшись на оглушительный вопль Рехея, все искатели смогли убедиться, что он прав – на том месте, где ранее находилась узкая белая дверь, теперь была только ровная кирпичная кладка без единого изъяна. - И что теперь? – растерянно спросил Гокудера. - Ку-фу-фу, думаю, нам ничего не остается, как идти вперед, - и, не дожидаясь приглашения, Мукуро начал подниматься по ближайшей нормальной лестнице. Через минуту остальные потянулись за ним. Подъем был монотонным и скучным, лестница слегка поскрипывала, что было странным, так как сделана она была из все того же красного кирпича. Кладка хоть и выглядела старой, но выдерживала вес хранителей, не пытаясь вдруг осыпаться под ногами. И вот, наконец, они добрались до первой двери. - Интересно, что нас там ждет, - словно ребенок в ожидании подарка на рождество, предвкушающе проговорил Мукуро, аккуратно берясь за витую бронзовую ручку. - Травоядное, давай быстрее, - нетерпеливо поторопил иллюзиониста Кея, для убедительности показывая ему свои тонфа. - Хорошо-хорошо, открываю, - с этими словами, хранитель Тумана распахнул дверь и замер на пороге, а остальные застыли рядом, с удивлением разглядывая открывшийся перед ними коридор. Коридор был нешироким, освещенным красноватым светом китайских фонариков. Пол его покрывала зеленоватая дорожка с густым ворсом, гасящая все звуки, а стены были расписаны изящными узорами, опять-таки в китайском стиле. По коридору, спиной к искателям, шел высокий мужчина в черном костюме и шляпе. Он шел слегка пошатываясь, то и дело опираясь о стены и зажимая одной рукой рану на своем боку. - Если бы Реборн не стоял рядом со мной, я бы сказал, что это он, - буркнул себе под нос Хаято, неотрывно следя за человеком в коридоре. - А это и есть я, - сообщил киллер. – Я в доме Фонга. Только я никак понять не могу, откуда Тсуна знает, как выглядит дом аркобалено Урагана. - Пойдемте следом и узнаем, - выдал умную мысль Ямамото и, что самое удивительное, все с ним согласились. Мужчина меж тем достиг нужной ему двери и скрылся в комнате. Не желая пропустить что-либо, искатели рванули за ним, сшибая друг друга и тихо переругиваясь. Резко рванув на себя очередную дверь, Реборн замер на пороге, точнее попытался это сделать, но бегущий вслед за ним Гокудера не дал ему этого сделать. Резкий толчок в спину, и киллер, буквально носом вперед, влетает в помещение, а вслед за ним вваливаются остальные. Только ловкость и годами выработанная реакция не позволили аркобалено Солнечной пустышки позорно свалиться на колени. - Ой, кто это? – вопрос Хаято прервал все возмущенные претензии киллера на корню и заставил его посмотреть вокруг себя. Комната, в которую попали искатели, оказалась спальней. Плотные шелковые бежевые шторы на окнах, большой ковер на полу, широкая двуспальная кровать посередине, пара тумбочек по ее бокам и около одной из стен большой темный шкаф – вот, в общем-то, и вся обстановка. Ну, еще пара кресел перед балконной дверью. Реборн, который из воспоминаний, сидел на кровати и, морщась и тихо ругаясь, стягивал со своих плеч окровавленную рубашку. Испорченный пиджак уже был небрежно сброшен на пол. - Тебе помочь? – от темного шкафа отделилась фигурка ребенка. Это дите неопределенного пола (по довольно длинным черным волосам, торчащим в разные стороны и одежде в стиле унисекс, не определишь) безбоязненно подошло к киллеру и, не дожидаясь ответа, начало осторожно освобождать мужчину от одежды. - Я сейчас принесу воду и аптечку, - через некоторое время тихо сказал ребенок,рассмотрев ранение, затем срываясь с места и исчезая за неприметной дверью, которую при первом взгляде на помещение искатели проворонили. Через пару минут этот юный помощник выскочил обратно, крепко сжимая в руках тазик с теплой водой, а под мышкой небольшую коробку с красным крестом. - Ты кто? – удивленно уставился на сие явление Реборн. - Ммм… - малыш пожевал губами – Я человек, который хочет помочь обработать твою рану. - Да ладно, - даже в таком нерабочем состоянии у киллера были силы на издевательский смешок. – А что этот человек делает в моей комнате, да еще… - выразительный взгляд на часы - …в час ночи? - Прячусь от Лар, - коротко проинформировал ребенок, твердо глядя в глаза аркобалено. – Так я могу тебе помочь? При ярком свете настольной лампы киллер с удивлением увидел, что глаза ребенка теплого карамельного оттенка, что никак не вязалось с его иссиня-черными волосами. Да и кожа у него была нежного цвета слоновой кости и будто светилась изнутри. Все это, вкупе с хрупкой фигуркой и острыми коленками и локтями, давало возможность предположить, что перед Реборном девочка лет семи, очень бесстрашная, если исходить из того с каким спокойствием она смотрела на кровь. - Ладно, - благосклонно кивнул Реборн, и дите принялось за обработку раны. - Тебя что, ножом пырнуть пытались? – вопрос, сорвавшийся с милых розовых губок, только подтвердил силу воли и привычность девочки к таким переделкам. - Типа того, - небрежно отмахнулся аркобалено, внимательно наблюдая, как маленькие ручки обрабатывают и бинтуют его рану. - Какая красота, - тихо протянула девчушка, вскоре закончившая перебинтовывать тело киллера, легко дотрагиваясь до сильной широкой груди мужчины, на которой висела золотая подвеска в форме пули. - Хочешь, подарю? - внезапно предложил тот, с интересом наблюдая за сменой эмоций на миловидном личике – растерянность, удивление и совершенно неприкрытая радость. - Хочу, - дико краснея прошептала девчушка, зачарованно следя за тем, как Реборн снимает с себя тонкую золотую цепочку с украшением и вешает его ей на шею. - Береги его, этот талисман защитит тебя, - уверенный голос мужчины и преисполненный благодарности сияющий взгляд в ответ. - Я буду его хранить, - уверенно проговорила малышка. - Кстати, я Реборн, а как тебя зовут? – опомнился черноволосый итальянец. - Меня зовут… - закончить девочка не успела. - Ыыыы! Ешииии! Где ты прячешься, несносный ребенок?! Поймаю - хуже будет! – донесся из коридора крик Лар Минч. - Чееерт, - простонала девочка и сорвалась с места, вылетая на балкон. – Ты меня не видел, ты меня не знаешь! – крикнула она напоследок и исчезла, легко перемахнув за ограждение. - Тут же… второй этаж… - рванул за непоседой киллер, но увидев в открытую дверь, как тоненькая фигурка петляет среди деревьев сада, расслабленно откинулся на постель, гася светильник. – Во дает! - Значит, Еши – это экстремально Тсуна, - задумчиво бурчал себе под нос Рехей, когда искатели возвращались по знакомому коридору в Башню Памяти. – Но почему он тут черный? - Травоядное, ты когда-нибудь слышал о париках и краске? – фыркнул Хибари, услышавший рассуждения хранителя Солнца. - Меня больше занимает другой вопрос: как Тсуна оказался у Фонга? – прервал хранителей Реборн. - Оя-оя, Реборн, ты же сам говорил, что со временем мы все узнаем, - Мукуро буквально светился от счастья. - Ты чего такой довольный? – подозрительно спросил у него Гокудера. - Ку-фу-фу, не каждый день узнаешь так много нового о своем боссе, - хихикнул хранитель Тумана. - А по-моему, ты просто рад, что Карамелька остался жив, и что это Тсуна, - улыбнулся Дождь Вонголы, и остальные с интересом повернулись к остановившемуся иллюзионисту. Рокудо стоял красный, нервно теребя в руках свой трезубец и недовольно косясь на Ямамото. - Вот когда не надо, ты бываешь слишком догадлив, - буркнул Туманник и первым выскочил на лестницу Башни Памяти. Когда же все искатели оказались на кирпичных ступеньках, дверь за их спинами мигнула, поплыла, свернулась, словно ракушка в одну точку и исчезла, а медальон на шее аркобалено пополнился еще одним кусочком мозаики.