Собирая осколки

- Знаете, Реборн-сан, а ведь я как-то видел у Тсуны вашу подвеску, - сообщил киллеру хранитель Урагана, когда искатели вновь поднимались по бесконечным лестницам Башни Памяти. - Ты хочешь сказать, что она до сих пор у него? – недоумение аркобалено явно читалось на его лице. - Да, он хранит ее в шкатулке с, как он сказал, драгоценностями – памятными вещами. Я как-то помогал ему навести порядок в комнате и случайно уронил ее со шкафа, - рассказывал Хаято под заинтересованные взгляды остальных. – Ваша пуля была в ней. Только вот он потом ее куда-то спрятал. Шкатулку, в смысле. - А что еще там было? – поинтересовался любознательный Ямамото. - Я точно не помню. Кажется, осколок какого-то стекла, пара фотографий, бумажный самолетик и… Все, больше не помню. - Ку-фу-фу, не знал, что Тсунаеши-кун увлекается этим. Это так на него похоже, - тихо хихикнул Мукуро. - Завидуешь, травоядное? – издевательски спросил Хибари. - Чему? – удивился иллюзионист. - У тебя же нет таких вещей, - поддел хранителя Тумана Кея. - Можно подумать, у тебя есть, - фыркнул Рокудо. – Может, это ты завидуешь а, Кея-кун? Злобный зырк с обещанием полного камикаросса был ответом довольному Мукуро. И только то, что искатели подошли к очередной двери, остановило хранителя Облака от скорой расправы над надоедливым Ананасом. Дверь была ярко-красная, испещренная мелкими трещинками, с большой ручкой в форме цветка. - Ну что, я открываю? – несмело спросил у остальных Гокудера, кладя руку на ручку и, дождавшись всеобщего согласия, медленно повернул ее и распахнул дверь. - И что это такое? – поинтересовался с улыбкой Такеши. - Зайдем и узнаем, - коротко бросил Хаято, первым переступая порог. Вскоре искатели стояли напротив входной двери в полутемной прихожей небольшого домика. Позади них виднелась лестница на второй этаж, а по бокам были двери в кухню и гостиную комнату. В слабом освещении луны из окна было не видно есть ли кто-нибудь в них, но тишина, нарушаемая только тиканьем настенных часов, показывала, что они пустуют. Внезапно с улицы донеслась ругань, а в следующую минуту входная дверь отлетела в сторону от сильного удара. На ее пороге стоял Колонелло, а в руках у него бился ребенок. - Лаааар! – громовой вопль, коим разразился аркобалено Дождя, мог, наверное, поднять бы и мертвого из могилы в десять ярдов, не то что заставить буквально слететь со второго этажа полусонную, перепуганную девушку со странным шрамом на лице. - Что случилось?! – накинулась она на ночного гостя. – Ты совсем… - договорить ей не дал стон ребенка на руках у блондина. - Помоги мне, его чем-то накачали, - попросил Колонелло, бросаясь в сторону гостиной и большого дивана в ней. Дальше вокруг искателей все завертелось: Лар, бегущая на всех парах наверх и возвращающаяся с аптечкой; Колонелло, крепко прижимающий тонкое тело измученного болью мальчика к дивану; капельницы, тянущие свои тонкие прозрачные путы к венам ребенка; не выспавшиеся, опухшие лица двух самопровозглашенных докторов, которых уже просто шатало от усталости – все это смешалось, пронеслось перед глазами ребят. - Слава Богу, он очнулся! – вопль Лар заставил искателей радостно выдохнуть напряжение, а блондинистой макушке уставшего Колонелло оторваться от стола, на котором он дремал. - Ну наконец-то. Парень, ты как? – наклонился он к ребенку, но тот только испуганно таращился на него огромными карамельными глазищами. - Не бойся, мы тебя не обидим, - ласково попыталась успокоить ребенка Лар. – Скажи, у тебя что-нибудь болит? В глазах ребенка появилось некоторое облегчение, и он отрицательно покачал головой. Увидев его слабую попытку сесть, женщина осторожно помогла ему подняться. Мальчик исподтишка осмотрел своих спасителей и комнату, в которой оказался, а потом вопросительно посмотрел на блондина со странной повязкой на голове. - Меня зовут Колонелло, - представился тот. – Это Лар, а как зовут тебя? На этот вопрос ребенок не смог ответить. Он только открывал и закрывал рот, словно выброшенная из воды рыба, но смог выдавить из себя только тихий хрип. - Ты не можешь говорить? – спросил, глядя на его слабые попытки произнести хоть звук, Колонелло. В ответ – кивок. - А писать ты можешь? – вопрос от Лар. В ответ малыш помотал головой и вновь вопросительно посмотрел на женщину. - Что ж, потом разберемся, - вздохнула она. – Кушать будешь? Так, постепенно задавая вопросы и следя за мимикой мальчика, его спасители узнали, что ему шесть лет, что он не знает, где он был, но ему там было очень страшно, хотя он был и не один. Что в том месте было много детей, что следы от множества инъекций он получил там, что он ничем не болеет, что родителей у него нет и прочее, прочее, прочее. А потом окружающий мир ускорил время, будто включил быструю перемотку, и искатели видели, как мальчик занимается чтением с Лар, как он смог при помощи Колонелло, наконец, написать свое имя – Тсуна, как изучал с ними цифры и счет, как они все вместе обедали, смеялись и играли. Около мальчика постоянно был маленький блокнот и ручка, чтобы он мог в любой момент написать своим детским, неровным почерком вопросы и ответы, свои мысли и просьбы. Сколько это продолжалось было непонятно. Может, уже прошел год, а может всего месяц. Воспоминания проносились перед искателями, будто скоростной поезд по рельсам, мелькали до рези в глазах, рассказывали о спокойных днях маленького Тсуны. А потом все замерло, и минуты потекли в своем привычном ритме. В этот момент Лар, Колонелло и Тсуна сидели на ковре в зале и читали книгу с яркими картинками. За окном опять бушевала гроза, но в уютной гостиной было светло. Вот только мелькающие молнии и раскаты грома заставляли мальчика непроизвольно вздрагивать и жаться к боку блондина. - Не бойся, мы не дадим тебя в обиду, - успокоила ребенка Лар, заметившая его метания. – Хочешь, я принесу тебе горячий шоколад? Дождавшись кивка, женщина поднялась с пола и скрылась в дверях кухни. И тут все началось… С громким треском распахнулась входная дверь, большое окно в комнате осыпалось осколками, и в дом ввалились люди в масках. Тсуна будто окаменел, а вот Колонелло, наоборот, начал быстро действовать. Первым движением он накрыл своим телом мальчика, вторым – выхватил из кармана пистолет, а дальше… Дальше он открыл огонь по нападавшим. Из кухни также послышались выстрелы, а потом на пороге появилась разозленная Лар с веером ножей в одной руке и пистолетом в другой. - Быстро, уходим! – приказала она, и блондин, подхватив на руки Тсуну, рванул к выходу. Мальчик прижался к сильной груди, цепко обхватил руками шею мужчины и замер, только в ясных глазах застыл ужас. - Фонг, жди нас на мосту! – прокричал на бегу в телефон блондин. Они бежали по темным улицам, шлепая по лужам, уходя от погони, а искатели летели над ними, судорожно сжимали кулаки и тихо ругались от бессилия. Очередной поворот, и беглецы окружены множеством темных фигур. - Засада! – успела крикнуть Лар, и в следующую секунду упала, зажимая рану на ноге. - Лар! – Колонелло было рванулся на помощь, но потом, увидев, что женщина продолжает отстреливаться, резко сменил направление в сторону ближайшего противника. Бой был быстрым. Все-таки даже такое количество нападавших не могло потягаться с двумя будущими аркобалено. Вскоре вокруг не осталось ни одного противника, и Лар, опираясь на плечо блондина, так и не выпустившего из рук Тсуну, двигались в сторону набережной. Но там их уже ждали. Как только они ступили на поверхность моста, позади словно призраки возникло три тени. - Сзади! – дикий крик Тсуны разрезал тишину, и… Выстрел, и Лар падает на мокрый асфальт, успев убить одного. Колонелло резко спускает с рук мальчика и стреляет назад с разворота. Он смог убить второго, но пуля третьего пробивает ему грудь, и он оседает на землю, выпуская из ослабевших пальцев свое оружие. - Ну что ж, осталось только добить их и убить тебя, - издевательски тянет мужчина в черном и делает шаг к Тсуне. - Не подходи! – истерично кричит мальчик, с ужасом глядя то на поверженных Лар и Колонелло, то на нападающего. Ребенка трясет от страха, он падает на колени около блондина. Под руку ему попадает тяжелый пистолет аркобалено Дождя. - И что ты сделаешь, малявка? – издевательски тянет мужчина, глядя на то, как мальчишка поднимает оружие и направляет его в сторону противника. - Застрелю! – голос ребенка звенит металлом, карамельные глаза светлеют, в их глубине появляются всполохи оранжевого пламени, а рука с пистолетом уже не дрожит. Страх ушел, осталась только ненависть к противнику, к человеку, пытающемуся забрать жизни двух, за такой короткий срок ставших дорогими ему людей. - Ты не сможешь, - голос нападавшего предательски дрогнул. Уж очень неожиданной была перемена в этом странном ребенке. - Нет, - короткий ответ, вдох, выдох, и… выстрел. Словно подкошенный падает противник, а затем с тихим металлическим стуком падает пистолет из мгновенно ослабевших пальцев. Тсуна настороженно смотрит в сторону темного тела, а потом бросается к Лар и Колонелло. - Тсуна, - тихо шепчет женщина. Ее рана не так опасна, как рана блондина – всего лишь пробито плечо. С трудом приподнявшись, она ползет к своему другу. – Надо чем-то зажать рану, - тихо говорит она. Мальчишка недолго думая стягивает с себя тонкую рубашонку и прижимает ее у груди блондина. - Сейчас придет Фонг, он поможет, - тихо бормочет Лар, пытаясь одной рукой перебинтовать свое плечо. – Не надо, - останавливает она бросившегося было ей на помощь ребенка. – Я сама справлюсь, ты лучше присмотри за Колонелло. Секунды утекали, словно песок сквозь пальцы, превращались в минуты, а женщина и ребенок сидели на мосту перед распростертым телом мужчины, прислушиваясь к его рваному дыханию, подбадривая друг друга и совершенно не обращая внимания на трупы вокруг них. Тихий звук тормозящей недалеко от них машины заставил вскинуть головы и напряженно прислушаться к тишине. Лар быстро проверила наличие патронов в своем пистолете и замерла, глядя в сторону мелькнувшего между домами человека. - Фонг, - облегченно выдыхает она, разглядев знакомую фигуру китайца, спешащего к мосту. И вновь время замерло. Внизу исчезли люди, мост и дома. Внизу все исчезло... Только искатели продолжали висеть в воздухе, окруженные звездной ночью. А потом подул ветер, и их, словно листья с деревьев, подхватило потоком воздуха, закрутило и вынесло к двери, за которой была паутина лестниц бесконечной Башни Памяти. - Кажется, мы узнали нечто очень важное, - тихо сказал Реборн, аккуратно закрывая дверь воспоминаний за собой и хранителями. - Да уж, - грустно согласился с ним Мукуро, глядя как исчезает в стене вход в один из кусочков прошлого их Неба. - Еще один грустный осколок, - без улыбки произнес Ямамото, кивая на вновь засветившийся медальон. – Сколько еще таких осколков мы увидим? Ответом хранителю было подавленное молчание друзей и новая лестница, ведущая к очередной двери.