На морях, на волнах

Карина Шевелёва скучала у леера и без толку глядела вниз, как вода разбивается в пену о борт корабля. Рядом с ней скучала и Ленка Филатова: вздыхала, совсем не элегантно навалившись на леер, и угрюмо бурчала: — Ну сколько же они будут болтать? Я состарюсь, Парни, сопровождавшие их в круизе, застряли в курительном салоне первого класса. Уже три часа кряду безвылазно обсуждали там биржи, акции и цены на нефть. Карина знала, что за подобной беседой каждый выкурит по сигаре и выпьет по стакану виски со льдом, а то и по два. От них будет нестерпимо разить смесью спирта и дыма. Карине придётся сказать, что у неё болит голова и запереться в каюте. Карина завидовала Ленке: она не замужем и не помолвлена, может выбрать себе любого кавалера. А вот, у самой Карины дела хуже некуда: её супруг — дряхлый бизнесмен, у которого не стоит со времён Тутанхамона. — В каюту пошли, — Ленка зевнула. — Ветрено тут. Да, она права. Из-за ветра легче лёгкого схлопотать простуду. На губе. Тьфу! — Мне до зевоты наскучила их болтовня! — Ленка картинно зевнула, откинувшись на спинку кресла. — Не представляю, как это можно терпеть? Она всунула в рот длинный и тонкий мундштук, глубоко затянулась дымом сигареты. Карине до чёртиков хотелось закурить вместе с ней, но она бросала, и поэтому, тайком ото всех жевала жвачку. — Они вспоминают о нас, только когда им что-нибудь нужно, — проворчала Карина, сняв опостылевшей за день тяжелый гребень. Она с удовольствием распустила волосы. Длинные, слегка вьющиеся, они рассыпались по плечам мягкими волнами. Карина осталась довольна, уловив в глазах Ленки искру зависти. Её волосы намного короче, да и локоны явно накручены. — Послушай, ну, а кто из них тебе больше нравится? — осведомилась Ленка, перейдя на заговорщицкий шёпот. Она подалась вперёд, делая вид, будто бы ответ Карины донельзя интересует её, жеманно стряхнула пепел в тяжёлую хрустальную пепельницу. — Знаешь, Ленка, — Карина задумалась. Действительно, кто? Максим Титов — богач, владелец нефтяной вышки и двух кораблей. Но — безумный нарцисс и акула. Его считают гением, а он наживается на всём, что не приколочено. Он без зазрения совести попрёт по трупам, ради того, чтобы стать на доллар богаче. Мало того, эта тварь — бизнес-партнёр её супруга, и Карину в дрожь бросало при мысли о том, что он мог бы её поцеловать. Роман Шаров — сущее ничтожество, жалкий парвеню, и без Титова в начальники охраны ни за что бы не пролез. Ромка вертится у кормушки, как крыса, но он чертовски хорош собой: высокий атлет с копной тёмных волос и пронзительным взглядом. Карина даже себе боялась признаться, что перед ним её трясло не меньше, чем перед Максимом Титовым. Влад, Владимир Серов, пожалуй, побогаче Максима будет. Однако он жадный пузан, обжора, и к тому же, предатель и трус. Серов Карине совсем не нравился несмотря на то, что супруга постоянно пела ему дифирамбы. А как они клюют и подсиживают друг друга — это даже похлеще настоящей войны. Серов и Титов только делают вид, что партнёры, а на деле грызутся, как волки, пытаясь друг друга разорить. — Не знаю, — Карина сдалась. — Ну, а в постели? Тебе же не венчаться с ними, в конце концов! — не отставала Ленка. — Знаешь, Влада я ещё не пробовала: жена его ни на шаг не отпускает! — Я замужем, Ленка! — с раздражением напомнила Карина. — Какое мне дело до их постели? — За немощным старикашкой, — Ленка пропустила нотку ехидства. — Никогда не поверю, что ты живёшь монахиней. Признайся, кто-то ведь утешает тебя? — Нет, — Карина решила поставить в этом разговоре жирную точку. — Я не кусаю руку, которая кормит. Ленка звонко расхохоталась в ответ. Затушив сигарету о край пепельницы, она встала и вальяжно подошла к Карине вплотную. — Максим ведь, да? — ухмыльнулась она, облизнув губы, густо накрашенные алой помадой. — Скажи мне, в какой позе он имеет тебя? Меня, например, на столе. Её руки легли на плечи Карины, и та на миг растерялась. Глупо раскрыла рот, но ответить ничего не успела. Ленка заткнула её глубоким поцелуем, бесцеремонно дразня языком. Она стянула верх её платья и сжала груди, покручивая и оттягивая соски. Острая волна желания захлестнула Карину, и она порывисто ответила на поцелуй. Она крепко обнимала Ленку за талию и всё не могла остановиться, целуя её пухлые, наглые губы. С усилием разорвав поцелуй, Карина рывком спустила с плеч Ленки тонкие бретельки. Грудь у Ленки больше её собственной где-то на размер, тёмные манящие ареолы и восхитительно белая кожа. Не помня себя, Карина принялась лизать ей соски — переходила с одного на другой, и за ней тянулись ниточки слюны. Она отчаянно мяла эти чудесные груди, а Ленка чуть сдерживала стоны, зарываясь пальцами в её волосы. — На столе говоришь, да? — выдохнула Карина, дёрнув её за левый сосок. Шевелёва толкнула Ленку на круглый столик и задрала пышную юбку. Сдвинула ненужное бельё, обнажив влажные набухшие губки. Та, наконец, застонала, когда Карина нашла языком её клитор и ввела в вагину два пальца. Она двигала ими всё быстрее, одновременно лаская клитор кончиком языка, и Ленка покачивала бёдрами ей навстречу. — Ну что, Ленка, кто лучше: я, или Максим? — осведомилась Карина, подняв голову. Взгляд Ленки был затуманен, губы приоткрыты. Она ласкала собственные груди, стремясь быстрее достичь разрядки. Сделав пальцами пару резких движений, Карина медленно вынула их и облизала на глазах у Ленки. — Кто лучше? — повторила она, легко коснувшись возбужденного клитора. — Его член потолще будет, чем твои пальцы, — выдавила Ленка сквозь пошлые стоны. — И подлиннее! — Ты у него сосала? — прошипела Карина, водя по клитору круговыми движениями. — Давай, говори! — Ещё бы, — согласилась Ленка, театрально проводя языком по губам. Её помада размазалась, на бесстыдно голой груди краснела помада Карины. Ленка выглядела, как шлюха, и Карине всё больше хотелось, чтобы она вылизала её промежность. — Вылизала яички и отсосала член, — похабно продолжала Ленка, глядя Карине в глаза. — Знаешь, как у него стоял, и как глубоко я у него брала? Он кончил мне вот сюда, дорогая! Ленка приподняла груди, сделав ложбинку. — Прямо сюда, а я потом слизала всю сперму! Карина ни капельки не ревновала: шлюхами бывают не только женщины. Среди мужиков их ещё больше, и в особенности — среди тех, у которых есть деньги. Шевелёва лихорадочно раздевалась. Стащила платье, прилипающее ко взмокшей коже, и отбросила его куда попало. Бюстгальтер, трусики, пояс чулок — всё это ей не понадобится. — А ты хороша, — заметила Ленка, бесцеремонно разглядывая её подтянутый живот, упругие груди, крупные розовые соски и стройные бёдра. — Могу и тебе отсосать. Взгляд Ленки замер на треугольнике лобковых волос, отчего Карину бросило в жар. Ленка вальяжно поднялась со стола, избавилась от платья, сбросив его вниз и переступив. Она осталась в одних чулках — оголённые гениталии и чулки выглядели невероятно. Карина легла на рекамье, раздвигая ноги, приглашая Ленка сосать. Ленка развела её губки пальцами и сейчас же проникла языком во влагалище. Она ритмично двигалась, имитируя мужские фрикции, а пальцами трогала клитор. Карина выгибалась, задыхаясь от наслаждения. Оргазм накрыл её обжигающей волной, и Карина закричала, не таясь. Она хватала и стягивала покрывало, не в силах терпеть пульсацию в вагине, которая разливалась по телу неуёмным жаром. Ленка же двигалась до тех пор, пока Карина не замерла, обессиленная, и лишь тогда она напоследок облизнула её промежность и поднялась, нависнув над ней. — Ну что, кто лучше, я, или Максим? — спросила она, вытирая губы от смазки. — Что? — Карина вздрогнула, приходя в себя. — Не строй мне монашку, ты не девственница, — хохотнула Ленка. — Признавайся, сосала ему? И скажи, наконец, как он тебя имел, не томи! Она переместилась так, что её колени упирались рядом с плечами Карины, а промежность оказалась напротив лица. Ленка сунула в рот указательный палец, смочив его слюной, и провела вокруг ареолы Карины подушечкой, намекая на незаконченное дело. Карина снова ввела ей два пальца, а потом и третий, раз двух ей мало. — Сосала, — без тени смущения призналась Карина, набирая темп. — И ему, и Роману. Мало этого, они отымели меня вдвоём! — Да? — вырвалось у Ленки. — Да, — победно подтвердила Карина, схватила её за бёдра и притянула так, что Ленка села ей на лицо. Карина целовала и вылизывала ей гениталии, входила языком во влагалище и трогала клитор. Сводила и разводила пальцами мокрые горячие губки. Ленка стонала в такт её движениям, всё быстрее двигала бёдрами. Карина чувствовала, как она напряглась — вот-вот, и кончит. Наконец, Ленка выгнулась, и Карина ощутила, как её влагалище судорожно сжалось. Но она не прекратила лизать ей, пока Ленка не обмякла и не улеглась рядом с ней. — Мне нравятся твои соски, Ленка, — заметила Карина, довольная собой. — Ни у Ромки, ни у Максима таких нет. — Думаю, мы не раз повторим, — Ленка тронула губы Карины лёгким поцелуем. — Ну, расскажи, наконец, как они тебя, а? Карина заливалась соловьём, рассказывая, как осталась с ними наедине. Как целовала их в губы по очереди, как они ласкали её соски. Потом она глубоко брала у Максима, а Ромка имел её сзади, придерживая за бёдра. Они поменялись — Роману Карина теперь целовала головку, дразнила уздечку и ласкала яички — она без ума была от его густых, тёмных лобковых волос, среди которых под прямым углом стоял крупный, покрытый сосудами член. Максим же входил в вагину Карины глубокими, мощными толчками, и пальцами играл с её клитором. Она не раз кончала, но Максим растягивал ей удовольствие — выходил и возбуждал её языком, а после — снова имел, меняя глубину и темп. Роман кончил ей в рот, и Карина проглотила сперму. Максим же повернул её к себе лицом и кончил на грудь, трогая головкой члена соски. Карина массировала ему ствол, чтобы усилить оргазм. У Максима волосы на теле такие же светлые, как и на голове, и их мало — на яичках практически нет. Но член заметно побольше, чем у Романа, да и владеет он им куда лучше. Карина старательно вылизала ему промежность, собрала сперму лобка и яичек. Они тогда легли спать, обнажённые, в одной кровати на троих — только сном это вряд ли можно было назвать. Максим и Ромки брали её до утра — то по очереди, то одновременно. И уже под утро Максим, уставший, поздно вынул и кончил ей на промежность. А после — он сам слизал свою сперму — всю, без остатка, раскрывая пальцами её губки и вход во влагалище. Ромка смотрел на них и удовлетворял себя, лаская член у самой головки и сжимая яички. Максим довёл Карину до очередного оргазма, после которого она, совсем обессиленная, почти сразу уснула. — Слушай, надо будет позвать их, — предложила Ленка с плохо скрываемой завистью. — Вполне, — согласилась Карина. — Может быть, ещё и Влад присоединится — попробуешь его, наконец! Мне и самой интересно, какой у него размер!