(the heart i wanna hear) When I Fall Asleep

юнги просыпается в холодном поту, сбрасывая простыни, словно они обжигали его кожу. он отчаянно хватал ртом воздух, держа руку на груди, чувствуя, что его сердце вот-вот взорвется из-за нежеланного адреналина. он быстро моргает, пытаясь вернуть себе сознание, медленно приходя в себя и понимая, что он просто в гостиничном номере, где они остановились последние пять дней. его голова снова прижимается к подушке, с губ срывается дрожащий вздох. ему трудно снова заснуть, когда сон все время повторяется в его голове, образы так ясны, как будто они реальны. юнги дрожит с плотно закрытыми глазами, надеясь, что воспоминания об огне и горе однажды оставят его в покое. последние несколько дней были для него странными, и смешанные чувства переполняли его разум. он наслаждается поездкой и рад, что все кажутся такими счастливыми, куда бы они ни отправились. класс становится ближе с каждым днем, казалось бы, забывая свои мелкие ссоры, поскольку все они заняты одними и теми же вещами. юнги уверен, что все остальные чувствуют облегчение из-за этого. однако есть одна вещь, которая постоянно беспокоит его в течение многих дней. никаких контактов с чонгуком. юнги знает, что он ясно сказал ученику, что они ничего не могут сделать, но он не хотел, чтобы они даже не говорили друг с другом. возможно, он слишком поздно понял, что чонгук игнорирует его, не потому, что подыгрывает, а потому, что на самом деле расстроен. юнги не знает точно почему, но от этого факта у него появляется тяжелый комок в груди, который несет в себе все его тревоги и страхи. ему нужно поговорить с чонгуком. юнги больше не может заснуть, когда в его комнате так одиноко и холодно. он пропускает солнце сквозь занавески, надеясь, что сегодня все снова будет спокойно. он касается своего живота, проводя рукой по телу вверх и вверх, пока не дотягивается до губ. еще один вздох слетает с его губ, и на этот раз он упрекает себя за то, что ему нужно так много. он бы солгал, если бы его сердце не останавливалось каждый раз, когда чонгук был рядом. он должен знать лучше, должен действовать лучше, но все, что делает для него чонгук, стало гораздо важнее, чем он планировал. когда он грустит или испытывает стресс, чонгук — это тот, кто появляется первым в его сознании, и это происходило постоянно в последнее время. после кошмара, какого было бы, если бы чонгук обнимал его и говорил, что все будет хорошо? и по мере того, как проходят минуты, его мысли отклоняются к фантазии о чистой любви, комфорте и тепле. он скучает по нему. он скучает по нему так сильно, что это становится невыносимо. он вынужден отогнать эти мысли, когда стук в дверь приводит его в чувство. юнги пытается не вздыхать от раздражения, встает и надевает штаны, чтобы открыть дверь. выражение его лица не меняется, когда он видит канга, стоящего в коридоре и улыбающегося ему в ответ. ничего не говоря, юнги оставляет дверь открытой и возвращается к своему чемодану, лежащему рядом с кроватью. - доброе утро, соня. мы выходим через двадцать минут. я думал, ты уже проснулся - говорит канг, закрывая за собой дверь и начиная бродить по комнате. - это я, или твоя комната больше моей? юнги закатывает глаза, сидя на кровати, завязывая шнурки на своей обуви. - они одинаковые, канг. - а я то думал, для богатых найдется и получше, - шутит он. юнги не смеется и даже не отвечает на это. он ненавидит тот факт, что канг заставил юнги принять его извинения. после того, что он сказал ему, юнги боялся, что канг столкнется с чонгуком с вопросами и обвинениями, и последнее, что он хочет, чтобы чонгук чувствовал себя плохо из-за своих собственных чувств. он просто хочет чертового покоя, а канг все усложняет. юнги чувствует... жалость к нему, в некотором смысле. возможно, это еще одна причина, по которой он снова впускает его в свою жизнь, но он знает, что это чувство имеет плохие последствия и для него самого. тишина заставляет канга игриво ухмыляться, медленно шагая, пока он не встает перед другим, нависая над ним. он всегда ждет реакции, слов, слетающих с губ юнги, или движения, которое даст ему то, чего он хочет. юнги его знает. он только смотрит на него холодным взглядом, не двигаясь. - что ты делаешь? - ничего. просто смотрю. - ты когда-нибудь слышал о личном пространстве? - юнги кладет руку на грудь канга и толкает, вставая, но канг быстро хватает его за запястье, удерживая рядом. - канг, я не в том настроении, чтобы ты шутил. оставь меня в покое. - а кто сказал, что я шучу?- канг поднимает бровь, приближаясь. юнги почти спотыкается, когда край кровати ударяется о его колени. - юнги, пожалуйста. я никогда не буду шутить над тобой, - шепчет он, наклоняясь к его лицу, - мы можем начать все сначала? лицо юнги сморщивается, вызывая неприятное чувство, поднимающееся от живота к горлу. он выдергивает руку из хватки канга и отступает в сторону. - ты сошел с ума, канг. - но почему? потому что я пытаюсь все уладить с тобой? - говоря это, канг раздраженно шевелит руками, и на его лице легко проступает гнев. юнги достает толстовку из своего чемодана, позволяя сухому смешку вырваться из него, когда он надевает ее. - нет, - говорит он. - потому что ты никогда не слушаешь, что я говорю. ты ничего не исправляешь, ты делаешь только хуже. канг молчит, пока юнги собирает вещи с прикроватного столика и кладет их в одну из своих сумок. потом, помолчав, добавляет: - но тебе это нравится. юнги хмурится, оборачиваясь. - что? - тебе это нравится еще больше. ты так же облажался, как и я, и не можешь наслаждаться чисто хорошими вещами, - указывает канг, издавая смешок. - я понял это в тот момент, когда мы встретились в первый раз, как работает твой мозг. - ты ни хрена не знаешь о том, как все работает, - огрызается юнги, его грудь вздымается от раздражения. он чувствует, как его лицо горит от обвинений. - перестань действовать мне на нервы, канг, я серьезно. я не принял твои предполагаемые извинения за эту чушь. - тогда за что? потому что ты боялся, что я могу поставить твоего маленького чонгука в странное положение? чтобы все знали, какой он дурак, что влюбился в учителя? - заткнись, блять - он тычет пальцем в канга, - закрой. свой чертов. рот. канг быстро подходит к нему и отталкивает его палец, дернув юнги за руку и заставляя его повернуться. юнги издает удивленный визг, оборачиваясь вокруг руки канга против своей воли. паника заставляет юнги отчаянно трястись, пытаясь вырваться из его более сильной хватки. - канг! черт возьми, отпусти меня! - я не отпущу, пока ты не признаешь это, - хватка канга становится крайне неудобной. его грудь тяжело прижата к спине юнги, и юнги чувствует его дыхание на своей шее. - это не смешно, отпусти меня, - с трудом выговаривает он. - канг, отпусти меня. - а что ты мне дашь, если я это сделаю? юнги закрывает глаза и качает головой. - ничего. остановись. - ты признаешь это? - мне это чертовски не нравится, я чертовски ненавижу это, канг, просто... отпусти меня! - ты любишь плохие вещи. это, как все прошло в прошлый раз, в прошлом году. ты сказал, что не хочешь этого, но мне пришлось немного подтолкнуть тебя, чтобы ты понял, что на самом деле хочешь меня, - шепчет канг ему на ухо, изо всех сил пытаясь удержать юнги в клетке. ошеломленный юнги пытается сморгнуть внезапный страх. - ты чувствовал себя намного лучше после того, как мы трахнулись, не так ли? почему бы нам не попробовать еще раз, а? он вдруг перестает дышать. отчаяние заставляет юнги задыхаться, его зрение затуманивается слезами, которые угрожают пролиться всего за одну секунду. его тело содрогается воспоминаниями, со своей болью, со своим горем. он чувствует, как все возвращается к нему, словно пуля, попавшая в грудь, обжигает кожу. он вспоминает пожар, живо представляет себе сестру, зовущую на помощь, чувствует, как слезы родителей капают ему на плечи. он чувствует одиночество, отчаяние и потребность отпустить все, даже свое собственное существование, чтобы заставить свой разум забыть. его прошлая связь с кангом напоминает ему о бесконечной боли, которую он несет с детства, и когда он столкнулся с потерей своей сестры, канг помог ему сломаться еще сильнее. он не понимает, что кричит, пока канг не разворачивает его руки, и его ноги становятся слабыми, едва способными удержаться на ногах. юнги спотыкается о край кровати и наклоняется, пока не падает на пол, качая головой, когда рыдания прорываются сквозь него. - отпусти меня! - кричит он, закрывая лицо руками. - оставь меня в покое! - юн… юнги, я— - эй, что, черт возьми, происходит?! - дверь внезапно открывается, и юнги съеживается, не в силах остановить свои дрожащие и громкие рыдания. он слышит голос сокджина, а затем канга, пытающегося объяснить, но юнги слишком ушел в панику, что единственное, что он может понять прямо сейчас, - это отчаяние. он не хочет падать, не хочет, чтобы воспоминания топили его. его тени становятся больше с каждым вздохом, и он может только молить о пощаде. кожа на его запястьях болит, горит от прошлых мыслей, шепчущих вещи, которые юнги больше не должен слышать. - ги, юнги, юнги, посмотри на меня, - шепчет сокджин, держа юнги за плечи. юнги моргает, позволяя слезам течь по его щекам. он быстро качает головой, как будто боится всего, что его окружает. сокджин настаивает, видя, что едва может дышать, и имитирует правильный способ дыхания, чтобы юнги следовал за ним. - я здесь, юнги, я здесь. ты в порядке. дыши, хорошо? давай дышать вместе. юнги издает недовольный, прерывистый звук посреди рыданий, кивая и пытаясь последовать за своим другом. он смотрит только в глаза сокджина и чувствует некоторое облегчение, когда тот смотрит на него с тем же чувством. канга нигде не видно и не слышно, и это единственное обстоятельство, которое делает его грудь менее тяжелой. сокджин проводит руками по волосам юнги, а затем гладит его спину, так успокаивающе, как только может. юнги закрывает глаза, плачет еще немного, нуждаясь в том, чтобы выпустить этот опасный комок, вздымающийся к центру земли. его тело не может перестать дрожать, но, по крайней мере, его легкие постепенно работают так, как должны. образы в его голове грубые, уродливые, отвратительные. он должен был с самого начала понять, что канг - спусковой крючок для его худшей стороны. ему следовало держаться от него подальше. он должен был— - он заставляет меня чувствовать себя так неправильно - шепчет юнги, его голос дрожит, он колеблется. сокджин продолжает держать его за руку, всегда поддерживая. - он заставляет меня ненавидеть себя. он заставляет меня стыдиться всего, что у меня есть, и это убивает меня, - плачет он, съеживаясь от физической боли. - я не хочу чувствовать себя так снова, я едва выбрался из этого. я пытаюсь, я пытаюсь.… хен, я не хочу, чтобы он был рядом со мной, пожалуйста. я этого не вынесу. он видит печаль в глазах сокджина и знает, что он не один. сокджин притягивает его в объятия, где юнги прячется, ища безопасное место. - я не могу позволить ему сделать это с тобой снова - говорит сокджин, тяжело вздыхая. - я так и сделаю.… я поговорю с остальными. это выходит из-под контроля. юнги шмыгает носом, чувствуя себя таким холодным и слабым, что теперь его тело время от времени резко вздрагивает. он все еще слышит, как стучит в ушах его собственное сердце, словно оно кричит в темном открытом пространстве. - что ты хочешь сделать, юнги? юнги проводит рукой по покрасневшим глазам, медленно дыша, но не в силах полностью успокоиться. он качает головой и пожимает плечами, опустив голову. они слышат голоса, доносящиеся из коридоров, и когда они снова стучат в дверь, юнги поворачивает голову к кровати, прижимаясь почти всем лицом к одеялу, чтобы скрыть слезы. он слышит, как сокджин вздыхает и встает, чтобы открыть дверь. - хм, что-то случилось? - мисс мисук интересуется, и юнги уверен, что она заглядывает в дверь, чтобы увидеть его наполовину лежащим на земле. - я видела, как мистер канг выскочил из комнаты.… с вами все в порядке? - да, не волнуйтесь, мисс мисук, - говорит сокджин, - у нас тут небольшая проблема, но мы справимся. - а, понятно, я... - госпожа мисук делает неловкую паузу, не зная, что сказать. - надеюсь, все наладится. нам, э-э-э, пора идти, водитель автобуса ждет нас. вы двое?.. - иди, - бормочет юнги, приглушенно прижимаясь к одеялу. он делает движение рукой и позволяет своей руке замертво упасть рядом. - я останусь, если ты не возражаешь. мне нужно побыть одному. сокджин сжимает губы в тонкую линию, неуклонно возвращаясь к своему другу. - ты уверен? я могу остаться. - нет, класс нуждается в большем контроле - юнги оборачивается, надеясь, что его лицо не выглядит так плохо, когда он встречается взглядами с мисс мисук, стоящей у двери. - не оставляй мисс мисук и мисс хан самостоятельно. помоги им. сокджин морщится, явно чувствуя себя бессильным в состоянии своего друга, но зная, что он должен делать то, что говорит. - когда мы вернемся, мы сможем поговорить, если тебе нужно, - говорит он юнги. юнги кивает, машет им на прощание и отпускает, а сам молча плачет. *** юнги просыпается в четыре часа дня после того, как засыпает в неудобной позе, поперек кровати. его тело болит, сердце колотится медленно, но тяжело, а глаза щиплет от усталости после стольких слез. некоторое время он лежит, уставившись пустыми глазами в деревянную стену. птицы радостно поют за дверью его спальни, и солнце показывает свои довольно яркие лучи через занавеску. он чувствует, что мог бы оценить дождь сегодня, немного мрака, окружающего это место, чтобы сопровождать его через эти эмоции. он вздыхает, чувствуя, как теплый ветерок проникает в окно, оставляя его без надежды на плачущее небо. он думает о словах канга, когда встает и пытается снова стать единым с самим собой. он задается вопросом, действительно ли канг прав, и не является ли его собственное сердце не более чем жестокой, саморазрушительной частью его существа. что, если ему действительно нравится плохое, а это значит, что где-то глубоко внутри него живет мысль о том, что он действительно заслуживает любых страданий? потому что он подвергает себя таким испытаниям, которых мог бы избежать, но он слепо возвращается туда, где что-то чувствует, неважно, чистая ли это боль. юнги смотрит на свои руки; бледные мозолистые пальцы дрожат у него перед глазами. он медленно тянется к рукаву своей толстовки и закатывает его чуть-чуть, чтобы увидеть кожу на запястьях. он спрашивает себя, заслужил ли я эти шрамы? заслужил ли я, чтобы мои крики о помощи истекали кровью? на самом деле у юнги нет ответа. терпение — это то, что ему сейчас нужно больше всего. терпение к самому себе, к своим мыслям, к своим чувствам. он делает вдох, обхватывает себя руками, как будто это может ему как-то помочь, и выпускает весь воздух из легких. он хватает сумку, в которой лежит ноутбук и книга, в которой он пишет, и выходит из номера, идет по длинным коридорам вниз, направляясь к гостиничному буфету. в главном зале сидят несколько человек, поэтому он решает купить кофе и печенье, чтобы утолить голод. когда он садится за столик на двоих, он ставит свой ноутбук, чтобы поработать над некоторыми вещами, чтобы отвлечься. он пьет, читая последние сообщения на своем телефоне, несколько от обеспокоенного сокджина, намджун посылает ему новую музыку, а также ынха, которая отправила ему пять сообщений за последний час и несколько пропущенных звонков. юнги нажимает на их чат, тихо оставляя чашку кофе на столе. между сообщениями промежуток в несколько минут. ынха: юн, у меня очень, очень хорошие новости!! пожалуйста, позвони мне, когда сможешь. ынха: нам действительно нужно поговорить!! о боже, отвечай на мои звонки!!!!!! ынха: я надеру тебе задницу, клянусь богом ынха: эй, я забеспокоилась и позвонила сокджину, и он сказал мне, что ты плохо себя чувствуешь. поговори со мной, когда сможешь, но это очень важно, и я думаю, что это сделает тебя по-настоящему счастливым. береги себя, люблю тебя. юнги, немного сбитый с толку, набирает ее номер и ждет, пока она ответит на его звонок. - эй, - говорит он, - все в порядке? - вот это я и хотела бы знать - указывает ынха, - ты в порядке? юнги помешивает ложечкой кофе, глядя вниз. - да, я много спал, и мне, наверное, лучше. юнги слышит, как ынха тревожно вздыхает. - ты можешь рассказать мне все, что угодно, понимаешь? - я знаю - кивает юнги, на мгновение закрывая глаза. - но... не сейчас. ну же, скажи мне, чего ты хотела. это про..? - да - быстро отвечает она, и в ее голосе слышится улыбка. - мне позвонили врачи, и они готовы начать лечение марины. она может забеременеть в любой момент - сообщает ынха, издавая звук чистого счастья. - юн, наконец-то мы дождемся нашего ребенка. сердце юнги останавливается. он чувствует, как адреналин быстро бежит по его венам, поднимаясь через грудь к лицу, заставляя его щеки гореть. он прикрывает рот, когда в нем пробуждаются удивление и эмоции, и ждет, когда в его душу придет чистое, истинное счастье, но— но оно еще не пришло. смешанные чувства окутывают его сердце, и он хмурится, быстро моргая, пытаясь собраться и исправить свои мысли. вот, чего он хотел. это то, чего он ждал уже много лет. он хочет ребенка, он хочет, чтобы его собственные дети любили и были любимы безоговорочно, как никто другой. юнги мечтал держать маленького ребенка на руках и узнать, что такое настоящая любовь; создать с ними дом, следовать их жизненному пути, учить и познавать мир вместе с ними. почему он не излучает счастья в этот самый момент? - юнги? ты... ты здесь? - да - говорит он, задыхаясь. его сердце сжимается, и он неловко улыбается, как будто ынха могла его видеть. - ты просто… ты застала меня врасплох. я просто... я... - ты счастлив? - спрашивает ынха более спокойным тоном. юнги закрывает глаза, держась рукой за лоб и опершись локтем о стол. он вдруг думает о чонгуке. он больше не знает, какого его представление о любви и жизни. - да, конечно, я счастлив - бормочет он дрожащими губами. - конечно, я счастлив, ынха. это… - ты не кажешься счастливым. - у меня было очень плохое начало дня, вот и все. мне жаль, что я... - он сглатывает, кусая ноготь. - мне жаль, что мой голос звучит не так восторженно, но я... я счастлив. на другом конце провода надолго воцаряется тишина. это заставляет живот юнги скручиваться. он боится жизни. он боится будущего, того, что выиграет, и того, что непременно проиграет. его грудь сжимается, потому что он хочет чувствовать себя счастливым, и он уверен, что скоро это произойдет, но в этот самый момент, когда все медленно пробуждается, юнги не может перестать думать о чонгуке. как он посмотрит в галактические глаза мальчика и скажет ему, что у него другая жизнь с другим человеком? как он наберется сил, чтобы рассказать ему правду обо всем? и как он может быть готов к тому дню, когда, возможно, потеряет единственную близкую ему любовь? ему будет неприятно видеть, как разбивается сердце чонгука. ему будет неприятно видеть, как разбивается его собственное сердце. ох, во что превратилась жизнь после него? *** юнги бродил по гостинице, почти ничего не делая. сейчас он сидит на улице и читает книгу на закате. он умиротворен теплым ветерком, ласкающим его щеки, и слова, разлетевшиеся по страницам, успокаивают его противоречивое сердце. сокджин сказал ему, что они ужинают на улице, так что вся группа вернется только около полуночи. это дает юнги время исследовать свой собственный разум и попытаться прийти к пониманию с самим собой. тем временем он пьет вино, а мысли плывут вокруг, как облако, которое может принести бурю. однако время идет, и тишина сопровождает его, и юнги находит какое-то утешение в одиночестве. ему нужно еще вина. возможно, ему стоит попросить бутылку. или две. несмотря на то, что сейчас едва ли поздний вечер, юнги хочет пить, пока у него не закружится голова настолько, чтобы смеяться над своим собственным существованием. он со вздохом закрывает книгу и оглядывается в поисках официанта, который только что бродил вокруг. но вместо того, чтобы найти того, кого он ищет, он видит кое-кого другого через панорамное окно, выходящее в гостиную. почему чонгук все еще в отеле? юнги сглатывает, вытирает влажные от вина уголки губ и встает, быстро собирая свои вещи, чтобы войти внутрь. чонгук стоит перед торговым автоматом, пытаясь что-то достать. юнги слышит только собственные удары, громко стучащие в его ухе. его сердце болит из-за тепла в такой день, и его голос просто немного дрожит, когда он говорит; - чонгук? - чонгук оборачивается при упоминании его имени, выглядя таким же удивленным, как и юнги его присутствием. юнги подходит ближе, но достаточно далеко, чтобы, если бы они протянули руки, они бы не соприкоснулись. - я думал, ты с группой гуляешь. почему ты не пошел? чонгук достает эту штуку из автомата, едва заметно хмурясь. юнги не может сказать, отразился ли дискомфорт на его лице. - я плохо себя чувствовал - говорит чонгук. он коротко взглянул на юнги, - голова болела. - ага, - кивает юнги, на мгновение разинув рот, словно не зная, что сказать. - я тоже... я тоже плохо себя чувствовал. головная боль. чонгук смотрит на него. его глаза непроницаемы. юнги чувствует, как его кожа холодеет, а сердце трепещет от ожидания. ожидание чего? они на публике. есть несколько человек на расстоянии, сидящих в гостиной, и даже гуляющих вокруг этого места. даже если они практически невидимы для чужих глаз, юнги задерживает дыхание. - понимаю. надеюсь, вы поправитесь, учитель мин. вам надо отдохнуть, - говорит чонгук, морщась. он делает шаг назад, крепко сжимая в руке коробку с соком. - я вернусь в общежитие. спокойной ночи. и с этими словами он уходит. юнги стоит там, озадаченный, физически чувствуя, как его сердце сжимается в руках безнадежной любви, когда он смотрит, как спина чонгука исчезает в углу зала. требуется мгновение, чтобы среагировать, проснуться, и он быстро толкает себя вперед, следуя по пути, который выбрал его ученик. он почти бежит за ним, его горло сжато, а живот легок, как перышко. - чонгук! чонгук, подожди, - зовет он, догоняя его и хватая за запястье. взгляд, который бросает на него чонгук, когда он оборачивается, почти лишает его дара речи. - что? юнги моргает. - почему ты избегаешь меня? - я не избегаю, - невозмутимо отвечает чонгук. - разве не ты сказал мне отступить? юнги оглядывается, чтобы убедиться, что в зале никого нет, а потом шепчет: - ты же знаешь, что нет, - обиженно хмурится юнги. - послушай, я же только сказал— - да, я знаю, что ты мне сказал - резко отвечает младший. - без разницы. я иду в свою комнату. он снова начинает идти, но юнги не может его отпустить. он издает раздраженный звук, его кулаки дрожат, когда он пытается догнать быстрый темп чонгука. - чонгук, пожалуйста. я не знаю, почему ты так злишься. мы можем поговорить? юнги прикусывает губу и смотрит вниз, когда кто-то выходит из их комнаты и проходит мимо них. чонгук замедляет шаг, хотя по-прежнему не отвечает. юнги хочет взять его за руку, заставить посмотреть на него и что-то сказать. юнги идет позади своего ученика с сжимающимся желудком. чонгук, кажется, не очень заинтересован в разговоре с ним, и он пытается понять, почему. возможно, дело в том, что он велел ему ничего не делать, даже если они путешествовали вместе. возможно, дело в том, что они не могут говорить, и, возможно, чонгук расстроился. или раздражен. или скучно. юнги думает о тех моментах, когда он видел, как чонгук смеялся все эти дни, и о людях, которые были с ним, когда это произошло. сунхи была с ним почти все время. юнги помнит, что видел их в очень удобной позе, сидящих рядом друг с другом, разговаривающих небрежно и почти... почти интимно. их взгляды. они держались за руки. юнги видел в глазах сунхи любовь, которую она испытывает к своему другу. он знает, что у нее на сердце, и, возможно,— может быть, оно родилось и в сердце чонгука. эта мысль заставляет его ускорить шаг, чувствуя, как отчаяние покинутости растекается по его груди. неужели чонгук влюбился в сунхи, когда его не было рядом? - чонгук, - он снова хватает его за руку, его голос срывается, когда он говорит. на этот раз чонгук останавливается, и его глаза впиваются в глаза юнги, излучая столько же боли, сколько чувствует старший. - мы можем поговорить? не мог бы ты... не мог бы ты пройти в мою комнату? мы можем поговорить там и… - только на мгновение,— выдыхает чонгук, - мне нужно... мне нужно заняться другими делами. губы юнги складываются в тонкую линию, но он все равно кивает. они молча добираются до комнаты юнги. это не должно быть так; одиночество не должно присутствовать, когда он рядом с чонгуком. и все же, когда они стоят в комнате, глядя друг на друга, юнги чувствует себя таким одиноким, как будто он прячется в темной, отдаленной дыре. - я знаю, что мы не разговаривали несколько дней - начинает юнги, прочищая горло, - но это не то... что я имел в виду, когда сказал тебе, что мы не можем… ты знаешь. взгляд чонгука становится тяжелее, прижимая душу юнги к земле. - ты даже не можешь сказать это, - он позволяет этому соскользнуть с губ и сухо усмехнуться, проводя руками по лицу от усталости. - просто… все в порядке. все в порядке - бормочет чонгук, качая головой. - просто скажи мне уже, хен. я хочу знать. - сказать тебе… что? - юнги хмурится. чонгук смотрит на него. его руки дрожат, а лицо искажено тревогой и беспокойством. он делает глубокий вдох, который, кажется, наполнен болью, прежде чем сказать: - расскажи мне, что происходит между тобой и мистером кангом. юнги застигнут врасплох, внезапный прилив крови к голове. при упоминании этого имени у него слегка кружится голова, и он смотрит на чонгука так, словно тот его оскорбляет. - о чем ты говоришь? - хен - говорит чонгук со слабой улыбкой, на которую так больно смотреть, что юнги физически сжимается. - мне кажется, ты обращаешься со мной как с идиотом. я не слепой. я не идиот. мне просто нужно было сложить одно с другим, и понять, что происходит между вами. я не знаю... я не знаю, сейчас ли это, или было раньше, или будет, но, пожалуйста, ради бога, не используй меня. - чонгук, - с трудом выговаривает юнги, задыхаясь. он делает шаг ближе, душа сжимается, пока не становится маленькой, как песчинка. использовать его? юнги использует его? неужели позволять чонгуку любить, любить, любить, пока он не истечет кровью, это просто способ для юнги что-то выиграть? не ошибается ли он во всем этом, во всей этой существующей любви, которая уже живет в нем? - нет, - говорит он, быстро качая головой. - ты... ты ошибся, чонгук, все не так. - когда я был в твоем доме и мистер ким пришел навестить тебя, он спросил, был ли мистер канг там с вами снова, - указывает студент. - кое-кто из моих одноклассников видел, как вы с мистером кангом разговаривали, когда мы были в планетарии. ты сблизился с ним за все эти последние дни - чонгук пытается выглядеть спокойным, делая еще один глубокий вдох, но это никак не влияет на то, как дрожит его голос. - хен, ты понимаешь, что делаешь? что ты со мной делаешь? юнги опускает голову. он слишком труслив, чтобы смотреть ему в глаза. - н-нет, я… - знаешь, как бы мне хотелось оказаться на его месте. что ты делаешь с ним то, что я хотел бы сделать с тобой? - я пытался... - единственное, что я хотел бы, чтобы ты попытался сделать — это сказать мне правду! - рявкает чонгук. он бьет по тому месту, где находится его сердце, своей собственной рукой, заставляя юнги снова поднять глаза. - я хочу знать! я устал быть в этой гребанной ситуации, не зная, где я стою, куда иду! мне нужно знать, кто я для тебя, потому что ты уже знаешь, что значишь для меня, и все это чертовски несправедливо. все это ощущается как горящий кинжал, пронзающий его кожу и заставляющий юнги истекать кровью. прекрасные глаза, которые еще недавно были чисты от любви, теперь окрашены чистой грустью, заставляя их блестеть от слез. юнги чувствует, как все его тело тяжелеет, напрягается, не в силах ни пошевелиться, ни отвести взгляд.ему стыдно за то, что он сделал, за то, что он получил, и он знает, что это его вина, что чонгук страдает. он не знает, как передать такие эмоции и хоть немного исцелить душу, которая была дана ему для заботы. - канг...нет, - юнги закрывает глаза и качает головой. - канг для меня ничто. мы были друзьями, но я не хочу, чтобы он был в моей жизни, - коротко объясняет он, слова тяжело ложатся на язык. - я не... - юнги решает посмотреть ему в глаза, когда открывает, - я не собираюсь лгать тебе. это правда, что кое-что произошло между мной и... и ним, - говорит он и не упускает из виду, как чонгук отводит взгляд. - но это была ошибка, и теперь она похоронена в прошлом. у меня нет к нему чувств, и никогда не было. чонгук прикусывает щеку изнутри, проводя дрожащей рукой по глазам. - ты мне не ответил, - бормочет он. юнги сглатывает. его грудь быстро поднимается и опускается, когда он дышит, коротко и почти неистово от беспокойства. - я... - кто я для тебя, хен? - удивляется чонгук. это почти шепот, маленький вопрос, который плывет к юнги самым уязвимым образом. юнги боится сказать это. ему хочется плакать, лежать в постели и спать, пока все не пройдет. он переполнен мыслями, и его рот разинут, как будто его голоса вообще не существовало. его глаза затуманиваются слезами, когда он замечает сокрушительное разочарование на лице чонгука, принимая его молчание за ответ. "говори", - говорит себе юнги. скажи это. скажи это. скажи уже что-то. - я говорил, что все в порядке - тихо добавляет чонгук. - но это не так. я не думаю, что смогу продолжать. я... - он закрывает глаза, и его губы дрожат, когда из них вырывается рыдание. чонгук позволяет паре слез скатиться по его щекам, прежде чем он быстро вытирает их, глядя в сторону. - я уже слишком сильно влюблен в тебя, и я... я не могу это продолжать, если я один так себя чувствую. я действительно не могу. юнги задыхается от чистого страха и быстро шагает вперед, беря руки чонгука и прижимая их к своей груди. его сердце бьется так быстро, как только может, и он надеется, что чонгук почувствует это и поймет, что он имеет в виду. чонгук качает головой, хмурясь от боли, отразившейся на его лице. он крепко держит руки юнги, но смотрит на него с разбитым сердцем. -я боюсь потерять тебя, но я даже не знаю, есть ли ты у меня, - шепчет чонгук, закрывая глаза. - если я выйду за дверь, я буду знать, что никогда не был с тобой. это бьет по юнги, как волна реальности, когда его слезы угрожают упасть, как дождь, льющийся в самый страшный день штормов. раньше он не понимал, насколько это реально, насколько мощна вселенная, когда перед ним чистейшая форма любви. он знал, что что-то рождается в его груди, но каким-то образом ему удалось отмахнуться от этого и заявить, что оно меньше, чем есть на самом деле. и это потому, что он не хотел понимать, как и когда он так сильно влюбился. он не влюбляется, как думал. юнги уже влюблен. а чонгук - это мир, в котором тихо, защищающий покой планеты земля. он - луна, когда она смотрит на солнце, она влюбляется снова и снова. чонгук - это звук дождя, приветственные лучи утреннего света и запах кофе после полуночи. он - мягкое одеяло, когда холодно, и сладчайшая песня, когда душа хочет убаюкаться. он - звезды, вечно сияющие над крышами людей, и самый красивый цветок в саду на этой планете. юнги искренне, глубоко, безнадежно влюблен в него, и он уверен, что пути назад уже нет. - ты моя любовь, - умудряется сказать он, подавившись слезами, наконец, ускользнувшими из его глаз. - ты больше, чем я думал, что у меня когда-либо будет, чем я когда-либо почувствую, и я не знаю, как это произошло, но это случилось. юнги наклоняется ближе, закрывая глаза, чонгук позволяет их лбам соприкоснуться, прислушиваясь к тихим рыданиям мальчика перед ним. юнги поднимает руку, чтобы приласкать щеку чонгука, вытирая слезы и сокращая промежуток, чтобы коснуться их губ, когда он шепчет из своей вселенной: - ты — сердце, которое я хочу слышать, когда засыпаю, чонгук.