Няня

Напольные часы в гостиной пробили двенадцать. Звук этот был настолько громким, а стены в доме настолько тонкими, что Диана как будто находилась не в своей маленькой спальне, а на первом этаже. Она поморщилась и перевернулась на бок. Сон не шел. Так всегда бывало, когда она волновалась или переживала слишком много событий в течение дня. Девушка ворочалась и думала о том, понравится ли она детям, а если не понравится, отправят ли ее домой и пожалуются ли в агенство, какое впечатление она произвела на хозяйку, не обидела ли она ее, а еще о том, что совсем забыла позвонить подругам и сестре, и что совсем не знает, надолго ли она задержится в этом доме. Хуже всего было то, что мысли кружились в ее голове водоворотом, не успевала она отвлечься от одной, как на ее месте возникала другая. Диана жалела, что не купила снотворное или успокоительное на такой случай, и даже подумала, что можно было бы найти Камиллу и спросить, нет ли у нее лекарств, но от этой идеи леди Спенсер быстро отказалась. Во-первых, хозяйка совершенно точно уже спала, и меньше всего девушка хотела бы разбудить ее, а, во-вторых, миссис Паркер-Боулз была совершенно не похожа на человека, которому нужны бы были подобные таблетки. С глухим стоном, больше похожим на рычание, Диана накинула на голову одеяло. В отчаянии она попыталась вспоминать сюжеты любимых книг, но все они путались в голове. «Дочка герцога знакомится с иностранным политиком… нет, с королем. И они вместе отправляются в Индию… да нет же, во Францию. И не вместе…» Диана вновь вздохнула и, уткнувшись носом в подушку, крепко зажмурила глаза. Кажется, она уже начала засыпать, потому что ей виделись какие-то залы, в которых она никогда не была, и люди, чьих лиц она не знала. Образы менялись, наслаивались один на другой, она то видела счастливую семью, то горный пейзаж, то тот самый фрегат, с картины из столовой. Погруженная в эти грезы Диана наконец-то уснула. Утром она как всегда проснулась рано. Наручные часы, лежавшие рядом с кроватью показывали шесть часов. В первые мгновения девушка сонно моргала, не узнавая свою комнату, но потом все события вчерашнего дня ясно предстали перед ней, и она испугалась, что не успеет приготовить завтрак. Наскоро приведя себя в порядок и на ходу застегивая пуговицы на рубашке, Диана почти кубарем слетела вниз по лестнице. В доме стояла тишина. Нарушали ее только тиканье часов и пение птиц за окном. Можно было бы подумать, что дом необитаемый, до такой степени все в нем было странно. Девушка обратила внимание на то, что в гостиной стоят покрывшиеся пылью коробки, которых она почему-то не заметила вчера. А на кухне как будто никто и никогда не ставил посуду на место, что превратило помещение в музей пародий на Пизанскую башню. Диана засучила рукава и, немного разобравшись с утварью, подошла к холодильнику. К ее удивлению, он был полным, хотя с таким подходом к аккуратности можно было бы ожидать и того, что в нем будет в лучшем случае пакет просроченного молока и пучок зелени. Однако полки были забиты мясом, сырами разных видов, овощами, напитками и всем, что только можно было себе представить. Леди Спенсер решила приготовить омлет с беконом и овсяную кашу, вряд ли она ошибется с такой классикой. Крупа нашлась не сразу, пришлось перерыть два шкафчика и выкинуть оттуда принадлежности для рыбалки, крышки от фотопленки и, непонятным образом попавшие на кухню, мужские сапоги. Со всем остальным проблем не возникло и уже через сорок минут омлет и каша были готовы. Диана решила дополнить картину гренками с маслом и джемом и стаканом сока. Довольная результатами своего труда она отнесла все в столовую и села за стол. Прошло уже пять минут, однако никто не спускался. Девушка даже начала переживать, не произошло ли чего-то с Камиллой. Может она уехала куда-то по делам? Но в таком случае она должна была бы предупредить заранее или оставить записку. Хотя Диана уже поняла, что с новой работодательницей об ответственном отношении к няне можно забыть. Это не миссис Робинсон, которая чуть ли не за месяц предупреждала о том, что уезжает на выходные. В конце концов ожидание утомило Диану и она, накрыв завтрак полотенцем, чтобы он не остывал, поднялась наверх. В коридор выходило три комнаты. Свою комнату Диана прошла, не останавливаясь. Вторая комната, кажется, была кладовкой, потому что в ней было темно и тесно, а само помещение было доверху набито старым ненужным хламом. Третья комната оказалась запертой на ключ, и даже когда Диана попробовала надавить на дверь плечом, та не поддалась. Леди Спенсер почувствовала, как ее охватывает паника, но она сказала себе успокоиться и начать искать логичное объяснение происходящему. Если спальня Камиллы не на втором этаже, значит она может быть только на первом, не на чердаке же хозяевам спать. Поэтому девушка перепрыгивая через две ступеньки побежала на первый этаж. Повернув вправо от лестницы, девушка оказалась в еще одном коридоре, только более узком, чем наверху. Тут она увидела две двери. За первой оказалась детская, в которой было парадоксально чисто, а из-за второй раздавался храп. Диана даже остановилась, чтобы отсмеяться. Ей казалось, что так оглушительно храпеть могут только мужчины, однако теперь она имела честь убедиться в обратном. Придав лицу как можно более серьезный вид, она тихонько постучала и медленно вошла в комнату. Спальня хозяев дома была просторной. В ней поместилась и огромная кровать, и два платяных шкафа, и книжные полки, и даже цветочные горшки. На кровати спала мирным сном Камилла Паркер-Боулз. Она оглушительно храпела, открыв рот, и Диане потребовалась вся приобретенная за два года работы выдержка, чтобы опять не рассмеяться. Девушка приблизилась к кровати и кашлянула. Ответа не последовало. Тогда она тихо сказала: — Миссис Паркер-Боулз? Камилла только захрапела сильнее. Диана крикнула: — Мэм! — А? Что? Кто? — сонно спросила проснувшаяся хозяйка дома. — Доброе утро, миссис Паркер-Боулз, я приготовила завтрак, — с улыбкой ответила довольная своей выходкой Диана. — Который сейчас час? — Уже семь утра. — Всего семь утра, — сказала Камилла с нажимом на слово «всего», — и чего тебе не спиться в такую рань? — Извините, на моей предыдущей работе все вставали в шесть утра, вот я и привыкла, — виновато сказала Диана. — Ну я-то нормальный человек! И я по утрам сплю. Ладно, не расстраивайся, встала, значит встала. Сейчас приду. Поешь пока без меня. Диана кивнула и с полупоклоном удалилась в столовую. Там она села за стол и устало положила голову на руки. Ей и самой хотелось еще поспать, но она прекрасно знала, что этого она сделать не сможет. Когда она все же отбросила полотенце, разлила по тарелкам овсянку и стала посыпать ее солью, в комнату вошла Камилла. Судя по всему, о своем внешнем виде она задумывалась крайне редко, находясь, наверное, в мыслях о высоких материях. Прическа, если ее можно было так назвать, была растрепанной, свитер был надет задом наперед, и даже тапочки на ногах были разными. Диана поджала губы, чтобы подавить усмешку. Миссис Паркер-Боулз зевнула и недоверчиво посмотрела в тарелку. — Это что каша, что ли? — удивленно спросила женщина. — Да-а-а, — неуверенно протянула Диана, — с ней что-то не так? — Нет, просто странно. Ты что правда по утрам кашу ешь? — Ну, да, — все также ответила девушка, не понимая, что в этом необычного, — мне казалось, что все едят овсянку, но, если хотите, я сейчас приготовлю что-то еще. — Нет, нет, я не против, просто сама я кашу не ем. А вот с омлетом ты угадала. Подожди-ка минутку. С этими словами Камилла прошла на кухню и, достав что-то из холодильника, вернулась к Диане. — Пиво будешь? — спросила женщина, предлагая одну бутылку. — А Вы пьете пиво по утрам? — теперь настала очередь леди Спенсер удивляться. — Да, с этим что-то не так? — улыбнулась Камилла. — Нет, я просто никогда такого не видела. Обычно только мужчины сидят по вечерам с пивом или с чем покрепче. — А ты что пьешь? — Обычно кофе. Иногда сок, если настроение хорошее. — А чай не любишь? — Ненавижу. Они обе хихикнули. — Тебя нужно лишить британского паспорта, — констатировала Камилла, — так будешь пиво или нет? — Ну… выпью… — стеснительно сказала Диана и протянула руку. Бутылка была холодной, как будто лежала в морозилке. Девушка быстрее поставила ее на стол. Взяв из рук Камиллы открывашку, она открыла крышку и налила немного в стакан. Женщина тем временем пила прямо из горла, закусывая овсянкой. Диана подумала, что это самый оригинальный способ употребления алкоголя, из всех, что она видела. Сделав маленький глоток, леди Спенсер мгновенно вспомнила, почему она не любит алкоголь. Пиво было горьким и мерзким, и уж точно никак не способствовало тому, чтобы расслабиться. Наоборот Диана сразу же почувствовала, как заболела голова. Скорее всего, это из-за холода, все же она не успела выпить так много. Давясь и борясь с отвращением, девушка выпила первый стакан. Камилла этого всего не замечала. Она была слишком поглощена омлетом с беконом. — Как же ты вкусно готовишь, — сказала она с полным ртом, — это ничего, что я на «ты»? — Нет, нет, ничего, миссис Паркер-Боулз, спасибо большое, я старалась. — Я вдруг вспомнила, что мы еще не пили на брудершафт, — рассмеялась Камилла, — ну, можем считать, что пиво сойдет за это. Ты тоже называй меня «Камилла». — Не могу, извините. — Почему? — Не могу обращаться к людям, которые меня старше и выше по положению на «ты», — сказала Диана, думая, что кто, кто, а Камилла точно не выше нее по положению, однако раскрывать свое происхождение не стоило. — Эх, вот я и стала старой, а мне только тридцать три года между прочим. — Я и не думаю, что Вы старая, просто у нас разница в возрасте четырнадцать лет, мне немного неловко. Может потом… Обе они прервали диалог и продолжили трапезу. Когда Диана наконец одолела половину бутылки, а Камилла стала намазывать на гренки масло, зазвенел телефон. Женщина закатила глаза и подошла к аппарату. Что конкретно она говорила девушка не слышала, но по интонациям можно было понять, что она слегка раздражена. Вернувшись в столовую, она объявила: — Муж позвонил. Дети вернутся к часу. Крепитесь, мисс Спенсер, нелегко Вам придется. — Я думаю, Вы преувеличиваете, — улыбнулась Диана. — Это ты сейчас так говоришь, — подмигнула Камилла, — посмотрим, что ты скажешь, когда Том выкинет что-нибудь в своем духе. Вчера он подкинул бабушке мертвую мышь в сумку, она чуть не умерла от страха. — Дети всегда так балуются, — настаивала на своем Диана, — я вот в детстве намазывала ручки дверей гуталином, если мне не нравилась няня. — Но это лучше, чем мертвая мышь. Где он ее только нашел. Миссис Паркер-Боулз села за стол и обратила внимание на то, как медленно пьет Диана. — Не нравится? — спросила женщина, кивая в сторону бутылки пива. — Если честно, то нет, — скривившись ответила девушка. — Ну и не мучайся. Дай сюда, я потом выпью. Согласна, редкостное пойло, но мужу нравится, и я как-то привыкла. Кстати, впервые вижу человека, который дома пьет пиво из стакана. Диана только усмехнулась. Ей казалось, что они с этой женщиной находятся на двух разных полюсах, и что, к сожалению, понять друг друга они никогда не смогут. Это могло бы крайне негативно отразиться на работе. — Я просто люблю, чтобы все красиво выглядело. Ну, знаете, как в кино, когда девушка изящно держит бокал, — попыталась перевести все в шутку леди Спенсер. — Конечно, очень изящно смотрится старый поцарапанный стакан с пивом, — отметила женщина, — это какой-то комедийный фильм, наверное. — Да, про сухой закон в Америке. Они обе рассмеялись. Когда с завтраком было покончено, а Диана вымыла всю посуду, Камилла позвала ее в гостиную и предложила сесть с ней на диван. Девушка присела на край и внимательно посмотрела на работодательницу. — До приезда детей еще много времени, можешь пока отдохнуть, ты, наверное, не выспалась. — А почему Вы так решили? — У тебя глаза красные. — Если честно, то у меня бессонница, я даже хотела спросить, нет ли у Вас снотворного. — Снотворного? Ой, если честно, то нет. У меня из всех таблеток только лекарства от кашля и средство от изжоги. Я попрошу Эндрю привезти тебе каких-нибудь препаратов, только ты напомни, а то я забуду. Диана кивнула. Камилла тем временем достала из кармана пачку сигарет и, вытащив из пачки зажигалку и одну сигарету, она закурила. — Сигареты не предлагаю, сомневаюсь, что ты куришь. Угадала? — Да, — ответила девушка, — я пробовала, мне не понравилось. — Ты, наверное, курила не через легкие. Я сначала тоже не понимала, в чем суть курения, потом втянулась. Но ты правильно делаешь, что не куришь. Какое-то время они молчали. Диана смотрела на то, как женщина курит, и чувствовала, что этот процесс разжигает в ней странное любопытство. Самым неподходящим словом для Камиллы, по мнению леди Спенсер, было «красивый», однако именно словом «красивый» она бы могла описать этот процесс. Некоторые люди совершенно не умеют курить элегантно и курят хуже портовых грузчиков, однако миссис Паркер-Боулз очень медленно подносила сигарету ко рту, вдыхала дым и выпускала его то через рот, то через нос. Она наклонила голову направо, а взгляд ее сфокусировался в одной точке. Дым клубился. Женщина неспешно затягивалась и снова отводила сигарету в сторону. Огонек медленно пожирал бумагу, и пепел осыпался прямо на диван, но даже это придавало данной картине некую завершенность. В любой другой ситуации Диана подумала бы, что любуется, но в тот момент она объяснила свой интерес тем, что впервые увидела человека, который умеет курить, не выглядя пошло. Наконец девушка сказала: — Вы только не думайте, что я пытаюсь Вас обидеть, просто я подумала, что раз уж я все равно жду, я бы могла пока немного разобрать коробки в гостиной. И на втором этаже у Вас, кажется, кладовка? Ее бы я тоже могла почистить. Просто предлагаю, уборка тоже входит в мои обязанности. — Уборка? — спросила Камилла, окидывая помещение взглядом, как будто видя его впервые, — Ты, наверное, права. Я просто была не в духе последние недели. Ну, ты знаешь, наверное, как это бывает. В общем, да. Я тебе помогу. — Нет, нет, что Вы, не стоит, — поспешила отговорить ее Диана, в то время как в душе у нее боролись между собой желание получить помощь и желание сделать все самой побыстрее, потому что вряд ли хозяйка умела что-то делать быстро. — Решено, я тебе помогу, а то я скоро зарасту мхом от безделья, — с этими словами женщина гордо встала с дивана и стряхнула пепел прямо на пол. Диана даже подумала, что так самодовольно мог бы смотреться только какой-нибудь адмирал, выигравший сражение. Миссис Паркер-Боулз, насвистывая какую-то смутно знакомую Диане мелодию, удалилась и вернулась с пылесосом, мешками для мусора и тряпками. — С чего начнем? — спросила она улыбаясь. — Наверное, с коробок, потом их можно будет куда-нибудь убрать, — предложила Диана. — Отлично, поехали. Вдвоем они довольно быстро расправились с коробками, выкинув совершенно ненужные бумаги, листы картона, старые упаковки от какой-то техники, сломанные погремушки и порванные соски, заржавевшие звонки от велосипедов и какие-то поломанные граммофонные пластинки. Таким образом осталось только то, что действительно было необходимо, и все это аккуратно поместилось в одну коробку, даже не заняв ее половину. — Простите еще раз, миссис Паркер-Боулз, а зачем Вы все это хранили? — Ностальгия, ничего кроме ностальгии. — А я вот прочитала в журнале, что если человек не пользуется какой-то вещью уже полгода, то ее стоит выбросить. — Хм, нужно запомнить. Тут уж явно больше, чем полгода прошло. Все так же в две руки они протерли всю мебель и все фотографии на камине и даже сняли шторы, чтобы потом их постирать. Оставалось только пропылесосить, и тут Камилла была непреклонна, она буквально отвоевала у Дианы право сделать это самостоятельно. Девушка не стала спорить и, взяв освободившиеся коробки, она пошла наводить порядок в кладовке. На часы ни одна из них не смотрела. Звук подъезжающей машины Диана не услышала, но вот хлопанье двери и топот ее практически оглушили, несмотря на то, что она была на втором этаже. Пригладив волосы, она спешно спустилась вниз и застала такую картину: на Камилле, как две обезьянки, повисли мальчик и девочка, сама женщина, держа в одной руке трубу от пылесоса, пыталась обнять их другой рукой. У двери стоял мужчина средних в шляпе и плаще и откровенно смеялся. — Что это ты делаешь, Милла? — спросил он ядовито. — Да мы тут убирались… Том, Лора, слезьте с меня! А чего ты так рано приехал, я думала, ты должен приехать к часу… Том, стой так, чтобы я тебя видела! — А ты на часы смотреть не пробовала, дорогая? — все так же насмешливо произнёс мужчина, — Я даже опоздал. — Ну уж извините, сэр, — буркнула Камилла, гладя дочь по голове. — А ты что без меня нашла себе подружку? — ухмыльнулся Эндрю, кивая в сторону Дианы. Диана выпрямилась, как солдат, почти встав по стойке «смирно». Она пыталась успокоиться и говорила себе, что даже если все пройдет ужасно, она всегда сможет вернуться в детский сад. — Ой, извини, Диана, я… В общем, дети! — крикнула Камилла, пытаясь привлечь внимание. Особенно это касалось мальчика, который с интересом разглядывал шланг от пылесоса, думая, наверное, что из него можно сделать, если постараться. — Том, Лора, это ваша новая няня, ее зовут Диана. Эндрю, это Диана Спенсер. Диана, это Том, Лора и мой муж Эндрю. Фух, — Камилла провела рукой по лбу, радуясь, что соблюла приличия и всех всем представила. — Привет, — улыбнулась Диана детям. Мальчик восторженно посмотрел на нее, девочка скромно что-то пролепетала и прижалась к коленям матери, — Добрый день, мистер Паркер-Боулз, очень рада знакомству. Диана сделала книксен. Эндрю прыснул. — Вы бы еще реверанс сделали. И не стойте Вы как вкопанная, вольно! — рассмеялся он, — Кстати, у Вас родственников в армии нет? — Может только мой отец, сэр, но он сейчас не служит, он был… — А, понятно, — бесцеремонно прервал ее Эндрю, — а то есть у меня в полку один Спенсер, редкостный кретин… — Эндрю! — воскликнула Камилла, — Чему ты учишь детей? — Диана, а у тебя в волосах здоровенный паук! — воскликнул Том. Теперь девушка поняла, что восторг у него вызвала далеко не ее внешность, а паук. Не торопясь, она поднесла руку к волосам и взглядом спросила у мальчика, в правильном ли направлении она двигалась. Том кивнул и улыбнулся. Она осторожно нащупала паука и все так же медленно сняла его с головы. Он был не таким уж и большим, и судя по всему никакой угрозы не представлял. — Дай посмотреть! — подбежал к ней Том, — Ого! Здоровый какой! Я его посажу в банку! — Не надо никого сажать в банку, — строго сказала Камилла. — Впервые вижу девчонку, которая не боится пауков, — не слыша ее, продолжил Том, обращаясь к Диане. — У меня есть младший брат, меня пауками не напугаешь, — улыбнулась Диана. — А Лора вот боится. Да, Лора? С этими словами мальчик показал язык сестре. Отец семейства только взял девочку на руки. — Иди-ка в свою комнату, — сказал Эндрю, и Том, бросив взгляд на Диану, убежал. — И такое у нас каждый день, — сказала Камилла. — Ничего особенного, обычный мальчик, — ответила Диана, подходя к Эндрю с Лорой на руках. Девочка прижималась к отцу, как будто боялась, что если она его отпустит, то он растает в воздухе. Девушка медленно подняла руку, Лора напряглась и еще сильнее зажмурилась. — Привет, малыш, — сказала Диана, гладя девочку по голове, — я Диана, а тебя как зовут? — Бесполезно, — обратился к ней Эндрю, — она пока к Вам не привыкла. Она у нас всегда такая, да, котенок? С этими словами мистер Паркер-Боулз слегка подкинул дочь в воздухе, она коротко вскрикнула. — Эндрю, Господи, иди уже к себе и оставь ребенка в покое, — сердито сказала Камилла. Муж с ехидной улыбкой отпустил дочь и, отсалютовав шляпой, удалился к себе. Девочка еще раз посмотрела на мать и побежала туда, куда минутой ранее убежал ее брат. — У Вас милые дети, — улыбнулась Диана. — Только на первый взгляд, — сказала Камилла. — А я уверена, что они замечательные, просто им нужно время, чтобы ко мне привыкнуть. Наверное, я пойду готовить обед? — Боже праведный, Диана, ты что рабыня? Иди к себе и отдохни, у тебя еще будет время проявить все свои лучшие качества. — Но это же моя работа? — Напомни, что входит в твои обязанности? — Уход за детьми и помощь Вам по дому. — Помощь, Диана. Помощь, а не рабский труд. — Но мне это несложно. — Ты же не передумаешь, я тебя правильно понимаю? — Да, вполне, — улыбнулась Диана. — Ну ты даешь. Это уже третий раз, когда я это говорю, но я впервые вижу таких трудоголиков. — Чем больше работаешь, тем меньше времени остается на всякую ерунду, — смеясь, сказала Диана. На обед Камилла предложила приготовить рагу с овощами и рыбный суп. Пока они вдвоем готовили, на кухню прибежал Том. — Мамочка, а что вы делаете? — Готовим суп, не мешай. — Кру-у-уто, — произнес мальчик, — а можно я с вами посижу? Я не буду мешать, правда. — Том, ты можешь обжечься или пораниться, ты еще пока маленький, — попыталась вразумить его Камилла. — Мне уже шесть лет! — обиженно сказал Том. — Всего шесть лет. Я тебя слишком хорошо знаю, ты вечно суешь свой нос, куда не следует. Диана не хотела вмешиваться в воспитание чужих детей, этому ее научили еще в детском саду, когда она попыталась заступиться за мальчика, которого отец тащил за ухо. Всегда нужно молчать, когда ты вместе с родителем, всегда нужно поддерживать взрослых. И все же у девушки были и свои принципы, поэтому она легонько толкнула Камиллу в бок и прошептала ей на ухо: — Простите, что лезу не в свое дело, но может пускай он останется? Я найду, чем его занять, и буду за ним смотреть. Если он так хочет… — Диана, я все понимаю, но это не первый раз. И каждый раз он калечится, больше я этого не допущу. — Может в последний раз попробовать? Мне его просто жаль. — Том! — громко произнесла Камилла, обращаясь к сыну, который уже с интересом вертел в руках нож для овощей, — Во-первых, немедленно положи нож! А во-вторых, скажи спасибо Диане, она попросила меня дать тебе остаться. — Ух ты! Правда можно? Спасибо! — Том улыбнулся и довольный собой сел на стул и принялся смотреть, как Камилла и Диана нарезали овощи и чистили рыбу. Уличив момент, когда мать отвернулась, он заговорщическим тоном обратился к своей новой няне: — А ты умеешь делать розочки из овощей? — Розочки? — шепотом переспросила Диана, — Нет, не умею, а что такое? — Я видел по телевизору, как женщина делает такие из лука и огурцов. Хочешь я тебе покажу? — А что тебе интересно смотреть, как люди готовят? — искренне удивилась Диана. — Ты что? Конечно, интересно. Там всегда так весело. А мама мне не разрешает. Так что, дашь мне сделать розочку? Диана колебалась. Она понимала, что идет на риск. Мальчик вполне мог порезаться, а виновата потом будет она. И авторитет матери в глазах сына подрывать не хотелось. Но выражение лица Тома было таким умоляющим, что она решила дать слабину и сказала: — Ну ладно, иди сюда и попробуй. Но я хочу, чтобы ты знал, что твоя мама совершенно права, и кухня — не место для маленьких детей, — сказав это, Диана почувствовала, что смогла найти компромисс между здравым смыслом и педагогическими принципами. — Спасибо! — пискнул Том и принялся осторожно разрезать лук и огурец. Он даже высунул язык, и это показалось девушке очень милым. Мальчик напоминал ей ее брата Чарльза. Тот тоже высовывал язык, когда что-то мастерил или о чем-то думал. Стоило отметить, что движения Тома были очень осознанными. Если принять во внимание тот факт, что его никто не учил, то оставалось только поражаться таланту маленького повара. — Теперь мне нужен стакан воды, — откладывая нож, объявил мальчик. Диана налила воды и отдала ее Тому. Он с видом первооткрывателя погрузил луковицу в стакан, и к огромному удивлению Дианы, овощ действительно превратился в розочку. — Ничего себе! — воскликнула Диана. — Что там? Впервые видишь рыбный бульон? — спросила Камилла, смеясь. — Посмотрите, что сделал Том, — ответила девушка с улыбкой. Миссис Паркер-Боулз с явным недоверием подошла к месту, где стоял юный повар, но когда она увидела розочку из лука, она даже открыла рот от изумления. — Это что правда ты сделал? — Да, мама, я, — гордо ответил Том. — Вот это да, — только и смогла ответить Камилла, — а я и не знала, что ты так умеешь. — Смотри, сейчас я закончу огуречную розочку, — пыхтя, сказал мальчик и показал ошарашенной матери еще одно свое творение. — И где ты всему этому научился? — Мы с дедушкой смотрели телевизор. То есть я смотрел, а он спал. Дедушка всегда спит после обеда. И я увидел, как люди готовят всякие вкусности. И мне очень хотелось попробовать тоже. — И в кого ты у меня такой талантливый? — спросила Камилла с улыбкой и погладила сына по голове. — Бабушка говорит, что в нее, — простодушно ответил Том. Диана и Камилла засмеялись. — Подарю эту розочку Лоре, — сказал мальчик, показывая на огурец, — а это тебе, Диана. С этими словами он протянул ей розочку из лука. — Спасибо, но за что? — Без тебя бы мне никогда не разрешили готовить. — И это чистая правда, — кивнула Камилла.