позови меня с собой.

Ты сдалась, положила голову на стол и прикрыла глаза на пару секунд. Оставалось ещё около сорока минут твоего дежурства, и можно было идти домой, но ты всё больше склонялась к идее упасть на диван и уснуть прямо в агентстве. Зато отдежуришь по полной. Хотя получить завтра воспитательных лещей от Куникиды не слишком хотелось, конечно. Ты всё-таки дала себе мысленную оплеуху, поднялась и вышла к автомату с кофе на соседнем этаже. Кофе — это, правда, сильно сказано, но сойдёт хоть что-то, чтобы дотянуть до дома. Когда ты вернулась обратно, тебя ждал неоднозначный сюрприз. — Ептвоюналево, — воскликнула ты, врезаясь спиной в только что хлопнувшую дверь. Прямо посреди кабинета, на твоём же стуле, стоял Дазай и невозмутимо наматывал верёвку себе на шею. Услышав тебя, он оглянулся и тоже застыл. Стул под его ногами опасно покачнулся, но он будто бы и не заметил. — Т/И? — Осаму удивлённо хлопнул глазами. — Я думал, сегодня очередь Куникиды. Прежде чем ответить ему, ты сделала глубокий вдох и отставила стаканчик с бурдой из автомата. Потом посмотрела на него, стараясь игнорировать свой дёргающийся глаз — в конце концов, Осаму и правда тебя напугал. — Мы с ним поменялись. Развлекаешься? — А? — Дазай посмотрел на верёвку в своих руках, делая вид, что впервые её видит. Да и на стуле оказался совершенно случайно — ветер занёс, каждую пятницу одно и то же. — По тебе актёрское рыдает, знаешь? — вздохнула ты, подходя к нему. Дрожащий под его ногами стул тебя нервировал, поэтому ты, не задумываясь, положила руки на колени парня, придерживая. — Слезай, а. Осаму смотрел на тебя сверху вниз, и ты тоже не отводила взгляд. Не сказать, что вы были приятелями, но на удивление быстро поладили и любили работать в паре. Ты была первой девушкой, которой он по какой-то причине не предложил двойной суицид. Когда Ацуши указал тебе на это, ты отмахнулась со смешком: «Видимо, я просто не в его вкусе». Куникида, сидящий рядом, хмыкнул, но ничего не добавил. — Странно, — Дазай наконец нарушил ваше молчание. — Ммм? — Я избегал делать такое при тебе, потому что думал, что ты остро среагируешь, будешь слишком волноваться. А ты… на удивление спокойна. «Да нет, странно, что ты вообще задумался о моей реакции, когда раньше тебя это не волновало…» В ответ ты отзеркалила обычную невинную улыбку самого Дазая. — Скажем так, ты не первый, кого я вытаскиваю из петли. И эмоции тут могут всё запороть. Была разница между твоей весёлой и грустной улыбкой. И Дазай сейчас её видел. Раньше ты так никогда не улыбалась. Но он не стал спрашивать — сейчас. А молча слез со стула и вручил тебе верёвку. Ты прошла к окну, выбросила её на улицу и повернулась обратно к Осаму, не спускающего с тебя глаз. — Проводишь меня? — Само собой.