позови меня с собой.

Когда стрелки часов перешли за десять вечера, ты воображала, как заталкиваешь Чуе в рот его же шляпу. Когда стукнуло одиннадцать, ты перешла на фантазии о том, как вдобавок засовываешь этот «безумно важный отчёт» ему в задницу. Когда перевалило за полночь, ты снизошла до обычного и вполне себе реального «зайти к нему в кабинет, бросить все эти листы ему в лицо и гордо уйти». И конечно, всё это в перерывах на ответственное написание этого самого отчёта. Утешало только одно — сам Накахара домой тоже не ушёл и сидел в своём кабинете. — Бухает, небось, — буркнула ты, обречённо укладывая голову прямо на бумаги. Вот тебе и работа в мафии, чтоб её. Бюрократы даже здесь дотянутся. Доделать оставалось всего ничего, но спать хотелось больше. Ты и так сегодня вернулась с задания, и вместо отдыха Чуя припомнил тебе просроченные документы, которые нужно было сдать две недели назад. Ты флегматично заметила, что раз две недели без них все живы, то они никому и не упали. Как итог, вы оба, злые как черти, разошлись по своим углам. Ты сладко зевнула, устраиваясь поудобнее, насколько это было возможно за столом. Перед глазами мелькали бессвязные сцены, и в полудрёме ты не услышала, как недалеко тихо хлопнула одна дверь и открылась вторая. Чуя застыл на пороге. Сначала удивился, что ты вообще ещё тут и не сбежала через окно. Это, на его памяти, твоя первая ночёвка на работе, в то время как сам Накахара не раз оставался допоздна, чтобы всё доделать. Но не успел он обрадоваться твоей ответственности, как понял — дрыхнешь. Пускаешь слюни прямо на отчёт, который должна ему сдать. Голубые глаза парня опасно сощурились, но он сделал пару вдохов и выдохов, чтобы успокоиться — соблазн подорвать тебя своим воплем был слишком велик. Вместо этого он тихо подкрался, наклонился прямо к тебе и прошипел: — Т/И. — Ммммм? — ты блаженно улыбнулась, всё ещё находясь в полусне. — Ты уже написала отчёт, маленькая засрань? — пропел он тебе на ухо. — Сам пиши, рыжая сволочь, — прозвучало это уже привычно и даже как комплимент — таким умиротворенным, почти любовным тоном ты это сказала. Чуя в очередной раз подавил в себе два желания одновременно: 1) придушить тебя, пока ты спишь; 2) осторожно убрать упавшую прядь волос тебе за ухо. Эти приступы нежности и раздражения уже стали привычными и давно напрягали парня, но он старался об этом не задумываться. Пока что. Вместо этого он выбрал нечто среднее — использовав гравитацию, рывком поднял тебя с кресла. Перестав чувствовать под собой опору, ты тут же проснулась и коротко вскрикнула. Чуя ухмыльнулся, довольный реакцией. — Ты какого хрена делаешь?! — ты попыталась ногой пнуть Накахару в бок, но он тебе не позволил. Пока ты безуспешно пыталась сопротивляться его способности, он мельком проглядел твои документы и заключил: — Ну надо же, удивлён, что ты не разучилась писать, отлынивая столько времени, — парень театрально присвистнул, собирая документы в кучу и засовывая их под плечо. — Заканчивать будешь при мне, и если снова упадёшь носом в бумаги, пеняй на себя. Ты фыркнула, складывая ноги в позе лотоса и руки на груди. Висеть под потолком вот так было даже удобно, но ты ждала, что в любой момент Чуя опустит тебя задницей в пол. — Только на одном условии. Накахара вскинул брови — вот же наглая девчонка! Прибить бы, да скучно станет. — Не тебе их ставить, я твой босс. — Да будь ты человеком, Чуя! Я не ела ничего с самого утра, так что с тебя ужин. Ты должен заботиться о своих подчинённых. Накахара тяжело вздохнул и молча пошёл в сторону двери, параллельно махая рукой, как бы говоря «Что угодно, лишь бы ты не бесила меня». Ты с удивлением отметила, что он не опустил тебя на пол, а тащит за собой гравитацией. — Ах да, и бокал того самого вина, которое ты от всех прячешь. — Ты нарываешься.