Неудачный выбор

      Если бы её лаковые лодочки на идеальной шпильке были бы куплены в сетевом магазине недорогой обуви, то прямо сейчас каблук бы отлетел не выдержав натиска носительницы. Эрика будто бы пыталась оставить след в старых бетонных ступенях школы.       Она едва заметно улыбалась, держала спину ровно и куталась в огромный ворот кашемирового платья. Даже завистливые женщины из учительской не смогли удержаться и одарили комплементами ее платье. Винного оттенка, длинной до щиколотки. Да-да, комплименты были лишь платью, а не ей. Эрика давно заметила такие фразы: «Какое у вас платье!», «Какое потрясающие платьюшко!», «Где купили такое?». Ни слова о том, что это платье идеально сидит на ней, будто его можно купить вместе с 46 размером фигуры. Но Эрику это не опечалило, в руке она цепко держала папку с бумагами и до кабинета директора оставалось не так много шагов. Эрика остановилась лишь в приемной, когда секретарь ей сказала, что сейчас занято. Тогда Эрика села на диван. Типичный офисный диван из Икеи. Черный и кожаный. Учительница положила папку на подлокотник, проводя по папке пощупала внутри ли флешка. И осталась ждать. Негромкие голоса раздавались в кабинете директрисы. Волнения не было, Эрика уже хотела было пошутить что его она пропила в выходные, а потом остатки этого волнения Дэн хорошенько вытрахал, но устраивать stand up из своей жизни было не перед кем.       Оставалось ждать, когда у Лизаветы Сергеевны найдется для нее время.

***

Девушка смотрела, как этот неприятный, но еще молодой мужчина глядел в зад своей секретарши. Или она была специалистом по кадрам? «В зад» — это была именно четкая формулировка. У мужчины были явные необузданные желания трахать все на своем пути. Интересно ее он так же обсмотрит? Или она не в его вкусе? Недостаточно пышная? Слишком плоская в виду возраста? Как с ним начать разговор? Или еще понаблюдать… Хотя сколько уже за ним ходить и подсматривать! И так все ясно! — Виктор Дмитриевич, к Вам можно? — Проходите, — он тут же отвел глаза от удаляющейся дамы, — По какому вопросу? — Здравствуйте, — девушка плотно прикрыла за собой дверь, стараясь разговаривать уверенно, но тихо. — Я к вам по деликатному вопросу, мы можем говорить тут? Или может вы напоите меня…. Вкусным латте через дорогу? — Деликатный вопрос какого характера? — Ваш сын… — девушка увидела как слово «сын» сделало из собеседника оголившейся провод. — Я подойду через минут десять, давайте встретимся в кофейне. Девушка издергалась, она сидела у столика поодаль от входа и окон и нервничала. Вдруг не вышло? Вдруг он не повелся на это «ваш сын», не все же готовы рвать за своих детей? Десять минут превратились сначала в пятнадцать минут, а затем и в двадцать, заставив девушку разочароваться в себе. Когда раскрасневшийся Виктор Дмитриевич зашел в кофейню, она облегченно выдохнула, сделав вид, что рассержена долгим ожиданием. Он лишь нашел ее взглядом, кивнул и подошел к стойке заказать кофе. Еще минут семь ожидания. Она рассматривала его и в какой-то момент даже подумала что он достаточно привлекателен, не красавец, но харизма есть, есть обаяние и тело его вполне держит форму. Если бы не крупная родинка на лице он был бы даже весьма симпатичным. Но дело не во внешности….Просто она собирается его руками провернуть крутую месть. Виктор подходит, садится с двумя средними стаканчиками кофе, один протягивает собеседнице. — Что мой сын? Тебе нужны деньги на решение проблемы? — он выразительно смотрит на ее плоский живот. — Или организовать клинику? Девушка хочет засмеяться, поняв, что представил себе этот мужик. Только не смеяться. — Я совсем не по этому вопросу, я хотела обсудить обучение вашего сына. — А что с ним не так? — Вы знали, что на уроке обществознания старшеклассникам и вашему сыну в том числе показывали кадры разбора убийств, изнасилований, избиений? — Думаю это все в рамках школьной программы, этим же идиотам надо показывать жизнь, а не кормить с ложки до совершеннолетия, — мужчина обескуражен, кривится, отхлебывает кофе и морщиться. Девушка понимает что у нее буквально секунды чтобы захватить его внимание.       Эрика дождалась, когда из кабинета директрисы вышел посетитель — не застрявший физик или чья-то истеричная мамаша как она думала, а какой-то незнакомый мужчина. Он был в костюме, Эрика подумала что ее б подруга Леся сразу бы сказала, что костюм сшит на заказ, но и это не превращает его в мужчину с обложки, но Леси не было, а Эрика была тут и сверлила отчего то этого типа глазами. От начищенных ботинок (явно прошел лишь пару метров от машины до крыльца), до родинки на лице, которая выглядела отвратно. Эрика вовремя переключила внимание на директрису. — А это Эрика Вячеславовна как раз, — тон совершенно несвойственный этой женщине застал молодую учительницу врасплох. — Добрый день, — мужчина буквально как удав на мышь посмотрел на Эрику, что та видевшая много взглядов, предпочла нарушить ритуалы приемов в кабинете у Лизаветы. — Лизавета Сергеевна, я к вам… Директриса кинула слишком эмоциональный взгляд на учительницу, затем на своего гостя. — Не смею занимать ваше время, у вас и так много хлопот. Подумайте над моим предложением. — До свидания, Виктор Дмитриевич. Эрика, наконец, заходит к ней в кабинет, прежняя отвага вернулась. Она бахает папку на стол, упирается одной рукой в край столешницы и на одном дыхании предлагает: — Лизавета Сергеевна, я знаю что делать. Здесь все материалы по моему уроку, я немного переделала и я хочу выступать с этим открытым уроком на городском конкурсе. В папке так же план урока, на флешке можете посмотреть…. — Эрика Вячеславовна, я не готова сегодня с тобой об этом говорить, — женщина смотрит в упор. — Давай не сегодня, — она отодвигает папку к краю стола, обратно к учитеьнице. — Хорошо, я приду завтра в это же время.       Девушка выходит из кабинета, понимая что это точно война по всем фронтам. Ей ничего в этой борьбе не удастся легко. Ну так еще бы! На кону ее жизнь, профессиональная уж точно. Значит она придет сюда завтра, а потом и после завтра, а если и через месяц ее не примут, то напишет заявление об увольнении и пойдет в другую школу, пусть даже придется вести эту историю с вечными датами. Но зато там уж точно она продавит директрису, а уж когда она победит на конкурсе открытых уроков, то Лизавета уж точно пожалеет, что не приняла ее… — Эрика Станиславовна? — Вячеславовна, — машинально поправила учительница, выныривая из мыслей о такой далекой победе. — Знаете, я тут совершенно заблудился в этой вашей школе. Не проводите? — тот мужчина, что выходил от директрисы. Что ж, ей и так по пути… — Пойдемте, — кивнула Эрика, почувствовав как ладонь начинает сводить судорогой. Точно! Она до сих пор остервенело сжимает папку. — Сколько лет вы уже в школе? — Достаточно давно, чтобы знать, как выйти из школы из любого кабинета, — не упустила момент подколоть. — Значит уже несколько лет, а вам нравится? — Система образования не идеальна, и честно сказать отстает от современности, но это не моя сфера надзора. — Нет, я не про это, а про то что в коллективе одни дамы бальзаковского возраста, запойные трудовики и грымзы-вахтерши. — У нас охранники уже, а трудовик не пьет. Средний возраст по нашей школе кстати составляет 36 лет, — парирует Эрика. Диалог начинает ее веселить. — Я смотрю, вы очень любите свою работу, — с удовольствием замечает мужчина. — Очень. — еще хотелось откровенно добавить, что настолько любит работу, что собирается бодаться с одним мудаком из администрации. Но это не те слова что хочет слышать этот мужчина. — Приятно видеть таких педагогов в школе, где учится твой сын. Вот моя визитка, если что-то понадобится звоните, — они уже доходят почти до выхода и мужчина протягивает ей визитку и спешит на выход.       Эрика читает шепотом текст, ее озаряет кто это, кто его сын и что он делал в кабинете директрисы, но уже поздно.       Она только что говорила с тем самым мудаком.