Пудинг как универсальная валюта

      Опаздывать Гермиона крайне не любила. Но работа в Аврорате не оставляла ей никакого другого выбора. Вечные планерки, требования и абсолютно безжалостный документооборот сжирали все ее время настолько сильно, что в конце рабочего дня она аппарировала прямиком в кровать. Где ждал ее муж, Рон Уизли, тоже не любивший опоздания. Гораздо больше любил он юных шармбатонских девиц. Например, Габриэль, подросшую сестрицу Флер, за которой и приударил в вечное отсутствие Гермионы дома. Так что теперь мисс Грейнджер было совершенно некуда торопиться.       Именно благодаря этому сегодня Гермиона могла не спеша прогуляться от Министерства до Косого переулка. Ей нужно было заглянуть во «Флориш и Блоттс» за парой новых книг, дабы скрасить ими образовавшийся досуг. Новый вариант времяпрепровождения нравился ей несравнимо больше компании мистера Уизли. С тех пор как они подписали документы на развод, надо заметить, что дни ее стали куда лучше.       Октябрьский вечер был типично отвратительно лондонским. С промозглым ветром, швырявшим в лицо холодную взвесь тумана. Скользкой от беспрестанного дождя мокрой брусчаткой под ногами. Впрочем, сапоги она зачаровала от скольжения только сегодня утром и теперь шла абсолютно спокойно, наслаждаясь устойчивостью. Да и ветер мешал ей не столь сильно. В конце концов, всегда можно наложить Согревающие чары или аппарировать в «Дырявый котел», чтобы не мучиться.       Однако сегодня ей хотелось почувствовать на себе шквал непогоды, и она шла, сильнее запахнув полы длинной мантии, против ледяного потока ветра, трепавшего ее короткие волосы. Зайдя в Косой переулок, она тут же столкнулась с несколькими коллегами. Мисс Грейнджер сдержанно кивнула им и ускорила шаг. Говорить ни с кем не хотелось. Они бы начали на нее смотреть — так. А она не выносила этого.       Неужели можно считать несчастным человека, который избавился от Рональда Уизли? Гермиона усмехнулась. Нет, эти идиоты явно ничего не знают о жизни. А рассказывать им правду она не собирается.       В разношерстной толпе впереди она углядела мелькнувшие в желтом фонарном свете огненные волосы. Несколько рыжих людей шли чуть впереди, опережая ее шагов на двадцать. О нет! Никого из Семейства видеть она тоже не хотела. По крайней мере, сейчас. Наверняка они направлялись либо во «Флориш», либо к «Фортескью». Значит, они будут держать курс прямо. Единственный путь для нее остаться незамеченной — это обогнать их по переулкам, примыкающим к Косому. Она была в самом начале переулка, там, где он начинал ветвиться, уходя в разные стороны города, прошивая его насквозь. Пока Гермиона прикидывала, как ей лучше всего избежать одной встречи, то уже наметилась другая. Во встречном потоке двигался Невилл Лонгботтом под ручку с Полумной. Сейчас они крикнут приветствие, тройка рыжих обернется, а потом они все потянут ее в «Котел» и будут жалеть всей большой гриффиндорской семьей… Гермиону передернуло от отвращения.       Быстро осмотревшись, она приняла решение свернуть в ближайший проулок. Она не так хорошо знала эту часть магического квартала, но перспектива провести следующие несколько часов в компании ее не прельщала. Да и потом, спустя восемь лет после Войны, здесь было куда спокойнее. Даже в том же Лютном.       Проулок затесался между пышными домами, выходящими фасадами на Косой, но чем дальше она пробиралась, тем меньше и неказистее он становился. Попадались и совсем лачуги, и заброшенные дома. Но волшебники, периодически попадавшиеся ей, выглядели обычными, не такими уж маргинальными. Она бодро шла несколько минут без остановки, пока не очутилась на крошечной площади. Вокруг фонтана сгрудились лавки, каждая из них своей вывеской старалась перекричать соседку. Две из них были книжными. Гермиона прикинула, а так ли ей надо непременно во «Флориш»? Может быть, она сможет найти что-то по душе и здесь? Она оглядела вывески. Желтая, очевидно недавно обновленная — «Старо предание». Вторая была изрядно потрепана лондонскими ветрами, так что название стерлось.       Пожав плечами, Гермиона отправилась в «Старо предание», хотя бы потому что оно ей больше понравилось внешне. Внутри лавки не было ничего необычного. Деревянные полки от пола до потолка, заваленные сотнями корешков разной степени свежести. Конечно, это не безукоризненно вылизанный «Флориш», но и здесь она могла найти, чем поживиться. На первый взгляд. Герми кивнула продавцу, тот ее узнал и рассыпался в любезностях, предлагая книжные новинки магической Британии со специальной скидкой для Героини Войны. Скидкой она, так и быть, воспользуется, если все-таки ей дадут выбрать хоть что-то без навязчивых услуг. Наверное, настроение это просочилось на ее лицо, ибо продавец немного обуздал свои порывы и уткнулся в пересчет средств в сейфе.       Гермиона двинулась вглубь магазинчика, пройдя зал с художественной литературой, в основном повествующей о бесконечной магической любви. Она усмехнулась про себя, разумно решив, что после развода такие книжки читать не стоит, розовые окуляры уже безвозвратно разбиты об реальность. А приторные завывания о романтических посиделках под луной только заставят ее чувствовать себя ущербной.       В последнее время ей стали интересны зелья. Видимо, прошло стойкое отвращение к предмету, которое ей с самого первого курса привил Северус Снейп. Ныне покойный. Если бы не чертова Война, то она бы с удовольствием продолжала ходить на уроки Слагхорна, ей нравилась его манера преподавания. Да по сравнению со Снейпом даже пресловутый Локонс был счастливым воспоминанием!       Занятая невеселыми размышлениями, Герми пробежала пальцем по корешкам книг на полках. «Яды, за которые вас не посадят». Неплохо, мстительно улыбнулась она, думая о бывшем. Нет, это все глупости, конечно, она не желала ему смерти. Слишком хорошо знала цену этой жизни. «Аналоги Феликс Фелицис», «Десять рецептов оборотки». Хм, специфичная подборочка, ничего не скажешь. Что это за магазин такой? Сказалось близкое соседство с Лютным, что ли? Надо сказать об этом Гарри. Наверняка, не все эти книги были одобрены Министерством к продаже. Это может быть попросту опасно!       Гермиона нахмурилась, взяв очередную книгу в руки. На обложке улыбался разверстыми жвалами акромантул, держащий в лапках пробирки. Название гласило — «Имитация животных ядов». Она прислонилась к книжной полке, углубляясь в чтение. Автор предлагал несколько вариантов зелий, которые дают эффект, максимально схожий с укусами и ранениями, полученными от магических животных, и очень непрозрачно намекал на то, что эти знания можно использовать превратно. Акромантул, мантикора, гриндилоу — оглавление перебирало многих волшебных тварей. Книга была крайне подозрительной! Но и… занятной. Как автор умудрился подобрать эффекты так точно?! Ей даже захотелось попробовать сделать зелье, имитирующее укус кэльпи. Потом она, конечно, сообщит куда следует, но вдруг это все просто обман.       — Подвинься, цыпа, — раздался откуда-то сверху хриплый мужской голос.       Ай! Кто-то не слишком любезно отодвинул ее за локоть из узкого прохода между стеллажами, который она невольно загородила, сильно зачитавшись. Она хотела было извиниться и уже выплыла из чтения, вскинув глаза на наглеца, что посмел так бесцеремонно ее трогать.       Вскинула и обомлела, узнавая. Длинные темные волосы, связанные в небрежный хвост. Волнистая красная прядь, выбившаяся из этой, прости Мерлин, прически. Грубое лицо, с очень острыми скулами и тяжелым подбородком. Черная куртка из кожи. Высокие ботинки с цепями. Весь он был изрядно потрепанный, какой-то взъерошенный, будто только что опять вышел из темной ночной чащи. Или со сцены маггловского рок-фестиваля.       Да и взгляд его не сильно изменился. Такой же ледяной и цепкий, он прошил ее насквозь. Равнодушный в начале, когда он мазнул по ней, как по досадному препятствию на своем пути, до мгновенно разгоревшегося пламенем в момент узнавания. Огонь этот не сулил ей ничего хорошего.       Чертов бывший егерь смерил ее похотливым взором, каким смотрел на нее во все роковые для них встречи. Ладно, лес, ладно, Малфой-мэнор, ладно, горящий Хогвартс. Но что этот делал в книжном, драккл его раздери, магазине?! Он не похож на человека, который любит провести вечер за книгой. Если быть до конца откровенной, она искренне полагала, что такая шпана, как он, даже и читать не должна уметь. Гермиона нахмурилась, мгновенно доставая палочку из ручных ножен и направляя на него. Егерь не растерялся, пытаясь обольстительно улыбнуться.       — Привет, красавица, — прохрипел он, разворачиваясь к ней корпусом. Вообще, он шел по делам, но пришлось притормозить. Хорошенькая грязнокровка из шайки Поттера прямо-таки остановила его своим негодующим взглядом, пригвоздив к полу.       Гермиона все еще молчала и только мрачно смотрела на Скабиора, ожидая, что он нападет на нее или опять начнет обнюхивать, как тогда в лесу. Она сглотнула комок в горле от не самого радужного воспоминания. Прошли годы, но она все еще хорошо помнила тот момент своей беспомощности, когда они угодили к егерям. И этого она тоже помнила очень хорошо. Да он чуть было не сожрал ее тогда!       Скабиор усмехнулся и глянул на нее так, будто напустил свору собак, которые облизывали ее с головы до пят своими влажными, грязными языками. Она вздернула подбородок.       — Что ты тут делаешь, егерь? — последнее слово она выплюнула с презрением, пальцы с усилием вцепились в книжку.       — Пришел за чтивом, — жутко оскалился он. — А что такое, детка? Твоими стараниями я теперь честный гражданин магической Британии.       Гермиона задохнулась от возмущения, услышав в его словах явный упрек. Ну да, ему удалось сбежать после Битвы, но потом он попался на каких-то грязных делах аврорату. Помимо всех остальных вопросов, у аврора Поттера к нему нашлись — надо же — личные счеты. Поэтому вместо года заключения в Азкабане егерь получил два с половиной. За то, что он со своей сворой притащил их на убой к Беллатрисе и Пожирателям Смерти. Гермиона с удовольствием дала показания против него, прямо на заседании потирая свой шрам «грязнокровка», моливший об отмщении.       — Научился в Азкабане, да? — бросила Грейнджер высокомерным голосом. Она уже совсем не та девочка из леса. Совсем не та. Она ответила на скользкий взгляд этого придурка холодным прямым взором сотрудника аврората. Скабиор выдержал его с глумливой усмешкой, облокотившись прямо на книжные полки, скрестив руки на груди. Девчонка отрастила зубки. Прелестно.       — Было много свободного времени, — вновь осклабился Скабиор совершенно по-волчьи, кивнув на книгу в ее руках, — решила завалить кого-то из своих рыцарей, малышка? Могу подсобить. За умеренную плату. Героине войны положена скидка, — от его такой наглой улыбки она внутренне напряглась. Было в его облике что-то очень порочное, хищно-выжидающее. Зря она ввязалась в этот разговор, но показывать ему свое смущение было губительно.       — А ты уже соскучился по дементорам? Так быстро? — мило улыбнувшись, спросила она, смело смотря в холодные глаза мужчины, и добавила с притворным удивлением, — мне казалось, воспитательный эффект Азкабана должен держаться несколько дольше.       Скабиор вновь оскалился, желваки подрагивали весьма угрожающе. Испытательный срок удерживал его от расправы, как ошейник с шипами держит злого пса. Хотя из ощеренной пасти уже капала тягучая слюна в предвкушении скорой крови. Он сглотнул, с силой прикусив нижнюю губу. Успокойся, старик, ты же не хочешь в Азк обратно. Он не хотел. Никогда не хотел. Поэтому егерь подобрался и уставился на нее пристально.       — Нет, малышка, я стал очень послушным, — начал он, чуть распаляясь, потому что она смотрела в ответ таким насмешливым взглядом, что нестерпимо хотелось стереть его с лица девчонки. Страх ей шел куда больше. — Но я считаю, что ты мне всерьез задолжала, — с непробиваемой наглостью закончил он фразу, с наслаждением наблюдая, как округляются глаза грязнокровки. Она вновь впилась ногтями в дерево палочки. Губки задрожали от злости.       — В смысле? — только и выдавила она низким от бешенства голосом.       Егерь непринужденным жестом потер затылок, продолжая смотреть на нее.       — Два с половиной года вместо одного, детка, это многовато.       — Ты сдал нас Малфоям и Лорду! — рявкнула Гермиона, не сдерживаясь более. Палочка уткнулась кончиком в кожу его куртки.       — Один день против двух с половиной лет. Тебе не кажется, милашка, что это немного несправедливый обменный курс страданий? — он угрожающе навис над ней, не обращая внимания на палочку, давившую на грудь.       Гермиона набрала побольше воздуха в легкие, смотря на него возмущенно. Приблизившись к девчонке, он вновь вдохнул тот запах, что однажды остановил его в лесу. Еще лучше! Маленькая грязнокровка стала взрослее и сочнее. Гермиона строго заглянула в светлые глаза егеря, он мог нависать над ней сколько угодно, но запугать ее было уже не так просто.       — А как тебе Круцио в исполнении мадам Лестрейндж с некоторой возможностью отправиться в Мунго с мозговой активностью личинки флоббер-червя? — опасно сузив глаза, выплюнула она.       Скабиор цокнул языком, задумчиво закатив глаза, как бы оценивая сказанное.       — Ну ладно, — он почти весело оскалился, глядя на нее сверху вниз и, как ей показалось, еще немного приблизив свое лицо. Пожалуй, что он вообще не изменился с их последней встречи, разве что черные тени под глазами залегли чуть глубже. — Пусть будет два года, так уж и быть. Два холодных сырых года в компании дементоров, — чеканил слова Скабиор.       Она молчала. Что ему было нужно?! Видимо, мысль так ясно отразилась на ее лице, что он хрипло рассмеялся. Гермиона с удивлением обнаружила, что смех этого говнюка странным образом резонировал с ее телом.       — Чем будешь крыть, Гермиона, м? — глумливо улыбаясь, протянул егерь.       — Я тебе ничего не должна, егерь, — холодно глядя на него, ответила Гермиона.       — Можешь угостить меня ужином, — каков нахал! Она обомлела внутренне от подобной наглости, усилием воли сдерживая челюсть от падения на пол. Егерь меж тем продолжил мягким голосом, — в качестве компенсации за доставленные моральные страдания, — улыбнулся так, что у нее почему-то на секунду перехватило дыхание.       Ужинать с бывшим егерем, против которого она давала показания, чтобы засадить в Азкабан на подольше. А почему бы и не да. Она смерила его ехидным взглядом:       — Продолжаешь продаваться, Скабиор?       Волшебница ожидала задеть его гордость, однако напрасно рассчитывала на наличие подобной характеристики в нем.       — Нет вариантов, красотка, — подмигнул он ей весело, ничуть не смутившись. Мужчина ждал ответ.       Гермиона посмотрела на книжку в своей руке и представила сегодняшний вечер. Она могла поваляться дома в одиночестве. Или на обратном пути не суметь сбежать от друзей. Или вот пойти ужинать с… егерем. В этот момент не иначе, как дьявол приземлился на ее плечо, она склонила голову вбок, подставляя ухо под его речи. Гермиона опустила глаза, прикидывая. Она давно никуда не выбиралась после развода. Одна. Туда, где ее бы никто не жалел и не причитал, что все будет хорошо. Грейнджер твердо знала, что вот уж кто-кто — а Скабиор — жалеть ее точно не намерен. Он однажды это доказал.       — Покажешь, где здесь самый маргинальный кабак? — она стрельнула в него острым взглядом.       —Только по таким и хожу, — довольно оскалился егерь, мысленно докинув своему факультету баллов. Плюс пятнадцать баллов Охреневшим!       Гермиона покачала головой, не веря в то, что она подобное творит. Ладно, надо еще книжку оплатить. Ничего ему не говоря, она прошла на кассу, положила сборник ядов на прилавок. Продавец вновь залебезил:       — Спасибо, миссис Грейнджер, не думал, что вы к нам пожалуете, но по случаю готов уступить вам эту книгу всего за шесть сиклей.       Гермиона отсчитала положенную сумму и протянула продавцу, сдержанно поблагодарив. К ее удивлению, егерь стоял следующим в очереди на кассу, тоже положив какую-то книжонку обложкой вниз.       — Двадцать сиклей, — мрачно сказал продавец, исподлобья глядя на Скабиора.       Тот улыбнулся любезно, достав из кошеля монеты. Гермиона смерила его насмешливым взглядом. Они вышли за дверь лавки.       — А за ужин ты заплатить не в состоянии, значит? — ядовито поддела его Грейнджер.       — Милая, это ты так хорошо на меня влияешь. Вообще, я сегодня выбирал между книжонкой и едой, но раз ты решила меня облагодетельствовать, то пришлось ее не красть, а купить, — расплылся в довольнейшем оскале егерь, — я ж честный человек.       Гермиона прыснула против воли. Примерно таким она и помнила этого жуткого, странного пройдоху. Она покачала головой, в который раз находя в себе силы удивиться его наглости.       — Дозволишь аппарировать? — галантно он подал ей руку.       — Нет, извини, в прошлый раз ты меня доставил прямиком в Малфой-мэнор, — холодно бросила она, искоса глядя на поникшего мужчину. — Предпочту прогуляться. Ты же наверняка знаешь, как пройти туда, не выходя на Косой?       — Всего лишь за десерт готов провести тебе экскурсию по самым отдаленным проулкам, — лучезарно улыбнулся Скабиор. Гермиона попыталась представить себе, как он заказывает вафли или мороженое, но не смогла. Это было чем-то за гранью.       — Десерт в твоем понимании это еще один бокал виски? — исполненная едкого сарказма фраза таки попала в цель.       — Я вор, егерь и сидевший, — Скабиор поморщился болезненно, однако смог удержать лицо. — Но не алкаш, детка.       — Хорошо, веди, — Грейнджер с удивлением обнаружила в своей душе залежи застарелой, подавленной злости, которая клокотала внутри, желая найти выход. Ни с кем из знакомых она не могла себе позволить говорить в подобном ключе, а вот плеваться ядом в егеря оказалось весьма приятно. Пожалуй, даже производило положительный терапевтический эффект. — Не могу представить тебя с вазочкой мороженого, извини.       Они свернули в какой-то темный проулок, Скабиор шел на шаг впереди из-за того, что расстояние между домами не давало разойтись двоим. Гермиона изучала широкую спину, затянутую в черную потрепанную кожу. Ну и походочка, подумала она. Его неторопливую, ленивую, но не лишенную некоторой грации, поступь идеально описывало всего одно слово — развязная. Да, еще чертов егерь ощутимо вилял задницей. В узких темных брюках. Герми поспешно вскинула глаза обратно. С чего ей вообще пришло в голову его рассматривать.       — Ну, почему, я люблю шоколадный пудинг, — словно почувствовав ее заинтересованный взгляд, егерь обернулся к ней. — Как ты можешь понять, очень соскучился по нему за время заключения.       — Ты уже давно вышел, мог бы наесться до отвала, — буркнула она в ответ.       — Если бы его раздавали бесплатно, то да. А так пришлось бы украсть, — Скабиор усмехнулся. — Вернуться в Азк из-за пудинга, на мой взгляд, крайне глупо.       — Хреновая причина, учитывая все твои прошлые дела: егерство, поддержка Волди, мошенничество и — кража пудинга, — хмыкнула она ехидно. Они шли дальше, пробираясь сквозь узкие кишки дальней части магического квартала. Гермиона никогда здесь не была. На всякий случай она держала палочку в ладони. Вдруг егерь просто блефовал, пытаясь заманить ее в ловушку. Ей слабо верилось в то, что простой ужин может его удовлетворить. — Где мы?       — Местные зовут это Клоакой, — прыснул Скабиор. — Говорят, все магическое дерьмо лезет отсюда, — Герми вскинула брови с отвращением. — А идем в конец Лютного, минуя Косой, как ты и просила. Почему, кстати? — спросил мужчина с интересом.       На несколько секунд она задумалась над ответом, а потом решила ответить честно, ему-то что за беда, почему она хочет ото всех сбежать. Раз она согласилась пойти с этим в какие-то чертовы клоаки, отрицать ее нелюдимость — бесполезно. Скабиор вроде не был дураком.       — Надоели все, — пожала плечами, хотя понимала, что жест он не увидит.       Егерь издал какой-то непонятный звук типа сдавленного смешка.       — Приятно знать, что моя скромная компания тебе милее, — снова развернувшись к ней, с веселой ухмылкой произнес он, продолжая идти вперед. — А где рыжик?       — Мы развелись, — стараясь звучать равнодушно, бросила она.       — Значит, мы сегодня отмечаем? — залихватски подмигнул егерь. Вновь сраженная его наглостью наповал, волшебница не смогла сдержать легкую улыбку. Как так вышло, что из всех людей в Британии ее понял только он? — Или ты страдаешь? — с сомнением изогнул брови Скабиор, хитро глядя на нее.       — Не страдаю, — покачала головой Гермиона.       — И правильно. Я тебе еще в лесу говорил, что он тебе не пара, — назидательно произнес чертов егерь, задрав нос сверх меры.       Они шли дальше, мимо какого-то открытого двора. Свет Люмоса из палочки егеря ярко осветил мрачный двор. Гермиона хотела было сказать, что ему-то уж точно виднее, но увидела людей, лежавших на грязном земляном полу дворика. Выглядели они все странно. Одетые в обноски, темные фигуры смотрели на проходящих страшно круглыми, белесыми глазами, поблескивающими в темноте. И этот запах, Мерлин! Воздух был наполнен чем-то отвратительно кислым.       — Чем так воняет? — прошипела она, закрыв нос рукой. Скабиор остановился и огляделся, достав волшебную палочку. Фигуры начали сползаться в их сторону. Гермиона тоже перехватила палочку крепче, мгновенно готовясь к бою. Одна из фигур почти ползком бросилась к ним, растопырив костлявые пальцы.       — Ступефай! — воскликнула Гермиона, отбрасывая нападающего. Раздался недовольный галдеж. Фигуры сползались, прижимая их к стене ветхого домишки. Гермиона в ужасе смотрела на искаженные лица… людей? Они открывали рты так медленно, будто их лицевые мышцы сводило каждую секунду! Глаза, подернутые белой пеленой, таращились на них. Люди тянули свои руки странными ломаными движениями.       — Мы не вовремя! — он схватил ее за плечо. Гермиона хотела вырваться, но мужчина больно сжал предплечье и буркнул. — Надо валить, не дергайся.       Вихрь аппарации закружил их.       Гермиона приготовилась к худшему, ожидая, что егерь мог ее подставить. Они очутились в очередном темном переулке, но вокруг никого не было. Она вздрогнула, ощутив его горячие руки на своем теле, и встряхнула корпусом, скидывая их. Гермиона принялась вдыхать чистый воздух, чтобы убрать из носа и языка отвратительную вонь.       — Что это было? — с отвращением спросила она.       — Обитатели Клоаки, — скривившись, ответил егерь, — они там жгут какие-то зелья и кайфуют.       — А почему на нас набросились тогда?       — Может, Люмос им помешал. Обычно они этим занимаются ночью, но сегодня что-то раньше начали. Я в это время спокойно ходил там всегда.       — Они опасны?       — Хочешь, вернемся и проверим? — поддел он ее.       Гермиона тяжело вобрала в себя воздух, наслаждаясь его относительной свежестью.       — Нет, спасибо. Однако Министерству все же следует знать, что там творится, — строго сказала волшебница, требовательно глядя на него.       — Ты хотела посмотреть закоулки, — егерь скептично дернул плечами. — Вот они так выглядят. Мы, кстати, пришли. «Мертвый гуль» к вашим услугам, — Скабиор сделал широкий приглашающий жест рукой, — самый поганый кабак в Лондоне.       — А там хоть кормят прилично? — с надеждой спросила Гермиона. Ей не хотелось провести следующие три дня на укрепляющих зельях.       — Нормально, — усмехнулся мужчина, придирчиво ее оглядывая. Гермиона уставилась на него в ответ с непониманием. — Только тебе бы личико прикрыть. Ты ж Грейнджер все-таки. Хоть и без фирменных кудрях.       Он снял с себя черный шарф, трансфигурировал в широкополую шляпу и нахлобучил на недоумевающую волшебницу. Поля полностью перекрыли ее лицо.       — Вот, так лучше, — довольный егерь, повернулся к ней спиной и пошел ко входу в двухэтажное кирпичное здание. Он открыл дверь, из которой тут же полетел гомон десятков голосов, и нетерпеливо на нее уставился. Грейнджер закатила глаза, проходя вовнутрь.       Да, это явно не «Три метлы». Внутри было душно, пахло перегаром и потом. А уж количество народа, сидевшего на скамьях за длинными столами, ее и вовсе поразило. Первый этаж был забит полностью.       Когда Скабиор зашел внутрь, десятки глаз обратились на него. Гермиона прямо-таки почувствовала всеобщую радость на лицах. Несколько людей испустили пьяный визг «Скабс!».       — Ой, Клетчатый, ты это с кем? — обратился к нему еле сидевший ровно мужчина, он изо всех сил пытался сфокусироваться на Гермионе, но из раза в раз терпел крах.       — Подружка моя, — усмехнулся Скаб, плечом закрывая Гермиону от заинтересованных взглядов.       — Что за милашка, — причмокнул губами другой пьяница. Гермиона нахмурилась. Ладно, сама просила самый маргинальный. Вдруг она почувствовала, что егерь схватил ее за руку и настойчиво потащил. Она хотела упереться, но потом подумала, что, наверное, ему лучше знать, как вести себя в таких местах. Волшебница послушно пошла с ним к лестнице, ведущей наверх.