Богатые тоже платят

Шёл декабрь. Антон тайно виделся с Айлин несколько раз, и с каждым разом ему все труднее давалось расставание. Мозг же Каримовой был совершенно затуманен. Она машинально ходила на учебу, была такой же приветливой и милой дома и с людьми, но все ее мысли были только об Антоне. Она смотрела все матчи Локо и сборной, они непрерывно переписывались, все ближе и ближе подходя к черте, перейдя которую обратного пути не будет. Эта мысль страшила Айлин и в то же время приносила такую сладостную негу. Ей казалось, что это будет самым особенным моментом в ее жизни-ведь в своих девичьих мечтах она никогда ещё не уходила дальше алтаря и того, что следует за этим. Ей представлялось это волшебством, чудом. Но на самом деле чудом было то, что кто-то наверху решив все за них, послал им эту любовь, это счастье, которые могло согревать их всю жизнь, только бы они смогли все преодолеть и быть вместе. Она решила дать себе возможность спокойно сдать свою первую сессию и отпроситься у родителей встретить Новый Год в компании одногруппников и друзей. Всем уже было по восемнадцать и они встречались и отмечали все праздники вместе. Несколько раз Айлин заскакивала ненадолго к ним на вечеринки, а один раз даже ездила в ночной клуб на всю ночь - правда, со стороны барной стойки на неё непрерывно смотрело две пары абсолютно одинаковых голубых глаз, так и норовящих увезти ее поскорее домой и не строить из себя цепных псов, угождая родителям. Но так как они сами помогли ей заварить кое-какую кашу, они были готовы расхлебывать ее вместе с ней. Она глянула на свой Патек Филипп (в этом году подарочки из мешка деда мороза начали сыпаться чуть раньше: ‘Братики, ну зачеееем? Мне бы и Ролекса хватило’ - ‘Систер, Ролекс уже зашквар’) - 9:05 и она уже опаздывает. -Черт, экзамен уже идёт,- ругнулась она вслух, проклиная дорожную пробку, в которой опять стояла. Сегодня она должна была благополучно разделаться с сессией и вместе с братьями проводить родителей, улетающих в отпуск. Отпроситься у родителей остаться в Москве стоило ей нереальных усилий и закрытой на одни пятёрки сессии. И если мать понимала, что Айлин уже взрослая и ей банально неинтересно ехать с родителями (братья уже давно отдыхали самостоятельно и очень редко присоединялись к ним), то отец согласился с трудом: ему все еще казалось, что его дочка - маленькая девочка, бесконечно нуждающаяся в заботе и опеке. Весь домашний персонал божился и клялся, что присмотрят за ней и он нехотя дал добро. Прилететь они должны были в канун Нового Года и у Айлин было целых пять дней счастья в объятиях Миранчука. -Пойдём,- сказал он ей и повёл впереди себя, закрыв ей глаза руками. Когда он убрал наконец руки, она увидела перед собой новенький глянцевый GT. Она запрыгала на месте и захлопала в ладоши, как маленькая, недоумевая где Антон мог разнюхать, что она любительница погонять. -Боже, он красавец, спасибо! - и она кинулась ему на шею, украдкой разглядывая свой новый Мерседес. -До лета ещё далековато, конечно, но он тебе пригодится, как потеплеет, - улыбался Антон и прижимал ее к себе. -Можно я тоже что-нибудь тебе подарю? - сказала она, не зная как начать этот разговор. -То, что ты находишь на меня время, уже самый большой подарок,- ответил он, - но я подумаю, - и в его глазах заплясали чёртики. Антон Миранчук обладал редким, восхитительным темпераментом. Когда он зажигался, полыхало все вокруг, стоило лишь его глазам заискриться интересом. Один его только вид приводил Айлин в замешательство. И после того первого снегопада, когда она коснулась его губ, она не могла ни о чем думать больше, как только ощутить всем своим существом силу его тела, жар его темперамента. Она отправила фото подарка Булату со словами ‘Давай его спрячем до лета, а потом сделаем вид, что это вы мне подарили, ну пожаааалуйста!!!!’ Ответом было ‘Пффф, мне дешевле выйдет тебя убить’ Айлин улыбается и пишет ‘Спасибо, обожаю тебя!’ -Боже, как давно я не пила эту дрянь,- сказала она и взялась за бутылку с колой,- я прям ща даже кайфану с этого! -Как мало человеку для счастья надо на самом деле,- улыбнулся Антон -Мммм,- отхлебнула она прямо из горлышка. -То ли дело трюфеля омарами закусывать, да?- он смотрел на неё, любя. -Неужели вы реально пьёте это? Это же бьет по здоровью, которым вы зарабатываете себе на жизнь! -Твои братья, наверняка, тоже делают это. -Я не могу знать наверняка, они очень давно с нами не живут, но я никогда не видела чтобы они делали это. -А как же алкоголь? -Мы, признаться, не особо разбираемся в этом, поэтому почти не пьём. -И свинину не едите, ясно,- снова улыбнулся Антон. -Ну, кстати, свинину могу и поесть, если хорошо приготовлена. Вообще, я люблю мясо,- и она неловко прикрыла рот, будто ляпнула что-то ужасное,- возможно, если бы мы держали коров и овец, я бы и их не ела, ну вот конину не могу, я судя по всему какая-то неправильная башкирка,- она покатилась со смеху. -Иди сюда, моя башкирка,- он притянул ее к себе и прижался губами к ее губам,- ммм, какая ты сладкая а! -А ты надеялся, что я окажусь горькой и тебе больше не придётся терпеть мои капризы?- усмехнулась она. -Я вообще ни на что не надеялся, если честно, Айлин... Кстати, почему тебя так назвали? -Так получилось, что мама родила меня в Дюссельдорфе. Это случилось чуть раньше времени, роды принимала врач-турчанка Айлин Догун. Роды были тяжелые, она буквально спасла маме жизнь, папа назвал меня в честь неё. -А близнецов помогли родить братья из Улан-Батора?- подавился смешком Антон. -Ахахах, нет! Их вроде дедушка Хаят назвал, он тогда ещё жив был. Он, кстати, тоже близнец, его брат погиб, когда им было по четырнадцать лет - несчастный случай. Тимур и Булат - парные имена, означают ‘железный’ и ‘стальной’. -Айронмэн и Супермэн, значит... Прям Вселенная Марвэл какая-то хахах... Мой дедушка тоже близнец и бабушка из двойни. -В самом деле? -Дэээ... Так что нам с тобой не светит близнецов родить... -Ты думаешь, у нас могут быть общие дети??? -Ну я так... В смысле... Я имел ввиду,- Антон умолк на время,- на самом деле, я бы очень хотел, чтобы мои дети были от тебя. -Такого мне ещё никто не говорил,- она закрыла пылающее лицо руками. Антон прижал ее к себе. ‘Всё бы могло быть охрененно, просто лучше некуда,- думал он,- если бы.. Если бы она была простой девчонкой... А всё чёртово бабло! Чертово баблище! От него одни несчастья.... Если бы не оно, всё было бы иначе...’