Долгоиграющий эксперимент

      — Крылья? — переспросил Азирафаэль, и между его бровей появилась небольшая складочка. — Но что если нас здесь увидят?       — Тебя только сейчас это побеспокоило? — раздражённо бросил Кроли, заставляя его сесть. — Скажем, что ты плод порочной любви Зевса и гуся. Показывай давай.       Ангел надулся, но широко расправил большие, слегка запущенные крылья. Кроли сразу зарылся в них обеими руками, перебирая каждое пёрышко в поисках не чёрных, но хотя бы посеревших. Все белые, даже самый свежий пух. Паника постепенно отступала, сменяясь невероятным облегчением. Стало легче дышать, а пропускать мягкие перья сквозь пальцы оказалось невероятно приятным занятием.       — Ты объяснишь своё поведение? Что-то случилось, или это у тебя обряд какой-то? — Азирафаэль недовольно повёл крылом и положил руку демону на колено. — Кроли?       А у Кроли тем временем в голове радостно звенело только одно: "Не пал!". Он еле нашёл в себе силы, чтобы ответить:       — Слушай, я должен заранее тебе сказать: я не хотел всего этого.       Плечи Азирафаэля резко опали вниз, а лицо, хоть и недоумевающее, но счастливое, подёрнулось тенью печали.       — О, извини, — пробормотал он печальным голосом. — Наверное, мне не стоило... Но ты всё же так прекрасен... Извини.       Поток речи был прерван пальцами демона, которые легли на губы Азирафаэля.       — Я хотел тебя так долго, что ты, наверное, и представить себе не можешь, — протараторил Кроли, пока ангел не успел сказать что-нибудь ещё. — Проблема в моей работе. Ох, ты вправе будешь сделать со мной что угодно, но скажу ещё раз: я этого не хотел. Просто сорвался.       — Что не так с твоей работой?       — Мне дали задание: соблазнить тебя. Хастур надеялся, что ты падёшь от проявления похоти, а я надеялся, что ты уедешь в чёртов Кносс, и мне не доведётся это проверить. — Азирафаэль не выглядел разгневанным и даже хихикнул в кулак. — Эй, чего смешного-то?       — Не пал, как видишь.       — Да, и я очень этому рад. Хотя и не понимаю, почему так вышло. А ещё я не понимаю, почему ты не сердишься.       — Кроли, я создание любви, — пожав плечами, просто сказал Азирафаэль, будто это всё объясняло.       — Это не любовь. — Демон покачал головой. — Не может быть ей. Я не умею любить. Я умею только предаваться разврату и похоти и склонять к ним. И ты мне поддался.       — Как скажешь. — Пальцы ангела поглаживали чувствительный участок кожи возле колена Кроли, и тот ощущал необыкновенное умиротворение от этой скромной ласки. — Давай сойдёмся на том, что любить умею я. Я никогда ещё не следовал зову плоти, но, признаюсь, мне очень понравилось. Я бы хотел повторить.       Кроли опустил глаза, заметил, что живот всё ещё заляпан спермой, которая начала подсыхать, и сдул её чудом.       — Почистись лучше, ангел, песок прилипнет, будет неприятно, — посоветовал он и, как только Азирафаэль очистился, повелевающим тоном добавил: — Ляг.        Через несколько мгновений он устроился под боком у ангела, вжимаясь в его мягкое тело. Ни с одним из своих любовников он не задерживался дольше, чем требовалось, для того чтобы одеться, но в объятиях Азирафаэля хотелось поселиться навечно, оставляя короткие поцелуи на груди и плече и играя со светлыми кудряшками.       — Твой первый раз, да? — В ответ Кроли услышал угуканье. — Но ведь ты так наслаждаешься всеми человеческими выдумками: пищей, одеждами, литературой. Что тебя останавливало?       — Люди быстро увядают. Не хотел привязываться.       — Ну да, а я-то бессмертный, — с издёвкой протянул демон.       — К тебе я уже давно прикипел.       Кроли не смог найти достойный ответ. ***       Они лежали в тишине и спокойствии довольно долго — солнечные лучи уже покусывали кожу, как жаркие языки пламени.       — Ты правда опасался, что я паду? — тихо спросил ангел.       — Да, — ответил Кроли через некоторое время. — Ты важен мне как стратегический партнёр. Я бы не хотел лишиться тебя.       — И ты говоришь, что не можешь любить...       — Ещё раз говорю, это не любовь. Это... ммм... расположение. Ты приятный собеседник. А ещё я тебя вожделею, потому что ты привлекаешь моё тело физически.       — Как скажешь, — снова согласился Азирафаэль с той усталой, но нежной интонацией, с какой любящий родитель заканчивает спор со своим ребёнком, доказывающим, что он-то никогда не станет взрослым.       Ангел и демон снова лежали в уютном молчании. Кроли почти задремал от ласковых поглаживаний. Казалось, что бок лизали гладкие тёплые волны моря, накатывающие одна за одной.       — Блять, — разбило идиллию тихое шипение. — Проблема-то всё ещё на месте.       Кроли резко сел и посмотрел в глаза ангелу.       — Даже если я совру, что ты куда-то сбежал неискушённым и невинным, меня или кого-нибудь ещё могут послать на повторное искушение. И ещё, и снова — до достижения успеха. Хастур может быть очень настырным, когда захочет. — Кроли досадливо запустил пальцы в волосы. Весь вид Азирафаэля выражал сочувствие и готовность помочь, да только не было ни единой мысли о способе решения проблемы.       Наконец Кроли щёлкнул пальцами — придумал.       — Изгони меня! — воскликнул он. — Меня ещё никогда не изгоняли, но теоретически я знаю, что ангелы так могут.       — Теоретически и я знаю, — вздохнул Азирафаэль. — Ладно, одевайся, попробуем. ***       Изгнание вышло более эффективным, чем ожидал Кроли. Только почувствовав обжигающую волну энергии, исходящую от Азирафаэля, он сразу же больно шлёпнулся задом о холодный пол прямо в кабинете Хастура и следующую прорву времени провёл за написанием объяснительной прямо там же о том, как и по какой причине он провалил задание. О том, что хотя бы от одного греха смертные всё ещё смогут отвертеться, Кроли умолчал.       Несмотря на дискомфорт в ушибленной пятой точке, звон в ушах от криков Хастура, гнусные хихиканья из-за двери и неожиданную смену руководства на более властное и строгое, Кроли был счастлив уже хотя бы потому, что "пугающе могущественный воин небесный" будет оставлен в покое на некоторое время.