Две разные Свободы

Они не виделись больше месяца. И это был тяжелый месяц. Наверное, впервые за долгие годы они могут сказать, что скучали друг по другу. Когда вы всю свою жизнь вместе, трудно ощущать такое чувство, как тоска по человеку. Зачастую Анисимовы наоборот уставали друг от друга. Но пары дней отдыха за городом в компании друзей, где вы можете разойтись и пообщаться с другими людьми, хватало для разгрузки. Даже когда Максим уезжал в Москву, а Влад решил остаться с родителями не было так тяжело. Наверное, потому что они созванивались постоянно. Ну или потому что Влада хватило на 3 недели, и он тоже двинулся в столицу за братом. Полностью абстрагированы друг от друга братья не были никогда. Анисимовы не были одним целым. Даже в вузе они выбрали разные специальности, чтобы в будущем работать в разных заведениях и не быть конкурентами в одной сфере. И если Максим прогадал с профессией, отучившись на экономиста, то Владу повезло больше. Парень стал весьма успешным архитектором. Они часто жили отдельно. Личная жизнь разводила их по разным квартирам не раз, но они хотя бы раз в пару дней списывались, созванивались, встречались. Они были абсолютно самостоятельными личностями, но сейчас Макс ощутил острую нехватку этого человека. Улыбнувшись брату, Макс заключает его в крепкие объятия и треплет по свежевыкрашенным волосам. Ловит себя на мысли, что однажды уже была похожая история. Когда Максим решил отрастить волосы, Влад первое время смелся и шутил над ним. Но на долго его не хватило и уже через месяц Влад тоже начал отращивать длину. Вот и сейчас, спустя месяц после покраски Влад снова «косит под него». Хоть и вынуждено, но косит. Времени не так много, долгожданная встреча будет не такой продолжительной как хотелось бы. Но она определенно будет особенной. — Я скучал, — в один голос на выдохе произносят мужчины. Все-таки какая-то связь между близнецами есть. — Я смотрел реалити, но кратко расскажи, что вчера случилось. Лена мне очень бегло рассказала обо всем, но нужно чуть больше вводных, — сразу перейдя к делу, заговорил Влад. — Не вывожу я это реалити, что там рассказывать. Устал дико. Мне нужна неделя запоя, — лишь с усмешкой ответил Максим. В это время Влад протянул ему рюкзак, который Макс сразу же открыл. Черные джинсы и серая толстовка. И к чему тогда были строгие указания по выбору одежды? Подняв на брата озадаченный взгляд, второй сразу ответил: — Там внизу еще кепка и очки. Переодевайся, из офиса не могут выйти два одинаковых Анисимова почти в одно время. А об этом он вообще не подумал. Начав переодеваться Максим продолжил рассказ о внутренней кухне реалити. — Толочкин — конченный, особо с ним не контактируй. Я был на грани того, чтобы разбить ему ебало. Майер творит хуйню. Вроде в один момент адекватная, а в другой королева драмы. Вроде клеится к Сереге, но и ко мне иногда липнет. Ближе всех я общаюсь с Серегой и Крис. Но тут хуй знает, может не надо с ними особо контактировать. Боюсь, что они могут заподозрить что-то. Будь рядом с Джей Маром и Софи. Мы в хороших, но не близких отношениях. — Макс, я смотрел реалити, — с улыбкой останавливает его Влад, — можно подумать мы первый раз меняемся. Все будет нормально. — Я знаю, иначе бы не просил, — натягивая очки и кепку, ответил Максим, — если что Лена всегда рядом. Хотя особо не надейся на нее, нам запрещено общаться с персоналом. Веди себя так, как мы ведем себя обычно. Камеры обнажают человека. Все твои эмоции и чувства мгновенно начнут обсуждать. И сразу видно ложь и фальшь. — Что у вас с Крис? Мне играть любовь-морковь или вы правда «просто друзья»? — спросил Влад, наверное, самый интересующий его вопрос. Анисимовы всегда знали о личной жизни друг друга. Все началось лет в 14, когда у парней начались их первые отношения. В подростковом возрасте трудно было не кричать о своей влюбленности. Да и в этом возрасте кажется, что круто показывать свою взрослость. Даже брату-близнецу. С возрастом подростковая экспрессия ушла, но парни продолжали делиться рассказами об отношениях и бытовухе внутри них. Это переросло из мальчишеских разговоров во взрослые мужские рассказы. Они зачастую давали советы друг другу за кружкой пива баре или рюмкой коньяка дома. — Хуй знает вообще, спроси, что полегче, — натягивая капюшон, сказал Максим и ни капельки не соврал. Он действительно не знал, что он чувствует и к чему это все приведет. Пока он просто запихивал одежду в рюкзак, продолжая свою мысль, — в башне железобетонно мы просто друзья. Мы не в доме 2, не нужно там строить любовь. Я после проекта разберусь. — Ладно, мы затянули пиздец. Тебя уже потеряли. То есть меня. Нас короче. В рюкзаке деньги, ключи и телефон. Паспорт мой там же. Лучше пользуйся им, мало ли. Надеюсь, ты догадаешься не заходить в свои соц сети. Пароль от моих ты знаешь, но не пиши там всякую херь никому. В общем, разберешься сам. — Конечно, — лишь отвечает Максим и обнимает брата. Крепко прижимает к себе, но ненадолго. На несколько секунд. Дольше нельзя. Они рискуют спалиться с каждой секундой все больше. Поэтому ему остается лишь прошептать, — спасибо тебе. Ты как всегда меня спасаешь. — Семья — это всегда и навечно. Как решишь вернуться в финал — дай знать через Ленку. — Ты говоришь так, как будто я уже там. — А я в этом не сомневаюсь, — уверенно говорит Влад и направляется к двери, — потому что на этой неделе я выступлю просто великолепно. Максим не сомневался в том, что брат не подведет его. Он был уверен, что Влад хорошо покажет себя в реалити, и не менее хорошо споет. В детстве парни вместе занимались в вокальной студии. В городе было не так много секций, которые увлекали парней. Боевые искусства не привлекали Анисимовых от слова совсем, а с художественными направлениями отношения не заладились еще в школе. Братья по-доброму шутили, что они «художники от слова ХУДО». А вот вокальные данные в них разглядела мама. Длинные музыкальные пальцы определили их в музыкальную школу по классу фортепиано. Да и родителям было удобно водить близнецов в одно место, которое занимает много свободного времени. В то время Анисимовы быстро разлюбили пианино со всеми его сольфеджо, но в более взрослом возрасте часто играли в 4 руки. Хоть Влад и не посвятил жизнь музыке, он всегда был близок к группе и творчеству Макса. — Серая ауди слева от входа. Крис, наверное, уже заждалась, — Макс окликает брата, когда тот уже открывал замок двери, — И удачи тебе, Владик. — Спасибо, Максик. Дверь закрывается, Макс быстро подходит к двери, и вновь закрывает ее. Он один. В тишине. И буквально через 10 минут окажется на улице. Это ли не то, чего хотел Максим? Определенно, это оно. Тишина не давила, а наоборот расслабляла парня. Лишь звук открывающихся и закрывающихся в коридоре дверей заставлял парня вспомнить, что он все еще в офисе. По его расчетам Влад должен был уже сесть в машину и ехать в башню. Даже с учетом непредвиденной встречи с кем-либо в коридоре. Выждав пару минут, последний раз смотрится в зеркало, поправляет очки и выходит из туалета. Спускается вниз и, слава Богу, ни с кем не встречается. Даже на проходной вопросов не задают. Просто молча выходит из здания и на секунду останавливается. Свобода. Даже дышится как-то легче. Поправив рюкзак, оглядевшись по сторонам уверенно идет в только ему известном направлении. Уже через минуту покидает территорию студии и скрывается во дворах огромной Москвы. Ну что, Макс, погнали. Это будет интересная неделя.