Маршрут «Забайкалье–Гильбоа». Возможны пересадки

Если вы считаете, что это Мексика — черная дыра, то вы, скорее всего, не бывали в России. Как можно потерять целый исследовательский центр вместе с сотней ученых и полусотней хорошо вооруженной охраны, спросите вы? Вот и Броку было очень интересно — как. Но задачу им с Зимним поставили чётко — найти, выяснить, в чем дело, и выйти на связь. Вот только времени с тех пор, как из центра пришло последнее сообщение, прошло ой как немало. Точнее, Пирс и не знал, что у Гидры в России ещё что-то оставалось, пока не нашёл в архивах упоминание, и понеслось. Пирс оказался тем ещё хозяйственником. На логичный вопрос Брока о том, почему они едут с Зимним только вдвоём, ответ последовал не менее удивительный, чем само задание. — Актив знает эти места. Ну заебись. Актив знает. А то, что с тех пор и лет прошло немало, никто думать не стал. Зачем? Ведь это же не Пирсу рыскать не пойми где и узнавать непонятно что. План был дурацким. Детали — непроработанными. Зимний — чересчур воодушевленным. А у Брока, может, совсем другие планы были. Он, вообще-то, рапорт об увольнении уже подал, на свободу возжелал вырваться. Но кто же отпустит просто так? Броку, конечно, сразу подумалось, что его «последняя миссия» и правда должна стать последней. А Зимнему нужно не только отыскать то, что осталось от исследовательского центра, но и с почестями проводить очередного куратора на покой. Вечный. Но разве с начальством поспоришь? Залупнешься — и пулю схлопочешь прямо в светлом кабинете Пирса, а тут хоть какая-то возможность сбежать появляется. И Броку шанс, и Зимнему развлечение. Брок тяжело вздохнул и присел на торчащий из земли камень, наблюдая за тем, как Зимний, по самые уши упакованный в чёрную кожу, разглядывает замершую на ветке белочку. Выстрелить ему в затылок? Жалко. Зимний всегда Броку нравился. Просто так от него уйти? Не получится. Брок уже трижды менял маршрут передвижения, а Зимний лишь молча топал за ним, никак не комментируя и проебанный в ручье коммуникатор, и неверно выбранное направление. Он просто шёл следом, словно тоже хотел сбежать, но не мог это объяснить. — Это белка, принцесса, — фыркнул Брок и закурил. Плешивая по весне нахалка перебралась пониже, но стоило Зимнему дернуться в её сторону, тут же оказалась на ветке выше, так ещё и обругала оттуда на своём зверином языке. — Вот прикол — Зимнего Солдата уделала белочка. Где-то на западе мигнуло яркой вспышкой. Брок свалился с камня, замер за ним, не особо понимая, от чего он прячется. Но вспышка взрывом не была, молнией тоже. Не бывает гроз на безоблачном небе. Там же, на западе, зарокотал вертолёт. Мерное стрекотание больших лопастей приближалось, и Брок выругался. Неужто Пирс сподобился выслать группу на поиски? Хотя чего удивляться, Зимний — очень ценный ресурс, такой терять нельзя. Грохнул выстрел. Брок на одно бесконечное мгновение оглох. Он судорожно оглянулся на источник звука и замер. Устроив свою огроменную винтовку на камне, совсем рядом стоял Зимний Солдат и… улыбался. Брок не видел, как вертолёт завертелся, расчерчивая небо чёрной дымной спиралью, как ухнул вниз. Видел он такое, и не раз, а вот улыбка Зимнего была сродни встрече с драконом. Если и случается, то один раз в жизни. *** Когда вертолет неожиданно тряхнуло, Джек порадовался, что пристегнулся ещё до взлета. Он не понимал, почему отец отправил его обратно на фронт воздухом, а не на машине, как обычно. Спешил? Так операция назначена на послезавтра, Джек бы успел добраться. А потом что-то случилось, вертолет начало мотать и швырять из стороны в сторону. Джек вцепился в сиденье, стиснул зубы. Он ненавидел летать. Ненавидел ситуации, которые не мог контролировать. И совершенно не удивился, когда вертолет неожиданно и резко пошел вниз. Пахло дымом, что-то кричал пилот, незакрепленные вещи летали по кабине от стены к стене. Что-то тяжелое стукнуло Джека в затылок, и он потерял сознание. Удара о землю он не почувствовал. *** На логичный вопрос «что, черт возьми, только что было?» ответа не последовало. Зимний нацепил обратно свою маску, скрыл глаза очками и донельзя пафосно закинул винтовку на плечо. — Где-то сдохла и протухла Гидра, — буркнул Брок. Таким живым Зимнего лично он никогда не видел, а уж если учесть произошедшее, то можно было сделать самый логичный вывод — Зимний Солдат решил сделать ноги из родной организации. И пока у него это неплохо получалось. К вертолету выдвинулись почти сразу. Нужно было понять, кого именно сбил Зимний, и разжиться полезными вещами. Брок, конечно, умел выживать практически в любых условиях, но лучше это делать с лишней обоймой и комплектом снаряжения, чем как они — с голой жопой. Место крушения долго искать не пришлось. Густой чёрный дым всё ещё валил, вспарывая небо на западе от них, чётко указывая, куда следует направиться, если они всё же планируют успеть забрать хоть что-то, пока огонь не закончит своё дело. Зимний продолжал молчать. Он не сказал и слова даже после того, как они вышли к вертолету. Огня видно не было. Лобовое стекло напротив места пилота было залито кровью, из приоткрытой дверцы свешивалась безжизненная рука. Соседнее кресло пустовало. Брок обошёл сбитую птичку по кругу. Он давно не видел такие модели. Помесь военного и гражданского назначения. Гидра такой посылать не будет, не доберётся он банально до нужного места. У таких леталок совсем небольшой бак, да и зачем утяжелять вертолёт, если он рассчитан на небольшие расстояния. — Принцесса, ты лох. Это не за тобой было. Зимний предсказуемо не ответил. Схватившись за створку двери, он вырвал её и отбросил подальше, нырнул в кабину и почти сразу выбрался наружу, преувеличенно аккуратно удерживая кого-то на руках. — Живой? Да ладно? Брок кинулся к нему, уже прикидывая на ходу, удастся ли у Зимнего отобрать его находку и похоронить где-нибудь по-быстрому, так как такой обузы и возможного свидетеля их оплошности с собой тащить не хотелось. Но, вглядевшись в лицо жертвы авиакатастрофы, Брок резко вспомнил слова молитвы, что так любила повторять его бабушка. На руках у Зимнего был он сам. Только моложе, ýже в костях и с короткой стрижкой. — Охренеть, Зимний. Что за ебанина? Джека трясло и качало. Голова болела адски, к горлу подкатывала тошнота. Он попытался потребовать, чтобы его оставили в покое, но из груди вырвался только жалобный стон. Чтобы бросить здесь мальчишку или убить его, теперь не шло и речи. У Брока рука не поднимется, да и по всему виду Зимнего, отказавшегося отдавать столь ценную ношу и обратно лезть в вертолёт, было понятно, что этот обморочный идёт с ними. Ну как идёт? Едет на Зимнем Солдате. Осматривать вертолёт Броку пришлось самому. Ничего полезного выискать не получилось, разве что запас воды, неплохую аптечку и брикеты сухого пайка. Всё лучше, чем ничего, но Брок предпочел бы найти оружие и хоть какой-то туристический набор. Но выбирать было не из чего. Брок не был уверен, что пилот не успел подать сигнал SOS, прежде чем его голова повстречалась с лобовым стеклом, а потому махнул рукой в сторону чащи. К мальчишке удалось подступиться только тогда, когда Зимний действительно поверил в слова Брока о том, что вреда тот причинять не собирается, а скорее, наоборот, хочет осмотреть и, возможно, хоть чем-то помочь. Голову так уж точно следовало перевязать, но в целом других ран Брок пока что не видел. Ещё хорошо было бы осмотреть форму, в которую был обряжен мальчишка. Военная, с незнакомым флагом на предплечье и капитанскими знаками отличия на плечах. Брок присел рядом, разглядывая нашивки. В какую же историю они успели влипнуть с Зимним? Офицер в явно не русской полевой форме, на вертолёте… что вообще здесь происходит? Когда Джека наконец опустили на холодную каменистую землю, он с трудом повернулся набок, и его вывернуло всухую. Но головная боль ослабла. Щеку что-то щекотало. Он провел по ней рукой и увидел на ладони кровь. Он ранен? Что случилось? Где он? Кто эти люди? — Лежи спокойно, — велел Брок, даже не представляя, понимают его или нет. — Lezhi, — гаркнул что-то Зимний. Брок покосился на него и снова склонился над мальчишкой, влажным куском бинта стер кровь с его лба и виска. Рана оказалась пустяковой, если, конечно, не пострадал как-то мозг. Но в таких условиях обнаружить гематому или ещё что не представлялось возможным. А потому Брок долго думать не стал, обработал рану и залепил пластырем. — Кто ты? — выдавил Джек. — Это Геф? — Сдох твой Геф, — ответил Брок, посветил снятым с винтовки целеуказателем в глаза раненому. Зрачки отреагировали нормально. — Принцесса, помоги его усадить. Зимний тут же опустился рядом и аккуратно усадил мальчишку. Брок выдавил две таблетки обезболивающего и протянул их вместе с открытой флягой. — Пей, полегчает. Джек с подозрением посмотрел на незнакомые таблетки, но голова болела так, что он решительно закинул их в рот и запил ледяной водой. Его затрясло — то ли от холода, то ли от шока. — Геф не может сдохнуть, — стуча зубами, выдавил он. — Это страна. — Да наплевать. Сиди и не дёргайся, — припечатал Брок, отошёл от Зимнего и его клона в сторону. Получалось странное: где-то в лесах России потерялась целая исследовательская лаборатория, на которой Зимний бывал, а теперь на полянке сидел второй Зимний в военной форме, растерянно моргал косящими после удара по голове глазами и чисто говорил по-английски, словно тот был его родным языком. Джек уставился на небритого патлатого мужика с плечами шириной с банковский сейф и странно знакомым лицом. — Мы в Гильбоа? — спросил он. — Я же не успел долететь до линии фронта. Кто вы? Гефские диверсанты? Он огляделся. Вокруг был незнакомый, непривычный, какой-то очень дикий лес. Неподалеку дымился вертолет. — А головой ты, приятель, неслабо стукнулся, — вздохнул Брок и уставился на успевшего снять очки и маску Зимнего. — И, по ходу, не ты один. Принцесса, ты охренел заголяться? Мы как бы не погулять вышли, а ты морду всем и каждому демонстрируешь. — Только ему, — отозвался Зимний. — А мне говорили, что Россия — самая странная страна. — К-к-какая еще Россия? — уставился на второго мордоворота Джек. — Я летел на фронт! На северную границу! Оттуда до России тысячи километров! — А прилетел в Россию, — криво усмехнулся Брок. Ситуация получалась всё интереснее и интереснее. По тому, как говорил этот мальчишка, что написано было на его лице, Брок мог сделать только один вывод — не врёт или настолько уверен в своих собственных фантазиях, что от реальности отличить их не сумеет никто. — Что же нам с тобой делать? Зимний вскинул на Брока вопросительный взгляд, но промолчал. — Н-не знаю, — выдавил Джек. До него медленно доходило, что Россия — страна не просто большая, а огромная. По-настоящему огромная. Самая большая страна в мире. И он в этой стране неизвестно где, неизвестно с кем, без местных денег, документов, без знания русского языка. Джек вытянул из кармана телефон в надежде позвонить хоть кому-нибудь, но тот не ловил сеть. Ну да, в русском лесу-то. Тут, наверное, на десятки километров никаких вышек сотовой связи нет и не было никогда. Господь и все его бабочки, что делать-то?