The Ties That Bind

Машина останавливается у здания, где находится офис Вооруженного детективного агентства, как раз в тот момент, когда из него показывается сначала Эдогава Рампо, а затем и Дазай. Чуе подумалось даже, что Дазай и не заметил, что его уже ожидают – так внимательно он внимает тому, что говорит Эдогава с непривычно раздраженным видом. Он мнет в руках пакет с орешками, так и не открыв его до момента, пока все же не распрощался с Дазаем, а тот сразу же направляется к ожидающей машине, усевшись на пассажирское сидение.  Дазай бормочет сухое приветствие и утыкается в телефон. Он как будто полагает, что машина немедленно тронется, но Чуя вопросительно взирает на него с некоторой обидой: простите, чем это он заслужил такой тотальный игнор? Возмущенно хлопает Дазая по колену, а тот удивленно смотрит в ответ.  – Что-то не так?  – Ноль внимания! Я тебе не таксист, чтобы молча подвозить тебя!  – А. Прости. Задумался, – Дазай глядит в зеркало заднего вида – еще можно было разглядеть удаляющуюся фигуру Эдогавы, но вот она совсем исчезает. – Директор подрядил Рампо-сана на одно неприятное дело. Меня к нему пока что не привязали, но, чувствую, придется также вмешаться.  – Ваш гений детектив уже не такой гений? – хмыкает Чуя. Он уже не дуется на Дазая, и сам хорошо видит, что его легкая рассеянность и правда связана с работой. Можно стартовать и поговорить по дороге.  – Тут дело не в гениальности. Скорее в хитрости, – Дазай зевает. – Ты же слышал последние сводки о скандале в правительстве относительно наличия там одаренных?  – Утром как раз, когда ты ушел, смотрел репортаж. Охренел, когда увидел в трансляции заседания Мори… Неужто на такой негативной волне он в самом деле пытается прорваться в правительственные круги?  – Сейчас не самое лучшее время. Думаю, бывший босс там чем-то другим занят. Он не так глуп, чтобы пытаться лезть в правительство в столь неудобное время. Или знает, как правильно это устроить.  – Ты думаешь, выпустят закон о том, чтобы запретить одаренным работать в правительственных структурах?  – Нет. Это никому невыгодно. Если бы такое намечалось, я бы издалека расслышал стон Анго! – Дазай злорадно хихикает, и Чуе даже кажется, что Осаму жаждет услышать этот стон страдания! Очень соблазнительно он смотрится, когда злорадствует! – Тут скорее поднимут вопрос регулирования этого дела. И я думаю, что тому добавится причин. Это как раз касается и дела, что поручили Рампо-сану. Танигути Хирото – знакомое имя?  – Еще бы. Был несколько раз у него на частных обедах по делам. Мутный тип, – Чуя живо так представляет себе этого с виду простоватого облика мужчину, а по факту главу мощной корпорации E-ra, чья деятельность была связана с услугами в области e-commerce. E-ra занималась разработкой разного рода программ для банков, платежных систем, страховым обеспечением, владела также разными мессендежрами, купленными у европейских компаний. Мало сказать, сколь огромна была власть Танигути Хирото. – Слащавый в общении, позер. Он вел некоторые дела с Мори, но босс к нему критично относился, так что советовал, точнее, как ты понимаешь, приказывал прекратить всякого рода с ним сношения, а тот липнет – не отдерешь. У него, помнится, всегда был повышенный интерес к одаренным.  – Что верно, то верно. И ты, думаю, в курсе относительно подозрений насчет него?  – Что именно ты имеешь в виду?  – Есть весьма солидного рода доказательства того, что Танигути спонсирует всякие сомнительные организации за рубежом. Организации, связанные с террористической деятельностью.  – Было такое, но на него ни разу не смогли ничего накопать.  – Вот ведь странно. Все знают, а не могут справиться. Тут на самом деле все просто. Его крышуют люди в правительстве. В основном из одаренных.  – Не удивил.  – Тебя не удивишь, – Дазай и не собирался. Он опускает козырек от солнца, чтобы глянуть на себя в зеркало, и пристально изучает свой идеально выбритый подбородок, но, видимо, не настолько идеально, раз какой-то волосок его то и дело раздражал! – На самом деле тайн тут никаких и нет. Но от того не становится задача проще. Нам поступил запрос на то, чтобы выявить доказательства того, что: а)Танигути в самом деле спонсирует терроризм, б)лишить его поддержки в высших кругах. На словах вроде бы все легко. Но подобраться к этой верхушке… Да так, чтобы голову не оторвали. Ладно, забудь. Это сейчас головная боль Рампо-сана, мне директор это задание не поручил. Точнее напрямую не поручил. Люди, что обратились к нам, в курсе, что я был напрямую связан с Портовой мафией, а Мори-сан в их представлении еще страшнее этого Танигути, хотя, думаю, они просто не познакомились с Элис, и, учитывая, сколько там всяких извращенцев, они бы клюнули на ее милоту.  Чуя морщится. И думает о том, что бы было, если бы он был по-прежнему под крылом Мори Огая.  Когда он вознамерился только перебраться в Йокогаму, то прежде всего опасался, что босс тут же вырастет перед ним. Это на самом деле было глупой мыслью, ибо ничего не мешало Мори вырасти перед дверью его дома в Футю, как это проделал уже Дазай, так что не суть важно место, но волнение все равно не отпускало, однако перерывалось эйфорией от радости снова вернуться в Йокогаму.  Только вот многие планы, связанные с этим возвращением, поменялись, и сейчас Чуя был как раз в процессе решения то и дело наваливающихся на него задач, но они были больше в удовольствие.  Его мечты о магазине элитных вин вынуждены были трансформироваться в реальности, что забавно, в мир онлайн продаж. Чуя, не одну неделю промаявшись во всяких бюджетных расчетах и поисках, не без колебаний в итоге решил, что лучше будет открыть онлайн-бутик (как это он сам назвал, а Дазай поржал, сволочь такая!), нежели организовать под это дело целое помещение. Причиной тому сделался Акира. Когда Чуя с воодушевлением бросился на поиски места, которое превратит в магазин и дом, он пришел к неприятному заключению, коварно запрятавшемуся не в одном нюансе. Прежде всего, он собирался создать пространство, которое бы соответствовало уровню товаров, что подразумевало собой аренду помещения в каком-нибудь элитном бизнес-центре, что уже никак не вязалось с милой лавочкой на первом этаже и жильем на втором, как он рисовал себе в мечтах, памятуя европейские заведения подобного характера. Другое дело – место его мечты найти можно, в Йокогаме достаточно торговых улиц, весьма популярных, но они опять же не всегда соответствовали его требованиям, но даже не в том была проблема. Чуе не нравилось жилье и округа. Был бы он только с Дазаем, они бы вполне смогли как-нибудь пристроиться в любом месте, Чуя давно научился обходиться без роскоши, а Дазай так вообще к тому не имел расположения. Но Чуя прежде всего думал о сыне, и, понимая, к какой обстановке тот привык, что, быть может, ему покажется непростой задачей переезд из тихого Футю, решил, что не годится сыну обитать в торговом квартале. Нужен был добротного вида приспособленный для ребенка дом в уютном районе с хорошо развитой инфраструктурой, к тому же Чуя подумывал о том, что однажды Акира пойдет в школу, и хорошо будет, если та окажется в непосредственной близости от дома, чтобы потом ребенок мог спокойно сам бегать в нее.  Все эти раздумья, собранные наконец-то воедино, были также озвучены Дазаю в ходе второй части их путешествия по Аомори. Воодушевленный тем, что пусть и не добил, но напинал Лавкрафта, Накахара ощутил в себе новый прилив сил действовать и поторопиться уже с переездом, чтобы до наступления зимы уже обустроиться в новом доме. Дазай на выплеснувшийся на него поток энтузиазма лишь в своей флегматичной манере пожал плечами, сказав, что согласен на любое его решение, тем более он уже и сам хотел поскорее перебраться обратно в Йокогаму, ибо задолбался вставать раньше, чтобы добраться из Футю в офис, а Куникида не хочет войти в его положении и вечно ворчит и унижает его (насчет последнего Дазай слишком палевно напрашивался на сочувствие, но Чуя не проникся).  Едва они вернулись из той до омерзения захватывающей поездки в префектуру Аомори, Чуя продолжил активные поиски жилья, но уже имея определенные наброски и решения. Дазай тогда еще несколько раз уезжал в город, где наследил Лавкрафт, а Чуя вслед закидывал его разными ссылками на сайтах агентств по съему и продаже жилья. Чуя еще в сентябре бросился смотреть элитные квартиры в многоэтажках, когда уже частично перевел свою идею о магазине в виртуальные пространство, но затем опомнился: будет ведь постоянно переживать, как там Акира доберется до квартиры в таком огромном доме, и вкладки с вариантами жилья в высотках сразу были закрыты. Чуя, конечно, представлял, как бы был тому рад Акира – жить в высоком доме, но высокие дома теперь уже не так впечатляли его, с момента когда он узнал, что папа может поднять его еще выше. Так что Чуя со спокойной душой стал рассматривать варианты именно частного дома. Он долго колебался еще и между решением снимать жилье или купить. Ведь в своем личном пространстве он сможет куда сильнее ощутить себя хозяином и экспериментировать в приятном процессе создания уюта, только вот из имевшихся вариантов его ничто не привлекло настолько, чтобы отдать за то сотни миллионов йен, а вот для съема он определил несколько подходящих по всем параметрам домиков, и они с Дазаем, как только он вернулся из командировки, отправились осматривать потенциальное жилище.  Все отмеченные варианты располагались в пределах района Нака, но после тщательных осмотров Чуя отсек их, решив рассмотреть лишь один: скрытый от дорог двухэтажный дом с четырьмя спальнями, недалеко от парка Минато но Миэру Ока. Внутренняя да и внешняя отделка соответствовали больше европейскому стилю, что Чуе было по вкусу, имелось парковочное место для одной машины, агент также заверил относительно того, что дом, построенный еще в конце прошлого века, обновлен и соответствует всем стандартам на случай землетрясений и тайфунов, имелась тут и терраса. Местность была отличная, вокруг в основном уютные коттеджи, городские и частные клубы, тихие парки, старинные дома-музеи, и в то же время недалеко от центра – можно пешком гулять до Минато-Мирай. Чуе было важно, чтобы дом посмотрел и Акира, ради чего он специально привез мальчика в Йокогаму, и в итоге Акира выбрал второй – запасной – вариант в совершенно другом месте.  Чего уж тут, Чуя и сам склонялся к нему больше. По размерам – это был такой же площади двухэтажный японский дом, напоминавший, однако, очень аккуратный и со вкусом сделанный уменьшенный вариант какой-нибудь итальянской виллы. Чуя, чего уж тут, сразу прикипел к нему сильнее. Это вроде бы был компактный, но в то же время нетесный коттедж на почти что двести квадратов площади, облагороженный на средиземноморский манер. Отделка под камень песчаного цвета, простые, но изящные линии, терраса с видом на город.  Когда Акира оказался внутри, то с восторгом принялся носиться по пространному холлу и лестнице, изучая пустые комнаты; для него не нашлось маленьких тапочек на входе, так что его обули во взрослые, и в них он, естественно, умудрился навернуться на скользком полу да на бешеной скорости, но досадное падение нисколько не уменьшило его восторга. Когда Чуя видел сына в такой редкой для него эйфории, то сразу понимал – ему дико нравится то, что он видит, и ребенок сразу заявил, что именно тут хочет жить.  По расположению дом немного проигрывал первому: находился он отдаленно от центра, в окрестностях Хонмоку, на юге от Яматэ, рядом с одним из самых красивых парков города, сада Санкейэн. Они после осмотра дома специально немного погуляли по округе; Чуя еще имел всякого практичного рода колебания в голове относительно выбора нового места пристанища, но Акира ясно ответил, что ему тут больше нравится. Чуя понимал, что «нравится», высказанное ребенком, имеет мимолетное явление, но в итоге, вернувшись в машину, набрал номер агента и договорился встретиться с ним утром для подписания договора.  Цена была немного ниже, чем у первого варианта, хотя это было последним, о чем Чуя размышлял. Дом вполне соответствовал его нуждам, выглядел достойно, не говоря уже о той необходимой Чуе для душевной гармонии капельке европейского лоска.   Дазай же на их с Акирой выбор заметил, что наконец-то ему представится возможность пожить в приличном, по-своему даже роскошном доме. Ну, если сравнивать с теми сараями, в которых он обычно обитал, – так это дворец. Чуя посмеялся, тем более сам коттедж, на его вкус, в некотором смысле имел каплю роскоши, но лишь каплю. Он тогда еще хотел сказать Дазаю, что его слова звучат странно, ибо Чуя помнил тот особняк, что он видел в Канаги, но решил не затрагивать эту странную для его понимания тему прошлого Дазая.  Перед заселением Чуя еще пару раз заезжал вместе с Акирой, чтобы на месте прикинуть последующее обустройство пространства. Общая внутренняя отделка дома была очень недурна, правда Чую немного смутило то, что некоторые комнаты были выполнены слишком уж слащаво на его вкус, а по договору запрещалось вносить какие-либо изменения, но это не было критично, не говоря уже о том, что здесь имелась отличная встроенная сантехника и кухня, удобно соединенная со столовой, из которой можно было выйти на террасу; с гостиной она соединялась сразу тремя арками; имелась даже традиционная японская комната, выложенная татами, где Чуя сразу подумал в дальнейшем сделать что-то вроде зоны отдыха с маленьким котацу и подушками. Будет там пафосно дуть японский чай с гостями типа Коё. На втором этаже располагались три спальни. Здесь Чуе тоже не очень понравилось оформление комнат, но он уже принял решение и более не заморачивался, понимая, что в противном случае со своей придирчивостью никогда не найдет нужный вариант. Они с Дазаем определились занять главную спальню; изначально Чуя думал устроить Акиру в комнате напротив, но идея тут же была заменена на вариант с комнатой в другой части дома, чуть побольше. В маленькой спальне, как и в большой, имелся выход на террасу, и Чуя решил, что ему будет неспокойно, если Акира будет иметь доступ туда, другой же момент… Чуя понимал, что им с Дазаем тоже важно личное пространство: между их комнатой и детской располагалась большая кладовая, что определенно было на руку, а еще рядом с комнатой Акиры имелся отдельный санузел – самое то, если ему приспичит ночью прогуляться туалет. Ну и ключевым моментом стало потом то, что Акира и сам обрадовался расположению выбранной ему комнате, ибо окошки выходили на дорогу, и он сможет видеть всех приходящих. Когда Чуя спросил, зачем ему это, то тот ответил, что будет следить, играть в сыщика! Дазай лишь хрюкнул на такое заявление.  В середине ноября они наконец-то организовали свой переезд. Кое-что из мебели Накахара приобрел заранее, и вещи были сразу доставлены по новому адресу. Часть интерьера старого дома в Футю Чуя решил продать за ненадобностью, а также решено было полностью обновить мебель для комнаты Акиры, правда сложно оказалось сходу отыскать гарнитур в детскую в морской тематике с медузами, кто бы сомневался, но тут Чуя и не стал тратить силы: едва определился с выбором жилья, обратился в дизайнерское агентство, где в сжатые сроки оказались готовы исполнить все его капризы. Ну да – за его деньги. Девушка, что принимала заказ, даже обрадовалась такой необычности: Чуя по глазам ее видел, как она желает креативить. Лишь бы не перестаралась, подумал он тогда, но зря переживал: присланные ему на почту эскизы оказались очень даже оригинальными и милыми, Акира, воодушевленный такой грозящей ему долгожданной жизнью в аквариуме с медузами обновкой, с радостью выбрал вариант, где было больше синего и фиолетового в цветах, и где над изголовьем кровати планировалось панно-ночник с диодами, изображающими медузу. Акира, правда, наивно решил, что новая комната уже в таком, медузьем виде, будет ждать его сразу при переезде, немного расстроился, что придется ждать, пока заказ выполнят, но долго не грустил, тем более что в старый аквариум, который также поставили у него в комнате, Чуя подселил стайку голубых неончиков, приглянувшихся Акире почти на том же уровне, что и его любимые медузы. Чуе вообще было важно видеть, что ребенок после того, что случилось в Аомори, никак не пострадал психически. Так и продолжал грезить морскими гадами, при этом постоянно добавляя, что не все из медуз, оказывается, хорошие, но папа же их побьет, верно? Дазай на такое заметил, что Чуя поступил верным образом, раскрыв Акире правду: он сразу усвоил, что бояться нечего, раз папа легко может побить любую тварь. Легко – тут бы Чуя поспорил, с Лавкрафтом – очень не легко, но Акира все равно о том не в курсе. Так что – все заботой меньше, а их и без того хватало в отношении сына.  Чуя изначально хотел отправить Акиру в обнаруженный буквально в ста метрах от дома частный детский сад, работающий по методике Монтессори, но взять туда Акиру могли лишь в январе, то есть до этого момента все равно бы пришлось его куда-нибудь пристроить. Чуя так прикинул… Честно говоря, он понятия не имел, насколько хорошо отзовется на Акире подобный метод развития и воспитания, а таскать его с места на место – не стал мучиться и определил его в ближайший детский сад Хонмоку Мегуми, правда, пока что не видел, что Акире там особо нравится, но решил все же дать возможность ему потихоньку привыкнуть. Он немного побаивался, что в такой ситуации может дать о себе знать побочный эффект способности Акиры, но пока что вроде бы в плане здоровья все было хорошо. Чуя подумывал отдать Акиру на какие-нибудь спортивные занятия или что-то в этом роде, но, видя, что ему нужно время адаптироваться к новому садику, решил не трогать ребенка. Впрочем, в новом доме Акира чувствовал себя превосходно, и это сглаживало период привыкания, да и он ходил в новый детский сад всего-то неделю.  В остальном Чуя был почти что счастлив. Когда Дазай торчал в своем агентстве, он занимался переговорами с поставщиками вина, а также исследовал различные варианты складских помещений, заранее изучая вопросы, касающиеся организации хранения бутылок с вином, охраны, страховки и прочих вещей. У него уже наметилось несколько вариантов поставщиков. Помогло то, что еще в процессе работы в Портовой мафии, он заимел разного рода связи на винном поприще, ибо коллекционером он был заядлым, так что тут Чуя не особо-то и переживал. В промежутках он продолжал подбирать мебель для дома, при этом испытывая все же некоторого рода досаду относительно того, что не мог поменять общий интерьер комнат, ведь он невольно рисовал свои собственные картины в воображении, когда ему попадалась какая-нибудь интересная вещь. Однако пока что он все же не думал о покупке жилья. Хотелось уже где-то осесть, и выбранный дом ему нравился все больше и больше, несмотря на мелкие нюансы. Не говоря уже о шикарной кровати, что он прикупил в спальню.  Они с Дазаем ее уже несколько раз опробовали, когда Акира был в детском саду. Чуя буквально выдернул его с работы, потребовав к себе в спальню, для чего правда еще накидал ему в сообщениях своих обнаженных фото посреди черных простыней. Дазай приспособился ездить из офиса до Хонмоку на автобусе, а тут взял такси! Примчался – Чуя слышал, как он вломился, влетел в комнату, уже наполовину раздетый… Это был не первый их секс в новом доме, но тогда приходилось вести себя тихо, а Чуе именно что хотелось жестко потрахаться – и вот, сам напросился. Позволять Дазаю трахать себя до умопомрачения, кусать плечи, швырять на постель и помимо своего члена использовать что-нибудь еще – Чуя только и жалел каждый раз, что не сошелся с ним еще тогда, в мафии. Будто боялся, что времени впереди им не хватит.  – О сексе со мной думаешь, да? – хитро вдруг спрашивает Дазай.  Чуя косится на него. Сам себя ловит – чуть закусывает нижнюю губу, Дазай сказал ему, что он все чаще так делает, когда вводит в него свой член, ему особо это нравилось, и он теперь постоянно обращал внимание.  – Почему бы и нет. Ты утром сегодня хорошо постарался своим ртом. Бывают же моменты, когда дело делаешь, а не несешь всякую хрень.  – И все равно упреки… Какая же ты вредная зараза, Чуя-кун. Планы на вечер? Ты закончил сегодня все свои дела? Ездил в Токио?  – Да, встретился с агентом. Неплохо все же быть на легальном положении, расслабиться и не заниматься самому всякой херней, – Чуя имел в виду сдачу в аренду квартиры в Минато. Решив, что хватит ему постоянно чего-то опасаться как бывшему члену мафии, удобнее будет вести дела так, как положено, он решил передать всю возню касательно аренды жилья агенту, в конце концов, так даже больше людей получится привлечь в качестве потенциальных арендаторов. Чуя изначально даже подумывал продать жилье, сумма бы вышла приличная, но затем решил, что так и продолжит с аренды складывать деньги на счет Акиры, сама квартира также достанется ему, как поступит в университет, к примеру. – Масати-сан, рассчитав все, сказал, что цена за съем должна быть выше, а еще заверил, что у него есть парочка клиентов, которые как раз интересовались жильем в Мотоадзабу. Был еще сегодня в офисе транспортной компании Sagawa Marine, здесь в городе. Их тоже вычеркнул из списка возможных перевозчиков. Уверен на сто процентов, они продолжают при новом руководстве сотрудничать с Мори, да и меня, скорее всего, узнали, заискивали – аж тошно сделалось. Не хочу строить бизнес в таких сомнительных условиях, – что-то такое в его интонациях, видимо, цепляет Дазая, что он тут же замечает:  – Вычеркнул из списка, но явно с сожалением.  Чуя косится на него. Ничего не скроешь! Дазай порой жутко бесит. Но видно также его искреннее участие, и Чуя помнит всегда теперь о том, что этот человек выбрал существовать ради него, ради Чуи, и он не видит причин скрывать даже мелочи, которые не то чтобы его волнуют, но все же слегка расстраивают.  – Эти ребята знают толк в деле. Во всяком случае, раньше они отлично справлялись с международными поставками, каких бы объемов те ни были. В общем, плевать. Что я, в портовом городе не найду достойных перевозчиков? – Чуя хотел было добавить, что еще списывался с некоторыми во Франции, но тут его внимание цепляют свернувшие со стороны парка Синхонмоку девушка и маленький мальчик.  – Ниса-сан! – окликнул он ее, остановившись, впрочем его уже и так заметили.  – Папа! – Акира радостно дергается, но руку его так и не выпускают, и он не вырывается, наученный тому, что рядом с дорогой надо вести себя аккуратно.  – Накахара-сан! – Ниса, наряженная в огромное распахнутое наполовину пальто изумрудного цвета и в черных коротких шортиках, словно украденных у какой-нибудь корейской поп-звезды, подплывает к ним, так и держа Акиру за руку. – Дазай-сан! Доброго дня! – машет она, завидев и его рядом, а Чуя по его глазам читает, что у нее в голове складывается новый яойный сюжет с ними в главной роли, но тут просто надо смириться и сделать вид, что он просто ничего не замечает. – А мы вот гуляем! Изучаем округу и детские площадки. Акира-кун, ты нагулялся?  – Еще нет! – честно заявляет он, а вот, судя по виду Нисы, она уже набегалась с ним, еще бы! Чуя косился на ее сапожки на каблуках… Как она еще стоит? Девушки – страшно загадочные и выносливые существа, если хотят выглядеть красиво и необычно.  – Садитесь. Я подвезу тебя до станции Нэгиси, Ниса-сан.  – А, не стоит! Я вон в то кафе собиралась зайти, а там рядышком на автобус сяду! – Ниса как раз открыла дверцу, чтобы усадить Акиру на заднее сиденье, но тот вдруг решает выразить протест!  – Онее-сан, ты же говорила, что мы туда вместе пойдем! В кафе! – Акира в волнении смотрит на девушку, а та виновато глядит уже на Чую. Знала бы она, что Чуя тоже немного себя ощущает виноватым.  Он вообще-то никогда не думал вешать сына на эту знакомую Дазая, но со времен расследования дела Коямады Сидзуко и разборок с Оокой она в буквальном смысле слова стала обитать в стенах детективного агентства, где в редких случаях оказывался и Акира, которого Чуя вынужден был иногда оставить на попечении Дазая. Разглядевший в Нисе весьма интересный объект Акира как-то сразу прикипел к ней, а она и не возражала возиться с ним. Фотографировала его постоянно, рисовала для него (главное, чтобы свои художества не показала, больно рано такое ребенку видеть!). Чуя честно старался не пользоваться такой удачей, но сегодня вот, так как была суббота, вынужден был найти жертву, которая бы потратила несколько часов своего драгоценного времени на Акиру. Можно было бы его отправить к Дазаю в офис, но тот сам порой напоминал, что место это не самое безопасное, и нередко туда приходят люди, настроенные очень плохо к сотрудникам Вооруженного детективного агентства, к чему рисковать? Впрочем, Чуя также помнил о том, кем являются коллеги Дазая, и помнил, что они сделали с его собственными бывшими коллегами, а жалобы на боли в спине выкинутого в окно Хироцу-сана до сих пор стоят в ушах – больше драмы было не из-за спины, а обиды, что их так унизили в тот раз. Так что в безопасности сына он не сомневался, однако… Да, меньше риска и скидывания проблем на чужие головы. А Ниса-сан, уже пару раз успевшая присмотреть за Акирой, оказалась в этом плане очень сознательной, да и не отказывала никогда. Чуя даже предложил ей почасовую оплату, чтобы было честно. Ниса хитро на него глянула и выгоду терять не стала, но сошлись они не на почасовой оплате, а на расчете средств на покупку всяких рисовальных принадлежностей и нового графического планшета. Чуя, представляя, что и кого она там будет рисовать, согласился. Может, он где-то и проигрывал по деньгам, но зато был спокоен, что сын под присмотром.  – Акира-кун, но твой папа уже приехал, не будем же мы его задерживать, – Ниса аккуратно сжимает его пальцы и отпускает.  – Но арбузный коктейль… – Акира произносит это тихо, неуверенно, не зная, стоит ли дальше упрашивать, но тут ему на помощь приходит Дазай.  – Арбузный коктейль? Я правильно расслышал? Чуя-кун, ты же угостишь нас арбузным коктейлем?  – В смысле вас? А ты сам не в состоянии себя угостить?  – Как быстро ты злым сделался, коктейль зажал.  – Твоего нытья тут не хватало, – Чуе в общем-то все равно, будет ли страдать Дазай из-за того, что его лишили какого-то там коктейля, но вот сына лишать вкусняшки, на которую он уже настроился, не стал. – Ладно, где там ваше кафе, поехали!  – Да тут пешком можно дойти! Вон! – Ниса указывает на противоположную сторону дороги, где виднеется небольшое двухэтажное здание, на которое Чуя прежде особо внимания не обращал, хотя оно вполне себе бросалось в глаза яркой вывеской, но он пока что еще и не успел обжиться в этом районе, чтобы досконально изучить все достопримечательности и объекты, дарящие желудку счастье или тяжесть.  Акира радостно выбирается снова наружу, за ним следом вылезает и Дазай, бросив Чую одного искать место, где бы поудобнее пристроить машину. Так что подходит он к кафе с опозданием самый последний. И невольно закатывает глаза, глянув на вывеску и большой рекламный щит немного ззачуханного вида, явно нуждающегося в обновлении. Оказалось, что это было тематическое аниме-кафе под названием Little Georgie, причем от похожих мест где-нибудь в Икебукуро его отличало то, что, судя по виду, это место создано было силами непосредственно хозяина, который не располагал бюджетом какого-нибудь Animate Cafe. Информация на щите гласила, что данное кафе – является уютным местечком для любителей стареньких аниме-сериалов. В этом Чуя в полной мере убеждается, едва ступает вовнутрь немного тесноватого и вырывающего своей пестротой глаз помещения. Разнокалиберные столики с вазочками, куда были вставлены самодельные, но красиво выполненные из бумаги цветы, несколько мягких стульчиков вдоль стены, где находился автомат с разными вкусностями, а также гасяпоны в основном с аниме-игрушками; в глазах начинает еще сильнее рябить от количества аниме-атрибутики, начиная черно-белой «Ведьмой Салли» и ее же более поздней цветной версией, «Кэнди-Кэнди», «Стеклянной маской» и заканчивая не такой уж старой, но уже явно ставшей классикой «Сакурой-собирательницей карт». Сначала Чуя подумал, что тут истинный рай девичьего сёдзё, но, приглядевшись, обнаруживает и покемонов, и так полюбившегося Акире последнее время Дораэмона, слегка потрепанные плакаты с героями Ранмы украшают стены, но при этом все же стоит заметить, что сёдзё здесь определенно преобладает. Выбирая мультфильмы для Акиры, Чуя невольно знакомился с тем, что выдавала отечественная анимация, так что нисколько не подивился своим познаниям.  Скорее удивляется сейчас тому, сколько восторга излучает Ниса. Нет, ну, ее душа безумного отаку нашла рай, это несомненно, но Чуе реально казалось, что такой восторг у нее вызовет скорее комната, где стены будут обвешаны додзин-мангой с трахающимися самозабвенно мужиками. Но Чуя бы не выдержал и пяти минут в таком месте, и дело было не в смущении, а в том, что яойная романтика скорее вызывала у него неловкий смех.  На входе Чую вежливо встретила пожилая женщина, видимо, хозяйка, которая сообщила, что за вход и напитки берет триста пятьдесят йен. Девушка уже заплатила за себя, а вот мужчина, вошедшей с ней, сказал, что за него заплатит тот, кто зайдет следом. Вот ведь Дазай! Бомж несчастный! Чуя лезет за бумажником, откуда отсчитывает наличными (а других не берут, что тоже ему озвучили) семьсот йен и вручает женщине. За Акиру можно было не платить.  Ниса устроилась за свободным столиком, за него взгромоздился уже и Акира. Особо смешно при этом рядом с ними смотрелся Дазай: вся мебель как будто была рассчитана на миниатюрных девиц, деток и их мам, но не на рослого парня. Чуя хмыкает и садится рядом с Акирой, при этом в мозгу у него вспыхивает мысль о том, что сейчас Дазай отколет какую-нибудь гадкую шутку, но он лишь с интересом озирается вокруг.  – Занятный интерьер, – он смотрит на полку, прибитую к стене, на которой выставлены довольно старые фигурки, изображавшие разных анимешных принцесс. Самую нижнюю занимали более современного вида куклы, сделанные, однако, явно вручную.  – Это Леди Оскар из «Розы Версаля»» – со знанием дела поясняет Ниса, заметив его интерес. – Наверное, кто-то из поклонников делал. Здесь есть такие чудесные вязанные девочки! Хочу всех рассмотреть!  – Ты тут почти уже постоянный клиент, надо полагать, – хмыкает Дазай, все вертя головой. Едва ли его интересуют в самом деле все эти атрибуты аниме, скорее просто любопытство брало, провоцируемое пестротой.  – Я в прошлый раз сюда случайно зашла, когда шла от вас на автобусную остановку, – кивает несколько раз головой Ниса. – Просто так сюда я бы не потащилась, естественно, но тут такой арбузный коктейль! Я нам всем заказала его. А если что-то еще надо, то можно попросить меню! А! Вон оно! Я сейчас сама принесу. Тут есть пирожные, может, Акира-кун что-то захочет. Я ему лишь таяки покупала.  Чуя не говорит ей, что все эти пирожники и салатики, что он видит в скромном меню, не еда, но не возражает взять что-нибудь еще.  Девушка лет девятнадцати как раз подходит к ним с подносом, с которого снимает три больших стакана и один маленький. Аромат арбуза явно намерен поработить всех, кто вдохнет его, но быстро становится ясно, что коктейль далек от натуральности, тут явно в основе какой-нибудь напиток, и Чуя прежде пробует вкус. Ожидал чего-то более химозного, но, кажется, он зря грешил на состав, и вполне можно дать Акире попробовать эту штуку. Не вреднее любого кафешного мороженого.  – Вкуснятинка, – довольно тянет напиток через трубочку Дазай. – Кажется, они сюда еще добавили дынного мороженого. Теперь отдельно его захотелось. Там нет в меню такого?  – Было, кажется! Я закажу тоже! – тут же реагирует Ниса.  Чуя тем временем замечает, что кафе, судя по всему, занимает лишь первый этаж, и мельком думает, что же там на втором. Может, небольшая квартирка хозяйки? В нем слегка начинает дребезжать зависть, и он интересуется у вернувшейся Нисы, что же на этаже выше.  – А, там маленькая выставка всяких раритетных вещей по старым анимешкам, а еще подушки на полу разбросаны: хозяйка мне рассказала, что сдает комнатку местной группе любительниц старых сёдзё, где те собираются за просмотрами, а заодно им подаются всякие вкусности. Я туда поднималась, затхловато, но было бы прикольно собрать там наших додзин-художников, чисто просто для смены обстановки! О, мне нравится этот своеобразный аниме-бардак здесь!  Чуя с Дазаем переглядываются. Вот, Ниса выразила чувство, что возникло у них обоих. Это кафе было милым, но каким-то немного несуразным, сюда бы профессионального дизайнера, да ту же Нису, чтобы организовать верно пространство, а так – сплошное дилетантство и ощущение захламленности разнокалиберными вещами, часть из которых явно сделана не особо умелыми руками. Стена, где располагалось небольшое окошко, была вся залеплена детскими рисунками, изображающими анимешных персонажей, некоторая потрепанная доля их даже перекочевала на потолок. Эта часть кафе походила на выдранный кусок детского сада с работами местных питомцев. Чуя когда привел Акиру в его новый садик, первым делом наткнулся глазами на подобную стену, но она не шла ни в какое сравнение с количеством работ здесь. В общем-то это было по-своему мило. Хозяйка явно старалась, так что все эти замечания были не в упрек. Специфичное, но уютное место, пусть и не по вкусу двум взрослым мужчинам. Зато Акира был доволен, особенно когда отыскал вязаную версию своего любимого Дораэмона.  – Папа! Смотри! А в магазине таких нет! – он указал пальцем на напольную полку, где и сидел мультяшный кошак.  – Кто-то сам его смастерил, А-тян.  Акира моргает с будто бы удивлением, а потом встает с места, чтобы поближе рассмотреть игрушку, а Чуя тоскливо про себя отмечает, что своим несколько потасканным видом она больно смахивает на любимую игрушку сына, от которой он никак не может его отодрать. Даже полчища медуз неспособны заставить его забыть об этом драном старом кошаке. И этот не лучше. Откуда, интересно, в Акире жалость к таким несчастным игрушкам?  Акира так и не говорит ничего о том, что хочет его себе, просто стоит и смотрит, а Чуе на самом деле и не хочется узнавать, можно ли тут что-то купить. Не нравилось ему, что сын таскает всякое барахло, не то что он желает приучить его лишь к новым игрушкам, какой-то роскоши, но у Чуи, выросшему в условиях, когда в их банде Овец едва ли могли находиться новые и хорошие вещи, когда в самом деле какая-нибудь дрянь ценилась за нечто ценное, было желание, чтобы сын не знал, что это такое.  – Милый, можешь взять понравившуюся игрушку, только не забудь вернуть ее на место, – внезапно раздается голос.  Чуя тут же реагирует – смотрит в сторону. За отдаленным столиком еще до их прихода уже сидела какая-то женщина лет так за шестьдесят, а теперь к ней подсела хозяйка кафе. Именно она и обратилась к Акире, невольно напугав его. Чуя смотрит на сына – тот, повернувшись, стреляет глазами то на незнакомую женщину, то на папу, в итоге отбегает от игрушек и усаживается рядом с Чуей, словно таким образом хочет спрятаться.  – Что же такой пугливый, – смеется хозяйка, но тут же поворачивается к посетительнице, которая, по-видимому, была ее знакомой, и продолжает о чем-то говорить, а затем отлучается.  – А-тян, ты можешь взять котика, только оставишь его здесь, когда пойдем, – Чуя говорит ему это полушепотом, Акира мотает головой – сбили настрой, уже не хочет. Впрочем, он и не расстроен – вцепляется в недопитый коктейль, а тут еще и мороженое стали подавать!  Порцию для Акиры приносит сама хозяйка, она тепло улыбается ему и произносит:  – Держи! Дынное мороженое! А это вот дораяки вприкуску! Дораэмон ведь их очень любит!  Акира сначала тушуется, но дораяки, от которых, как ни странно, пахнет дыней, резко меняют его настроение.  – Спасибо! – Акира тут же хватает ложку, зачерпнув побольше мороженого, и начинает вымазывать им поверхность идеального бисквита.  Представляя, как приторно это будет, Чуя весь передергивается, но сыну ничего не говорит. Косится на Дазая, который тоже лопает мороженое с откровенным удовольствием, и Чуя размышляет, кто тут больший ребенок. Ниса от них недалеко ушла. Ну и компашка! И Чуя решает не отставать.  – Очень вкусное, Сугияма-сан! – хвалит Ниса. – У вас самое вкусное дынное мороженое, что я пробовала! Секретная формула?  – Никакого секрета. Я всего лишь добавляю немного мёда, смешанного с соком лайма. Даже в меню состав указан.  – Эта сладкая кислинка в сочетании с дынным вкусом просто божественная! Теперь чаще буду к вам приходить!  – Далековато ж вам будет, Кавасуми-сан, каждый раз сюда ездить!  – Ради такой вкуснятины! – Ниса настроена серьезно в отношении мороженого, впрочем, Чуя ее отлично понимает. Кажется, он сам сюда будет заходить теперь.  – А тебя как зовут? – Сугияма-сан, судя по всему, любит пообщаться с детьми.  – Накахара Акира, – четко произносит Акира, словно ему важно, чтобы каждый звук его имени верно дошел. Чуя хмыкает про себя на такую детскую дотошность.  – И что же ты любишь, Акира-кун? Аниме смотришь?  Акира тушуется от таких расспросов, косится вопросительно на Чую и более ничего не отвечает, потупившись, но видно, что он украдкой улыбается. Его учили не контактировать с чужими людьми, но тут вроде как папа рядом, и все равно он смущен.  – Извините, он стесняется обычно незнакомцев, – Чуя решает прийти на выручку, он ласково треплет сына по голове, и тот спокойно откидывается на него, довольно жуя свой вымазанный мороженым дораяки. – Мы только переехали, он не привык к такому большому количеству новых людей за раз.  – О, это ничего! – улыбается Сугияма-сан. – Приходи к нам чаще, Акира-кун! Здесь детишки твоего возраста тоже появляются, кто-нибудь да забежит после школы или детского сада. Ты же еще в школу не пошел?  Акира мотает головой, при этом Чуе кажется, что он даже слегка смущен: А-тян ведь мнит себя уже большим, но по-прежнему детсадовец! Не порядок! – такой образ мыслей в его голове. Чую это забавляет, хотя сыну он этого не показывает, видя его серьезное отношение: Акира явно был раздосадован, когда Чуя сказал, что в предстоящем году он еще не успеет пойти в школу, так как ему не будет шести, придется подождать. Не сказать, что его это тема беспокоила днем и ночью, но было всегда заметно, с каким интересом он наблюдает за младшелкассниками.   – Дазай-сан, – между делом обращается к нему Ниса, прерывая в момент, когда Дазай активно поглощает мороженое, можно было даже подумать, что ему лет не больше, чем Акире, – а что там Куникида-сан? От него ни слуху ни духу, он нашел себе новое жилье?  Вопрос хорош, ибо они даже в офисе уже стали посмеиваться над его практичностью в выборе места обитания; за последние месяцы он уже третий раз пытается переехать, причем каждый раз выбирая место все хуже и хуже. Очевидно было, что за этим крылась какая-то причина, Куникида на что-то копил, однако даже Дазай считал, что не обязательно при этом было с такой маниакальной дотошностью каждый раз выбирать себе убогое жилье и тем самым вызывать у окружающих приступы жалости и смеха.  – Нашел себе очередную жуть где-то в районе Ходогая, но пока ему не до переезда. Он в командировке в Эхиме вместе Кенджи-куном, на днях уже притащится.  – В командировке? – Ниса оживляется. – Какое-то расследование? Интересное? Связано с одаренными?  Чуя немного недовольно стреляет на нее глазами: эта девушка порой забывает, как контролировать поток слов, но Дазай не особо реагирует на те части ее реплик, что могут взволновать посторонних, он потягивается, снова кладет в рот ложку с мороженым, и Чуя уверен, что это эротичное движение языком сделано было сейчас лишь потому, что он смотрит на него краем глаза!  – Насчет одаренных – сомневаюсь, что в этом дело. Скорее обычное мошенничество. По мне так жутко скучное дело, хорошо, что директор не меня отправил, хотя с другой стороны, там упахиваться не надо, мне бы это подошло, но ехать в Эхиме, в какой-то захолустный городок, где от силы тысяч сорок жителей, если не меньше…  – Захолустный? – Ниса сверкает глазами и чуть ли даже не подпрыгивает. – Дазай-сан, но ведь это та самая тема, в которой вы теперь профи! После расследования в этом таинственном Руруиэ, как он там правильно? В общем, после такого приключения – я уверена, самое интересное как раз и происходит в захолустье! А вот тут у нас – одна однотипная скука!  Дазай хмыкает, по-доброму разглядывая всю покрасневшую от волнения Нису. История его столкновения с Лавкрафтом – теперь это ее любимая история, ей лишь дай повод ее вспомнить, ну и естественно она теперь в любом убогом месте видит какую-нибудь тайну. Ее заведи хоть в заброшенный дом – найдет тайну. Или в ту жуть, что зовется квартирой, из последних вариантов, что выбирал Куникида – она и там, учитывая состояние этого жилья, найдет какую вдохновляющую на желание спрятаться под одеялом историю.  – Была бы скука, меня бы не заставляли столько работать, – заявляет он, при этом расслабленно поглощая мороженое и вытягиваясь чуть вперед, чтобы отыскать взглядом отошедшую от них хозяйку, полагая попросить добавки, но тут, к своему удивлению, обнаруживает, что внезапно со своего места встает посетительница, с которой прежде общалась хозяйка, и решительно приближается к ним.  – Добрый день! – она быстро теряет тот стремительный настрой, что мгновение назад принес ее к чужому столику, но и не отступает – Дазай читает по ее телодвижениям, неловкому поклону – она очень волнуется, причем волнение ее подорвало вот буквально недавно, почти что сейчас. – Мне очень неловко вас беспокоить. Но я услышала… Вы Дазай Осаму-сан? Из детективного агентства?  Дазай чувствует, как Чуя пинает его под столом – он мельком смотрит на него, а у того какая-то больно нахальная улыбка. Ага! Дазай знает, что за ней скрыто! Их тут недавно вместе с директором после удачного разрешения дела в Аомори показали по телевизору, Дазай там мелькнул-то всего на три секунды, но он все веселился тем вечером, мол, теперь от поклонниц не будет отбоя, как он всегда мечтал. И вот – теперь Чуя своей ехидной улыбкой намекает на то, что наступил час его славы, вот и его первая поклонница! Дазай лишь движением глаз отвечает ему, мол, зря издеваешься, но при этом тут же обращает все внимание на женщину. Одета просто, но сама по себе одежда хорошая, дама без большого достатка, но точно живет в хороших условиях, в меру возможности следит за собой, даже красит волосы в более светлый каштановый оттенок, что естественно молодит ее. Возможно, учительница – что-то такое мелькает в ее облике. Она косится на Акиру, и лицо ее смягчается. Ей явно приятно присутствие мальчика. Дазай это все проносит в один миг в мыслях, при этом выделяя главное: у этой женщины что-то такое гнетущее на душе, она смотрит именно на него, она волнуется с каждой секундой все сильнее, словно хочет за него зацепиться, ибо больше ничего не спасет. Быть чьей-то последней надеждой – та еще обуза, но Дазай даже к женщинам в возрасте способен проявлять высокого рода учтивость, так что поднимается и тоже кланяется ей, усаживая на свое место.  – Он самый! Дазай Осаму! К вашим услугам! Раз вы уточнили мое место работы, значит, именно с этим и связано то, что вы решились вдруг так внезапно подойти ко мне?  Женщина на миг немеет от его потока слов, но, видя расположение к себе, успокаивается.  – Не подумайте, Дазай-сан, что я решилась побеспокоить вас из-за какой-нибудь ерунды, – она слабо улыбается. – Просто услышала ваше имя… Я знаю, чем занимается Вооруженное детективное агентство, и… Вы… В моей голове возникла одна мысль, она бы не возникла, если бы не то, что случилось сегодня, точнее накануне, но я просто уже не знаю, как быть, особенно когда прошлое не отпускает, а хочется от него отстраниться, в общем, не знаю, могу ли вообще с таким обратиться, вдруг это вам покажется бесполезной тратой времени…  Она замолкает лишь потому, что ей становится трудно дышать, и тут же ей на помощь спешит Сугияма-сан с бутылкой обычной воды и стаканом, куда она тут же выливает почти все содержимое. Женщина лишь губами ее благодарит и делает глоток, виновато глядя на окружающих, особенно на притихшего и придвинувшегося еще ближе к отцу мальчика. Ее тут же треплет по плечу Сугияма-сан:  – Что ты, Накагава-сан, все хорошо. Не переживай! Ты помнишь, что тебе надо поберечь здоровье? Сахар снова повысится. У меня остались еще те лимонные батончики, которые тебе можно! Сейчас принесу!  – Не надо, Сугияма-сан, со мной все хорошо, просто сегодняшнее происшествие… Я снова поняла, что смерть моей сестры никогда меня не оставит. Но тут вы, Дазай-сан! Я посмотрела на вас и подумала, а вдруг…  – Попей еще водички, Накагава-сан, смочи горло! – все переживает за нее хозяйка кафе. Тут уже и подбегает ее младшая помощница, которая притаскивает упаковку тех самых лимонных батончиков. Накагава-сан жадно вбирает в себя воду, а Дазай внезапно ее спрашивает:  – Простите, вы Накагава Кацуми-сан? Верно? Ваша сестра, ваша покойная сестра, Миямото Аска?  Чуя бросает вопросительный взгляд на Дазая, но тот никого не замечает сейчас. Чуя снова смотрит на эту женщину. Никогда не слышал ее имени, кажется. И ее сестры тоже.  – Верно, – Накагава-сан несколько смущена, но и как будто даже рада: она по глазам детектива читает, что ей надо объяснять уже гораздо меньше, а вот все остальные словно затаили дыхание, пытаясь понять, в чем дело. – Вы ведь знаете, о чем идет речь? Вы поняли уже?  – Вы были сегодня в том доме?  – Да. Дазай-сан. Рано утром мне позвонили из полиции, сказали, что подростки опять пытались проникнуть, вроде как даже пробрались вовнутрь, и полицейские хотели, чтобы я удостоверилась, что все на месте, да и не рискуют они заходить туда без моего ведома, пусть это по-прежнему место преступления.  – Понятно.  – А вы… Догадались?  – Ну, я по утрам знакомлюсь с утренними сводками полиции, видел сообщение о проникновении в дом семьи Миямото.  – Это столь гадко, Дазай-сан, – Накагава-сан достает наконец-то из сумки платок – она больше не может сдерживаться и промокает глаза. – Столько лет – и я с этим, с этой болью, с постоянным напоминанием о ней. С постоянным страхом и мыслью о том, что так и не узнаю правды!  – Правда может быть жестока, но кто поспорит с тем, что и она может стать лекарством, – тихо произносит Сугияма-сан, крепко сжимая плечо своей знакомой, а та хватается за ее руку, ища таким образом поддержку.  – Дазай-сан, раз вы знаете мое имя, вы знаете, что дело не раскрыто, и нет более зацепок, о чем думать, я не знаю. Обращаясь к вам, возможно, я обращаюсь не по адресу, но я и раньше об этом думала, не в смысле пойти в ваше агентство, а о том, что в той ситуации в самом деле мог быть замешан одаренный. Иначе как же так, что никто не может раскрыть это преступление столько времени? Что за чудовище могло его совершить и не быть пойманным?  – По опыту, Накагава-сан, обычные люди – не меньшие чудовища, прячущиеся во мраке, – отвечает ей Дазай, при этом добавляет, – но в нашем агентстве не делят преступников на тех и других, одаренный он или нет – для нас он все равно преступник.  Накагава-сан поднимает на него глаза и как будто слегка задерживает дыхание. Чуя украдкой разглядывает ее, при этом поглаживая Акиру по голове. Ему становится вдруг ее жаль. Он толком не понимает, в чем дело, но сейчас явственно ощущает ее отчаяние, что и привело ее к их столику. А сейчас, когда Дазай с ней разговаривает, также можно заметить, что она пусть и не ободряется, но готова произнести свою просьбу.  – Дазай-сан, возьмитесь за это дело. Отыщите этого человека или этих людей, что сотворили такое с моей сестрой и ее семьей. Они не заслужили такой памяти, они не заслужили, чтобы убийца оставался на свободе. Помогите. Цена не будет иметь значения, у меня есть накопления и небольшое наследство, доставшееся по завещанию от брата матери.  – В таком случае, Накагава-сан, вам необходимо будет прийти к нам в офис. Дело это находится в ведении полиции, и Фукудзава Юкити должен будет лично принять решение о том, чтобы агентство вмешалось, а также сделать запрос на то, чтобы нам позволили получить материалы дела для изучения и продолжения расследования. Я не знаю деталей, оно ведь не прекращалось?  – Нет.  – Хорошо. Вот, – Дазай выуживает из кармана плаща визитку, где также указан адрес места его работы. – Вы можете прийти завтра, я предупрежу директора. И там все с вами обсудим.  – Правда? Вы поможете?  – Если на то получу добро, постараюсь сделать все возможное, однако… Вы должны понимать, что дело это очень старое, сложно будет заново пройтись по следам преступления с учетом того, что преступника может уже и не быть в живых даже. Я не могу гарантировать вам успех, сейчас я совершенно не представляю, как обстоит современная ситуация, ибо знаком с историй очень поверхностно, но давайте попробуем. В одиннадцать часов вам будет удобно приехать к нам?  – Несомненно! – Накагава-сан принимается утирать слезы, что скопились на ее подбородке. Сугияма-сан склоняется к ней и что-то тихо говорит, а та кивает. – Да-да. Такси, спасибо, Сугияма-сан, это будет очень удобно, не поеду же я такая зареванная на автобусе. Представляете, Дазай-сан, сажусь сегодня в свою машину, а та не заводится, пришлось мужу с ней возиться, надеюсь, ничего страшного, вот вечно все проблемы в один миг происходят, – зачем-то добавляет она, видимо, таким образом надеясь развеять гнетущую обстановку, но тема не особо тому способствует.  Чуя в этот момент посмотрел на сына. Акира внимательно следил за этой женщиной все время, но молчал. Чуя всегда замечал, что сын был довольно чувствительным к чужим бедам, но тут – человек чужой, и он едва ли бы решился как-то утешить, как он мог сделать, когда по каким-то своим знакам определял, что его папе взгрустнулось, к примеру.  Накагава-сан была отправлена хозяйкой умываться в маленькую комнату в дальней части помещения, прямо за полками с кучей фигурок разных девочек в костюмах волшебниц и ярких бутылочек с разноцветной солью и песком разных оттенков, и тут Чуя решает, что и им пора собираться, ибо он уже горит желанием узнать, о чем сейчас шла речь, но в присутствии непосредственной участницы, что вот-вот вернется, посчитал, что так будет нетактично. Ниса, которая еще сильнее сгорала от любопытства, тоже подскакивает, и только Акира вдруг задерживается: на столе осталось несколько дораяки. Он берет себе их, при этом один протягивает Чуе. А тот и не против.  – Интересный у них дынный привкус, – замечает он невольно вслух, разжевывая вкусняшку. – Своеобразный.  – Нравится? – Сугияма-сан при этом смотрит на закусившего мягкий бисквит Акиру. – Дам еще вам! Это подарок! – она на миг скрывается в небольшой кухоньке и тут же возвращается с еще двумя дораяки, причем чуть крупнее предыдущих. – Вкусно же? Да? Акира-кун? Мой Ю-тян тоже обожает дынные дораяки, я сама их тут научилась стряпать. У меня их тут часто заказывают. Раньше-то у нас здесь кондитерская неподалеку была, их там делали, а затем хозяин уехал, а люди все спрашивали и спрашивали. Я уж повторить не смогла бы, но свой вариант – почему бы и нет! Так вот и готовлю!  – Спасибо, – Чуя тянет Акиру к выходу, ему, честно говоря, не хочется слушать болтовню этой женщины, тем более что Накагава-сан вышла уже на улицу, а следом за ней и Дазай, так что он наспех прощается и подпихивает Акиру идти быстрее.  Ниса же вылетает прямо перед ним.  Накагава-сан тем временем благодарит Дазая, и тут как раз подъезжает такси, в которое она усаживается. Дазай склоняется в салон, что-то говорит, но тут же отступает, захлопывая дверь, и задумчиво смотрит на то, как машина увозит его потенциальную клиентку.  – Она что-то еще сказала вам? Дазай-сан! – Ниса уже скачет беспокойно возле него. – Вы расскажете? Что за дело? Что за преступление? Что-то страшное? Дазай-сан! Я же приду завтра к вам в агентство? Утро у меня свободное, у меня только вечером будет встреча в Акихабаре… Ай, еще в библиотеку правда надо заглянуть, черт… Что-нибудь придумаю…  – Будто тебе кто-то запрещает вламываться к нам постоянно, – хмыкает Дазай, заодно прервав ее болтовню, но Нисе принципиально получить разрешение, и она радостно подпрыгивает, а потом вдруг резко прощается: видит, как автобус подъезжает к остановке, и она едва успевает помахать Акире, который умудряется тем временем еще и поклоны раздавать – Сугияма-сан со своей помощницей вышла убедится, что ее знакомая благополучно уехала, да так и не ушла еще, а Акира, заметив ее, решает, что надо поклониться на прощание.   Чую порой умиляла его такая наивная вежливость, но при этом он был доволен тем, что мальчик его хорошо воспитан. Ну, тут еще есть заслуга детского сада, где детей муштровали, а Чуя-то понимал, что его собственное воспитание и привычки далеки от тех, что могут пригодится сыну, но – вот следишь за ним и как-то радуешься.  – Пойдем в машину, А-тян, – торопит его Чуя, а тот снова о чем-то задумался, отвлекся, что папе приходится его подпихивать. Впрочем, не только его.  Дазай без всякой причины замер и смотрит перед собой в направлении, в котором умчалось такси с Накагавой-сан.  – Что-то не так? – Чуя дергает его за рукав и тянет, намекая на то, чтобы он уже начал шевелиться в сторону машины!  – Нет. Просто любопытно. Даже очень.  – Ты хочешь взять это дело?  – На самом деле мне жутко лень, но если директор заставит, – Дазай трагично вздыхает. – Зато далеко тащиться не надо, как Куникиде! Тут все рядом! – тут же весело добавляет он, подмигивая ничего не понимающему Акире.  – Ты сразу был в курсе, о чем попросит тебя эта женщина. А ну, колись! О каком преступлении речь?  – Ты никогда разве не слышал об убийстве семьи Миямото здесь в Хонмоку? Эта известная история нередко всплывает в сети в сообществах любителей раскрывать преступления, уютно запихнув ноги под котацу. Я сам о ней как-то так и узнал, если честно.  – Здесь, в Хонмоку? – Чуя слышит именно это яснее всего из всех прозвучавших слов, они как раз уже подошли к машине, и он так и замирает возле задней дверцы. Даже оглядывается, словно тут прям рядом стоит дом, окруженный желтыми лентами и с силуэтом трупа перед ним – ну, чтобы уж по классике.  – Нет, Чуя-кун, по соседству с тобой никого не грохнули, да и случилось это лет двадцать назад. Странная история, не думал, что живьем, так сказать, с ней столкнусь. Поехали домой, расскажу, что знаю.  Чуя отмирает и усаживает Акиру на его место. Но он все равно с подозрением оглядывает район, который до этого казался ему железно мирным, а тут вот оно что. Что ж, от этого еще более жутко интересно, что расскажет Дазай.