Сюрприз

      «Чувак, я в заднице»       Питер быстро напечатал сообщение и, отправив его Неду, стал ждать, нервно постукивая ногтем по краю телефона. К счастью, друг тут же вошёл в сеть и напечатал ответ:       Н: «Что случилось?»       Питер, прочитав сообщение, снова выглянул из-за угла дома, чтобы в последний раз убедиться, что он не ошибся.       П: «Здесь машина Старка»       Н: «И чё?..»       Н: «Вы же уже два года встречаетесь, что не так?»       Питер с некоторым раздражением цыкнул. Да что здесь может быть непонятного?       П: «Здесь всё не так!»       П: «Я только возвращался с подработки, увидел его машину и сразу понял, что здесь что-то не чисто»       П: «Он никогда просто так не приезжает ко мне»       Н: «А может он просто хотел сделать тебе сюрприз?»       Питер не удержался и закатил глаза, прочитав сообщение друга.       П: «Ага, конечно, и именно поэтому поставил свою совершенно неприметную Audi прямо у парадного входа»       Нед ответил не сразу. Он раздумывал над словами друга долгие несколько секунд, в течение которых Питер снова успел бросить взгляд на парковку, словно надеясь, что машина Старка магическим образом оттуда исчезла. Но, к сожалению, этого не произошло.       Н: «А вдруг он узнал про план?»       План, о котором говорил Нед, собственно и не был планом, но они не придумали, как ещё назвать то, что собирался сделать Питер, и поэтому для краткости и некоторой секретности стали называть это «планом».       П: «Не, вряд ли, думаю, он бы просто сделал вид, что ничего не знает»       Н: «Но ведь из-за этого ты пошёл на подработку»       Питер невольно поджал губы. Он всё ещё помнил ту их с Тони ссору, когда Питер высказал желание найти себе подработку, а Тони категорически запретил ему это делать, объяснив это тем, что Паркер просто будет гробить своё здоровье, ведь он ещё учится и к тому же выходит на патруль в качестве Человека-паука. Так что в итоге вопрос стал так, что либо он, Питер, идёт на подработку и при этом не патрулирует, либо наоборот. И, возможно, Питер бы ещё долго сопротивлялся, если бы в этот момент совершенно неожиданно на сторону Старка не встала тётя Мэй. Против их двоих у Питера не было и шанса.       Пожевав немного нижнюю губу и ещё несколько раз нервно постучав ногтем по телефону, Питер быстро напечатал ответ.       П: «Не знаю»       И снова бросил взгляд на красненькую Audi, так хорошо знакомую ему. Конечно, всё могло бы быть вполне невинным и безобидным, и Тони действительно приехал к нему, чтобы просто повидаться, но что-то настойчиво продолжало подсказывать Питеру, что это совсем не так.       Н: «В любом случае, чувак, у тебя нет выхода»       Н: «Не будешь же ты ждать до ночи, пока он не уедет»       Питер уже не стал уточнять, что вообще-то именно это он и собирался делать. Но, немного подумав, он понял, что это действительно не вариант — ему слишком хотелось есть, а ещё проект по физике сам себя не допишет.       П: «Ладно, чувак, если я не отвечу в течении часа, то знай — ты был лучшим бро»       Н: «Я буду помнить тебя»       Питер, прочитав ответ друга, усмехнулся и, спрятав телефон в кармане джинс, постоял на месте лишь ещё несколько секунд прежде, чем, собравшись с духом, вышел из-за угла и стремительно направился ко входу в подъезд, и там, не сбавляя скорости, влетел в уже почти закрывшийся лифт, который в этот раз почему-то поднимался непривычно быстро.       Затормозил Питер только у самой двери квартиры. Конечно, Тони был внутри, так как Питер сам дал ему дубликат ключа. Если честно, смысла в этом особого не было, ведь это была всё же квартира Мэй, да и Старк наведывался сюда не так часто, возможно, по этой же причине. Но Питеру тогда ничего не оставалось делать, ведь Тони подарил ему целую связку ключей от своей квартиры, дома, ещё одного дома, гаража, мастерской, а также пропускную карточку в Башню. Питер уже пару раз пользовался, хоть и не без жгучего смущения, этим ценным подарком, а Тони своим, пожалуй, впервые.       Глубоко вдохнув, Питер с первой попытки вставил ключ в замочную скважину и, повернув его всего один раз, открыл дверь. И сразу же взглядом наткнулся на пару мужских туфель, аккуратно стоящих рядом с полочкой для обуви, и, конечно же, они принадлежали Старку.       Питер шумно вдохнул и выдохнул через нос, и как можно тише прикрыл за собой дверь. Если честно, он до последнего надеялся, что это был всё же не Тони. Сейчас бы он больше обрадовался какому-нибудь маньяку-убийце случайно забрёдшим к ним в квартиру. Он хотя бы знал, что с ним делать, а вот что делать с Тони, неожиданно явившемуся по загадочной причине?       — О, Питер, ты наконец-то пришёл? — раздался голос мужчины из совершенно неожиданного места — с кухни.       Питер, сбросив свои кроссовки, вопросительно вскинул бровь и, всё ещё думая, что ему просто послышалось, прошёл в кухню, где застал поражающую воображение картину: Тони стоял спиной к нему за плитой с закатанными рукавами и в фартуке и, судя по звукам и запахам, что-то готовил.       — Вы что, готовите, мистер Старк? — забыв скрыть нотки подозрения, спросил Питер. До сегодняшнего момента он был совершенно уверен, что Старк был из тех людей, которые даже яйцо сварить не смогут.       — Представляешь, карапуз! — со смехом в голосе воскликнул Тони, даже не обернувшись, и продолжил что-то жарить на сковородке. — Я устал ждать тебя и решил что-нибудь приготовить, пока тебя нет, потому что, проверив со скуки холодильник, я там ничего не обнаружил кроме нескольких жалких кусочков сыра и масла. Я, конечно, понимаю, что у тебя не так много времени, чтобы себе готовить, пока твоя прекрасная тётушка в командировке, но всё же ты мог бы прикупить себе какие-то продукты.       Продолжая говорить, Тони выключил плиту и, взяв большую стеклянную миску, вывалил туда содержимое сковородки, залил чем-то, приправив перцем, и стал размешивать.       — Ву-аля, — он с миской в одной руке резко развернулся к по-прежнему пребывающему в полном шоке Питеру и торжественно поставил её на центр обеденного стола. — Паста карбонара, — объявил он, указывая на своё творение. — Пожалуй, единственное, что я умею готовить, но поверь, это просто пальчики оближешь.       Питер как-то невнятно пробормотал «спасибо» и с некоторой опаской, словно по-прежнему подозревая, что всё это лишь обман, попытался сесть на стул, как слова Тони резко остановили его:       — Так значит «мистер Старк», да?       Питер тут же бросил взгляд на мужчину, что смотрел на него слегка запрокинув голову и скрестив руки на груди. Тони всегда так смотрел на него, когда Питер в чём-то прокалывался. И Питер действительно прокололся, ведь только что он обратился к Тони «мистер Старк», а так он называл его лишь тогда, когда что-то натворил и чувствовал себя виноватым.       — Я… я по привычке, — чувствуя, как краснеют уши и шея, проговорил он, не смотря мужчине в глаза.       — Хм, по привычке, — как-то задумчиво повторил Тони и, постояв так несколько секунд, полез в карман брюк, доставая оттуда свой телефон.       Питер, лишь краем глаза наблюдая за действиями Старка, уже почувствовал привкус ближущегося пиздеца. Он ещё не понял, что это могло быть, но, пока Тони что-то искал в своём телефоне, мозг Питера активно пытался соображать, что он такого натворил в последние несколько дней и как это можно связать с происходящим сейчас. Но прежде, чем он успел найти ответ, Старк, нажав что-то на телефоне, поднял его, и в воздухе тут же возник голографический экран.       — А мой номер своему куратору ты тоже по привычке дал? — спросил он, указывая на двадцать восемь пропущенных вызовов от профессора Стенфорда.       Челюсть Питера как отвисла, так и захлопнулась. Он вспомнил. Чёрт возьми, он всё вспомнил, но кто ж знал, что эта идея, которая тогда, когда очень давно, казавшаяся ему просто гениальной, сейчас сыграла с ним злую шутку.       — Я-я-я думал, вы не поднимаете трубку, когда… когда звонят незнакомые номера, — начал он это предложение с некоторым осуждением в голосе, но в итоге оно почему-то прозвучало, словно оправдание. Хотя, возможно, оно им и являлось, ведь именно по этой причине Питер «на всякий случай» в анкете вместо номера Мэй написал номер Старка.       Чёрт, он действительно в полной заднице.       — Ну, если тебя это успокоит, то я действительно не отвечаю незнакомым номерам, — сунув телефон обратно в карман брюк, Тони сделал несколько шагов навстречу Питеру. — Но, к твоему несчастью, — он хмыкнул, — номер профессора Стенфорда был в моих контактах.       Чёрт, ну и кто ж знал?!       — Итак, — Тони остановился всего в двух шагах от Питера, который уже давно больно упёрся спиной в кухонную тумбочку, пытаясь так совершить незаметный путь отступлению, — может, потрудишься объяснить, почему ты прогулял почти половину пар в этом месяце?       Тони больше не улыбался, не было даже его привычной усмешки на лице, он был совершенно серьёзен и явно недоволен, и если бы Питеру приходилось выбирать между сражением на грани смерти с каким-нибудь межгаллактическим злодеем и проведением с Тони «серьёзного разговора», то он бы не задумываясь выбрал бы первое.       — Эм-м… — неловко протянул Питер, просто потому что ощутил острую потребность хоть как-то нарушить это угнетающее молчание. — Я… — он бросил быстрый взгляд на Тони, о чём тут же пожалел — осуждающий взгляд Старка сверху-вниз был просто уничтожающим. — У меня… у меня были дела.       Питер пожелал откусить себя язык ещё до того, как успел произнести последний слог. И тяжёлый протяжный выдох Тони был подтверждением того, что предъявить такое жалкое оправдание было ошибкой.       Молодец. Отлично. Теперь ты сделал всё ещё хуже.       — Дела, говоришь, — медленно повторил Тони. — Очень интересно, какие дела могут быть у двадцатилетнего студента, помимо учёбы? Неужели ты опять, вместо того, чтобы как примерный ученик сидеть на парах, гоняешься по всему городу за суперзлодеями? Мы с тобой, кстати, обсуждали эту тему, и ты был полностью согласен и со мной, и с Мэй, что жизнь Дружелюбного Соседа Человека-паука никак не будет мешать жизни Питера Паркера. И ты также согласился с тем, что если вдруг что, то я забираю костюм.       — Нет! — воскликнул Питер прежде, чем Тони успел договорить, и тут же стушевался, вспомнив, что сейчас немного не в том положении, чтобы повышать голос. — Нет, я не выходил на патруль.       На это Тони лишь развёл руками в немом жесте вопроса. Если не это, тогда что же?       Питер глубоко вдохнул, пытаясь себя немного успокоить, и опёрся за спиной на столешницу. Нужно было что-то срочно придумать, ведь сказать правду это вообще не вариант. Конечно, в итоге Тони об этом узнает или догадается, но тогда это будет иметь немного другой эффект, ведь сейчас он совершенно точно не может сказать правду целиком, так что…       — Питер, не заставляй меня просить ПЯТНИЦу вычислить твоё передвижение за этот месяц, — немного угрожающим тоном произнёс Тони, скрестив руки на груди.       Питер бросил на него обиженный взгляд. И вот так вот всегда. Почему с ним до сих пор обращаются как с ребёнком?       — Делай, что хочешь. У меня были дела, и я имею полное право на сокрытие частной жизни, — в точности повторив жест Старка, ответил Питер, демонстративно отведя взгляд в сторону. И действительно, чего это он тут должен оправдываться? Это его жизнь, и это он решает, что ему с ней делать.       — Я не спорю, Питер, — спокойно согласился Тони, — но ведь всё имеет предел. И ты знаешь, что я готов позволить тебе многое и даже, как бы мне ни хотелось, не спрашивать о том, о чём ты не хочешь рассказывать. Но ты прогулял половину пар, и это вынуждает меня хотя бы добиться у тебя ответа, почему так произошло. Прошу, Питер, — его взгляд стал почти умоляющим, — я ведь не хочу тебе зла.       Питер ответил не сразу. Он долгое время с молчаливым угрюмством смотрел куда-то перед собой, мысленно проклиная себя за оплошность.       — Вообще-то я сдал всю домашку и конспекты, — пробубнил он, но выражение лица Старка ясно и чётко говорило само за себя, что это никак не смягчает ситуации.       Питер снова отвёл взгляд в сторону, решив, что пускай Старк, действительно, делает всё, что хочет, ведь максимум, что он узнает, — что Питер весь этот месяц ходил на подработку, но сам Питер ему ничего не скажет.       — Что ж, — устало выдохнул Тони и вновь полез в карман своих брюк за телефоном, что не ускользнуло от внимания Питера и сильно его насторожило и озадачило. Что Тони собирается делать? — Я не хотел, чтобы мы дошли до этого, но ты не оставляешь мне выбора.       Питер невольно выпрямился, с ещё большей опаской смотря на телефон в руках Старка. Что-то ему подсказывало, что сейчас должно произойти что-то очень, прям совсем очень нехорошее.       — Что… что ты делаешь? — запинаясь спросил он, бросая взгляд то на лицо Тони, то на экран его телефона.       — Я звоню Мэй, — совершенно спокойно ответил тот, поднося телефон к уху.       Глаза Питера резко расширились, а острый слух уловил первый гудок, который прозвучал для него, словно смертный приговор. Он уже слышал, как Мэй начинает свой трёхчасовой монолог-тираду, в течении которого Питер даже слово в свою защиту вставить не сможет. Ох да, а ещё она обязательно упомянет, что всё это из-за дурного влияния Старка, что сейчас, видно, мужчину совсем не волнует.       — Нет, — выдохнул Питер, неверящими в такое предательство глазами смотря на Тони. — Не надо.       — Тогда, может, скажешь, почему ты прогуливал пары? — повторил свой вопрос Тони, на мгновение отвлёкшись от слушания размеренных гудков в телефоне.       Питер молча прикусил нижнюю губу, и по этому жесту Тони понял, что он не собирается отвечать, и тогда, к ужасу Паркера, вернул своё внимание к звонку.       Питер мысленно выругался, в упор смотря на телефон Старка и со страхом ожидая услышать из его динамика голос Мэй. Он действительно не ожидал, что всё зайдёт так далеко. Да, конечно, он уже двадцатилетний взрослый парень, супергерой и всякое такое, но… Это же тётя Мэй.       Гудки всё продолжали идти и с каждой новой паузой между ними сердце Питера замирало. И всё это медленно, но верно подталкивало его к пропасти, и в итоге он не выдержал.       — Я подрабатывал, — неожиданно даже для самого себя выпалил он, бросив умоляющий взгляд на Тони, словно говоря «я выполнил свою часть сделки, а теперь твоя очередь».       Тони прекратил вызов, но телефон не убрал.       — И зачем же? Тебе не хватает денег?       Питер лишь молча мотнул головой.       — Тогда что? — не понимал Тони. — Захотелось поработать? Или тебе не хочется принимать деньги от меня или тёти? Ты мог бы обратиться ко мне, и я бы устроил тебя где-нибудь в хорошем месте, где бы тебе не нужно было бы пропускать занятия. Почему ты мне не сказал?       Взгляд Старка открыто говорил, что поступок Питера задел его, как и его молчание, и Паркеру было больно видеть этот взгляд, ведь, создавая этот «план», ему совсем не хотелось прийти к такому результату. Всё должно было быть совсем по-другому, и от осознания того, что он всё испортил, к горлу вдруг подступил горький комок.       — Я… я просто хотел… — он невольно шмыгнул носом. — Это всё из-за тебя.       Тони был готов услышать любой ответ, но явно не ожидал такого поворота событий. Он даже завис на мгновение, пытаясь обработать полученную информацию и как-то связать имеющиеся факты. Но у него ничего не вышло.       — Не понял. То есть… И как это связано со мной?       — Потому что всё из-за тебя, — обиженно повторил Питер, пытаясь рукавом джемпера вытереть выступившие слёзы. — Я хотел сделать тебе сюрприз, а теперь ничего не получится.       Это сбивчивое объяснение никак не пролило свет на происходящие для Старка. Кажется, теперь он ещё меньше понимал что-либо, чем до этого.       — Боже, Питер, только прошу тебя, не плачь, — он, отложив телефон, взял горящее лицо юноши в ладони и мягко заставил поднять глаза на себя. — Ну чего ты так расплакался? — с нежной улыбкой полной любви спросил Тони, большим пальцам стирая солоноватые капли с покрасневших щёк.       — Просто это должен был быть сюрприз, — повторил Питер, а потом, снова всхлипнув и вдруг решив, что уже нет смысла скрывать, добавил: — Я хотел сделать тебе подарок.       — Что? — не сразу понял Тони и, озадаченно нахмурив брови, попытался уточнить: — Какой подарок?       Слёзы Питера как рукой сняло.       — В смысле, какой подарок? — он с нескрываемым раздражением поднял глаза на Старка. — Подарок на день рождения! Он ведь у тебя совсем скоро, — а потом, заметив искреннее изумление мужчины, сбавил градус раздражение и прибавил, почти пробурчав: — Какой ещё подарок?       Тони действительно был удивлён, и пока что он не мог решить, чему больше: тому, что Питер пошёл на подработку и прогуливал уроки ради того, чтобы сделать ему подарок, или тому, что его день рождения — уже! — так скоро. Но ясно было одно — кажется, он теперь не в праве злиться.       — Так говоришь, это я виноват? — немного задумчиво переспросил Тони, не без улыбки смотря на обиженное лицо Питера, и тот, бросив на него взгляд, в котором читалось некоторое подозрение и вопрос, молча кивнул. — И это значит… — продолжил Тони, кладя свою большую ладонь на грудь Питера и завороженно наблюдая, как она медленно опускается всё ниже и ниже. Питер тоже смотрел, невольно поддаваясь навстречу руке.       Ох, чёрт, кажется, он уже понял, что сейчас произойдёт, и он совсем, даже очень не против.       Взгляд Тони неожиданно вернулся к глазам Питера, уже слегка потемневшими от подступающего возбуждения.       — И это значит, — повторил Тони, слегка придвигаясь к Питеру лицом, и, играючи, проводя по носу юноши кончиком своего. Питер нетерпеливо облизал губы, жадно наблюдая за тем, как шевелятся губы Старка, — я должен отблагодарить.       Рука, до этого блуждающая по телу Питера, неожиданно сжала его пах, от чего Паркер не смог сдержать протяжного стона, который тут же утонул в поцелуе. Полное возбуждение пришло за считанные секунды. У них уже давно кроме быстрых поцелуев на прощание или приветствие ничего не было. Поэтому теперь Питер с особой страстью отвечал на поцелуй, инстинктивно поддаваясь бёдрами навстречу чужой руке, что уже успела пробраться в его боксёры и крепко сжать основание члена. И срать, что без смазки, что неудобно, сейчас он готов стерпеть любой дискомфорт, лишь бы эти губы продолжали целовать его, а рука не исчезала с возбуждённого органа.       — Ох, Тони, — со стоном выдохнул Питер и, прикрыв глаза, откинул голову назад, позволяя Старку целовать его шею, слегка прикусывая кожу.       — О-о, теперь Тони, — усмехнулся Старк Питеру куда-то в ключицу и, крепче сжав его член, сделал несколько движений, от чего тот громко зашипел, схватившись за его плечо. — А ведь до этого был «мистер Старк», — Тони поднял на юношу хитрый взгляд и нежно коснулся губами подбородка.       Питер невольно привстал на носки и выгнулся всем телом, пытаясь добиться ещё большего контакта с чужим телом и рукой, что, не переставая, продолжала дрочить его член, что уже начал истекать предэякулятом, готовясь вот-вот извергнуть семя.       — А что, — немного хриплым голосом спросил он, подняв глаза на Тони, — у «мистера Старка» кинк на это?       Тони на это ничего не ответил, он лишь молча, с какой-то полуулыбкой-полуусмешкой смотрел на Питера сверху-вниз и продолжал ласкать его член, постепенно наращивая темп, от чего Питер весь напрягся до дрожи в теле и блаженно прикрыл глаза, готовясь кончить. И, когда конец был близок, рука совершенно неожиданно исчезла с его члена. Питер с каким-то отчаянием дёрнулся всем телом, так и не получив долгожданного оргазма, и чуть не скуля от разочарования, обиженно бросил взгляд на Старка, который, падла, улыбался во все тридцать два зуба и с совершенно невинным видом прятал всё ещё эрегированный орган юноши сначала в его боксёры, а потом и джинсы.       — Ну что ж, поиграли и хватит, — заявил Тони и, не скрывая своего довольства, встретился взглядом с Питером.       — Ты вроде говорил, что собираешься отблагодарить, — попытался возмутиться тот, чувствуя настоящее отчаяние от того, что возбуждение, не получившее своего разрешения, начинало постепенно сходить.       — Конечно, — согласился Тони, беря влажную салфетку, чтобы стереть липкую жидкость с пальцев. — Но кто ж говорил, что я не накажу тебя за пропуски?       Питер действительно был готов волком выть, видя хитрую и самодовольную улыбку Старка, которую тот даже не пытался скрыть.       — Это не честно! — обиженно заявил он, чувствуя себя маленьким ребёнком, которому сказали, что сладкое лишь только после обеда.       — Почему же? — с совершенно снисходительным видом спросил Тони, и — чёрт возьми! — почему он опять прав?! — Хотя, как хочешь, — прибавил он, метко выбросив смятую салфетку в урну, — можешь считать, что это сюрприз.       Видя улыбку Старка у Питера просто не нашлось слов. Он возмущённо открыл рот, но был вынужден тут же его захлопнуть, однако злость от этого не ушла.       — А теперь давай, иди мой руки и за стол, а то карбонара уже совсем остыла, — скомандовал Тони и, шутя, шлёпнул оторвавшегося от края тумбочки Питера. Тот лишь одарил его недовольным взглядом, но снова промолчал и поплёлся в сторону ванны, думая о том, что, по сути, он там может чуть-чуть задержаться, ведь и без помощи Старка он может довести дело до…       — И да, — вдруг произнёс Тони, когда Питер уже почти вышел из кухни, — я запрещаю тебе дрочить.       Нет, ну это уже…       — Я и не собирался, — широкими шагами покидая кухню, бросил Питер через плечо, но это прозвучало совсем не убедительно.       Вот тебе и сюрприз.