I will follow you into the dark

      Шото уже слабо соображал после третьего стакана виски. Он включил на фоне телевизор, по которому показывали новости. Естественно, крутили событие с пожаром, произошедшим в большом бизнес-центре. Как обычно, говорили, что это дело уже вовсю расследовалось, но Шинсо лишь усмехался, слыша это. — Ага, ну да, расследуют они. Как же, — вновь выпив очередную порцию алкоголя, Хитоши поморщился, но противный вкус напитка никак его не останавливал. — Журналистам главное сейчас лапшу на уши повесить, а потом быстро замять это дело.       Шинсо посмотрел на напарника, который, видимо, полностью погрузился в свои мысли. — Шото, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Но ты ведь сам догадывался, что такое однажды может произойти, — парень аккуратно положил руку на плечо друга, на что тот слегка вздрогнул, закрывая лицо рукой. — Наша жизнь и так вечно подвержена опасности, но помимо нас есть и другие люди, которые не хотят, чтобы их планы нарушались. — Я проверял каждого, — тихо начал Тодороки, и Хитоши убрал руку, потому что атмосфера резко ухудшилась. — Ты думал, я живу припеваючи, исключая возможность, что кто-то может меня предать? Я всю жизнь смотрю лишь на предательства, — кинув многозначительный и грозный взгляд на Шинсо, Шото осёкся, поняв, что ляпнул. — Прости, тебе я безоговорочно верю. — До сих пор этому поражаюсь. Я только и делал, что жил за счёт вранья, но в сложный момент тоже могу без сомнений доверить тебе свою спину. Так что с уверенностью скажу, что буду также тебя поддерживать, — Хитоши встал с кровати и, прихватив почти пустую бутылку с виски, направился во вторую комнату. — Сейчас стоит отдохнуть. Когда вернёмся на базу, я займусь поисками. И, поверь, я из-под земли достану эту крысу.       Шото ничего не ответил. Он измотанно выдохнул, проводя рукой по лицу. Сейчас и правда все мысли сбились в одну кучу — решать что-то на пьяную голову не было смысла. Когда Шинсо закрыл за собой дверь, Тодороки убрал всё, что было на кровати, и завалился на мягкую поверхность, слушая, как за окном активно ездили машины, хотя на часах было только пять утра. Через какое-то время гетерохром заметил, что на улице пошёл снег. Небольшие, похожие на хлопья снежинки слегка кружили в воздухе, медленно опускаясь. Засмотревшись на такую красоту, парень не заметил, как заснул.

* * *

      Утро было не самым добрым и началось с головной боли и ломкости в теле. Тодороки начал переворачиваться на другой бок, но всё настолько болело, что парень оставил эти попытки. Так он пролежал ещё пару минут, после чего стал по очереди разминать руки, а затем попробовал ещё раз перевернуться. В этот раз получилось — в плече и где-то в теле всё равно кольнуло, но Шото уже старался не обращать на это внимание.       Кое-как поднявшись, гетерохром поплёлся в соседнюю комнату, чтобы разбудить напарника. Вот только Шинсо, к его удивлению, внутри не оказалось. Шото достал телефон и посмотрел на яркий экран, где высветилось «14:27». Мда-а-а, вот это он проспал, конечно. Но почему Хитоши его не разбудил? Хотя, Тодороки вполне представлял ответ на этот вопрос. Парень увидел на телефоне пару пропущенных от отца. Неужели он умел звонить больше одного раза в неделю? Неожиданно. Обычно ему вообще было плевать на своего сына, а тут, видимо, увидел по телевизору новости. Как бы седина не пошла от волнения.       Шото фыркнул от своих же мыслей и ещё раз аккуратно потянулся, проверяя, не было ли новых ранений. Вновь кольнуло только в области плеча — остальное было в норме. Ну и славно. Тодороки уже хотел набрать другу, как дверь номера открылась и внутрь зашёл донельзя довольный Шинсо. — О, доброе утро, — радостно проговорил Хитоши, отчего Шото поморщился. — Ты какого хуя такой довольный? Что, кого-то подцепил, пока я спал? — гетерохром прищурился и не сдвинулся с места, пока его друг носился по комнатам. — Нет, я просто… смог дозвониться одной знакомой — она сможет сделать нам очень неплохую скидку на новую машину, — Хитоши как-то странно озирался по сторонам, словно что-то ища.  — Ты случайно не про Мэй говоришь? — Шото не виделся с ней намного больше, чем Хитоши. Наверное, поэтому Шинсо думал, что Тодороки успел её забыть. — Да, неужели ты её помнишь? — сиреневолосый удивлённо посмотрел на напарника. И всё-таки у того была очень хорошая память. — Вы ведь не виделись больше семи лет. — Не каждый день встретишь девушку, которая работает в автосервисе, — гетерохром улыбнулся и прикрыл глаза, — поэтому я её помню. Да и сама по себе она очень шумная. Такие люди мне почему-то вечно запоминаются, как бы я ни хотел выкинуть их из головы. — Ха-ха, всё с тобой ясно. Кстати, нас уже подгоняют, чтобы мы освободили номер. Так что давай, одевайся поскорее. — Понял.       Шинсо всё же забрал какие-то пакеты, которые оказались здесь непонятным для Шото образом, и оставил напарника наедине со своими мыслями. Гетерохром снова присел на кровать, понимая, что морально вымотался настолько, что даже два плюс два не мог сложить. Однако собираться всё-таки было надо: не хватало ему ещё проблем со здешним персоналом.       Быстро одевшись, Шото поблагодарил работников на ресепшене и вышел из отеля, осматриваясь по сторонам. Он только сейчас понял, что Шинсо в очередной раз его оставил, не сказав ни слова. Если честно, то они частенько так расходились после заданий, толком ничего не говоря друг другу. В конце концов, они всего лишь напарники, поэтому не были обязаны рассказывать друг другу что они, где, с кем и куда. Шото устало опустил руку в карман куртки и понял, что сигареты он явно просрал ещё где-то на миссии, а потому пришлось идти в магазин, чтобы купить новые. Рядом с табачным ларьком, как и ожидалось, ошивалась какая-то компания малолеток, просившая купить им сигареты кого ни попадя. Тодороки кинул на них грозный взгляд, когда те обратились к нему, и направился в магазин. Внутри уже стоял какой-то парень — и лишь через несколько секунд до гетерохрома дошло, что он спорил с продавщицей о своём возрасте, мол, ему уже за двадцать — но сотрудница всё смеялась и говорила, что у того слишком детское лицо.       Шото не смотрел в их сторону, а просто просматривал сигареты, которые он обычно курил. Хорошо, что те оказались в продаже, потому что Тодороки не любил ходить по магазинам и частенько пиздил по паре упаковок у Шинсо.       Спустя некоторое время гетерохром направился к кассе, где парень в полностью чёрной одежде наконец оплачивал свою покупку. Тодороки не совсем понимал, почему тот накинул на голову капюшон, но думать об этом явно не было смысла. Однако, когда парень поблагодарил женщину за кассой и повернулся, чтобы уже направиться в сторону выхода, то Шото в глаза бросились зелёные пряди, торчащие из-под толстовки.       «Зелёные? Он их красил или у него они такие от природы? Хотя, чему уж тут удивляться, если даже у меня необычная цветовая гамма», — Шото хотел дать себе пощёчину, потому что из-за этого он завис перед кассой на пару секунд и продавщица начала косо на него смотреть. Тодороки включил предельно доброго парня, чтобы женщина не подумала, будто он какой-нибудь наркоман.       Выйдя на воздух, Шото прошёлся вдоль улицы, достал сигарету и прикурил, моментально пропуская противный дым по своим лёгким. Мозг наконец-то начал что-то соображать, хотя Тодороки понимал, что это — плохой способ приводить его в действие, но от старой привычки он уже вряд ли когда-нибудь откажется. Его усталый образ очень кстати дополняли синяки под глазами, но Шото было абсолютно плевать. Сейчас он просто бесцельно шёл по улицам, в надежде вернуться домой до заката. Если учесть, где они с Шинсо остановились и что зимой солнце садилось очень рано, то у парня вряд ли получится осуществить задуманное.       Тодороки пару раз проверял телефон, желая увидеть хоть какие-то хорошие новости, но вместо этого наблюдал лишь очередной пропущенный от отца.       «Может, стоит перезвонить? А то ведь потом спуску не даст», — подумал про себя парень, сразу же отбрасывая эту мысль. Он слишком за сегодня устал, чтобы тратить время на глупые разговоры. Энджи обязательно заведёт речь про офис, про проваленное задание и может про что-нибудь ещё.       Время пролетело довольно быстро, и Шото даже не заметил, как наконец добрался до дома. На улице уже было темно, но сейчас это было не так важно: главное, что он добрался без происшествий, ведь здешние ребята знатно его недолюбливали. Тодороки был в таком состоянии, что обидчикам только на руку.       Зайдя в квартиру, снайпер тут же скинул с себя всё оборудование, шипя от боли. Рана на плече неприятно тянула, но Шото больше чувствовал общую усталость во всём теле. Не найдя сил, чтобы хотя бы дойти до душа, парень разделся и завалился спать, полностью забив на всё, что он планировал сегодня сделать.

* * *

      Шинсо с хорошим настроением спешил в ресторан, где заранее заказал столик. Он с нетерпением ждал встречи со своей давней знакомой, с которой дружил большой промежуток времени. Не так долго, как с Шото, но всё же. Почему Хитоши так хотел с ней увидеться? Наверное, потому что эта девушка не была похожа на других людей. С ней было легко общаться, она часто подшучивала над друзьями, но вот злить её не стоило. Сиреневолосый частенько видел её в своём баре, когда у девушки были тяжёлые дни на работе и она приходила, чтобы поделиться этим со своим другом. Они не были заинтересованы друг в друге в романтическом плане: Мэй в принципе не хотела заводить отношения, а Хитоши был геем. Так что они вели себя как брат и сестра.       Парень зашёл в помещение и стал искать знакомое лицо. Хатсуме, увидев друга, помахала ему и также с улыбкой на лице поприветствовала, крепко обняв. — Мэй! Сколько лет, сколько зим! — Шинсо снял куртку, повесил её на стоящую рядом вешалку и уселся на стул, потирая руки от холода. — Я тоже рада тебя видеть, Шинсо, — к их столику подошёл официант и положил два меню, сказав, что, как только гости будут готовы сделать заказ, он сразу подойдёт. — Сколько мы не виделись? Года три-четыре? — парень сделал вид, что он активно пытался вспомнить момент, когда они крайний раз встречались. — Да, где-то так, — Мэй убрала выпавшую из пучка розовую прядку за ухо. — Как ты поживаешь? — Да всё так же. Наблюдаю за пьяными рожами в баре, разнимаю мужиков, которые устраивают драки из-за девушки, и так далее. — Ох, не завидую, — Хатсуме тихо посмеялась, после чего откинулась на спинку стула. — А вторая работа как? — Вот как раз насчёт неё я и хотел с тобой поговорить, — парень продолжал улыбаться, мельком посматривая на остальных людей в зале. Они сидели в довольно укромном месте, но за счёт этого Хитоши мог видеть всё, что происходило вокруг. — Ты ещё работаешь в мастерской? — Да, мы хоть и не виделись такое долгое время, но мой офис не переставал работать. — Странно, что ты пропала. Я уж думал, что-то случилось: не прислала ни одного сообщения, — Шинсо наигранно нахмурился, а Хатсуме посмеялась над таким поведением друга. — Прости, произошёл форс-мажор, так что мне пришлось слетать за границу, — ответила девушка и наконец взяла меню в руки, начиная просматривать здешние блюда. — Вот это да-а-а, — протянул Хитоши, подставляя под щеку кулак и опираясь на него. — Не думаю, что это очень интересная история. Лучше скажи, что тебе на этот раз надо, — сразу перейдя к делу, спросила Мэй. — Мы тут после очередного задания не хило так пострадали, но больше всего попала под раздачу твоя машина.       Хатсуме опустила меню и посмотрела на Шинсо взглядом, который прямо-таки говорил «Ты издеваешься или да?». Сиреневолосый усмехнулся и поднял руки, показывая своё поражение. Они уже не раз проходили через это, так что Мэй, кажется, привыкла к таким его выходкам. — Шинсо… — но парень никогда не привыкнет к этому холодному и пугающе спокойному голосу. — Я скоро открою мастерскую только под тебя, потому что не успею я доделать одну машину, как ты летишь ко мне за новой. — Ну, я не виноват, что Шото постоянно выкручивается из сложных ситуаций именно таким способом. Но, к сожалению, по-другому нас бы уже давным-давно поймали, — оправдывался Шинсо, а после решил взять небольшую паузу, позвав официанта.       Хитоши чувствовал, как его прожигали взглядом, поэтому моментами запинался на каких-то лёгких словах — благо, по этому поводу ему ничего не говорили, а лишь продолжали записывать заказ в блокнот. После Мэй тоже сделала заказ, и ребята продолжили разговор. — Я не сомневаюсь в умственных способностях твоего напарника, но можно хоть иногда относиться с уважением к моим трудам? Я вам не робот, который может за ночь всё смастерить. У меня уже команда иногда бунтует, что я заставляю их так усердно работать, — Хитоши видел, что девушка злилась, но её мастерский контроль эмоций не давал вырваться всей злобе наружу. — А ты ведь говорила, что у тебя там какой-то талантливый парниша работает? — Шинсо вспомнил, как Мэй как-то упоминала про своего гениального работника, который очень ей помогал. — Ты про него и думать забудь: у него и так дел невпроворот. Я гоню его с работы, потому что сам он очень редко уходит домой, — Хатсуме вспомнила, как её напарник однажды застрял в мастерской на неделю и тяжело вздохнула. — Изуку — очень хороший мастер. Но меры он не знает. Не остановится, пока в обморок не брякнется, притом буквально. — Ого, всё настолько серьёзно? — удивлённо спросил Шинсо и в ответ получил лишь кивок. — Ясно. Ну так что, когда можно будет отправить Шото к тебе? — Пусть приходит завтра, — сухо ответила Мэй, заглядывая в телефон. — У меня вроде никаких встреч нет, может и Изуку чем поможет. — Спасибо, — Хитоши улыбнулся, после чего отправил сообщение Шото о том, что тот мог заглянуть завтра в мастерскую. Тут же он прислал и адрес, уточнив его у Хатсуме.       Оставшийся вечер они провели за более приятными разговорами. Мэй наконец рассказала, почему ей пришлось улететь за границу — оказалось, что её позвали на очень серьёзный конкурс, связанный с автомеханикой; она проработала в большой компании и в конце концов ей выдали грамоту. Шинсо же просто рассказал, как у него обстояли дела. Мэй долго стебала его по поводу парня, но Хитоши говорил, что почему-то сейчас он не хотел отношений. Хватало проблем на работе. Закончив ужин, парочка ещё немного прогулялась, и затем разошлась по домам с хорошим настроением.

* * *

      На следующий день Шото проснулся довольно рано. Как и ожидалось, чувствовал он себя уже значительно лучше и решил сразу пойти в душ. В ванной он долго смотрел на своё отражение в зеркале, а также на плечо, где была аккуратно зашита рана. Чуть выше виднелась красивая татуировка, переходящая с плеча на грудь — дракон, окружённый красными розами. Тодороки и сам не знал, почему он набил именно такой рисунок. Ему просто понравилось, вот он и решил привнести хоть какое-то разнообразие в свою жизнь.       Парень медленно провёл рукой по волосам, убрав их на бок и прикрыв свой огромный шрам под левым глазом, и вздохнул, закрыв глаза. Шото постарался вернуть свой хороший настрой, ведь нужно было поскорее возвращаться на работу и вечером сходить в автосалон, чтобы присмотреть новую машину.       Быстро приняв душ, Тодороки приготовил лёгкий завтрак, просмотрел все новости, связанные с их последним делом: как и ожидалось, много информации об этом не было, но всё же некоторые фотографии просочились, а значит, его ждал серьёзный разговор с отцом. Кстати, о нём. Гетерохром взглянул на свой телефон, но пропущенных от Энджи не наблюдалось. Парень подумал, что ему нужно было как можно скорее добраться до офиса и всё обговорить, ведь на кону могло стоять что угодно.       Одевшись в красивый смокинг, Шото собрал небольшой чемоданчик с необходимыми бумагами, парой пистолетов, и вызвал такси, на котором ему, к слову, придётся ездить в ближайшее время. По пути Тодороки снова позвонил его отец, и на этот раз парень взял трубку, будучи готовым к любому раскладу.