5. Что же ты за человек такой, Мидория Изуку?
20 мая 2021 г., 07:00
— И прошу, положите его на самый верхний этаж.
Мэй уже минут двадцать ходила за врачом и доставала его этой странной фразой. Тодороки следовал за ней, хотя совершенно не понимал, что он тут делает. Пока они ехали до больницы, никто и слова не проронил. Шото никого не расспрашивал, лишь изредка поглядывал в зеркало, чтобы убедиться, что на задних сидениях всё в норме. Хатсуме ехала как раз позади, аккуратно уложив голову Изуку на свои колени. Сама же девушка, видимо, ничего не собиралась рассказывать, потому что сейчас все её мысли были только о пострадавшем друге.
— Я же вам уже сказал: на верхних этажах лежат люди с тяжелой формой заболевания. И там много операционных, — мимо проходили медсёстры, которые пытались начать разговор с врачом, но Мэй вечно их перебивала, постоянно переводя внимание на себя.
— То есть, по-вашему, отравление ядовитыми химикатами вплоть до потери пульса — это ерунда? — как раз в этот момент они проходили мимо места, где лежал Изуку.
— Почему вы упомянули про…
Неожиданно в палате заработали кардиографы, которые оповещали об остановке сердца. Шото не понимал, почему Мэй так странно себя вела. Её помощник мог умереть в любую секунду, а она стояла, улыбалась и просила о какой-то херне.
Врач тут же позвал пару медработников, скрывшись за дверью палаты — тогда Тодороки наконец решил поговорить со знакомой, пока рядом с ними бегали фельдшеры и носили различные лекарства и инструменты.
— Почему ты так уговаривала врача перевести твоего работника на верхний этаж? — Шото потёр переносицу двумя пальцами. Усталость за последние пару дней начала сильно давить на него, а тут ещё такая дебильная ситуация, к которой он вообще не имел никакого отношения.
— Он больницы не любит, может из окна выпрыгнуть.
Кажется, у Шото сейчас от таких новостей выпрыгнуло что-то другое. Сонливость как рукой сняло. Он всякого в жизни повидал: люди сбегали из психушек, из полицейских участков, в конце концов, многие прыгали из многоэтажек, но с заранее подготовленной подстраховкой. Но чтобы… сбежать из больницы? Такое на его памяти было впервые.
— Прошу прощения? — снайпер даже прокашлялся. Он уж подумал, что ему послышалось, поэтому решил спросить ещё раз. Мысленно парень уже настраивал себя на то, что пора бы нормально выспаться.
— Больницы не любит. Сбегает, а я потом ищу его, — и даже в этот раз Мэй спокойно повторила свой ответ на заданный вопрос. Судя по всему, она говорила на полном серьёзе.
— Жучок бы ему подсунула, — в шутку сказал Тодороки, но последующий ответ удивил не меньше предыдущего.
— Пробовала: этот гаденыш их либо находит и оставляет в больнице, либо вообще ломает, хотя он прекрасно знает, что в таком случае я тем более догадаюсь, что он его обнаружил и сбежал, — девушка чуть нахмурилась, вспомнив прошлые выходки Изуку. Ох она тогда набегалась…
— А внутренне… — Тодороки уже сам не соображал, что спрашивал, но почему-то хотелось узнать об этом ненормальном парне побольше.
— Боже упаси, — девушка рассмеялась, а Шото стало плохо, — этот болван вырезал жучок из плеча — я думала, что коньки отброшу от его выходки, — Мэй внимательно посмотрела на парня, который старался сделать максимально нейтральное лицо. — Не волнуйся. Прости, что заставила тебя съездить с нами в больницу, просто на этот раз он зашёл слишком далеко, и я боялась, что, в случае чего, не смогла бы ему помочь.
— Ничего страшного… — гетерохром тяжело выдохнул, а в палате наконец стало тихо. Через пару минут вышел врач.
— Его состояние нормализовалось. Пока мы будем за ним наблюдать, — мужчина как-то недовольно посмотрел на Хатсуме. — Мы переведём его на верхний этаж. Когда он придёт в себя, мы возьмём у него кровь на анализы, а сейчас ему нужен лишь отдых.
— Спасибо, доктор, — пролепетала Мэй и потащила Шото в сторону выхода.
Оказавшись на улице, розоволосая, не думая, закурила, а Шото странно на неё покосился.
— Совершенно не понимаю твоего отношения к этому парню, — сказал Тодороки и убрал руки в карманы. Было довольно поздно, поэтому знатно похолодало.
— Лучше и не спрашивай. Он всё равно очень странный сам по себе. Поэтому избегает людей. Если бы не взрыв в его мастерской, то он бы так и продолжал там сидеть, как мышка, и заниматься своими делами.
Девушка затянулась и выпустила белое облако дыма в воздух, которое тут же разлетелось в разные стороны. Шото вздохнул, наверное, раз сотый за сегодня и решил направиться в сторону дома.
— Что ж, если моя помощь больше не нужна, то я, пожалуй, поеду домой, — устало проговорил Тодороки, сильнее закутавшись в зимнее пальто. Хотя на парне до сих пор был тёплый офисный костюм, в котором он ездил на работу, Тодороки не мог предугадать то, что день настолько затянется, а потому надеть обычное пальто вместо тёплой куртки было худшей ошибкой. Но ничего, Шото и не с такими морозами справлялся.
— Кстати, когда у вас следующее задание? — Мэй моментально перевела тему, но Тодороки воспринял это абсолютно спокойно.
— Пока не знаю, но думаю, что новая машина нужна будет в любом случае. У меня такое ощущение, будто намечается что-то очень дерьмовое.
— Я тебя поняла. Ну, если этот балбес, — Хатсуме посмотрела на больницу и снова сделала затяжку, — не доставит врачам проблем, то я постараюсь закончить как можно скорее.
— Спасибо, — Шото посмотрел на экран телефона и усмехнулся, поняв, что сейчас уже глубокая ночь. Помимо этого парень заметил пару сообщений от Шинсо, но решил просмотреть их дома. — Как будут новости — пиши.
— Насчет автомобиля — обязательно.
Ребята попрощались, и Шото поехал домой. У снайпера появилось очередное чувство дежавю: он весь заёбанный возвращается домой при свете луны. Давно у него всё-таки не было такой загруженности. Теперь, помимо чёртовой работы, в голове засели странные слова Мэй о её помощнике. Что он за человек такой, раз работает отдельно от всех остальных, падает в обморок, видимо, от переутомления, и ещё сбегает из больницы? У Тодороки никак не укладывалось это в голове. А потом парень поймал себя на мысли, что и сам переутомился, раз думает о каком-то незнакомце.
Зайдя в квартиру, Шото быстро снял ботинки с пальто и направился на кухню, где нашёл остатки приготовленного завтрака и заварил себе крепкий чай. Когда Тодороки перекусил, то решил наконец посмотреть, что написал Шинсо. Оказалось, парень хотел заехать в мастерскую после работы, но никого там не обнаружил, поэтому сначала попытался дозвониться до Мэй, а потом и до Шото — никто ему так и не ответил, из-за чего тот решил ограничиться простым сообщением. Когда появится возможность, кто-то обязательно да напишет.
Тодороки понял, что ему слишком лень печатать сообщение, в котором пришлось бы объяснять всю ситуацию, поэтому просто позвонил Шинсо, который, на удивление, не спал в пять часов утра. Хотя, как выяснилось, сиреневолосый практически каждый день вставал так рано, чтобы пойти на работу. Шото вкратце рассказал, что произошло, опустив только их с Мэй разговор насчет Изуку. Тодороки всё ещё думал, что ему это послышалось, поэтому не стал делиться ситуацией с другом. Хитоши спокойно воспринял весь рассказ и настоял на том, чтобы Шото отправился спать. Конечно, гетерохром и сам был не против этой идеи. Так что, попрощавшись, Тодороки откинул телефон и, раздевшись до трусов, завалился на кровать, сразу же уснув.
* * *
Днём Шото уже был в офисе. Он умудрился выспаться за каких-то пять часов, хотя парень думал, что будет спать намного дольше. Ну, ничего страшного, пора бы уже начать нормально работать, а не отсыпаться целыми днями, как Спящая красавица. Хотя, конечно, работа в офисе очень докучала, но делать было нечего. Надо отвечать за свои ошибки. Пока не придёт новое задание, Тодороки будет зависать в этом скучном месте. Многие его коллеги снова пытались с ним заговорить, пригласить пообедать, но парень всячески отказывался, в очередной раз показывая, что нормально отвечать он будет только на вопросы, касающиеся работы. Когда на этаже стало тихо, Шото откинулся на спинку стула и посмотрел в окно. На лице появилась ухмылка, потому что ему вспомнился вчерашний разговор с Хатсуме. Тодороки в голову даже пришла безумная идея, которую он сразу же отбросил на первое время… Через пять минут Шото не выдержал и, издав нервный смешок, резко вскочил и направился к выходу. Обеденный перерыв только начался, а значит, времени ещё было предостаточно, чтобы… — Да твою мать, и что я творю? — спросил сам себя парень, но всё равно продолжал уверенно спускаться на лифте. Ещё никогда заинтересованность в ком-то не съедала Шото настолько. Однако где-то в глубине души он надеялся, что всё, сказанное Хатсуме, окажется неправдой, и что этот Изуку самый обыкновенный человек, над которым начальница просто любит постебаться. Снова это дурацкое такси, которое гетерохром просто терпеть не мог. Шото подумал о том, что стоит помимо машины для ночной работы ещё прикупить самую обычную, на которой Тодороки сможет ездить в свободном режиме, не используя эти тошнотворные такси, которые плетутся как черепахи. Здание больницы всё так же ослепляло своим белым светом. Это строение вечно будет преследовать Шото в его кошмарах. Однако, несмотря на это, Тодороки всё равно продолжал сюда приходить. Зачем? Правильно, чтобы узнать об абсолютно незнакомом человеке, не псих ли тот на самом деле. Пока Тодороки прокручивал в голове все эти мысли, он успел уточнить на ресепшене, в какой палате лежал Мидория, подняться на последний этаж и дойти до нужной двери. Когда мимо прошла уже вторая медсестра, Шото глубоко вздохнул и постучал костяшкой о деревянную поверхность. Затем он медленно открыл дверь, но его глаза вмиг округлились, когда буквально на секунду он пересекся со взглядом зеленых глаз, а затем их владелец быстро спрыгнул. Тодороки просто замер на месте, не зная, что делать. Он на всякий случай закрыл за собой дверь, но остался стоять на месте. Снаружи лишь послышался хруст веток и шелест листьев. Схватив телефон, Шото набрал номер Шинсо, правда, ещё не думая о том, что ему стоит сказать. — Алло, Шинсо? Что делать, если на твоих глазах человек выпрыгнул из окна семиэтажного здания? — браво, Тодороки. Начало разговора уже многообещающее. — Шото, ты че как новенький? — на заднем фоне играла музыка, а также слышались чьи-то голоса. Шото только сейчас вспомнил, что его друг находился на работе и отвлекать его не стоило, хотя обычно бармен просто не отвечал, если был сильно занят. — Поправка: семиэтажного здания больницы, — видимо, Хитоши что-то пил, потому что Тодороки услышал на другом конце жуткий кашель. — Тоже ахуел, да? — Стой, это кто там такой смельчак? — Шинсо продолжал откашливаться, а Шото наконец решил подойти к окну, чтобы посмотреть наружу. — Ох, ну как бы тебе сказать… — гетерохром глянул с опаской вниз, но там уже никого не было. — Шото, говори, как есть, у меня за всё утро наконец-то выдалась свободная минутка. — Это тот парень из мастерской Мэй. — Изуку?! — неожиданно перебил сиреневолосый. — Блять, сказать, что я в шоке — ничего не сказать. — Полностью согласен. Вот и что мне теперь делать? В офисе скоро обеденный перерыв закончится, а я тут торчу. — Не кипишуй, просто свали оттуда. Врачи небось тоже сейчас обедают, поэтому не сразу заметят пропажу. — Но почему никто из охраны не увидел его на улице? — Шото пытался рассмотреть знакомую фигуру снаружи, но там действительно никого не было. Больше всего Тодороки поражало то, что Изуку, по сути, был в лёгкой одежде, но ведь на улице стояла такая холодрыга! Он и десяти минут не протянет в том легком халатике. — Пф, я тебя умоляю, ты же сам знаешь, какая сейчас везде охрана, — Шинсо неожиданно с кем-то поздоровался, но Шото это проигнорировал. — Но не в больнице же… — Шото, прекращай строить из себя дурачка. Тебе должно быть прекрасно известно, что творится у нас в стране. Кстати, а какого черта ты вообще забыл в больнице? — Тодороки прочувствовал на себе изучающий взгляд напарника прямо через телефон. — Совсем на тебя не похоже, чтобы ты навещал там кого-то, кроме своей мамы. — Закрыли тему, — резко отрезал Шото, наконец решив поскорее уйти из палаты. Ещё не хватало, чтобы его обвинили в пропаже человека. Ему вообще не стоило сюда приходить… — Ладно-ладно, только не злись. Извини, мне уже пора идти, вечером ещё созвонимся. — Давай, на связи. Когда вызов был завершён, Тодороки решил поскорее вернуться в офис, чтобы не нарываться на лишние проблемы. Добрался парень довольно быстро, даже оказался на своём рабочем месте раньше всех — ну, собственно, он на это и рассчитывал. Очень скоро на этаже снова стало шумно: повсюду слышалось клацание по клавиатуре, телефонные разговоры и прочее. Но Шото умел отвлечься от всего этого, занимаясь своей работой. Оставшаяся часть дня прошла на удивление быстро. Из неловких моментов было лишь то, что Шото позвонили из больницы и спросили, в каком состоянии был Мидория, когда Тодороки навещал его. Последний же ответил, что видел парня в бессознательном состоянии, и на этом разговор закончился. Спрашивать, что случилось, Шото не стал, да и отмазкой у него была работа, поэтому отвлекать его больше не собирались. А вот ближе к окончанию рабочего дня, когда на часах уже показывало восемь вечера, позвонила Мэй. — Шото, привет, не отвлекаю от работы? — Привет, нет, я уже заканчиваю, — по офису ещё бегали ребята, но это уже в основном были те, кто работал в ночную смену. — Слушай, в общем, тут такое дело… — гетерохром уже догадывался, о чём сейчас пойдёт речь, но решил не перебивать знакомую. — Ничего, если машина будет готова через четыре дня? Тодороки посмотрел на календарь, который стоял возле компьютера, и усмехнулся. — Ну, от такого подарка я точно не откажусь. — Вот я тоже так думаю, — на другом конце телефона послышался какой-то шум, и снайперу даже пришлось немного отодвинуть аппарат от уха. — Мэй, что у тебя происходит? — Прости-прости, это в мастерской так шумно. Ладненько, раз ты не против, то я побежала дальше по делам — ещё созвонимся. — Кстати, как там твой помощник? — Шото замер, а потом прикусил язык. Вот и нафига он это спросил? — С чего вдруг такая забота? — кажется, Хатсуме тоже была в курсе, что Тодороки не такой уж и общительный человек. И рассказал об этом никто иной, как Шинсо, которого Шото уже хотел задушить собственными руками. — Да так… Ладно, ещё созвонимся. Перед тем как отключиться, Шото услышал тихий смешок, но лишь закатил на это глаза. Резко захотелось чего-нибудь выпить, поэтому буквально через пару минут гетерохром уже набирал своего друга. — Шинсо, привет. Можно заскочить к тебе в бар? — Да, конечно, у тебя всё нормально? — Хитоши явно заметил, что у Тодороки был довольно уставший голос. Да и в принципе Шото редко звонил перед тем, как приехать в его бар. — Ну, денёк был весёлым, конечно, — Шото вздохнул, вспомнив визит в больницу. — Тогда я жду тебя с интереснейшим рассказом, — неожиданно Хитоши начал говорить с кем-то другим — видимо, с посетителем, — и Тодороки понял, что проще будет просто доехать до бара. — Извини, мне надо работать. У меня смена заканчивается в одиннадцать, но ты можешь приехать в любое время. — Буду через час. — Замётано. Шото положил телефон на стол и откинулся на спинку стула, закрыв глаза. В голове тут же появился образ тех зелёных глаз, а потом и прыжок этого безумного парня. «Что же ты за человек такой, Мидория Изуку?» — подумал про себя Тодороки, но решил вернуться к работе, чтобы отогнать лишние мысли, а после — поскорее направиться в бар.
