I will follow you into the dark

— Пообещай, что Шото больше не будет так часто видеться с Изуку.

      Вот, что Шото услышал в полудреме. Эти слова не давали ему покоя весь следующий день. Он смутно помнил, как добрался до дома — возможно, ему помог Шинсо, — но проснулся он, на удивление, в довольно неплохом состоянии. Голова болела самую малость, но Тодороки это особо не мешало. Его больше волновали слова Мэй. Почему она вдруг так заговорила? С чего такие резкие перемены? До этого Шото отчётливо помнил, как Хатсуме только и делала, что хоть немного, но упоминала Мидорию в разговоре. А сейчас она ни с того, ни с сего попросила Шинсо о таком? Хотел бы Шото знать наверняка, что его друг тогда на это ответил, но его слишком отвлекли ровное дыхание сбоку и тёплая рука Изуку. Тодороки был настолько пьян, что смысл сказанной фразы дошёл до него только сейчас. Он и так пытался полностью вспомнить вчерашний вечер, но у него в голове остались лишь какие-то обрывки.       В основном, все воспоминания были связаны именно с Изуку. И Тодороки никак не мог понять, с каких пор его так сильно начало тянуть к этому мальчишке. А ведь Шото даже не знал его возраста. По сути, Тодороки вообще ничего про него не знал. Так может, стоило всё-таки это поменять? Гетерохром уже давно не чувствовал себя настолько хорошо рядом с другими людьми. Он столько лет отработал в офисе отца, но так и не смог ни с кем нормально подружиться. Никого из тех людей совершенно не хотелось подпускать к себе.       Другое дело, Мидория. Он был совсем другим. Их встречи всегда были спонтанными и такими неловкими, что даже сам Шото терялся. Однако Тодороки во время их встреч впервые мог хоть немного расслабиться. Он забывал о своей работе, о своём надоедливом отце и о своей никчемной жизни в целом. Да, Шото уже отчаялся, что в будущем его ждёт что-то необычное, красочное и прекрасное. С его нынешней деятельностью в виде наёмного убийцы это просто невозможно. Так может, хотя бы времяпрепровождение с таким человеком, как Изуку, сможет хоть немного развеять ту темноту, в которой он увяз уже очень давно?       Неожиданно зазвонивший рядом телефон заставил Шото слегка вздрогнуть. Парень перевернулся на бок и взял мобильный, тут же ответив и даже не посмотрев, кто ему звонил. Хотя не сложно было догадаться. — Дружище, привет, как самочувствие? — голос в трубке был жутко замученным, словно Шинсо не бухал, а проходил какие-то жёсткие тренировки. — Видимо, получше твоего будет, — Тодороки усмехнулся и вновь повернулся на спину. — Ты чего такой убитый? — А ты попробуй своего бухого лучшего друга потаскать на спине, и я на тебя потом посмотрю.       Шото прыснул в кулак, но улыбка тут же спала с его лица, потому что в голове снова всплыли слова Мэй. Тодороки уж было хотел про это спросить, но быстро себя остановил. Что-то ему подсказывало, что затрагивать это сейчас не стоило. — Что, я доставил тебе много проблем? — Да не особо, вот только Мэй довезла тебя по левому адресу, а потом мне пришлось топать с тобой до твоей квартиры. Потому что никто, включая Мэй, не должен знать, где мы живём. — Шинсо, ты конченный придурок, в курсе? Если пытался вызвать у меня чувство вины, то ты не по адресу, — Тодороки не стал ещё припоминать, что обратно они вообще-то ехали на такси.       Хитоши засмеялся, а Шото посмотрел в окно, где собрались тучи. Скорее всего, вечером пойдёт снег. Сейчас начало февраля, и о тёплой погоде можно было только мечтать. Но Тодороки любил такую погоду. Ему нравился медленно падающий снег, который тут же таял, стоило ему опуститься на тёплую одежду. Нравилось наблюдать за белоснежными пейзажами. Поэтому Шото больше любил прогуливаться, именно когда шёл снег. — Кстати, вчера всё прошло нормально? — Тодороки положил свободную руку под голову и прикрыл глаза. — Я не особо помню, чем всё закончилось. — Всё закончилось, как обычно. Ты набухался, а я отдувался за твои выходки. — Шинсо... — Да шучу я, ха-ха, — Тодороки цокнул языком, но перебивать не стал. — Мы неплохо посидели, поболтали, в общем, давно я так не отдыхал. Правда, на обратном пути вы с Изуку нехило так нас удивили. — В плане? — гетерохром почувствовал себя очень неловко. Непривычно слышать, что Хитоши был удивлён его поведением. — Да так, не бери в голову. Мэй смогла угомонить Изуку, а затем и ты угомонился. — Она сильно ругалась? — Шото сам не понял, как перешёл к этому вопросу. Он понимал, что Шинсо вряд ли расскажет об их разговоре с Хатсуме, но, как говорится, надежда умирает последней. — Нет, не особо. Она сама на тот момент еле держалась, чуть ли не каждые пять минут засыпала. Так что мы мирно разошлись.       Тодороки призадумался. Может, ему показалось? Может, он сам себе придумал те слова, которые Мэй якобы сказала? Хотя, может, Хитоши просто сам забыл об этом разговоре. Шото не знал, что теперь думать по этому поводу. Эти слова звучали довольно серьёзно, чтобы его мозг смог такое придумать, но с другой стороны, получается, Шинсо сейчас что-то от него скрывал? Тодороки очень не хотел бы в такое верить. — Ладно, я вообще вот по какому поводу тебе звоню. У нас через неделю снова задание. На этот раз придётся немного последить за целью, потому что у него вечно меняется распорядок дня, который сложно отследить. — Понял. Тогда жду данные, сегодня начну слежку. — Отлично.       Шото завершил вызов и откинул телефон в сторону. Прогулка отменяется, теперь придётся следить за очередным мужиком, у которого просто очень внимательная охрана. Но для Тодороки даже это не могло стать преградой. У каждого человека за день обязательно выпадала хотя бы одна минутка, которую он захочет провести наедине. И этой минуты снайперу будет более чем достаточно.       Приняв душ и одевшись потеплее, Шото поехал за необходимым снаряжением. Бинокль, пистолет, наушник, ноутбук, а также лёгкий перекус с небольшим стулом-раскладушкой. Больше всего Тодороки ненавидел именно процесс слежки. Ему необходимо сидеть на одном месте и записывать все передвижения жертвы, чтобы понять, когда лучше всего провести убийство. В основном, многие буржуи очень лояльно относились к своей защите — таких Шото без всяких проблем убирал и в душе даже благодарил их. А были и такие, которые знали, что они, скорее всего, рано или поздно окажутся под прицелом. Из-за этого они более детально прописывали планы на день, неделю, а то и месяц. И охрана постоянно ошивалась рядом. В принципе, Тодороки мог снять и стражу, но это уже было нарушением договора. Если ему заказали убить одного человека, значит, только его и нужно убивать, а остальных не трогать. Лишние проблемы ему уж точно были не нужны.       Вечер наступил довольно быстро. Шото, сам того не ожидая, целый день проносился по городу, потому что у того самого мужчины оказался довольно насыщенный распорядок. Даже вокруг машины постоянно была охрана, так что невозможно было установить жучок. Тодороки давно не помнил, чтобы у кого-то ещё было столько встреч за день. Парень взглянул на часы — двенадцать ночи. А этот олигарх, судя по всему, ещё даже не собирался ложиться спать. Шото доел очередную булку с какой-то сладкой начинкой и невольно замер. Пошёл снег. Тодороки устало выдохнул и стал собираться. На сегодня, пожалуй, хватит «приключений».       Прошёл час, второй, а Шото всё бродил по улице, словно ожидая чего-то. Он созвонился с Шинсо, но тот был на работе, поэтому поговорить им особо не удалось. Хитоши лишь попросил прислать все данные, которые Шото накопал, и обещал, что ночью их посмотрит. Ответа всё ещё не было, но Тодороки настолько устал за сегодня, что у него уже просто-напросто не было сил что-то обсуждать.       Шото уже хотел было завернуть за угол, чтобы сократить расстояние до дома, но неожиданно в кого-то врезался. В темноте парень не сразу разглядел человека перед собой, но смог рассмотреть зелёный оттенок под фонарём. — Изуку? — Ой, п-привет, Тодороки-кун, — Мидория улыбнулся и сильнее сжал лямку сумки, которая была перекинута через плечо. — Эй, мы ведь, вроде, обсуждали это, — оба чуть смутились, но Шото тут же прочистил горло и убрал руки в карманы брюк. — Ладно, если тебе так удобнее, то я не против.       Когда они успели перейти на обращение по именам? Тодороки и сам особо не понял. Однако первым это предложил именно Изуку — видимо, алкоголь нехило его тогда раскрепостил. А Шото и не был против, наоборот. Ему очень нравилось имя Мидории, и он бы давно уже называл его так, но манеры брали своё. А вот Изуку, судя по всему, либо забыл этот разговор, либо он просто ещё не отошёл от своего спонтанного предложения. И, судя по его реакции, скорее всего, второе. — А ты чего здесь делаешь в такое время? — Шото чуть отошёл назад и незаметно проверил наличие ножей, потому что, когда они столкнулись, Тодороки показалось, что они могли выпасть. К счастью, всё было в норме. — У меня бессонница, — Изуку слабо улыбнулся и отвёл взгляд в сторону. — Я частенько прогуливаюсь на свежем воздухе, чтобы хоть как-то с этим справиться.       Тодороки пытался посмотреть на сумку, которая была за спиной парня, но из-за плохой освещённости он не мог этого сделать. Плюс ко всему, Мидория словно специально стоял так, чтобы было видно только его лицо.       Снег усиливался, и в какой-то момент Изуку поднял руку ладонью вверх, ловя одну из снежинок. Завораживающее зрелище. Шото даже не заметил, что у Изуку была перебинтована рука. Он настолько засмотрелся на спокойное лицо Мидории, что не мог смотреть ни на что другое. — А ты чего не дома? — неожиданно спросил Мидория, переведя взгляд на Шото. Он сжал руку в кулак, а потом убрал в карман куртки. — Уверен, тебя уже заждались. — Ошибаешься, — Шото выдохнул и опустил голову, прикрыв глаза. Его начало клонить в сон. — Я... Живу сейчас один, братья и сестра уже давно уехали за границу, а с отцом я пересекаюсь максимум на работе.       Тодороки очень хотел сказать, что он здесь проездом, но это звучало бы очень глупо, потому что все знали компанию его отца. Поговорить с мамой у него так и не выпало возможности, так что он даже не знал, что о ней сказать. — А как же девушка? — Мидория хитро улыбнулся, но тут же удивился, когда увидел отрицательное мотание головой. — Да ладно, чтобы у такого красавчика и не было девушки? Я не верю! — наигранно воскликнул зеленоглазый, чем вызвал у Шото смешок. — Ты меня переоцениваешь. Не такой уж я и красавчик. Уж точно не с этим шрамом, — Тодороки еле удержался, чтобы не прикоснуться к ненавистной грубой коже под левым глазом. — Прости, я... — Изуку заметил, что Шото ушёл в свои мысли и не слышал его, поэтому прошёл мимо и слегка задел его плечом, чтобы привлечь внимание. И это сработало. — Не хочешь прогуляться? Раз уж так вышло, что мы пересеклись. — Я не против, — практически сразу ответил Тодороки, поравнявшись с Изуку.       Парни обсуждали вчерашний вечер, и в основном Изуку было жутко неловко за своё поведение. Хотя он находил в памяти и такие моменты, от которых даже Шото слегка краснел. Ещё Мидория рассказал о том, как они ехали в такси и доставляли проблемы водителю. И, что самое смешное, проблемнее всех оказалась именно Мэй, которая без умолку разговаривала с таксистом — тот даже в какой-то момент попросил Шинсо что-нибудь с этим сделать. Тодороки это знатно позабавило. Он понимал, что Хатсуме и без того довольно энергичный человек, а под действием алкоголя так вообще становится неуправляемой. Однако никто ни о чём не жалел, никаких катастроф не случилось — и на том спасибо. — В итоге я ещё перед домом выслушивал её длинные речи, но совсем не понимал, о чём она говорила, — Мидория несильно хлопнул себя по лицу, после чего продолжил. — Я понятия не имею, как ей удаётся вечно находить темы для разговоров, но как раз из-за этого я проспал полдня. Так что неудивительно, почему не могу сейчас заснуть. — Да уж, с Мэй не заскучаешь, — Шото быстро осмотрел глазами местность, но не совсем понял, где они шли. — Хотя, я тоже на самом деле проснулся ближе к вечеру, так что прекрасно тебя понимаю. Я пытался всё узнать у Шинсо, но он уже был на работе, поэтому я даже не помню, чем сегодня занимался.       Шото привык врать. У него это настолько легко получалось, что даже он сам был готов поверить в свои слова. И ему нисколько не стыдно... Нисколько. Разве что, самую малость... Потому что это Изуку. — Кстати, а куда мы идём? Я не совсем знаю этот район. — Здесь мало кто бывает. Это своего рода моё тайное убежище, — Мидория осмотрелся и взял Тодороки за запястье. — Здесь довольно темно, пока что, поэтому смотри под ноги.       Изуку резко повернул в сторону, уходя куда-то вглубь небольшого леса. Этот парк Шото замечал только на карте, но никогда не видел его вживую. А потому не знал, что здесь есть и какая-то потайная тропа. — Не боишься, что теперь я знаю об этом месте? — Тодороки раздвигал в стороны длинные свисающие вниз ветки. И откуда их здесь столько? — А чего мне бояться? В любом случае, я бываю здесь довольно редко. И это последнее место, где меня можно найти, — Изуку чуть сильнее сжал чужую руку, не найдя сил повернуть голову. Хоть на улице было темно, он боялся, что Тодороки мог увидеть его покрасневшие щеки. — Что ж, буду знать.       Дальше они шли в тишине. Тодороки смотрел на чужую руку и из-за этого частенько спотыкался или напарывался на ветки, но ничего не говорил, а лишь беззлобно цокал языком, когда слышал, как Изуку впереди посмеивался. Когда они вышли на небольшую поляну, Шото просто потерял дар речи. Здесь располагалось небольшое озеро, вокруг которого был выложен деревянный помост. Тодороки был на сто процентов уверен, что летом здесь ещё росли цветы, но сейчас озеро было покрыто льдом, а деревянные доски были еле видны из-под снега.       Хруст снега под ногами немного отвлёк, и Шото направился за Изуку, который медленно шёл по этому мосту и иногда проводил рукой по заснеженным перилам, собирая снег в небольшой комок, а после даже кинул его в Тодороки. Шото ловко увернулся со словами «Точность – это не твоё», однако в следующую же секунду получил снежком прямо в лицо. Пока он убирал это всё со своего лица, Изуку уже спешил вперёд, думая, что сейчас знатно получит. Шото не стал мстить таким банальным способом. Он просто решил завалить зеленоглазого в сугроб, вот только он совсем не ожидал, что Мидория в итоге потянет его за собой, и они оба будут валяться в снегу. Нет, ну как дети малые.       Но от этого на душе было так тепло и приятно.       Шото не знал, сколько прошло времени. Не знал, сколько раз умудрился засмотреться на самую милую улыбку на свете. Не мог вспомнить, когда ему было настолько хорошо. Он бы очень хотел, чтобы это мгновение никогда не кончалось. Парень даже не заметил, как они оказались на небольшой смотровой площадке, а на горизонте показывалось солнце. Небо потихоньку окрашивалось в тёплые жёлтые и оранжевые цвета. Шото замер, выдыхая белое облако пара. — Красиво, не правда ли? — тихо спросил Изуку, приобняв себя за плечи. Снег попал ему за шиворот куртки, поэтому сейчас Мидории было прохладно. — Да, очень, — также тихо ответил Шото, но, увидев, как Мидорию слегка потряхивало от холода, забеспокоился. — Ты замёрз? Могу одолжить тебе свою куртку. И надо найти какое-нибудь тёплое место.       Тодороки уже было начал снимать с себя куртку, но Изуку его остановил. — Нет, не стоит, я в норме, — Мидория воспользовался моментом и обнял Шото, залезая руками под тёплую одежду и тут же успокаиваясь. — Хочу побыть здесь с тобой ещё немного. — Ох, ладно... — Тодороки молился, чтобы его сердце сейчас не билось так сильно, но сложившаяся ситуация просто не могла оставить его равнодушным. Он обнял Мидорию в ответ и устроил голову на его макушке, закрыв глаза и отдавшись моменту. — Шото, у тебя, кажется, телефон звонит, — спустя некоторое время грустно сказал Изуку. Он сам не хотел нарушать такую умиротворяющую атмосферу, но чужой телефон не переставал вибрировать.       Гетерохром тут же отпрянул и достал мобильный из внутреннего кармана куртки. Около двадцати пропущенных от работников офиса, который открылся ещё пару часов назад. Что уже могло случиться с утра пораньше? — Алло, — как обычно, Тодороки ответил беспрекословно строгим тоном, чуть отойдя от Изуку. — Тодороки-сан, наконец-то Вы ответили! — Шото заметно напрягся. Звонившая девушка была очень напугана, а ещё Тодороки показалось, что она плакала. Хотя, может, и не показалось. — Что случилось? — Ваш отец...       Разноцветные глаза вмиг округлились, зрачки забегали из стороны в сторону, пульс участился и парень почувствовал слабость. Через пару секунд он уже опустился на колени и даже не заметил, как Мидория тут же появился перед ним и крепко сжал его плечи, что-то говоря, но Шото этого не слышал. Слова сотрудницы всё ещё отдавались эхом в голове.       Вашего отца нашли мёртвым в его кабинете.