Как всё началось

— Проходи, — Мин открыл входную дверь и, отступив назад, пропустил Чонгука в дом. В свой дом. Омега впервые пригласил истинного к себе, предварительно выдраив все поверхности: мебель, полы, а еще тщательнее свою комнату. Обычно в обители Юнги творился творческий беспорядок: сваленные на столе блокноты и тетради, разбросанная одежда и кое-как заправленная постель. Он жутко злился, когда папа вторгался в его комнату и творил бесчинства — наводил порядок. После нескольких истерик омега прибирался самостоятельно, но под чутким присмотром родителя. Показать своему альфе, какой Мин «хозяйственный» — позор. Дабы не ударить в грязь лицом, пришлось подружиться с тряпкой и шваброй, а также с различными моющими средствами. Но уборкой все не закончилось. Юнги вытащил свою тушку на кухню. Он достал папину поваренную книгу и углубился в поиски рецепта шоколадного печенья. Омеге было известно, что это любимое лакомство альфы, и поэтому он не хотел отказываться от еще одного плюсика в свою карму. — У тебя миленько. Омега наблюдал за реакцией Чона. Тот с интересом рассматривал интерьер, но был немного скован в движениях. Похоже, чувствовал себя не очень комфортно. — Расслабься, — Юнги подтолкнул альфу вперед, положив руки на его талию. — Родители будут поздно, так что нечего смущаться. Он хотел создать уютную непринужденную обстановку, в которой они могли бы поговорить, обсудить важные моменты и, конечно же, узнать друг друга поближе. — Угу. — Предлагаю затариться колой, снеками и завалиться ко мне в комнату. Посмотрим какой-нибудь фильм. У Мина сложилось впечатление, что он пытался заманить парня в свою берлогу, чтобы сотворить какие-нибудь непристойности. Из-за таких мыслей кончики ушей вспыхнули красным. — Я «за», — более расслабленно произнес Чон. — Обожаю ужастики и триллеры. Омега мысленно отметил, что у них схожие вкусы. — Если тебе нужна помощь с уроками, то… я к твоим услугам, — предложил Юнги, направившись на кухню. Альфа засеменил следом. — Вкусно пахнет, — подметил Чон. Еще бы. Мин, наплевав на сон, с самого утра копошился на кухне ради этих долбаных печенек. Он сжег первые две партии, из-за чего долго матерился и даже порывался вырвать клок волос, обжег палец, и лишь потом все пошло как по маслу. Вот так просто скормить свой «эксперимент» Чонгуку Юнги не смог. Он побоялся, что альфа отравится или еще чего, поэтому придумал план. К несчастью, Намджун стал подопытным кроликом. Ким умял сразу несколько штук, сморщился, скривился, пока Юнги чуть Богу душу не отдал, а уж потом заявил, что это первое съедобное блюдо (после рамена, конечно же), которое Мин не испортил. — Ах, совсем забыл, — омега пустил в ход свои скудные актерские навыки. — Хочешь печенье? Как только взгляд Чона упал на миску с лакомством, он тут же закивал, словно китайский болванчик. В его глубоких миндалевидных глазах появился довольный блеск, а после альфа громко сглотнул. — Да. Обожаю с шоколадной крошкой, — сказал тот, и мысленно омега отплясал дикий танец. Юнги готов пищать, как девчонка, которую парень впервые позвал на свидание. — Отлично!

***

Юнги довольно прищурил глаза, отметив, что он большой молодец. Ему удалось создать комфортную обстановку: омега притащил уйму подушек, кинув их на постель, зашторил окна, создав полумрак, а также нашел подходящий фильм. Мин был доволен проделанной работой. Он открыто кайфовал и даже был готов заурчать, как объевшийся кот, когда его пальцы соприкасались с чонгуковыми в большой миске с попкорном. Кожа Чона была горячая, и омеге казалось, что его било током при каждом касании. Он хотел ощутить больше, но мысли о возрасте альфы послужили кнопкой деактивации. Он, Юнги, опытный, да и к тому же успел полностью раскрыться. Омега не хотел торопить события. По крайней мере до того времени, пока у альфы не начнется первый в его жизни гон. — Хен? — полушепотом произнес Чонгук. — М-м? — Можно… я кое-что спрошу? — он поймал непонимающий взгляд омеги. — Этот вопрос немно-ого… интимный. У Юнги стопорнулось сознание. — Ты ничего такого не подумай, — затараторил альфа. — Просто, как мне кажется, твой запах стал более ощутим. Несколько минут Мин переваривал данную информацию и еще столько же он потратил, чтобы мысленно затискать этого парнишку. Он так прекрасен в своей невинности, что еще минута, и у Юнги сорвет все краны. Он готов потечь в любую секунду. — Думаю, это связано с твоим присутствием. Или… — омега подсчитал дни, — скоро начнется течка. Юнги мельком посмотрел на лицо альфы, который заметно засмущался. Несмотря на полумрак, он заметил в свете экрана, что щеки Чонгука стали пунцовыми, а кончики ушей окрасились в красный. — И с кем ты ее проведешь? — голос альфы дрогнул. Было видно, что он нервничал. Юнги предположил, что Чонгук успел придумать себе невесть что, из-за чего сейчас его тело мелко подрагивало. Омега выстроил себе четкий план, который должен был обсудить вместе со своим истинным, иначе впереди их будут ждать вечные ссоры и недомолвки. Нужно все сразу расставить на свои места, и лучшего момента, чем сейчас, ему не подобрать. — Окей, нам нужно поговорить, — Мин развернулся к Чону и, сев по-турецки, взял в свои руки его. — Я не хочу, чтобы наши отношения начинались с вранья и недомолвок. Давай поступим таким образом, — он чуть надавил пальцами на горячие ладони альфы. — Я буду с тобой предельно честен, но и ты должен пообещать мне то же самое. Юнги сглотнул вязкую слюну. Не так он себе представлял этот разговор, ведь понадеялся, что все пройдет легко и без мандража, но ошибся. В животе образовался жесткий ком, который пульсировал и перекатывался по всей полости. Из-за этого легкая тошнота подкатила к горлу и царапала слизистую. — Хорошо. Я тоже буду честен с тобой, — твердо произнес Чонгук, вселив в омегу уверенность. Уже было большим плюсом то, что альфа пошел навстречу и не стал упираться. Юнги рассказал о том, что уже давно стал зрелым и что у него уже были альфы. Он раскрыл свои чувства и переживания, а также не утаил, что практически отчаялся найти свою пару. Он ни на каплю не соврал, насколько был рад, что именно Чонгук оказался его истинным. Каждая эмоция, импульс и мысли — Юнги рассказал обо всем. — Если бы я мог, то кое-что исправил бы. — Что именно? — Чон чуть склонил голову и растянул губы в легкой улыбке. — Чтобы моим первым альфой стал именно ты. Чонгук немного растерялся от произнесенных слов. Из-за этого у Юнги внутри оборвался тяжелый ком и подкатил к горлу. — Хен, — альфа взял в свои ладони лицо поникшего омеги. — Я не злюсь и не обижаюсь на тебя, — он потерся своим носом о чужой. — Это даже к лучшему. Ты будешь направлять меня, — еле уловимый поцелуй в самый кончик. — Правда так считаешь? — Мин не верил своим ушам.  — Угу. Я счастлив, что ты мой омега — такой красивый, утонченный, немного дерзкий. Поверь, мне плевать, что у тебя были альфы. Самое главное, что ты мой, и никто не посмеет этого исправить. Мин усмехнулся и упал в горячие объятия своего альфы, в которых можно спрятаться от всего мира. — Ты сопливых дорам пересмотрел? Его спину мгновенно обвили крепкие руки и прижали к широкой груди, где отчетливо был слышен стук сердца. Оно билось ради него и для него. — А как же. Я готовился к встрече с тобой. Юнги было безумно уютно. Он еще никогда не чувствовал себя настолько защищенным. — Есть еще одна вещь, которую нам следует обсудить, — омега не хотел разрушать такой прекрасный момент разговорами, но выбора у него не было. — У нас не будет близости до того момента, пока у тебя не настанет гон. Болтовню героев фильма разрушило громкое дыхание и недовольное «Что?!». Юнги в этот момент крепче вцепился в бока чоновой футболки. Он предполагал такую реакцию альфы на свое предложение. — Секс под запретом. Так будет правильно, — мягче добавил омега. — А как же твоя течка? Ты будешь страдать, пока я просто буду наблюдать за тем, как ты корчишься от боли? — Есть множество способов пережить ее. И, Чонгук, — Юнги отстранился, посмотрел в глаза напротив, — еще никто от этого не умирал, а я не исключение. Альфа снова притянул к себе омегу и после того, как оставил короткий поцелуй на его губах, прошептал: — Я верю тебе.

***

— Я охуеваю! — не поверив словам лучшего друга, Намджун откинулся на спинку удобного диванчика. — Так и сказал? — Да. — Вот прям слово в слово? — надавил альфа, а Юнги лишь положительно кивнул головой. — Не спиздел? — Отъебись, Намджун. Я больше ничего тебе не расскажу. Кому Мин смог рассказать все, не утаив ни единого слова? Конечно же, Киму, который со спокойной миной выслушал весь рассказ, а после засыпал вопросами и подколами. Как сказал сам альфа: «Подъебы — неотъемлемая часть нашей крепкой дружбы». Оба в это поверили, ведь сумели пройти Сеул, США и медные трубы, как говорится. — Хочу отметить, что ты чертовски крут, Мин Юнги. Я стал еще сильнее гордиться тобой, — Ким показушно вытер невидимые слезы, как мать, которая ощутила прилив гордости за свое единственное чадо. Омега на это недовольно цокнул языком и закатил глаза. Нам как всегда в своем репертуаре. Его ничто и никто не сможет изменить. — Ладно, насчет меня все ясно. Как продвигается дело по завоеванию Пак Чимина? Юнги думал, что введет в ступор Кима, но не тут-то было. Он, как довольный котяра, потянулся на диване и, улыбнувшись своей самой очаровательной улыбкой с ямочками, прищурился. — А я был готов к этому вопросу, — блаженно произнес альфа. У него было до оскомины довольное лицо, что у Юнги возникло желание чем-нибудь тяжелым припечатать друга. — И? — Никак. Я пару раз подходил к нему, чтобы поинтересоваться, какая следующая пара и где находится четыреста шестнадцатая аудитория. Еще мы пересеклись в столовке, и я купил ему сок, который он отдал Тэхену, — на секунду тот сделал вид, что задумался, потерев подбородок. — Все, кажется. Юнги, хлопнув себя ладонью по лицу, из-за чего персонал будто по команде обернулся, недовольно прошипел: — Ебаный гуру пикапа. Только Ким мог подкатывать к омеге с настолько тупыми вопросами. Он должен быть более решительным и напористым, а не наматывать сопли на кулак и дуть мыльные пузыри. — А че не так? — Все не так! — Мин хлопнул ладонью по столу. — Ты должен был просто подойти и пригласить его на чашечку какао. Или же позвать в кино. — Это неоригинально, — отмахнулся Намджун, закинув ногу на ногу. Юнги медленно отсчитал до десяти, прерывисто выдохнул и кое-как сдержал порыв не ударить альфу. До чего же он тупой при своем мега IQ. — Епать! Это у тебя тактика такая, или тебе просто похрен на Пака? Омега посмотрел в упор на вмиг поблекшего Кима. Он выглядел так, будто его поймали на совершении ужаснейшего преступления. — Подожди… В голове Мина будто что-то щелкнуло. Он сузил глаза, из-за чего они стали похожи на два полумесяца, в которых появился нехороший блеск. — Что? — брови альфы взлетели вверх. — Ты даже не пытаешься привлечь его внимание, — подытожил омега. Намджун заметно напрягся, а после, устало выдохнув, опустил голову. — Как только я пытаюсь что-то предпринять, внутри все колет и разрывается от неправильности, — он поднял жалостливый взгляд на Мина. — Это неправильно — ухаживать за омегой, когда у тебя есть свой, данный природой. Юнги криво усмехнулся, упершись в поверхность стола локтями. — Почему твоему «данному природой» ничего не мешает объезжать чужие члены? — он устало выдохнул. — Если бы я мог вправить мозги Хосоку, то непременно бы это сделал. К сожалению, таких способностей у меня нет, но я не хочу наблюдать за тем, как ты страдаешь. — Я хочу попробовать снова. — Твое право, — хмыкнул омега, а после, даже не взглянув на Кима, встал из-за стола. — Только вмешиваться больше не стану. — Я и не прошу об этом.

***

Тело пробивала сильная дрожь, по спине стекал струйками пот, внизу живота сворачивались тугие узлы, перед глазами плясали темные мошки — Юнги колбасило по-крупному. Он чувствовал, как ароматная смазка, которой в этот раз слишком много, безбожно стекала по голым бедрам, из-за чего мурашки стаями бегали по чувствительной коже. Ему еще никогда не было так хреново, как в этот раз. Течка вступила в полную силу еще вчера, и сейчас он вынужден притвориться развалиной на смятой постели, оттопырить упругий зад и, пустив слюну на подушку, запихнуть в себя сразу два пальца. Он глухо простонал, когда подушечки прошлись в опасной близости от напряженного комочка, но прикоснуться к нему так и не смогли. Природа знатно поиздевались над Мином, когда отсрочила встречу с истинным альфой, но изюминкой на торте стала физиологическая особенность, заставившая разочарованно простонать снова — он не мог дотянуться до простаты. В прошлые разы Юнги было определенно легче и он спокойно переживал течки с упаковкой блокаторов и пластинкой обезболивающего. После встречи с Чонгуком все знатно изменилось. Он хотел быть прижатым крепким телом к матрацу, ощутить трепетное дыхание за ушком и вскрикнуть от укуса, коим его должен пометить альфа. Тело требовало альфу: его сладкие губы, нежные объятия и ровный толстый член с темно-розовой головкой и сеткой синеватых вен. Именно так омега представил себе достоинство Чона, после чего издал жалобный скулеж. Два дня в агонии — самая ужасная пытка. Хотелось вдыхать свежий древесный аромат, будоражащий сознание, который ядом разлился по всему организму. Омега боялся представить, что с ним будет, когда запах альфы полностью раскроется. Он был уверен в том, что крышу снесет напрочь. Внимание Юнги, вынырнувшего из пелены возбуждения, привлек загоревшийся экран. Он пробежался по дисплею уставшим взглядом, после чего сердце пропустило удар. По позвонку будто проскользнул электрический разряд, а кончики пальцев начало покалывать. Звонил Чонгук. Он будто чувствовал, что его омеге плохо. Ну… Именно так себе Мин это представил. Мин дрожащими руками потянулся к гаджету и влажными от смазки пальцами провел по стеклу, оставив разводы. Большой удачей стало то, что ему случайно удалось включить громкую связь. — Хен? — голос альфы был встревоженным. — Привет, Куки, — хрипло выдавил из себя Мин, прикусив край подушки, дабы глухо не простонать в динамик. — Что случилось? Юнги почувствовал, как тело будто подкинула невидимая сила, а болезненный спазм пуще прежнего разросся внизу живота. — Я звонил тебе несколько раз, но трубку никто не поднял, — взволнованно протараторил Чонгук. — В школе тебя тоже никто не видел, поэтому пришлось подкараулить Намджун-хена, — он громко сглотнул. — Он сказал… что у тебя течка. У Юнги в душе тепло разлилось из-за слов Чона. Ему безумно приятно, что альфа волновался за него. — Ясно. Возбуждение давило на него гранитной плитой, и противостоять ему не было сил. Еще и голос альфы действовал на него странным образом: будоражил сознание и заставлял похоть кипеть с новой силой. — Тебе нужна моя помощь? — осторожно поинтересовался Гук. Мин сдавленно простонал, услышав тяжелое дыхание в динамике, и, наплевав на стыд, обхватил пальцами член. В голову лезли картинки того, как его ласкал Чонгук, медленно проведя вверх-вниз, как сдавил головку большим и указательным пальцами и как размазал каплю смазки. — Ты же знаешь, что мы не можем… — Знаю, но я могу помочь по-другому, — предложил Гук, а Юнги сильнее задвигал рукой. Он представить боялся, что же с ним собирался делать его еще совсем юный альфа. Несомненно, его присутствие улучшило бы состояние, но это могло повлечь за собой последствия. — Ебаный пиздец, — прошипел Мин, когда представил помощь «по-другому». — Давай… не будем торопиться, — это произнесли последние остатки разума омеги, которые вмиг могли раствориться в воспаленной черепной коробке. — Я не хочу, чтобы твои родители подумали, что я извращаю их сына. — Мои родители прекрасно знают, что мы истинные. А также они знают о запрете секса до моего первого гона. — Это мало что меняет, — промямлил Мин. Сейчас он мало на что способен, особенно думать о смущающем разговоре с семьей Чон. — Но мы же не будем этого делать, — жалобно проскулил альфа. — Я все сказал, — на деле хотелось ответить иначе. — В этот раз справлюсь сам. — Но, Юнги-я! Этот самый «Юнги-я» чувствовал себя самым настоящим течным кретином в данный момент. Он не хотел обидеть своего альфу, но и ошибок наделать тоже не было желания. К тому же он старший в их паре и он должен думать головой, которая на плечах, а не той, что между ног. — Отвали. Мин прекрасно осознавал то, что сейчас делал — отталкивал Чона. Все это только для его же блага. — Ты это специально? — голос альфы изменился из просящего на строгий. «Это ради тебя, мелкий засранец. Как бы я хотел, чтобы ты сейчас был рядом», — подумал Юнги, но на деле лишь прикусил нижнюю губу. — Пока, Чонгук. Альфа еще что-то сказал, но Юнги не услышал. Он сбросил вызов и откинул телефон подальше от себя. Если он будет постоянно находиться на виду, то выдержка падет, как завоеванная крепость. Мин позвонит Гуку и будет слезно умолять простить его и прийти к нему. — Черт, черт, черт!