но это для спасения мира

      Мэри решила собрать всех Харгривзов и объяснить им всё, как есть. - Вот, поэтому я прошу вашей помощи... - после всего рассказа подытожила Мэри. - Я сама не смогу ничего сделать. Ребята смотрели на неё пару минут молча, а потом Клаус подал голос. - Мы поможем. - Эй, а ты нас решил не спрашивать, да? - вскипел Диего. На него повернулись пять строгих пар глаз, от чего Второй замешкался, и всё таки извинился, согласившись помочь. Мэри попросила всех взяться за руки, как в те разы, с Пятым... Вспомнив его, Мэри почувствовала, что сердце йокнуло и начало покалывать. Она сразу же прогнала все нехорошие мысли в взялась одной рукой за Эллисон, а другой за Клауса и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Ничего не выходило несколько раз, но, она снова сильно напрягла своё сознание и представила место, где может находиться Пятый. Вокруг ребят начала скапливаться синяя энергия, их начало немного потряхивать. Мэри напрягла мозг ещё сильнее, и их теперь окружало ярко-синее свечение с чёткими границами. - Давай, ребёнок, у тебя получится. - прошептал Диего, пытаясь морально помочь Мэри. - Я пы-пытаюсь. - прохрипела Мэри, и Харгривзы на секунду будто потеряли сознание. Их бросило где-то в эпицентре происходящего на улице. Атмосфера вокруг оставляла надеяться на лучшее: повсюду слышны крики людей, выстрели стали ещё громче, звуки разбивающихся окон, взрывов танков, зданий, земли; бегали люди в военной форме и без; было действительно очень страшно. Особенно для Мэри, которая лежала на земле и смотрела в небо, перекрытое пылью. Мэри, почти без сил поднялась, покачиваясь, и огляделась по сторонам. В эту секунду к ней подлетел Клаус и заключил в объятия, крича братьям и сёстрам, что у неё получилось. - К-Клаус, не дави. - попросила девочка, и Четвёртый сразу разжал руки, Мэри почти свалилась на землю от бессилия, но её подхватил Клаус. Эллисон, Лютер, Ваня и Диего принялись искать Пятого, выкрикивая его имя. Но никто не отзывался. Они почти потеряли надежду, ведь парень мог быть где угодно. Практически ничего вокруг не было видно, кроме, конечно обстановки. Ваня взяла Диего за руку, сдерживая слёзы в глазах. Эллисон же не сдерживала слёз, она не хотела, чтобы старания Мэри были напрасны. Сколько ночей она не спала, как сильно она волновалась за Пятого. А как они друг друга любили... - Нет, она столько всего сделала, чтобы убедить нас помочь ей... - прошептала Эллисон, глядя в глаза Лютеру. - Пятый! - собравшись с силами вместе крикнули Харгривзы, и увидели что-то маленькое среди военных - это был Пятый. Мэри пыталась отдышаться, Клаус придерживал её за плечи. Услышав крик сестёр и братьев, Четвёртый оглянулся и отпустил плечи девочки, из-за чего она почти упала. Мэри ухватилась за обломок какого-то здания и присела на землю, закрывая лицо руками и вспоминая прекрасные ночи последних трёх недель.

***

- Пятый, у меня опять температура, принеси, пожалуйста чай. - попросила Мэри среди ночи. - Бог ты мой, ты горишь! - вскрикнул Пятый и телепортировался на кухню за чаем. Приготовив ароматный напиток, он поморщился от его запаха, но что ни сделаешь ради любви. Пятый отнёс чашку в комнату и запихнул её в руки Мэри. Когда она выпила чай, Пятый поставил чашку на стол и обхватил руками горячую спину Мэри и повалил её на кровать, чтобы та согрелась. Он наблюдал за ней всю ночь, чтобы она не замёрзла, чтобы всегда была укрыта, чтобы не просыпалась от кошмаров.

***

Прогулявшись по ночному Нью-Йорку, Пятый с Мэри заваливаются в квартиру её прапрародителей. Они плюхаются на диван, не раздеваясь и не моя руки. Они очень устали. Им было очень хорошо вместе. Невероятно хорошо. - Пятый, я тебя так люблю. - устраиваясь в объятиях парня шепчет Мэри. - С тобой так хорошо. - Я тебя всё ещё сильнее, принцесса. - отвечает Пятый и целует сначала в лоб, потом в носик, потом в щёку и, наконец, в губы. Они так и засыпают, в странной позе, после которой утром будет болеть спина, но кого это сейчас волнует? ни-ко-го.

***

Мэри встаёт, всё ещё покачиваясь и сморит на Клауса. Пятый поворачивается на крик и видит Харгривзов, а спиной к нему стоит Мэри. Он кричит её имя. - Мэри! - кричит, что есть силы и идёт к неё сквозь пыль и выстрелы. Мэри резко обернулась, ища глазами парня. - Пятый! - тоже кричит, но тише, потому что силы покидают её. В её глазах читается испуг. Вдруг Мэри чувствует сильнейшую боль вверху живота. Она опускает голову и видит в районе чуть ниже солнечного сплетения огромное пятно крови, которое стремительно разрастается. Глаза постепенно наполняются слезами, так как боль невыносимая. В секунду выстрелы стихли, всё замерло, а потом исчезло: и солдаты, и просто люди, и танки, и осколки. Пятый оглядывается и бежит к Мэри, которая уже начала оседать на траву, появившуюся под их ногами. Парень берёт голову Мэри и кладёт себе на колени, постепенно присаживаясь. - Нет... нет.. нет. Это невозможно. - Клаус оказывается около ребят, постепенно подходят остальные Харгризы. - Т-ты уже видишь Бена? - Д-да... - усмехается и смотрит на призрака. - Я тут, между мирами. - Господи, ты даже умирая не можешь оставаться серьёзной. - глядя ей в глаза, говорит Пятый. - Я люблю тебя. Около девочки действительно стоит Бен, по щеке которого скатывается одинокая слеза, капнувшая в последствии на руку Мэри. - Эх.. Бенни, скоро расстанемся... - еле говорит девочка. Бен наклоняется к подруге и берёт за руку. Пятый нависает над ней и пытается что-то сделать, но Мэри хуже и хуже. - Пятый, посмотри на меня. - парень смотрит в глаза, Мэри берёт его лицо в свои руки. - Возможно, это покажется банальным, но-о... - Давайте только без слезливых признаний. - аккуратно стирая слезу ворчит Диего и опускает руку. Пятый резко оборачивается на него, тем самым задевая рану Мэри и заставляя её вскрикнуть от боли. Пятый незаметно всхлипывает и поворачивается обратно. - Пятый, когда ты забрал меня из кафе, я уже знала причину конца света... прости, я просто хотела быть рядом с вами, чтобы вы ничего не натворили. - она горько улыбается и на секунду отводит взгляд к небу, а потом возвращается к разговору. - Мне было хорошо с вами... чёрт... это так глупо звучит, но я полюбила вас за эти пару дней.... а тебя за три недели. - она улыбается Пятому. - Я безумно рада, что встретила вас, и спасибо вам за всё, что вы для меня сделали. Пятый.. не смей реветь, ты сам мне так говорил, кретин.. Я люблю тебя, и буду любить.. всегд-а... - Нет! Нет! Ты не можешь... Так не честно! - говорит Пятый, которого потряхивает от напряжения. - Но это ради спасения мира, Пятый... - Пятый видит, что она пытается сделать последний вдох, но вдруг перестаёт чувствовать биение её сердца... На её глазах остались слёзы, а на губах застыла лёгкая улыбка, будто она только услышала глупую шутку Клауса после своей истерики. - Нет! Пожалуйста... Клаус, помоги! - Пятый хватается за руку брата. - Братец, прости.. я ничего не могу сделать. - Клаус вздыхает и похлопывает по плечу Пятого, не смахивая слезу. - Так бывает, тебе надо учиться... Вы были знакомы всего.... - Я привязался к ней за это время! Я полюбил её, ты понимаешь?! Тебе сложно помочь? - хрипло кричит Пятый, скрывая голос почти полостью. - Номер Пять, он тут бессилен, пойми. - говорит Реджинальд, появившийся из неоткуда, обнимает испуганную Грейс и успокаивающе целует её в висок, но это никого не удивляет, поэтому мужчина пропадает так же, как и появился. Пятый в последний раз смотрит на бездыханное тело Мэри и телепортируется в квартиру, где им было очень хорошо. Он подходит к дивану и берёт футболку девочки, которая всё ещё пахнет её духами. Пятый вдыхает аромат персика, перемешанного с лавандой и чёрным чаем. Парень садится на диван, роняет голову на руки и запускает пальцы в волосы. Пятый не может сдержать истерики и роняет слёзы одну за другой на колени. Он не пытается тихо всхлипывать, он царапает нежную кожу на ноге, сжимая руку от ярости. Зелёные глаза стали ещё ярче, как всегда бывало, когда Пятый злится. Он громко дышит, захлёбываясь слезами, пытаясь успокоиться, но не может. Не сдерживается и кричит в пустоту, какая Куратор сука. Спрашивает, почему нельзя оставить их в покое, почему он сейчас хочет выть от безысходности. Почему? Его сердце разрывается от душевной боли, глаза уже не могут выделять слёзы, поэтому он просто утыкается пустым взглядом в стену, прокручивая в голове все события этих трёхчетырёх недель, которые запомнятся на всю оставшуюся жизнь. И, как до сих пор считает Пятый, это были лучшие недели в его жизни. В его несчастной, по его мнению, и серой жизни.