Прошлое
23 ноября 2020 г., 16:00
Лаувей медленно шла по коридору дворца, ловя на себе взгляды присутствующих. Етуны смотрели в след девушке, спрашивая себя: что она здесь делает? Настолько храбрая, чтобы выходить из предоставленных ей покоев?
Пару месяцев прошло с тех пор как асгардцы потерпели поражение перед мощью Йотунхейма. С тех пор были маленькие набеги, месть солдат за унизительный проигрыш. Жаль, что они не понимают, что всё бессмысленно, царство льда под надёжной защитой.
Асинья не просила помощи, не просила приютить её, но всё решилось как-то само. Лафей решил оставить её подле себя, опираясь на то, что Лаувей сильная волшебница и может стать хорошей советницей, а в случае нападения на столицу и мощным щитом.
Она жила в замке, ей были выделены личные покои и служанка, на случай, если девушке потребуется какая-то помощь, но такой привилегией она пользовалась редко, предпочитая делать всё сама.
Новый дом не был рад приветствовать чужеземку, пускай она и помогла им в борьбе с Асгардом. Поэтому Лаувей почти всегда была спутницей одиночества, лишь иногда проводя время в компании Короля и служанки. Крайне редко она могла сидеть с некоторыми Старейшинами за одним столом в библиотеке.
Что касается Старейшин, которые играли значительную роль в Йотунхейме, то к Лаувей они относились, на удивление, положительно. Они делились с ней историями, что девушка не могла найти в книгах. Она с интересом слушала их, подмечая насколько занимательны могут быть истории других миров, сколько же она может узнать, это не давало ей покоя, заставляя вновь приходить в хранилище знаний, надеясь найти что-то новое.
- Опять ты здесь, Беглянка?
- Ваше Высочество, я же просила вас не называть меня так…
***
Лаувей никогда не интересовали балы, она находила их скучными и бессмысленными, если их устраивают просто так, без причины. И она не понимала, почему её младшая сестра их так любила. Но ей приходилось идти на них, потому что так хотели её родные, которые не хотели оставлять её одну без присмотра, особенно после недавних событий. Да, именно без присмотра. Недавно она чуть было не обрекла нескольких человек на гибель, оправдывая свои действия тем, что защищала Фриггу, но любой мог разглядеть за этим оправданием и наслаждение. Она не жалела, что те кто хотел причинить вред её сестрёнке лежали в лазарете, после нанесённых ею травм, заикающихся при упоминании зеленоглазой волшебницы. Ещё в раннем детстве малышка проявляла свои магические способности. И чем старше она становилась, тем сильнее все восхищались её умениям, но вместе с тем и боялись. Ведь, никакой речи о светлой магии не шло, только тьма. Учителя у неё не было, а те кто мог ей что-то дать, отнюдь были не её уровня. Самостоятельно она освоила лишь малую частичку своих сил. Лаувей всегда носила с собой небольшую книгу со своими записями, она постоянно их перечитывала и делала новые заметки, когда узнавала что-то новое. Даже ей самой было смешно, что больше половины записная книга содержит проклятья и то как они были придуманы, и как их использовать, остальное же просто пособие о лёгких и не очень то и нужных заклинаниях.***
Лафей почти никогда не называл Лаувей по имени, обращаясь к ней: асинья, волшебница, но самое излюбленное было Беглянка. Он и сам толком не понимал, почему это прозвище к нему так прицепилось. Лаувей же реагировала недовольством, не очень ей это и нравилось. Что это ещё? Она никогда не бежала от того, что ей предназначала судьба. - Вы искали меня, Ваше Высочество? Девушка через плечо посмотрела на Короля и усмехнулась, сдерживая себя от какой-нибудь колкости в его сторону. Лаувей всё чаще замечала, что она и етун схожи по характеру. Они смотрят на вещи абсолютно серьёзно, но при этом всегда найдут момент, чтобы посмеяться над ситуацией. Для них нет границ возможностей, а чтобы чего-то добиться, они не перед ничем не остановятся. Они оба жаждут знаний, они оба мудры и каждое их действие продумано до мельчайших подробностей. У них всегда есть выход из любой нависшей над ними угрозой, потому что они знали на что шли. Лаувей не упускала возможности как-то подшутить над етуном, но так чтобы только он понял, что она имела в виду. Он же отвечал ей тем же, на что она улыбалась, понимая что начался словесный бой, кто кого переплюнет. В такие моменты, она радовалась, ведь нашёлся достойный противник, что не убежит от этого поединка. - Что на этот раз тебя привело сюда?- словно игнорируя вопрос, он подошёл ближе и сел напротив неё. Девушка выпрямилась и захлопнув книгу, смущенно протянула её Лафею. Он усмехнулся, увидев название. - Сказки?- мужчина пролистал пару страниц, истории для совсем маленьких детей, где всё кончается хорошо. - Я решила начать с них. - Начать? О чём ты?- Лафей вернул ей книгу. - Большинство здешних книг написаны на древнем йотунхеймском языке. Я хочу научится ему, но буквы путаются и получается какая-то неразбериха, так что решила попробовать с чего-то полегче. - Пока у меня есть время, хочется послушать чему ты научилась и позабавиться с того, как ты будешь говорить. - Очень смешно!***
Лаувей никогда не была так зла как сейчас. Фригга сидела рядом с ней на полу и обнимала сестру, гладила по спине, пытаясь успокоить. Магический барьер, образовавшийся вокруг Лаувей подпустил только её. В комнате была полнейшая разруха, которую устроила брюнетка. Лаувей хотели выдать замуж, да не за абы кого, а за наследника престола Одина. Королевская и семья Лаувей были близки, их отцы знали друг друга ещё с тех пор как были детьми. У Бёра есть сын, а у Ната целых две дочери, так почему бы не объеденить две семьи, выдав старшую дочь замуж? Девушка ненавидела, когда что-то решают за неё, не спрашивают её мнения, словно она бездушная кукла. "- Бездушная..."- она где-то слышала это, эти оскорбления в свою сторону, за свой дар, но теперь они не могут это сказать, небось язык проглотили, и это серьёзно, не шутки. - Я убью всех, кто будет причастен к этой ужасной церемонии! Лаувей говорила всё прямо, всё что она думает. Один никогда ей не нравился, она видела в нем то, что не видят другие. И это чувство, когда она смотрела на него приводило девушку в гнев, она не знала почему, просто так. Она знала кому стоит доверять, а кому нет, словно видела людей насквозь, читала их воспоминания, чувствовала их эмоции и желания, иногда это даже наскучивало ей, ведь нет того, кто мог привлечь её внимание. Все как один, даже Фригга не идеальна, но она единственная, кто понимает её, сестрёнка. - Твоё поведение просто ужасно Лаувей! Такой шанс, ты будешь в золоте, будешь счастлива!- Нат подошёл к дочери и дотронулся её щеки, но девушка тут же убрала её. - Это выгодно только для тебя...- Лаувей сжала кулаки, магия хотела вырваться наружу, но её хозяйка не давала этому случится.- Я повторять больше не буду, убью всех! Она уже и не помнит о чем спор был дальше, она кричала, отец кричал, мать что-то там неразборчиво бубнила про судьбу. Фригга пришла на защиту сёстры, но ей сказали помалкивать и не лезть не в своё дело. Девушка сдерживалась как могла, контролировать себя было настолько сложно, что слёзы наворачивались на глазах от проедающей изнутри боли, магия хочет выплеснуться наружу. Но одно Лаувей запомнит навсегда: - Ты позоришь меня и нашу семью!***
- Вы мне так и не сказали, что мы здесь делаем? Лаувей вопросительно посмотрела на Короля, который о чём то там переговаривался с солдатами. Не дождавшись ответа девушка прошла вперёд на пригорок, отсюда была видна небольшая деревушка. На вид самое обычное поселение, но ведь что-то здесь было не так, раз сам Король соизволил приехать сюда, да ещё прихватив с собой Лаувей и своего верного советника Хейлстрома. Присмотревшись она увидела, что некоторые из домов были разрушены, из земли торчали ледяные иглы, улицы пустовали и была мёртвая тишина. "- Здесь шёл бой..."- аккуратно спустившись вниз, Лаувей почувствовала ауру смерти. Это невозможно даже описать, это ни с чем не сравнимая пелена, окутывающая всё тело, ты даже начинаешь слышать голоса убитых. Помотав головой в стороны, девушка прошла в один из домов, который сразу же поприветсвовал её лежащим на полу телом мужчины. Мертвец. Лаувей подошла к нему и дотронулась до ужасной раны на груди. Перед глазами всплыли воспоминания, что пережил этот етун перед смертью. Он хотел спрятаться, забежал в свой дом и закрыл дверь на засов. Хотел отсидеться в одной из комнат, пока нападавшие не уйдут, но его настигли быстрее, чем он мог что-либо предпринять. Другой етун, с непонятным боевым раскрасом и неизвестным Лаувей гербом на нагруднике, ворвался в дом, выбив дверь с петель и убил беднягу, созданным им же ледяным мечом. "- Просто так..."- Лаувей вытерла руку от крови лежащей на столе тряпкой и вышла из дома, чтобы доложить Королю о том, что она узнала и осмотреть других. Её осмотр домов ни к чему не привёл, все жители деревни мертвы и у всех одинаковые воспоминания, разве что у кого-то они продолжительней. Боролись за жизнь, будучи смертельно ранеными, похвально, разве что бессмысленно, только принесли больше боли. Лаувей сохраняла спокойствие, смотря на мёртвые тела, хотя внутри всё колотило, от осознания того, что она ничем не может помочь, а просто разгуливает здесь, как незванная гостья. На земле лежала странная игрушка, напоминающая какое-то животное, скорее всего водное. Волшебница подошла и взяла предмет, испачканный голубой кровью. Не пожалели?***
- Я не могу представить, что это, наконец-то, случилось!- Фригга не могла усидеть на месте, то и дело пытаясь вскочить с места вспомнив, что где-то что-то завалялось, пока Лаувей пыталась сделать ей причёску. - Ещё раз дёрнешься, получишь этой шпилькой в глаз!- девушка пригрозила сестре, слегка ударив её по плечу расчёской. - Прости, прости!- златовласка состроила невинное лицо и улыбнулась. Не прошло и нескольких недель, как Фригга объявила семье, что влюблена в Одина и он намерен взять её в жёны, несмотря на тот инцидент с её старшей сестрой. Сказать, что мать и отец были в потрясении, ничего не сказать. Лаувей же спокойно отреагировала на слова сестры, давно зная о любовных предпочтениях Фригги. Для неё не впервой слышать эти вздохи и ахи, стоило царевичу поздороваться с ними или же просто посмотреть. Лаувей закатывала глаза, как только Фригга обнимает её руку и чуть ли не кричит ей в ухо: ты видела?! Она не слепая. Свадьба, шикарный пир, на котором присутствовал, наверно, весь Асгард. Лаувей сначала держалась рядом с семьёй, потом скрылась от любопытных глаз, предпочитая оставаться просто наблюдателем. Пару дней сёстры не видели друг друга, но сегодня им всё же удалось уединиться. Фригга рассказывала о дворцовой жизни, вживясь в образ царицы, хотя и мало что об этом знала. Лаувей слушала её, как и Фригга когда-то выслушивала её. Разговор перешёл на другую тему, касающуюся уже брюнетки, потом переезда её во дворец, чтобы быть ближе. Достаточно интересное предложение, быть почитаемой волшебницей, чтобы все на тебя ровнялись, эх, жаль что это всё бред. Фригга начала что-то там о семье и детях, Лаувей не содержала смеха. "<i>- О, моя дорогая Фригга, о чём ты? Пару дней в браке, а уже дети?"- девушка усмехнулась, но сестра даже не подумала умолкать, болтушка. - Мне нравится имя Бальдер!- Фригга задумалась.- Или Тор, или Рагнар! А если дочь, то Астрид или Хелен! - Хех, тебе всё нравится. - А ты?- Фригга положила голову на колени Лаувей и посмотрела на неё. - Что я? - Какое имя тебе нравится? - Я не думала об этом... - Ну, Лаувей! Говори!- девушка прищурилась. - Ну, не знаю... Думаю, Мирана... и Локи? - Ты меня спрашиваешь? Интересные имена, не против если я их позаимствую при случае? - Да пожалуйста!</i>***
Лаувей посмотрела вдаль и подошла к центральным воротам деревни. Она сильнее сжала игрушку в руке и ей на секунду показалалось, что её владелец жив. - Сможешь их выследить?- голос Лафея заставил девушку вернуться из размышлений. - Да, но у меня странное чувство? - Опасность? - Нет, это скорее что-то хорошее, но всё же не мешает быть осторожными.- Лаувей сказала это не очень уверенно, но сохранила маску спокойствия, мол всё под контролем и, вроде, етун верил.- Ваше Высочество, почему они это делают? - Показывают на что способны, сейчас, мы восстанавливаемся после войны с асгардцами, так почему бы не напасть на пару-тройку поселений, пока наше внимание лежит на чем-то другом? - Подло и умно. Лаувей вышла за ворота, все следы бандитов смело, даже амарокам будет сложно отследить, где они находятся. Они - это группы етунов, отверженные от королевской власти. Они не чтут законов, им всё равно на мораль и ценности. Они уничтожают и грабят поселения, чтобы показать, что они есть. Их главари не редко оставляют послания для самого Короля, типо: "Я буду у трона!", " Где же ты Правитель?", "Они страдают по твоей вине." Эти лозунги вызывают, иногда, гнев общества и Лафею приходится разбираться с этим, он не собирается терять трон, он должен держать позицию. Это тяжело, тебя поджимают со всех сторон, попробуй тут найти свободное время, но благо Лафей был сильным и достойным трона правителям, которому верили и готовы были отдать за него жизнь, и подобные "бунты" кончались хорошо. Лаувей не понимала этого, в Асгарде никогда не было преступлений против королевской семьи, разве что угроза из других миров, но не от своих же. Она никогда не встречалась с этими разбойниками, хотя и очень хотелось посмотреть в лицо, тем кто способен убить за просто так. А потом предоставить им самую мучительную отправку в Хельхейм. - Отправляемся сейчас?- Лаувей посмотрела на небольшое войско за спиной Лафея, примерно сравнивая силы их и бандитов.- Потом будет поздно. - Веди нас. К Лаувей подбежал здоровенный белый волк, на которого она с трудом смогла взобраться, нынешний транспорт не очень то и для неё. Прикрыв глаза и прижав к груди найденную игрушку, девушка настроилась на отслеживание убийц. Для неё магия была чем-то необычным, она может создавать то, чего не могут другие, ну по крайней мере, некоторые не могут. Она может её использовать как угодно, стоит лишь взмахнуть рукой, представить то что хочешь и вот оно. - За мной!- Лаувей обернулась и предупредила остальных, что она готова идти. Её волк сорвался с места и помчался в нужном Лаувей направлении, прямиком по следу. Девушка видела яркие красные полосы на снегу, которые, словно дорожка, показывали куда нужно идти. Голоса окружали её, становились все ближе, грубые, неразборчивые. Они близко, пускай и их отряд подоспел поздно, виновники не успели скрыться. "- Уже близко!"- Лаувей чувствовала их, пыталась определить количество человек, но сбивалась. Она приказала своему волку остановиться, понимая, что они уже рядом и если она подойдёт ближе, то их заметят. Отряд войнов последовал её примеру, Лафей и Хейлстром поравнялись с ней. - Они там.- Лаувей указала за небольшую горку. - Ясно. Первая группа атакует сзади, вторая спереди, Волшебница, идёшь со мной. Хейлстром, иди со второй группой. - Да, Ваше высочество! Девушка слегка кивнула и посмотрела вслед, удаляющимся войнам, а потом на Лафея. - Надеюсь, сражаться ты можешь так же хорошо, как и отслеживать цель? - И не сомневайтесь, я прикрою Вас. Все действовали в соответствии с планом, хотя силы были не очень то и равны, но Лаувей смогла обездвижить половину отряда убийц. Кто-то сразу умер, не выдержав магической атаки, хотя она по идее должна быть безвредна, кто-то упал без сознания от сонного тумана, у других же обмякли конечности, и им оставалось только лежать, слушать и смотреть, что происходит вокруг. Но и вокруг то ничего интересного не происходило, обычная бойня, кого ей сейчас удивишь, в такие времена то. Крики, кровь, ничего особенного. "- Выжившие?"- Лаувей отвлеклась на перевозные клетки, примерно в середине строя, хотя сейчас они скорее уже в конце. Замешкавшуюся девушку сбивают с амарока, упала она достаточно удачно, в сугроб, могло быть и хуже. Волк сразу же накинулся на нападавшего, дав возможность Лаувей хотя бы встать, что она и делает. Оказавшись на ногах, волшебница бежит к клеткам, по пути помогая своим справиться с недругами. Асинья добегает до нужного места и осматривает клетку, в которой действительно были етуны. Многие из них были молодыми девушками, кроме них были дети, что скорее восторженно наблюдали за развернувшихся боем, хотя в такой ситуации... Лаувей не припоминала, чтобы когда-либо асгардцы брали в качестве трофея живых людей, но такое она часто слышала из Мидградского мира. Даже не знала, что хуже, умереть или быть вечно в рабстве? Среди всех пленников Лаувей заметила пожилого етуна, он тихо сидел в углу, иногда поглядывая по сторонам, к нему прижалась какая-то девочка, которую он укрыл своим плащом. Зачем им старик? Оббежав клетку волшебница открыла весьма примитивный замок, настолько самоуверенные, что даже не могут обеспечить пленников нормальными замками? Да даже самый обычный подойдёт, а не вот это вот! С небольшим трудом Лаувей открыла клетку и удивлённые взгляды были уставлены на неё. Ещё бы, тебя спасает из плена асинья, о которой были лишь слухи, что она теперь жительница Йотунхейма. Весьма запоминающиеся зрелище! - Быстрее, на выход! Лаувей освободила путь и пленники, не теряя минут, поспешили выбраться оттуда. Девушка помогла некоторым малышам спуститься с передвижной конструкции, скомандывала выбравшимся оставаться позади, чтобы она смогла образовать вокруг них защитное поле. Они слушались, хотя предпочли бы убежать и спрятаться. Последними кто остался, тот старец и девочка, что помогала ему идти. Он хромал и кажется был серьёзно ранен, его бок кровоточил. - Давай помогу.- Лаувей подала руку девочке и та спрыгнула вниз, ожидая когда волшебница поможет спуститься и мужчине, и подстраховать если что. Старец ухватился за плечо девушки и нагнулся, чтобы присесть. - Умри! Разбойник поспешил к клетке, только завидев, что пленники сбегают. Главной виновницей была асинья, о которой он наслышался от остальных, её надо убить в первую очередь, чтобы не создавала проблем. Лаувей же услышав крик етуна, резко обернулась и сложила руки крестом, образовав щит. Но ничего не произошло. Она увидела, что етун лежит на земле, а старец сидел на платформе с вытянутой вперёд рукой, вокруг запястья которой бился слабый голубой свет. "- Маг? Это что-то новенькое..."- Лаувей убрала щит и продолжила помогать раненому старцу. Толпа выживших стояла за Лаувей, которая создала поле, благодаря которому их будет не видно, если конечно в упор не подойдёшь, ну а о свойствах защиты и говорить нечего. Девушка наблюдала за почти окончившийся боем, иногда поглядывала на старца, который её заинтересовал. Етуны, конечно, могут пользоваться магией, но своей, природной. Этот же мужчина пользовался совсем иной магией, возможно, это всё возраст и практика, но это не точно. Лаувей видела, что Лафей тоже использует что-то, что не могут другие етуны, но это такое незначительное, что затратило минимум её интереса. - Всё...- констатируя факт сказала Лаувей. Бой закончился, убитых не было, но раненых достаточно. Лаувей посмотрела на тех, кто смог получить увечья, сочувствующе, даже скорее виновато. Она надеялась, что ей не скажут приниматься за лечение. Она этого не умеет. Перемещение, проклятье, преобразования, она знает много чего, но только не искусство лекарства. Смешно, даже если захочешь вылечить саму себя - не сможешь, надейся на регенерацию. - Так слухи не врали...- Лаувей обернулась на голос, старец стоял за ней и с интересом разглядывая асинью. - Простите? - Хорошая работа, Дочка.- он перевёл взгляд на приближающегося к ним Короля.- Как тебя звать? - Лаувей.- девушку немного напрягло его обращение к ней. - Лаувей... Зови меня Бримир. Лаувей кивнула. Всё как-то быстро происходило, все эти события кажутся ей сном, словно кто-то перемотал время с того момента, как они выехали из дворци и оказались здесь. Лафей поприветствовал Бримира, наверно они знакомы или это так принято приветствовать старших? Он знаменит, а она этого не знает? Он местный шаман какой-то? Или кто ещё есть? Асинья не до конца понимала всех традиций Йотунхейма, их общение, праздники, обычаи. Всё так похоже на Асгард, но это совершенно не то, ей нужно ещё многому научить, хотя сколько уже прошло времени!***
- Госпожа, Царица ждёт вас! Слуга откланялась и Лаувей нехотя встала с дивана. Положив книгу на стол, она двинулась в тронный зал. Да, она живёт во дворце, вся такая почитаемая и важная. Все с ней здороваются, хотя недавно строили ядовитые планы. Лаувей не нравятся их улыбки, их смех от её придирок, сказанных специально, чтобы они отстали. Но для них - это просто прихоть царской особы. Почему нельзя вести себя естественно? Стоит ей появиться на улице, как кто-нибудь спросит, как здоровье? Словно подсыпали ей отраву в еду и ждут что будет. Как ваша сестра? Она то здесь причём... Вам супруг не нужен? Бюро знакомств, однако. Недавно Фригга привязала к ней обязанность, чтобы она обучала магии детей и неопытных волшебников, делать же ей нечего? Мало того, что она сидит в няньках со своей племянницей, которая проявляет повышенный интерес к войне и тёмной магии, так теперь она должна будет следить за горсткой детей? - Ну, ты много знаешь, магия твоя стязя, так направь её в нужное русло! Словно она этого так хочет! Сама ещё из роли новичка не вышла, как сама стала учителем, замученная вопросами, что да как. Как же хочется запереться в комнате и никого не видеть. - Сестра!- Фригга чуть ли не подбежала к Лаувей и взяла ту за руки. - Что-то срочное? - Пойдём, пройдёмся в сад. Её прихоти - так раздражают. Но поделать с собой Лаувей ничего не может, слишком она любит Фриггу. Ей даже пришлось смириться с тем, что Одина она видит каждый день, хотя раньше неделями могла и не вспоминать о нём. Теперь хочешь не хочешь - как бельмо на глазу! Вот, кстати, и он! "-Как говорится, вспомнишь... Эх, ладно!"- Лаувей посмотрела на него и сразу же в глаза бросилась аура скопившаяся вокруг него. Ни с чем не сравнимая, аура смерти. В любой другой ситуации, асинья была бы даже рада, что эта аура его преследует, быть может близка его кончина, она может её поторопить, если что. Но к несчастью, это из-за погибших людей, что пали от руки Одина и его дочери. Воин. Нет, завоеватель. Она пыталась хоть как-то тайно помочь другим мирам, но кто она вообще такая для них? О ней даже никто не знает за пределами Асгарда или знают... Но ещё не объявились такие. Состояние было подавленное, словно она была одной из жительниц захваченного, порабощённого мира, словно видела как горят дома и погибают люди, длилось это недолго, но оставляло странный осадок. Лаувей ни с кем не делилась этим, всё м так видели её отношения к сложившейся ситуации.***
- Ты совсем не сконцентрирована. - Не правда! Лаувей отпустила голову, глядя под ноги. Так странно, у неё появился учитель. Бримир сидел рядом и недовольно ворчал, что асинья не может сейчас выполнить такое лёгкое заклинание, хотя недавно в идеале его использовала. Ну, конечно, когда не надо, так всё сразу! - Может перестанете под руку говорить... - Пока у тебя не получится, не перестану! Заново! Этот старец не такой уж и немощный, как может показаться на первый взгляд. Раньше он был прекрасным воином, но годы взяли своё и теперь он почётный житель или как-то так. На удачу Лаувей, он владел магическими боевыми искусствами, много знал и хорошо разбирался в лечении. Девушка даже и не хотела просить его стать её учителем, потому что он вряд ли бы на это согласился. Но на одной из тренировок, между асиньей и одним из етунов завязался бой, ничего серьёзного, просто захотелось размяться, Лаувей продолжительное время продержалась в схватке, хоть она и проиграла, этот бой не остался без внимания. Бримир часто приходил во дворец, в основном чтобы побеседовать со старейшинами, дать наставления юным бойцам, переговорить с Королём, но и ещё чтобы пообщаться с Лаувей. Незаметно, он стал давать ей советы, давать оценку её способностям, а потом и вовсе говорил ей что нужно подучить и что стоит взять за основу. Бримир понял в чём слабые и сильные стороны девушки и как можно использовать её способности в лучшую сторону. И это не прошло не безуспешно! - Так и помереть можно, Лаувей! У тебя тут человек умирает, а ты его отравляешь заклинанием, которое должно лечить. Здорово, правда? "- Какой же вы противный..."- Лаувей настроилась и снова опробовала это злополучное заклинание. Да уж, Бримир и правда не сахар. Прямолинейный, угрюмый, ворчливый старик, который то и дело вставит свой комментарий куда угодно, последнее слово всегда за ним. - Дыхание ровное... Сконцентрируйся!- етун удовлетворительно кивнул.- Никаких мыслей, расслабься, помни одно неверное действия и всё, конец. Лаувей никогда и представить не могла, что её темную магию, которой только и делать что убивать, можно использовать во благо, можно помогать. Сейчас, она тренирует заклинание, чтобы облегчить боль или убрать её вовсе, смотря какая травма, с помощью парализирующего проклятья. И как сказал Бримир, одно движение и тот кому ты помогаешь, может быть парализован на несколько дней, а это самое безобидное, кома, разрыв сердца и другие неприятные последствия могут ожидать человека. Поэтому нужна полная сосредоточенность и концентрация. - Уже лучше.- Лаувей посмотрела на свои руки, а потом на етуна, голова немного кружилась.- Но, не надейся на лучшую похвалу, ещё не идеально! - ... - Молодец, можешь отдохнуть...***
Сколько уже лет прошло? Точно больше двадцати и она ещё жива. Лаувей освоилась здесь, да, некоторые были против её нахождения в Йотунхейме, но она уже не обращала на это внимание, как раньше. Она заручилась друзьями не только среди придворных, но и жителей других городов и селений. Она часто выезжала на прогулку, а когда кто-то собирался ехать в другой город, то с удовольствием присоединялась к поездке. Асгард ей уже не казался идеальным местом, он размывался, постепенно его затмевал Йотунхейм. Лаувей понимала, прошло не так много времени, но она привыкла к этому заснеженному миру слишком сильно и вряд ли захочет отсюда уходить. Что-то заставляло её оставаться здесь, быть может чувство, что в ней нуждаются, возможно. Хотя, она всё ещё сильно скучала по Фригге, она не знала как оповестить сестру, что с ней всё в порядке, не могла узнать как там её златовласка. Вся связь с "золотым" миром потеряна, ни одно заклинание не может разрушить ту стену, что выстроил Один, это неправильно. В такие моменты, когда Лаувей пыталась что-то сделать с этой непреступной стеной, на руках и ногах девушки появлялись золотые кандалы, цепи которых вели куда-то в небо. Она злилась, не могла понять, как их разрушить. Сегодня должны были приехать какие-то гости, живущие очень далеко отсюда. Король сразу предупредил, что не уверен в их надёжности и стоит перестраховаться. Лаувей всё понимала, за маской лести, может скрываться злорадная ухмылка. Она мастер определять лжёт кто-либо или нет, способна увидеть правду. Ну, конечно, она же тут самая главная лгунья, точнее любитель скрывать все эмоции под маской спокойствия, хотя иногда, всё выходило из под контроля. Единственным кто мог разоблачить её обман, был - Бримир. Уставшая и немощная идёт на тренировку или на прогулку, говоря, что всё в норме, ну конечно! Не думай, что это сработает, тебе сейчас прочтут нотации и так каждый раз. Король же лишь иногда мог отличить ложь от правды и его раздражало, когда он не мог этого сделать, хотя и старался. - Посланцы сказали, что они вот-вот прибудут к главным воротам столицы. Лаувей остановилась рядом с троном и посмотрела с маленького балкончика вниз, на небольшую площадь перед постаментом. Место для встреч гостей, весьма продумано, ведь если это недруг, вести его в тронный замок, прямиком во дворец, фатальная ошибка, а тут. И обзорочная площадка, и несколько выходов для охраны, да и если понабидся помощь чудовища, мирно спящего подо льдом, то это лучшее место. А ещё, красиво смотрится! Лафей сидел на троне и смотрел в спину асинье, которая пожелала остаться здесь, чтобы её не искали, как в прошлые разы. Да, охрана тогда набегалась! Он никогда не понимал, что творится у неё в голове. Библиотека, которая раньше не была излюбленным местом Короля, всё чаще становилась местом его свободного времяпровождения, потому что именно там можно найти эту язву, которая, кажется, только с ним так себя и вела, быть может ещё со своими подругами, но сути не меняет. В начале, вся такая тихая, необщительная, постепенно превращалась в словесную бомбу. С ней было интересно общаться и вести споры, которые либо кончались ничьей, либо её выигрышем. Лаувей могла доказать всё что угодно, даже внушить, что у тебя есть третья рука и ты будешь ей верить, разве что с годами общения, Лафей научился игнорировать её отвлекающие манёвры. В этом и был весь интерес. Советники и хорошие друзья Лафея не говорили в сторону асиньи ничего плохого, лишь подчёркивали её достоинства. Даже Рейз, тот кто непрочь размять кулаки и пролить кому-нибудь кровь, сумел лучше всех с ней сдружиться, хотя дружбой придумывание всяких пакостей и убийственный штук, трудно назвать, но спасибо, что хоть не убил. - Лаувей.- етун позвал девушку, но она даже "ухом не повела".- Лаувей. Лафей повторился, но чуть громче, ноль реакции. Опять летает в облаках или решила его проигнорировать? - Беглянка? - Ваше Высочество, а по имени... Лаувей замолчала, когда повернулась к трону, видя насмешливую улыбку Лафея. Что на этот раз? Да, она всё ещё не смирилась с прозвищами, которыми одарил её етун, хотя и не так импульсивно реагировала на них. Иногда, она не реагировала на них, специально, в других случаях молча выслушивала, что ей говорят. - Что уже? - Да так, ничего...***
Огромный зал, на восьми креслах воссидают старейшины. Перед ними стоял Лафей, напряжён, ждёт ответа. Раньше, ему казалось это не таким уж и сложным, что здесь такого? Старейшины перешептывались между собой, иногда кидая взгляд на Короля. Можно подумать, что Лафей самый главный и всё происходит по его решению, да это так и есть, но есть одно но. Чтобы решить некоторые проблемы нужно разрешение старейшин. - Мы приняли решение,- заговорил самый главный из них, Лафей распрямил плечи и глубоко вздохнул.- что дадим согласие. - Пускай Лаувей и является родом из Асгарда, но она доказала, что достойна быть частью нашего народа и... нашей Королевой, если вы так решили, Ваше Высочество. - Благодарю.***
Несколько служанок крутились вокруг Лаувей, споря какое ожерелье подойдёт больше и что лучше изумрут или лазурит. Сама же девушка молча любовалась собой в зеркале, хотя, скорее, смотрела сквозь него, погрузившись в свои мысли. На ней было одето нежно-зелёное платье в пол, украшенное всевозможными цепочками, сделанными из золота, но самым бросающимся в глаза был пояс с переливающими драгоценными камнями. На левой руке красовался наруч с цепочкой, ведущей к кольцу на безымянном пальце, левая рука оставалась без украшений. На плечах лежала белоснедная меховая накидка. Голову украшала небольшая тиара. "- Как ты и говорил, я буду в золоте..."- Лаувей улыбнулась себе и сделала шаг к зеркалу, коснувшись холодной глади. Наблюдавшие за ней подданные лишь пожали плечами и непонимающе переглянулись. - Может, уже достаточно украшений?- Лаувей повернулась к спорящим служанкам. - Вы так думаете? Украшения для невесты - это главное, в этот день вы должны сиять ярче всякой звезды. - Хм, я уверена. Для Лаувей, за всё проведенное здесь время, было загадкой, почему етунки носят так много украшений? Все эти кольца, ожерелья, цепочки, тиары и прочее они носили в больших количествах, при чём тщательно подбирали каждый аксессуар, чтобы он сочетался с остальными, чтобы камушки либо выделялись, либо были одного цвета, только не сливались с остальными. Помимо обычных украшений, женщины носили небольшое оружие, обязательно чем-то да украшенное, а ещё на видном месте, на поясе или на ремне перекинутый через плечо. Проколотый нос, бровь или губа всегда были слабостью здешних женщин, но никто с этим не перееусердствовал, даже с грубоватыми для етунов чертами лица, девушки были красивы. В Асгарде, украшения хоть и были, но их не пытались выставлять на показ просто так, максимум кулон, серьги, да колечко какое-нибудь, лишь на праздники дамы доставали свои лучшие украшения. Для девушек Асгарда главную роль играл наряд и как ни странно волосы. Чем у тебя красивее наряд и чем роскошнее у тебя шевелюра, тем больше к тебе тянутся. У королев, например, платья обязательно всегда были с золотыми тонами, а узор на ткани был, либо цветы, либо солнце, иногда встречалось изображение льва. Лаувей спрашивала у своей верной служанки и подруги, Герды, что за мода на побрякушки? Она с улыбкой отвечала, что это скорее древнее предание и примета, нежели одержимость, которое существует до этих пор. Раньше женщины были лицом всей семьи, чем краше девушка, тем почётнее относились к ним. Женщина была зеркалом своего окружения. Сейчас же, с помощью драгоценностей обозначалось положение девушки, некоторые украшения были на удачу, другие семейная ценность, а ещё статус и титул. "- Теперь, все эти украшения придётся носить мне..."- Лаувей нахмурилась, такой расклад ей не очень нравился, они мешали, а этот пояс тяжеловат, да и дышать трудновато."- Надеюсь я смогу это всё снять и ходить так как раньше, на легке. Все и так знают, кто я." Служанки помагавшие приготовиться к предстоящему торжеству оставили Лаувей и Герду в комнате и сами побежали готовиться. Девушка подошла и положила руки на плечи асинье, чтобы её успокоить, кто как ни она знает, что Лаувей волнуется, просто не подаёт виду. Сама недавно говорила, что вдруг она сделает что-то не так. Герда была лишь на немного выше Лаувей, не всем же быть такими великанами. Она, как и некоторые, в начале скептически отнеслась к появлению в Йотунхейме асиньи. Но как говорят, не суди книгу по обложке, пока не узнаешь какова она внутри. Лаувей была вежлива с ней и весьма приветлива в общении, быть может это из-за недостатка с кем-то поговорить, но служанке нравилось её общество. Когда что-то нужно, она может помочь, хотя среди етунов не тёплые воспоминания об асах, тем более об их отношении к ним. Позже настоящий характер Лаувей давал о себе знать и это могло вывести из себя кого угодно, Герда же стойко держалась и не зря, прошла проверку на прочность. - Как я выгляжу? - Божественно!- Герда отвела Лаувей от зеркала и усадила в кресло.- Теперь, нужно ли мне рассказывать, что тебя будет ждать, ты же ничего не знаешь о церемониях? - Всё что главное, мне смогли рассказать. - Тогда повторю, заодно, у тебя будет время чтобы успокоится и перестать себя накручивать. - Я в порядке!- уверенно ответила Лаувей, глядя на дверь, услышав за ней шаги. - Угу, кому ты это говоришь? - Ладно, поставь себя на моё место. Да голова пойдёт кругом! - Эх, глаза как забегали! Тебе нечего бояться...***
Уже чуть более уверенно, Лаувей шла к выходу из стен замка, на главную площадь, за ней шла Герда, подбадривающе напевая одну песню. Там, где был трон, стояло трое верховных Старейшины, чуть ниже её уже ждал Лафей. Рядом с Королём стоял Рейз, держа в руках небольшую золотую шкатулку с выгравированными на ней надписями и гербом. Возле лестницы, за ними стояла какая-то женщина, держащая на руках шерсть, на которой лежало два браслета. На площади было куча народу, в первых же рядах на волках сидели доверенные лица короля и управляющие крупными городами. Другие же стояли. На стенах ограждения, балконах и возле окон тоже были етуны. Лаувей нервно сглотнула ком в горле, столько народу, она даже не видела во время балов в Асгарде. Дойдя до лестницы, Лаувей заметила, что её служанка, подмигнув ей, пошла куда-то дальше, видимо к той женщине. Назад пути нет. Зазвучала не навязчивая, тихая музыка, напоминавшая игру на скрипку, но это было что-то другое. Играли красиво, хотя в Асгарде говорили, что етуны не приспособлены к культуре. Ни музыки, ни живописи, ни хороших книг, если бы они только могли видеть... Старейшина вышел вперёд, окидывая взглядом присутствующих, он не торопился начинать. Лаувей посмотрела на Лафея. Обычная корона, сменилась на другую, шипы были чуть больше, а ещё казалось, что у него теперь есть небольшие рога. Сразу бросился в глаза длинный красный плащ, который Лаувей никогда не видела, только тот короткий. На поясе штанов висело несколько золотых цепочек. Осталась лишь лёгкая броня на плечах и руках, однако правая рука была без ничего. Король слегка кивнул ей и края губ немного дрогнули. А ему, кажется, вообще нормально всё. Чесное слово, будто такое каждый день происходит! Старейшина заговорил и всё внимание перешло к нему. Лаувей смотрела на него, вспоминая свадьбу Фригги, всё по другому. Даже речь, они слушают историю, в Асгарде это происходило всё быстрее. Мы собрались, вот эти вот хотят вступить в брак, обменяйтесь кольцами, вот вы муж и жена, теперь, все за стол! "- Да, что я всё про Асгард думаю..."- Лаувей глубоко вздохнула, боясь даже пошевелиться."- Забудь, единственное что объединяет тебя сейчас с тем миром - это сестра и твоё происхождение, всё. Твоё место здесь!" Хотелось улыбнуться, чтобы подбодрить себя, но со стороны смотрелось бы это глупо. Особенно, когда перешли к главной части. - Да будет закреплён союз кровью! Рейз поднялся к ним и открыл шкатулку, которую держал. Внутри лежал небольшой кинжал, рукоятка была исписана узорами, а на острие можно было заметить выгравированное слово на древнем етунском языке: "Сокрытие", если переводить дословно, так у этого слова есть куча определений. Лафей взял кинжал и девушка подала ему руку. "- Только не отреж мне её..."- Лаувей мысленно усмехнулась. Одно движение и на её ладони неглубокая рана. Было не больно, просто какое-то неприятное ощущение, но Лаувей даже не дёрнулась. Етун передал оружие ей и она проделала тоже самое с его ладонью. Кинжал положили обратно в шкатулку и Рейз захлопнул её на замок и спустился вниз. Кровь капнула на землю, всё так же не было больно, девушка не разрешала регенерации вылечить рану. Пальцы Лаувей и Лафея переплелись и вот теперь, девушка почувствовала сильное жжение в руке и неощутимый ей ранее холод, расползшийся до плеча. Мужчина же тоже почувствовал боль. Красная и синяя, горячая и холодная кровь - как же прекрасно... Старейшина продолжил говорить, а потом показал на женщину, которая уже несла на своеобразном подносе браслеты. Лаувей читала где-то, что у етунов нет, как в Асгарде, обручальных колец или как раньше у королевских особ - корон, подтверждавших, что супруг или супруга стали правителями. Здесь были "обручальные браслеты", если их так можно назвать. Обычные же люди не использовали ничего такого при заключении брака, разве что их семьи обменивались дарами, а у новобрачных появлялся какой-то "дорогой" предмет, служивший доказательством их брака. Одна из старейшин спустилась к ним и взяла сначала браслет поменьше, хотя это скорее наруч, украшенный кристалами и узорами. Она взяла руку Лаувей и закрепила его, спросив: - Клянешься ли быть достойной Правительницей Йотунхейма и вести свой народ к процветанию?- старушка посмотрела на Лаувей. - Клянусь. Лаувей сказала это твёрдо и уверенно, хотя внутри, кажется, всё сжалось, а сердце решило сплясать что-то энергичное. Старейшина с улыбкой кивнула и взяла другой наруч, предназначенный для Лафея и закрепила на его руке. - Клянешься ли быть рядом с Правительницей и вести свой народ к победам? - Клянусь.- Лафей посмотрел на Лаувей, хах, его сокровище. Женщина вновь кивнула и взяв их обоих за руки, протянула вперёд, обращаясь и к ним, и к толпе: - Приветствуйте, Короля и Королеву Йотунхейма...
