Соседские страсти

Шерлок пробыл в больнице один день, и именно в этот день у Джона всё не ладилось — из рук падали вещи, бумаги рассыпались, а мысли вылетали из головы. Он был сам не свой, слишком нервный, слишком раздражённый. Слишком беспокойный. Весь день Ватсона преследовал вопрос - как сосед оказался на полу ванной, задыхающийся от собственной рвоты. Вариантов напрашивалось немного: либо он в поисках новых ощущений наглотался чего-то сам, либо его хотели отравить. Оба варианта вполне вписывались в построенную Джоном картину жизни соседа, только вот мысль о неслучайности произошедшего не покидала его и навязчиво крутилась в подсознании, голова от этого вновь тяжелела, напоминала о себе тупая, тянущая боль. У Шерлока, по рассказам Лестрейда, было много врагов, и только сейчас Джон осознал, насколько опасный образ жизни вёл сосед. Он наконец понял насколько наивна уверенность в том, что в любой момент можно зайти в 22/1б и застать в ней так привычно раздражающего авантюриста. Господи, Джон ведь мог и не подняться наверх в тот день! Мог просто закрыться у себя в квартире, а утром миссис Хадсон обнаружила бы хладный труп своего квартиранта. От этой мысли голову сковывало льдом, а пульс подскакивал в разы. К концу дня голова просто лопалась, противоречивые эмоции громоздились одна на другой, формируя хаос и неразбериху. Остатки здравомыслия подсказывали, что так беспокоиться о, по сути, безразличном человеке ненормально. Напряженному телу и мешкам под глазами это знание, правда, не помогало. Рабочий процесс за целый день так и не наладился. Мысли, как заезженная пластинка, крутились вокруг одного и того же. * * * И первым, кого увидел вернувшийся на Бейкер-стрит Джон, был все тот же прилипучий сосед. — Шерлок! — окликнул его Ватсон, прежде чем успел одёрнуть себя. Уже готовый толкнуть входную дверь, Холмс остановился, его пальцы едва заметно дрогнули, будто он решался: сделать вид, что не услышал Джона, или спуститься. Шерлок развернулся и медленно зашагал вниз по лестнице, взирая при этом куда-то поверх Ватсона. Джон же смотрел на соседа не отрываясь, будто пытался удостовериться, что с тем всё в порядке, и он не рухнет в очередном конвульсивном приступе. — Как себя чувствуете? — максимально бодрым тоном спросил Джон, на его лице появилась неестественная улыбка, за которой безуспешно скрывалась серьёзность вопроса. — Нормально, — сообщил запертой двери Шерлок и замолчал. Джон уже было подумал, что Холмс не намерен вести столь предсказуемый диалог, но тот резко продолжил, неожиданно поймав взгляд Ватсона. — Спасибо за оказанную помощь. — За помощь? — зачем-то переспросил Джон, но Шерлок лишь молча протянул ему руку. Ватсон посмотрел на неё, потом снова поднял глаза на соседа. Напряжение и несвойственная скованность читались в его чертах. Сомнение и неловкость. Джон пожал протянутую ладонь, тело будто укололо небольшим зарядом тока, сердечная мышца в ускоренном темпе закачала кровь. В кровотоке забурлили дофамины, возможно, с примесью эндорфинов и адреналина. Чёрт. Резко отняв руку, Ватсон сбивчиво извинился и унесся в свою квартиру, пока Шерлок не успел сделать для себя никаких выводов. Как только он скрылся за дверью, то почувствовал острую необходимость пойти в душ. Под холодную воду. Сейчас же. * * * Армия его, конечно, изменила. Когда не знаешь, изрешетят твоё тело пулями или просто подорвут к чертям вместе со всей базой, мировоззрение в целом и взгляды на некоторые вещи в частности не могут не измениться. В новой мирной жизни Джон замаялся открывать в себе неожиданные привычки и склонности. К примеру, он полюбил горячее молоко и потерял доверие к людям. А еще открыл в себе внезапно бурную реакцию на соседа. Не то чтобы он называл влечение к Шерлоку склонностью. Скорее, чёртовым необъяснимым магнетизмом. Или несмешной шуткой своего подсознания. Хотя Ватсон, в принципе, никак не хотел обзывать и обрисовывать грани этого чувства. «Зависимость», — вдруг пробралось в голову Джона верное слово. Смертельная опасность — вот что потребовалось ему, чтобы осознать, насколько глубоко он увяз в магнитном поле эксцентричного соседа. У Джона прибавилось седины после неожиданного приступа Шерлока. Ожидание в коридоре больницы тоже не подлечило нервы - Ватсону казалось, что он пробил дыру в пластмассовом больничном стуле, пока барабанил по нему в напряженном ожидании новостей. Словно щёлчек закипевшего чайника, неподвижно лежащий на полу Шерлок Холмс дернул за некий рычаг внутри Джона, и осознание накатило резко и неприятно, будто ледяная вода за шиворот. Ватсон наконец-то признался себе, что рядом с Шерлоком он постоянно ощущал нечто, так и не успевшее пробудиться рядом с Рейчел. Вот так, решил Джон, и выглядит разлом в его личной жизни. После душа он ступил босыми ногами на холодную плитку ванной комнаты. Доктору потребовалось несколько секунд, чтобы решиться на последнюю проверку: закрыть глаза и представить Шерлока, хватающего ту самую простыню, предательски спадавшую на пол. В животе тут же скрутило, а по телу побежали мурашки, Джон распахнул глаза оттого, что в его воображении Шерлок простыню подхватить не успел. Тяжело сглотнув, Ватсон снова напомнил себе — контроль, ему срочно нужно вернуть контроль над мыслями и телом. А пока он пытается этот контроль обрести, должен сделать одну простую и одновременно чертовски нелегкую вещь. Если Джон так реагирует на Холмса, это только его проблемы, и он не в праве обременять своими чувствами Шерлока. Даже мимолетное общение надо было немедленно прекращать. * * * Поздно вечером в квартиру постучали. — Ужин? — вместо приветствия предложил Шерлок, когда Ватсон открыл дверь. Джону очень хотелось с ним поужинать. — Я не голоден, — коротко ответил он. — Я тоже. Ватсон на секунду оторопел. Дожили, ему уже мерещится, что Шерлок с ним флиртует. Джон мгновенно решил выпроводить соседа и забыть о нём, как забыл о войне и Афганистане. Сравнение сразу не понравилось, хотя доктор не успел сообразить почему. — Я… — начал было Холмс, и, если бы Джон не знал резкого и бесцеремонного характера соседа, то решил бы, что тот смущён, — я знаю неплохой китайский ресторан неподалеку. — Зачем? — спросил Джон, невольно облизнув нижнюю губу. И тут же мысленно дал себе за это по шее. Он был не совсем уверен, какой именно смысл вложил в это «зачем». Зачем ты зовешь меня в ресторан? Зачем тебе нужна моя компания? Или же «какого черта ты пришёл сюда в своем дорогом костюме и ведешь себя так вежливо»? Шерлок, казалось, понял достаточно многое, потому что продолжил ещё мягче: — Пытаюсь отблагодарить тебя. Ведь так делают нормальные соседи? "Нормальные соседи не хотят друг друга", — пронеслось в голове у Джона, и произнесено это было почему-то голосом Гарриет. — Правда, нас вряд ли назовешь нормальными, — продолжил Шерлок, ещё сильнее выпрямив и без того прямую спину, словно от того, насколько он ровно стоит, зависел ответ Джона. Невесело улыбнувшись, Ватсон стоически промолчал. — Можешь помочь мне в расследовании? У нас тут неподалеку объявился один мясник. Джон очень хотел помочь, но отрицательно замотал головой. Ему казалось, что шея заскрипела — слишком уж много усилий пришлось вложить в это простое движение. — Извини, много дел. Пока, — сухо и быстро пробормотал Джон, закрывая дверь перед удивленным Шерлоком. Вполне успешное начало. Браво. Скрученному сопротивлением собственного тела Джону оставалось лишь продолжать в том же духе. * * * Джон успешно избегал соседа целую неделю. Он искренне надеялся, что эмоциональное помутнение — чувство временное, оно пройдет так же внезапно, как появилось. Надо было лишь держаться подальше от его, как бы двусмысленно это ни звучало, возбудителя. Меньше всего Джон хотел, чтобы Шерлок с его хваленым умом и проницательностью прочитал изменившееся поведение соседа и сделал, упаси боже, правильные выводы. Ибо Ватсона, вопреки уговорам здравого смысла, очень беспокоило то, что Шерлок может испытать к нему отвращение, или что там еще положено испытывать гениям к безнадежным идиотам. Дни протекали безумно скучно, слившись в одну рутинную череду по маршруту «дом-работа-дом». Миссис Хадсон пыталась разговорить сникшего квартиранта, но Джон отвечал лишь односложными фразами, то и дело отказываясь от приглашений на чай. Время близилось к вечеру, Джон стоял в метрополитене, ожидая, когда распахнутся двери поезда и из вагона медленно вытекут люди. Однако народ, вопреки своей обычной медлительности, покидал вагон подозрительно быстро. Лишь когда за ним захлопнулись дверцы, Джон углядел, что немногочисленные попутчики жались по краям, крепко держась за поручни. Это было странно, так как целые два ряда в центре оставались абсолютно пустыми. Присмотревшись, Джон буквально застыл на месте. Единственным пассажиром пустующих рядов оказался Шерлок. То, что люди избегали детектива, для Джона не было откровением. Страх перед Холмсом, как он успел понять со слов Лестрейда и из собственного плачевного опыта, не был чем-то из ряда вон выходящим. Но сейчас Шерлок в одной руке держал гарпун, а другую, испачканную кровью, преспокойно положил себе на колено. Костюм соседа был сплошь покрыт бордовыми пятнами, даже на ботинках виднелись засохшие капли крови. Одним словом, внешний вид Холмса был настолько шокирующим и устрашающим, что Джон просто не смог сохранять дистанцию. Он уселся на соседнее кресло, краем глаза разглядывая невозмутимого детектива. — Плохой денек выдался? — наконец не выдержал Джон. — Расследовал дело одного мясника. Между прочим, предлагал присоединиться. — Тогда я вдвойне рад, что не согласился. — Сомнительно. Они проехали молча ещё одну станцию. — Кого загарпунил? — Свинью. И она уже была мертва, — Шерлок тихо вздохнул и ответил на молчаливый вопрос в глазах Джона. — Проверял вероятности. — Почему в таком виде в метро спустился? — В Лондоне сейчас привередливые таксисты. — На одного все же стало меньше, — невозмутимо ответил Джон и подметил, что на лице Шерлока мелькнуло подобие ухмылки. Поезд резко затормозил, стоящие в вагоне люди чуть не посыпались на пол, сидящих тоже порядочно тряхнуло. Шерлок качнулся, наваливаясь на Джона, гарпун опасно стукнул рядом с ногами Ватсона. Доктор почувствовал, как внутри что-то ёкнуло, а в голове замаячило желание говорить всякие глупости. Например, запоздало согласиться поужинать. Ему надо было срочно выходить из вагона и абстрагироваться, но поезд уже тронулся, оставив Джона недоумевать о причине рывков. — Ты избегаешь меня, — заявил Холмс, видимо уловив появившееся в воздухе напряжение. Динамики проскандировали «станция Бейкер-стрит», позволив Джону немедленно сорваться с места. — Совсем нет, — буркнул он и указал на платформу. — Наша станция. Как только двери раздвинулись, Ватсон выскочил из вагона и в быстром темпе направился к выходу с кольцевой. Шерлок шагал следом, размахивая окровавленным гарпуном. На лестнице, ведущей в город, скопилась настоящая толпа, и если Джон обычно застревал в этом рое людей, то перед Холмсом все расступались с преувеличенной поспешностью, а особенно впечатлительные отпрыгивали с визгом. — Джентльмены! — Джон услышал громкий голос, за которым проследовал звук свистка. Молодой и неопрятно одетый работник подземки бежал в их сторону. — Стоять! Соседи остановились. Джон увидел в этом отличную возможность скрыться от Холмса, лимит общения с которым уже был истрачен на месяц вперед. — Вы справитесь? — Ватсон кивнул на молодого блюстителя порядка. — Разумеется, — скучающе протянул Шерлок. — Тогда я пойду. Я, вообще-то, тороплюсь… — Конечно, — перебил его Холмс, как показалось Джону с изрядной долей скептицизма в голосе. Кивнув в знак прощания, доктор принялся подниматься по ступенькам, толкаясь с остальными людьми. Он вышел на улицу и, кажется, целую вечность прождал, пока на переходе загорится зеленый сигнал светофора. Когда поток машин наконец остановился, Джон перешёл Бейкер-роуд, уже на тротуаре услышав чрезмерно громкое гудение машин и брань водителей. Ватсон оглянулся, рассмотрев мужчину, несущегося по проезжей части на красный свет. Разумеется это был Шерлок. Кому же ещё могло приспичить пересекать трехполосную трассу! Холмс безрассудно перебежал дорогу, чуть не угодив под капот сразу двух автомобилей. Кретин. Ватсон кинулся к соседу, который лишь чудом ступил на тротуар абсолютно невредимым. — Тебе на свою жизнь, я погляжу, совсем наплевать? — повышая голос, начал Джон более недовольным тоном, чем того требовали приличия. — Тебя не просто догнать. Я начинаю скучать по временам, когда ты ходил с тростью, — как ни в чем ни бывало произнёс Шерлок, перекинув гарпун в другую руку и опять пристраиваясь рядом с Ватсоном. — Это не оправдывает твои суицидальные наклонности, — Джону приходилось делать широкие шаги, чтобы поспеть за Шерлоком. От этого его походка выглядела нелепо. — Мог бы подождать немного на светофоре, как поступают нормальные люди. — И позволить тебе добежать до дома и запереться в своей квартире? Нет, — сказал Шерлок, смотря на забавно отпрыгивающих в сторону прохожих. — Ты опять будешь делать вид, что спишь и не слышишь звонков и стуков. — Я так не делаю, — на выдохе ответил Джон. Будто Холмс часто стучал и звонил. — Делаешь. Как ты успел заметить, я не идиот. — Твои выходки порой настойчиво убеждают меня в обратном. — Я умею замечать скрытые детали. Последняя реплика Джону абсолютно не понравилось. На что Холмс намекает? Тема на смену всплыла сама собой. — Что произошло тогда в квартире? — В квартире? — С тобой. Когда тебя на скорой увезли, — Джон посмотрел на Шерлока и попытался выдавить непринуждённую улыбку. Словно вопрос был самым обычным для хорошего соседа. Шерлок опустил глаза, стукнул по асфальту гарпуном и ровно произнес: — Это был эксперимент. — У тебя это слово — универсальная отговорка? — Ватсон всё-таки надеялся на более развёрнутый ответ, увиливания детектива его абсолютно не устроили. Доктору было просто необходимо понять, почему Шерлок закончил тот день на полу в ванной. Как только Джон уловил, что Холмс не собирается ничего пояснять, он почувствовал, что начинает распаляться: — И какой эксперимент, можно узнать? Сколько наркотиков нужно проглотить, чтобы задохнуться в собственной рвоте? Шерлок шумно вздохнул и прибавил шаг. — Я же говорил, что не употребляю. — Тогда что это было? Они дошли до входной двери, Шерлок быстро отпер её — кажется, отмычкой — и понёсся наверх. Джон не заметил, как помчался следом, оба застыли на пороге 22/1б, не особенно понимая, что делать дальше. Взбаламученный Ватсон скрестил руки на груди, а Шерлок, цепляясь за свой гарпун, прошёл к каминной полке и взял с неё пачку сигарет. — У меня было два пузырька с таблетками, — начал Холмс, распечатывая пачку. Джон свёл брови, не до конца уверенный, что улавливает суть. — Дело кэбмена, Джон! — кстати напомнил детектив. — Он травил жертв таблетками. — И ты забрал их у него? — Он отдал сам. И если бы ты тогда не увел отравителя у меня из-под носа, я бы выяснил их назначение раньше. — Так ты решил их сожрать, я правильно понимаю? — Ватсон уже в прямом смысле с трудом держал себя в руках. — Одна должна была быть пустышкой! — И ты, конечно, пихнул её себе в глотку? — Это было ради дела. — Ради дела, — спародировал Джон, опасаясь того, что может сделать в любую секунду. — Любишь рисковать своей жизнью, значит? — Люблю быть умнее смертельной опасности. — Да ты идиот. Как можно так себя вести? — Кто бы говорил, — парировал Шерлок и вытащил из кармана зажигалку. — Какое вообще тебе дело до моей жизни? В последние дни бегаешь от меня как от чумного, и вдруг такой всплеск интереса. С чего ты так трясешься? Джон был бы рад сказать, но пока всё ещё пытался контролировать голову и ныть про треклятые дофамины не собирался. — Я врач, — сделал он слабую попытку. Мимо. Шерлок наиграно оскалился, вынул из пачки сигарету и прикурил. — По-твоему, я должен желать тебе смерти? — не унимался Ватсон. — Вряд ли. Ведь я хоть как-то развлекал тебя последние несколько недель. — Надеюсь, ты сейчас не о своем нахальном поведении? Шерлок пожал плечами. — Тебе не хватало событий в жизни, я их обеспечил. Война, адреналин, всё, что доктор прописал, — Шерлок с вызовом посмотрел в глаза соседа, затянулся и выпустил изо рта струю дыма. Это взбесило Джона похлеще стонов скрипки в три часа ночи. — Брось чёртову сигарету! Шерлок молча стряхнул пепел на пол и оскалился. Снова. — И не подумаю. Упрямо уставившись в глаза детективу, Ватсон сделал пару шагов и, сыграв на внезапности, резко вырвал сигарету. Шерлок коротко втянул воздух, рывком подался вперед, безошибочно найдя губами вздрогнувшие губы Джона. «Вспышка справа, опасность на полдень!» — загрохотало в сознании оглушенного Ватсона. В нос мгновенно ударил резкий запах грязи и крови, которой с ног до головы был измазан Шерлок. А ещё Джон почувствовал, как Холмс коснулся его руки, мягко разжал пальцы и вынул сигарету. Идиот, какой же он идиот! Доктор исступленно оттолкнул Шерлока, который едва удержал равновесие, но поднёс помятую сигарету к губам. — Тебя, мать твою, на месте прибить? — зашипел Джон, вдруг ощутив странную слабость. Шерлок прищурился, втянул дым и перевел сияющий взгляд на задыхавшегося соседа. — Не притворяйся, что был против. — Что? — едва не заорал Ватсон. — Не притворяйся невинной овечкой. Да что в конце концов происходит? — Иди к чёрту! — рявкнул доктор, прикидывая, куда сбежать. — О, Джон, и что ты хочешь сделать? Снова закрыться в своей квартирке? Не веди себя глупо! Иначе мне придется взять вторые ключи у миссис Хадсон. — Как будто ты уже их не взял! — уже с лестницы крикнул Джон. Он остановился в прихожей, мельком глянул на свою дверь и прошел мимо. Запираться в квартире ему совсем не хотелось. * * * Джон купил минералку и прополоскал рот, некультурно сплюнув на газон. Он всё ещё отчетливо помнил, как от Шерлока несло сигаретным дымом, а ещё чем-то тухлым и грязным, что не доставило доктору особого удовольствия. Он дошёл до свободной скамейки в Риджентс-парке, пытаясь переступить через собственные ограничения. Состоянию Ватсона позавидовать было трудно. Будто он проехал мертвую петлю на бешеном аттракционе и собирался совершить свободное падение. Отстегнуть ремень безопасности и окончательно провалиться в голубую бездну. В жизни явно что-то пошло не так. Возможно, во всем был виноват кларнет. Мама всегда говорила, что уроки игры не доведут Джона до добра. Сейчас он понимал, что ему следовало выбрать шахматы. Их с Шерлоком словесная баталия выглядела совершенно безумной, Джон кусал губу, отрешённо глядя перед собой. Он никак не мог понять, какие цели преследовал детектив. Сам себе Ватсон напоминал щенка, которого только что то ли похвалили, то ли пнули. Скорее второе. Шерлок наверняка раскусил его чувства достаточно быстро, и решил поиздеваться над соседом, поиграть с ним ещё немного, перейти на более интересный уровень. Зачем ещё был нужен спектакль с поцелуем? Во взаимность Джон даже верить боялся — слишком много чёрных полос заштриховала его жизнь. Симпатия Холмса оказалась бы весьма неожиданным светлым событием. Будет ужасно больно понять, что это всего лишь самообман. Напряжение постепенно спадало, и Джон совсем не хотел заменять его сомнениями и бессмысленным самокопанием. Он привык обыгрывать судьбу, а теперь вот решил довериться ее внезапному повороту. «Будь что будет», — устало подумал Васон и поднялся со скамейки. Он провел в парке столько времени, что успел надышаться воздухом на пару столетий вперед. Но это вовсе не значило, будто Джон хорошо понимал, как жить дальше бок о бок с ненаглядным соседом. Он вернулся домой, чтобы найти в полумраке кухни сидящего на стуле Шерлока. Ватсон вздрогнул и чуть не выронил из рук наполовину пустую бутылку минералки. — Долго гулял, — тихо сказал Шерлок, вставая со стула. Джон поймал себя на мысли, что голос Шерлока приятно заполняется тишину квартиры, сидел бы за чашкой чая по вечерам и слушал. — Поставлю чайник, если ты не против. Ватсон кивнул. — Я ходил в Бартс, — снова начал Шерлок, — полдня в лаборатории проторчал. В треснутой баночке лежала пустышка, всё должно было быть безопасно. — Почему же ты на полу оказался? Ошибся? — Я не знаю! — прошипел детектив, откашлялся и закончил спокойнее. — Я не знаю. Этого не должно было произойти, — Шерлок на мгновение задумался. — Только если кто-то переложил таблетки. Единственное логичное умозаключение. Я не перекладывал. Джон похолодел. Таблетки перепутала Гарриет! Это она, бесцеремонно забравшись в квартиру соседа, начала лезть своими руками куда не надо. Она была единственной, кто доставал таблетки из этих чертовых банок. Шерлок чуть не умер из-за его собственной сестры. Восхитительно. Чувствуя, как в груди нестерпимо жжет, Ватсон встал и подошел к буфету, чтобы достать две кружки. Шерлок чуть не умер из-за него, Джона. — Джон? — позвал Холмс. Виноватый вид доктора не мог скрыть от соседа его мысли, но говорить о случившемся Шерлок больше не стал. Вместо этого он глубоко вдохнул и затараторил быстрее. — Считаю, нам пора прекратить эти непонятные бега и рассмотреть ситуацию со стороны здравого смысла. Внимательно посмотрев на Холмса, Джон пока не учуял никакого исключительно здравого смысла. Из-под корки логики будто пробивались человеческие эмоции и желания. Как не выслушать после такого? — Продолжай, — сказал Ватсон, перемещая кружки на стол. Шерлок принялся разливать чай, не отрывая глаз от исходящей паром струи, но сохраняя свою обычную уверенную небрежность. — Денег на квартплату никогда не бывает достаточно. — Да. — Моё финансовое положение на данный момент переживает не лучшие времена, а аренда от этого не улетучивается. Ты же отдаёшь за квартиру более половины зарплаты. — Допустим, — заинтересовавшись тем, что Холмс скажет дальше, Джон даже почувствовал себя бодрее. — Мы можем совместно решить финансовые проблемы, если поделим квартплату и станем соседями напрямую. Тогда тебе не придётся искать более дешёвый вариант и переезжать. Обещаю, что от меня ты не будешь терпеть неудобства, — Шерлок на секунду замялся. — Много неудобств, по крайней мере. — Что? — Ватсону показалось, что он ослышался. — Наверху есть вторая спальня, а гостиная просторная — места более чем достаточно на двоих холостых мужчин, — Холмс пододвинул к Джону кружку с чаем и произнёс пробирающе сентиментально. — Не уезжай, — Шерлок сглотнул и с непроницаемым лицом добавил. — Пожалуйста. — Я и не собирался. Взгляд Холмса метнулся на стоящий в углу чемодан. Присмотревшись, Джон опознал вещи Гарриет. Когда она успела их притащить обратно? Лицо детектива не изменилось, хотя казалось, что напряжения в его теле немного поубавилось. — Тем лучше, — спокойствие окончательно вернулось к Шерлоку. Но Джону тоже было что сообщить соседу. Откашлявшись, он сознался: — Это из-за меня Гарри подменила таблетки. Невозмутимый Холмс остался сидеть, как и сидел, даже чаем не поперхнулся, хотя доктор ждал более демонстративной реакции. — Я догадывался, что это могла быть она. Не понимаю только, почему ты посчитал виноватым в случившемся себя. Да и вообще почему тебе надо кого-то считать виноватым. Джон провел большим пальцем по кружке и какое-то время смотрел на неё расфокусированным взглядом. — Ладно, этот вопрос уладили, — согласился он, хоть чувство вины не сдвинулось ни на дюйм. Ничего, когда-нибудь пройдёт, наверное. — Переезжай ко мне, — снова напомнил Шерлок. — Носки всё равно уже наполовину переехали. Джон не смог сдержать улыбку и усмехнулся. Холмс же продолжал гнуть свое: — Повторюсь, нам обоим это будет на руку, тебе же… — Я подумаю, — остановил надвигающийся поток неопровержимых доводов Джон. Он и так видел достаточно плюсов в этой авантюре, оставалось лишь в спокойной обстановке пересчитать ее минусы. — Замечательно, — Шерлок сделал глоток из кружки и, кивнув, направился к двери. Лишь когда входная дверь за соседом захлопнулась, Джон понял, что кружку тот прихватил с собой. *** — Миссис Хадсон, — легонько постучав, Ватсон шагнул на кухню к хозяйке. Марта сразу же оторвалась от сковородки, которую начищала железной губкой, и подняла на квартиранта глаза. — Не совсем удобно говорить об этом, учитывая, что вы потеряете часть дохода, — Джон заметил возрастающее беспокойство домовладелицы. — Но вынужден сообщить, что я собираюсь съехать с 22/1а. — Какие ужасные новости! — воскликнула миссис Хадсон, взмахнув сковородкой. — Это из-за аренды? Я могу её снизить, мне очень не хочется терять такого прилежного квартиранта, — Марта вздохнула и положила руку на плечо Джона, на миг польстившего себе, что хозяйка будет скучать по их чайным посиделкам. — Да и Шерлок с вами ведёт себя спокойнее,- разбила его иллюзии домовладелица. - Вы же представляете, как сложно совладать с ним одной. Ватсон очень хорошо это представлял, и даже успел обдумать. В итоге минус был признан совсем незначительным. — Что вы так широко улыбаетесь, Джон, это неприлично! И куда вы от нас сбегаете? — Не далеко, миссис Хадсон, — доктор выдержал паузу. — В два-два-один «бэ». Миссис Хадсон ухнула и чуть не уронила сковороду. — Ох! Замечательно! — отставив посуду в сторону, она хлопнула в ладоши и расплылась в улыбке. — Как я этого ждала, Джон! — от полноты чувств Марта приобняла доктора. — Вы меня обрадовали, молодой человек. Одобряю ваш выбор. Отпустив Ватсона, миссис Хадсон направилась к холодильнику. —Что ж, приготовлю вам двоим что-нибудь вкусненькое. — Мы ещё не пара, — проворчал Джон и осёкся. Коварное «ещё» само сорвалось с языка, но исправляться он не стал. Сейчас Ватсон слишком остро предвкушал грядущий переезд, чтобы беспокоиться о таких мелочах.