Напарники

— Мне нравится этот вид! — раздался ехидный женский голос за спиной у Брока, выползшего полусонным на кухню в одних только чёрных брифах, плотно облегающих его задницу. — Блядь! — выдохнул тот, чуть не подавившись апельсиновым соком, который достал из холодильника. — Это ещё кто? О! Простите, Ваше Темнейшество! — чуть иронично поклонился он мерцающей проекции Хелы, зависшей над кухонным столом, где лежало кольцо Гарри. — И спереди вид не хуже, — смерила его оценивающим взглядом призрачная гостья. — Это что, Кельвин Кляйн? — А вы откуда знаете? — вылупился на неё Брок. — Что, реклама добралась и до Хельхейма? — Пф, кто тебе сказал, что я там? — фыркнула Хела, присаживаясь на что-то невидимое. — Я сейчас путешествую по Мидгарду, собирая последние сплетни и обзаводясь нужными знакомствами. — Интересно, кто может быть полезен Смерти, — буркнул себе под нос Брок, но его услышали. — Ну-у… я столько всего пропустила за последнее время. Никогда не думала, что мидгардцы могли сделать такой рывок к прогрессу за какое-то тысячелетие. Когда я была здесь в последний раз, они умирали в тридцать-сорок лет, ели что попало и мылись пару раз за всю жизнь. — С того времени мы изобрели дезодорант и шампунь, — хмыкнул Рамлоу, усаживаясь на барный стул напротив. Стесняться своего раздетого вида он не собирался. Во-первых, привык постоянно быть на виду, иногда и в таком скудном одеянии, как облегающие трусы, — общие душевые в казармах быстро отучают от приватности. Во-вторых, ему своего тела стыдиться не было нужды — рельефы у него были на зависть многим, в этом он даже суперсолдатам не уступал. А в-третьих, почему бы и не покрасоваться перед горячей дамочкой? Ну и что, что она богиня и, на минуточку, Смерть, женщиной она от этого быть не перестала. — Нашёл! — раздался голос Гарри, а через пару мгновений на кухне появился и он сам. — О, привет, Брок, уже проснулся? — улыбнулся он, увидев товарища. — Доброе утро, а мы тут мило беседуем, — ухмыльнулся тот в ответ. — Я и не знал, что твоё кольцо оснащено камерой. — Технически, этот камень — частичка моего зеркала Мёртвых Душ, — пояснила Хела. — Когда-то давно я оставила его своим потомкам, чтобы они могли общаться со мной в случае нужды. Но что-то пошло не так, и знания об этом артефакте были утеряны. Зеркало стало зваться Воскрешающим камнем, и его начали использовать для вызова умерших. Но теперь оно снова выполняет свою прямую функцию: служит средством связи с Гарри. — Так вот оно что… — протянул Брок. — Микроскопом гвозди забивали… — Ага, что-то типа того, — подтвердил Поттер. — Хела, а где ты вообще на данный момент, а то зачитывать вслух тут очень много. Легче бы тебе самой просмотреть документ. — Он показал ей свиток, который с шуршанием развернулся до пола и раскрылся ещё на пару ярдов. Хела задумчиво постучала пальцем по губам, а потом сказала: — Пока я занята, надо решить один вопрос, не знаю, когда смогу освободиться. Давай ты мне его пришлёшь с вашими адскими птицами, а потом я тебе его верну. Надо в конце концов разобраться со всей этой ерундой, что творится в Мидгарде. — Хорошо, сегодня же отправлю, — кивнул Гарри. — До связи, ребёнок, — улыбнулась Хела, а потом смерила взглядом ухмыляющегося Брока. — И с тобой, красавчик, увидимся. Силуэт богини рассыпался искрами, камень в кольце снова потемнел, становясь обычной стекляшкой с чуть заметным рисунком — символом Даров Смерти. Гарри надел кольцо на палец и принялся что-то писать в своём любимом блокноте. Немного повздыхав над таким коротким флиртом, Рамлоу отправился умываться — время спуститься в спортзал, чтобы потом не было мучительно стыдно за жирные бока. А то с такими поварами надо держать руку на пульсе — откормят как рождественского гуся, и квакнуть не успеешь. Чуть позже вернулся из бассейна Барнс, и Северус выполз из лаборатории, где он последние пару дней готовил сложное зелье на заказ. Гарри закончил с письмом, метнулся на почту и отправил его дорогой бабуле, а потом решил пройтись по магазинам. Приближалось Рождество, нью-йоркцы начали покупать подарки, хотя истерическое время, когда можно продать всё, что не продавалось за весь год, ещё не наступило. Торговые центры украсили к празднику уже с полмесяца назад к огромному негодованию столетних суперсолдат. — Они скоро начнут выставлять ёлки в сентябре! — ворчал Стив. — А как же дух Рождества? — Это точно, — поддерживал его Барнс, — за два месяца привыкаешь к мишуре и гирляндам, так что в сам праздник не чувствуешь радости. — Вы ещё скажите, что китайские ёлочные игрушки блестят, но не приносят счастья, — фыркал на их слова Брок. — Нынешнее время избыточного достатка диктует новые правила. Продавать надо всё, что выпускают многочисленные предприятия, а спрос падает, чем платить зарплату и налоги? — То ли дело в магическом мире: у нас почти всё изготавливается в малых количествах или эксклюзивно на заказ под определённого человека. Никто не будет варить сто порций костероста в надежде, что завтра половина Хогсмида переломает себе кости. Так же и с другими вещами: нет спроса, никто их не делает, — пояснил Гарри. — Постой, а на что тогда живут продавцы и производители? — заинтересовался такой странной экономикой Брок. — На то, что отложено в хорошие времена, — фыркнул Снейп. — Вы просто не понимаете, что у нас очень маленькие запросы в плане покупательской корзины. Вещи мы можем ремонтировать очень долгие годы, прежде чем они обветшают настолько, что не будут поддаваться чарам. Зачем мне покупать новый котёл, если есть старый, вполне себе пригодный для работы? Так же и с инструментами: мой набор ножей из гоблинской стали прослужит мне всю жизнь, да и после моей смерти ничуть не испортится. — А как же мода? — растерянно спросил Брок. Он очень любил следить за всеми новыми веяниями и тратил огромное количество денег на смену гардероба. — Ну… — задумчиво смерил его взглядом Гарри и достал палочку. Пара хитрых узоров кончиком, яркий луч, и вот уже на нём надеты точно такие же узкие джинсы и приталенная рубашка, как на Рамлоу, только другого цвета. — Вот и всё. Мне достаточно иметь одну мантию, чтобы трансфигурировать её в любой наряд. Или кучу дров, чтобы обставить весь дом. Надоест один стиль, превращу в другой. Так зачем мне тратить золото? — Охуеть, — выдохнул Брок. — Моя жизнь никогда не станет прежней… Так вы что, ничего не покупаете? — Почему же? То, что нельзя сделать или вырастить самим, приходится приобретать. Мётлы, например, или ингредиенты для зельеварения, учебники, чернила, перья, школьную форму. Дети не могут надолго закрепить трансфигурацию, поэтому для них всё только настоящее, а не изменённое. Опять же артефакты сам для себя не всякий может сделать. Ту же палочку, портключ, защиту от легилименции и вредных зелий… Что ещё? — задумался Снейп. — А! Дом мы, конечно, и сами можем построить, но не факт, что он не развалится через пару лет. Есть лицензии на определённые изделия, да и многие знания передаются только в роду, поэтому у нас семейные предприятия. — Почти натуральное хозяйство, — кивнул Стив. — Но мне это нравится. Честно говоря, для меня до сих пор дико тратить столько денег на ненужное барахло. Телевизоры становятся всё больше и больше, а гаджеты устаревают быстрее, чем ты успеваешь донести их из салона домой. — Ну да, вот смотрю я на весь этот ажиотаж со смартфонами и думаю: чего люди так прутся по новым моделям — они же на вид почти одинаковые! Да и немногие пользуются всеми функциями, типа десятка режимов фотосъёмки, — фыркнул Барнс. — Другое дело — хобби! — заметил Северус. — Вот здесь можно просадить целое состояние на покупку каких-нибудь картин или ваз. — У меня в хранилище картин полно, профессор, если надо — поделюсь, — щедро предложил Гарри. — Вот уж спаси-ибо, — протянул тот в ответ. — Вешать на стену пейзаж с твоими резвящимися предками я точно не собираюсь. — Да ладно вам, они всего лишь раз устроили пьянку в честь юбилея, надо же и им когда-то развлекаться, — рассмеялся Поттер. — Ну подумаешь, пели похабные песни и мочились в пруд с золотыми рыбками, с кем не бывает. — А что, ваши живые портреты могут набухаться? — удивился Стив. — Они же нарисованные! — Это же магия! Портреты живут, сохраняя свой характер, так что у них там всё так же, как и при жизни, — пояснил Снейп. — Но это не сами души, а просто слепки, ментальная копия, типа ИИ вашего Старка. Псевдоличность, или как их ещё называют? — Понятно, а то я уж подумал, что это типа второй жизни, — вздохнул Барнс. — Нет, души уходят на перерождение, а их копии остаются с потомками, чтобы передавать им знания, ведь записи можно утерять, — объяснил Гарри. — Я, когда получил в наследство свой дом, вначале был рад, что у меня появилось столько родственников. Только через пару лет до меня дошло, что большая их часть — обычные занудные старики. Вот я их и убрал в хранилище, чтобы они мне мозг не проедали. — Да уж, не хотел бы я жить в окружении сотни предков, — передёрнулся Брок. — Мне одна бабуля нервы выносит за время отпуска. И жениться мне надо, и детей заводить пора, и работа у меня опасная. — Кстати о работе! — оживился Барнс. — Я хочу открыть автомастерскую. Буду копаться в машинах, делать тюнинг и всё такое. — Неплохо, напарник, — хлопнул его по плечу Гарри. — Дело для души и для рук всегда полезно! — А я решил открыть котокафе, — ухмыльнулся Брок. — Это ещё что такое? — поинтересовался Снейп. — Это как казино, только вместо карт, рулетки и одноруких бандитов — котики, кофе и пирожные! — заржал Барнс. — Командир, я думал, что ты что-то брутальное замутишь, типа бойцовского клуба или, на худой конец, спортзала. — Заебали меня драки, мускулистые вонючие туши и выбитые зубы, — скривился Рамлоу. — Хочу спокойствия, милых девочек вокруг, пушистых котиков и кофе по двадцать баксов за чашку. Буду продавать розовые пироженки, любоваться на воркующих влюбленных, блевать радугой и ванилью. — Коты тебе всё засрут, — скривился Зимний. — Один ещё ничего, а прикинь, если их будет десять или двадцать! — Ну… а для чего нам волшебники в друзьях? Неужели не настроят мне там свои магические прибамбасы? — ухмыльнулся Брок. — Вообще, мысль о котокафе пришла мне в голову после того, как оборудовали дом. Всегда чисто, пыли и неприятного запаха нет, мусор и грязь пропадают сами по себе — идеально для содержания животных. А если провести кафе как приют — ещё и от кучи налогов можно отмазаться. — Звучит неплохо, но почему мне кажется, что ты что-то затеваешь? Признавайся, будешь под прикрытием котов нелегально алкоголь продавать? — прищурился Гарри. — Что там у тебя будет на тёмной стороне? — Почти угадал, — заржал Брок. — Только легально всё будет: днём — кафе для парочек, а ночью — бар для своих! — Поможем без проблем, — кивнул Северус. — И защиту настроим, и артефакты чистоты установим — это несложно и недорого. — Я всегда знал, что фортуна однажды повернётся ко мне задом! — радостно ухмыльнулся Рамлоу. — Может, передом? — усомнился в формулировке Зимний. — Что я там не видел? — хмыкнул Брок. — Сзади вид намного приятней! Мало ли какая там рожа у неё, а тылы всегда симпатичные!

***

Вечер Сочельника решили провести за активным досугом. В Рокфеллер-центре было слишком многолюдно и тесно, а вот Центральный парк нравился всей компании гораздо больше. Зарезервировав каток и отдельный тёплый шатёр для отдыха и перекуса, вся компания приготовила коньки, надела удобную одежду и отправилась веселиться. До места добрались пешком, минут тридцать — и они уже здоровались с охранником и менеджером. Сколько денег заплатил Барнс за то, чтобы арендовать популярное место целиком да ещё и в праздник — история шокированно умалчивает. Когда на лёд вышли несколько фигуристов в ярких нарядах, все поняли, что само катание — ещё не предел. Шоу, устроенное профессионалами, было потрясающим: вращения, арабески, дорожки — одно сменялось другим. Под конец все прочувствованно зааплодировали на особо заковыристый прыжок спортсмена. — Вот это я понимаю — талант! — воскликнул Гарри, когда выступление закончилось и на льду остались только они — неуклюжие по сравнению с профи медведи. — Да ладно, мы тоже кое-что можем, — ухмыльнулся Брок. — Спорт и есть спорт, если ты физически хорошо подготовлен, то справишься хоть где. — Давайте-ка вы не будете рисковать, — нахмурился Снейп. — Если вы что-нибудь сломаете, я, конечно, вас вылечу, но праздник будет испорчен. Куда там! Кто будет слушать ворчание профессора, когда задета честь записных спорщиков и авантюристов! Единственное, что успел сделать Северус — накинуть чары отвода глаз, потому что в парке было очень многолюдно. Теперь пустой каток не привлекал внимания любопытных гуляющих, словно его и не было. Охрана и менеджер тоже потеряли всяческий интерес к месту работы, забившись в тёплое помещение и попивая кофе перед телевизором. Четверо оболтусов — Снейп не мог охарактеризовать их никак иначе — принялись выкидывать фортели. Пока он спокойно катался вдоль бортиков, наслаждаясь давно забытым развлечением, эти бабуины громили лёд. Прыгали они виртуозно, слов нет, действительно, физическая подготовка позволяла многое. Потом исполняли что-то вроде бесконтактного спарринга, едва намечая удары. Затем перешли к игре в «догонялки», развив такую скорость, что Северуса начало немного подташнивать от быстрого мельтешения вокруг. Когда Поттер трансфигурировал из веточек ворота, клюшки и шайбу, Северус понял, что пора покинуть лёд, потому что он точно не арбитр, а носиться по катку, сшибая друг друга и размазывая по бортикам — точно не для него. Играли два на два: Поттер с Барнсом против Роджерса с Рамлоу. Счёт вёл Снейп, вывесив светящуюся проекцию табло прямо над игровым полем. Красные цифры против зелёных — и менялись они настолько часто, словно тут играли в баскетбол. — Как будто смотрю на настольный хоккей, — насмешливо протянул незнакомый голос, а Северус чуть не подавился от неожиданности кофе. Опять какой-то мутант, видящий сквозь чары?! Он взглянул на стрёмного мужика, замершего рядом. Тот был одет в тёплое кожаное пальто, тонкую кашемировую водолазку, модный костюм и сияющие ботинки. Небрежно зачёсанные назад волосы открывали высокий лоб. Мужчина выглядел странно знакомым, но Снейп был уверен, что никогда до этого момента его не встречал. — Согласен, — нейтрально ответил он, невольно кладя руку на кобуру, где хранилась палочка. — Спокойно, я не желаю никому из вас зла, — усмехнулся гость, сверкнув зелёными глазами. — Я — Локи, в прошлый раз мы с вами не виделись, когда я навещал ваш общий дом. — Меня зовут Северус Снейп. Как вы нас нашли? — Хела сказала, что вы будете здесь, — улыбнулся краешком губ Трикстер. — Она… довольно настойчива, когда чего-то хочет. — Ну, ей это и положено, работа накладывает отпечаток на всех, — кивнул успокоившийся Снейп. Богине Смерти он, как ни странно, полностью доверял. — Почему вы не с ними? — снова поинтересовался Локи. — Стар я уже для таких забав, и новые зубы отращивать не люблю, — проворчал Северус, потому что как раз в этот момент Барнс со всей дури заехал Стиву по корпусу, от чего тот врезался в бортик лицом, оставляя на белой поверхности кровавый след. К ним тут же подкатился Рамлоу, но не для того чтобы помочь, а чтобы перехватить шайбу и помчаться к чужим воротам, обгоняя Поттера. — А я думаю, что это довольно весело, — рассмеялся Локи. — Настоящие мальчишеские игры. — Да, брат мой, мы тоже так веселились в детстве! — раздался тихий бас сзади, заставив вздрогнуть обоих зрителей. — Тор… — чуть скривился Локи. — Как же я надеялся, что ты празднуешь со своими клоунами или нелепой смертной заучкой. — Рождество — семейный праздник, — спокойно ответил Громовержец и встал сбоку, опираясь руками на бортик. — Хоть мы и не принадлежим к этой юной вере, но отчего бы не принять что-то интересное для себя. — Две тысячи лет, — фыркнул Локи. — Для мидгардцев это огромный срок. А вы, волшебники, справляете христианские праздники? — поинтересовался он у Снейпа. — Те, кто знает о них или живёт в обычном мире — празднуют. Хотя сомневаюсь, что сейчас кто-нибудь соблюдает все церковные обычаи. Но, как говорят русские: постятся не все, зато razgovlyayetsya каждый. — Забавно. Но всякий разумный в душе эгоист, так что и удивляться нечему, — хмыкнул Тор, а потом спросил, глядя на каток: — Так что, брат, присоединимся к игре? Покажем, на что способны асы и йотуны в союзе? — Предлагаешь играть на три команды? Это же не по правилам, — рассмеялся Локи. — Мы сами пишем правила своей жизни. Так было и будет всегда, — с улыбкой ответил Тор. — Ну что ж, ты сам это сказал, потом не хнычь над разбитыми коленками. — С этими словами Локи поменял свой щегольской наряд на лёгкий лыжный комбинезон, а на ногах появились чёрные коньки. Он поправил вязаную шапочку и ухмыльнулся: — Одолжить тебе пижамку, бра-атик? — и тут же изменил костюм Тора на такой же, какой был надет на нём. — Вперёд, покажем этим сосункам, что такое жёсткая игра! Клюшки появились в его руках, словно ледяные мечи. Одну он протянул Тору и выкатился на поле, на ходу меняя количество ворот и расставляя их треугольником. Четвёрка игроков на льду замерла, но тут же перестроилась, бросившись к новой цели, окрашенной в золотой цвет. Светящееся табло мигнуло, став тройным, и Северус приготовился к очередному зубодробительному периоду.

***

Возвращалась вся компания в пентхаус только через три часа. Уставшие, взмылённые, с красными щеками и горящими глазами, они всю дорогу до дома бурно обсуждали прошедшую игру. Северус только тихонько посмеивался, он-то наблюдал за этими безумцами со стороны и выглядел среди них как утёс посреди бушующего океана. — Да ты себе магией помогал! — бурчал Брок на Гарри. — Я видел несколько раз, что шайба меняла траекторию! — Там просто была щербинка на льду, вот её и перекосило! — отбивался Поттер. — Это просто техническая неполадка! — Я тебе сейчас за эту неполадку нос откушу! — пригрозил Стив. — Ты бросился мне под ноги! Я бы тебя раздавил своим весом! — Да ладно вам переживать, родич Хелы не сможет так просто погибнуть под чьими-то коньками, — рассмеялся Локи. — А ты вообще молчи, читер! — легонько пихнул его плечом в плечо Зимний. — Ты перемещался по полю со своими иллюзиями, я точно пару раз заметил тебя в нескольких местах одновременно! — Это у тебя в глазах двоилось, наверное, сотрясение получил, когда я тебя по стенке размазал, — заржал Тор. — Надо тебя к доктору свозить. — Я вас всех свожу к Гиппократу, он вас так вылечит, что будете здоровее хвостороги, — пообещал Гарри. — Этому маньяку только дай повод что-нибудь исцелить, на своих двоих не уйдёшь, пока он весь организм по винтикам не переберёт. В квартире перемигивались разноцветными огоньками гирлянды, на каминной полке зеленел венок, украшенный красными ягодами, шишками и яблоками. Ёлка стояла у панорамного окна гостиной. На ней сияли боками золотистые шары, висели на нитках конфеты и завернутые в фольгу орехи. Маленькие феечки с радужными крылышками перелетали с ветки на ветку, о чём-то весело переговариваясь. С кухни доносился аромат запечённой индейки и пирогов. — Кто готовил? — поинтересовался Тор. — Мы все вместе, — ответил Стив. — А потом Гарри наложил на горячую еду заклинание, чтобы она не остывала. — Очень удобно, и не надо разогревать. Сейчас приведём себя в порядок и будем ужинать, — улыбнулся Северус. — Комната для гостей в конце коридора. — Тут что, у каждого своя спальня? — поинтересовался Локи, следуя в указанном направлении. — Нет, спален тут как таковых всего пять, — объяснил Гарри. — Я, профессор и Брок с Джеймсом живём здесь постоянно. Так что одна как раз свободна. У Стива свой дом, а когда он ночует у нас, то спит с Джеймсом, у него там кровать вмещает пятерых таких как они. Вам достанется одна спальня на двоих, но в ней две большие кровати, поэтому тесно не будет. Ванная в каждой спальне своя, так что никто никому не помешает. — Хорошо, — кивнул Локи. — Форма одежды? — Празднично-домашняя, та, в которой удобно, — улыбнулся Северус. — Встретимся на кухне через полчаса. Надо сегодня сервировать ужин как полагается, так что будем есть в столовой. И не стоните, мистер Поттер, где это видано — праздновать Рождество на кухне! — Да я ничего, профессор, я только «за», — пробормотал Гарри, прежде чем скрыться в своей комнате.

***

Локи впервые участвовал в таком мероприятии. Во дворце, конечно, случались и пиры, и просто попойки, да и развлекаться асы умели как никто другой. Но вот такое семейное празднование в небольшой компании благожелательно настроенных веселящихся людей с ним случилось впервые. Поначалу Локи отнёсся к предложению-приказу Хелы навестить на Рождество её потомка весьма скептически. У него никогда не было друзей, кроме Тора, да и тот давно отдалился от него со своей компанией придурочных вояк. Воинами они, может, были и неплохими, и преданными подданными тоже, но вот для него они стали врагами. Так что все отношения с не-братом были разорваны из-за того, что его дружки постоянно нарывались на ссоры, сыпали завуалированными и явными оскорблениями, добиваясь одного — чтобы противный колдун даже не приближался к их предводителю. Локи на это только фыркал, он не тот, кого можно заставить сделать что-то против воли. Он — бог Огня, всемогущий и умнейший Трикстер, шуточки которого заканчиваются для врагов одним исходом — переселением под крылышко сестрицы Хелы. Он мог бы раздавить их, подставить, убить, добиться изгнания из Асгарда, но каждый раз его останавливал умоляющий взгляд брата. Ладно, раз ему нужна эта тупоголовая свита, то Локи отойдёт в сторонку. Ему не привыкать. Когда его жизнь свернула на чёрную полосу, Трикстер не знал, но итог был ужасен. Ему до сих пор снилось в кошмарах то время, когда он был в плену у Таноса. Титан не разменивался по мелочам и давил не только пытками, но и своей мозговыносящей моралью. И было непонятно, что из этого выдержать сложней. В конце концов, тело — это просто тело, которое со временем восстановится, а вот разум… Получив странное послание от Тора, Локи не мог поверить, что его врага победил мелкий (и по силам, и по возрасту) мидгардский колдун. Да как он мог? Он же букашка против всемогущего Титана, силы которого сопоставимы с Великими, создавшими эту вселенную! Трикстер разглядывал человека, спокойно сидящего перед ним с кружкой кофе в руках и открыто смотрящего прямо ему в глаза. Его не боялись, не презирали, не раболепствовали, не пытались склонить на свою сторону или прогнуть под себя, не… Да много ещё каких «не»! Этот мелкий зародыш мага просто принимал его в гостях, спокойно рассказывая, что победил он только благодаря хитрости и подлому приёму, напав со спины. Не-ве-ро-ят-но! То, что Локи ставили в вину, этот мидгардец записал в свои достоинства! Как жить с таким отношением ко всему? Почему ему не стыдно? Откуда столько спокойствия в существе младше него самого во много сотен раз? Это было настолько интересно, что Локи решил узнать о Гарри Поттере всё. Буквально всё. Он отправился в Британию, нашёл магическую школу, старых знакомых, однофакультетников, учителей, врагов… И ничего не понял. Создавалось такое впечатление, что ему рассказывали о разных людях! Причём врать Трикстеру никто бы не смог — он бы почувствовал. С одной стороны был герой-гриффиндорец, спаситель магического мира, дважды победитель Тёмного Лорда. Мальчик-который-жизнь-положит-за-всеобщее-благо. Да-да, британские маги просто обожали давать идиотские прозвища значимым личностям. Один Тот-кого-нельзя-называть чего стоит! И ведь на полном серьёзе, даже в газетах и учебниках так писали! Жуткие люди эти британцы! С другой стороны был хитрый слизеринец, который обвёл всех вокруг пальца и вышел сухим из воды, заключив союз со врагом и обманув «друзей». Локи до сих пор помнил, как летела слюна изо рта рыжего простофили, доказывающего, что подлый Поттер обязан содержать его за свой счёт. Почему? Потому что тот ему должен! За что? За то, что он с ним дружил, хотя и не хотел! Его жена, молодая, но какая-то замученная шатенка с потухшим взором, только одёргивала его, но было бесполезно. Рыжий орал, женщина пялилась в стол таверны, где они беседовали, их дети спокойно ели под дикие крики отца. Видно, привыкли к таким громким звукам с рождения. Когда Локи поднялся со своего места, собравшись покинуть этот цирк, шатенка тихо попросила, так и не поднимая глаз: «Пожалуйста, передайте Гарри, что мне очень жаль. Я вела себя как идиотка. Впрочем, это уже неважно». И действительно, Локи видел на ней печать про́клятой, как и на её муже. Не пройдёт и двадцати лет, как они оба потеряют магию, а их дети примут эстафету на себя. Печально, но и такое бывает, когда ленивые особи ничего не делают для своего собственного спасения. Поэтому он ничего не пообещал, молча оплатил счёт и покинул бывших друзей Поттера. В конце концов, потомок Хелы будет жить столько, сколько захочет, в любом из миров огромной вселенной, так зачем забивать ему голову кем-то неважным. — Локи, ты чего завис? — толкнул его в плечо Барнс, та ещё заноза с хитрой мордой. — Хватай то блюдо и давай за стол, уже всё готово! — Эксплуатация богов в бытовых целях — это как стрельба из пушки по воробьям! — усмехнулся Трикстер, принимая серебряный поднос с красиво сервированными мясными закусками. — Да ладно тебе, тут в кого ни плюнь — попадёшь то в героическую личность, то в эпического злодея, то в коварного зельевара, — фыркнул тот в ответ, ставя на стол большую салатницу со странным розоватым месивом под названием seljodka pod shuboy. — Этот коварный зельевар может сварить слабительное и снотворное в одном флаконе и подлить чересчур болтливым, — проворчал Снейп, усаживаясь на своё место. — Я молчу, о величайший! — изобразил глубокий поклон Барнс под смех всей компании. — Главное, в жабу не превращай, я мух не люблю!