Я устал от всех вас без исключения

Идея сама по себе опасная, но других вариантов нет. Поэтому Мидория на следующий же день отправился вместе с Инко на омежий рынок. Он, конечно, не думал, что когда-нибудь окажется в этом ужасном месте снова, поэтому сейчас испытывает невероятный стресс, проходя между рядами омег. Напрягает, что все лица незнакомые. Изуку более менее помнит своих братьев по несчастью, неужели их всех раскупили? И даже непонятно, радоваться или нет, ведь с одной стороны тухнуть на рынке нехорошо, но с другой, а что если их новые «хозяева» такие же, как Даби? Мидорию от этих мыслей передёрнуло и он невольно зашагал быстрее. В самом конце должны находиться записи, каких омег кто забрал. А так же краткая информация об их покупателях. В виде адреса или номера телефона. — Так, получается, ты жил здесь? — спрашивает Инко, с сожалением рассматривая товары. — Да, но это не самое ужасное, что было в моей жизни. — вздыхает омега, подходя к заветному стеллажу, где в шкафчике лежит записная книга. — Неужели, может быть что-то ужаснее этого? — Ахает женщина, лицо которой болезненно исказилось, а глаза намокли. Изуку кивает, открывает книгу и начинает вчитываться в имена. Всё расписано по датам, но он не помнит, когда его забрали. Да и все имена здесь почему-то незнакомые, и их отчего-то мало. Мидория вдоль и поперёк изучает записи, но не может найти своего имени. — Как же так, где же я…? — Что ты ищешь? — Сзади вырастает силуэт какого-то противного альфы с сигаретой во рту. Он демонстративно дует дымом в лицо Мидории, так что тот закашливается, и заглядывает в записную книгу. — Я… записи с прошлого года… — Бормочет зеленоволосый, потупив взгляд. — Они в другом месте. — Альфа открывает дверцу снизу и достаёт оттуда пыльный ежедневник, после пихает его в руки Мидории. — А… спасибо… Изуку отворачивается и снова пробегается глазами по записям, наконец находит то, что ему нужно. Шигараки оставил свой адрес, видимо, для него действительно не в новинку сообщать кому попало о своём местожительстве. Мидория не помнит, когда Томура успел это сделать, но возможно это потому что был сильно поглощён счастьем. Инко кивает, так как знает, где это находится, а потом вытягивается, пытаясь заглянуть и посмотреть настоящее имя напарника, ведь какое-то странное чувство при общении с ним никак не покидает её. Но тот быстро захлопывает книжку и убирает её в стеллаж. Не то что бы он не доверяет женщине, но хочет, чтобы о подробностях его жизни в этом городе знало как можно меньше людей, ведь совершенно не хочется иметь с этим местом связь. Инко хорошая и добрая, но в планах Мидории всё-таки спасти Урараку пока ещё не поздно и вернуться к Тодороки с Бакуго, где продолжить поиски родителей, если не получится, то просто наслаждаться жизнью с этими альфами, ведь уже плакать хочется от того, как ему не надоело быть так далеко от них. И в этот момент его осеняет. — Инко-сан, можно, пожалуйста, Ваш телефон? — А? Конечно. — Омега роется в сумке, а потом дрожащими от волнения руками даёт его парню. Они выходят с рынка и останавливаются неподалёку, где парень звонит по телефону «102». — «Здравствуйте. Вы позво…» — Можете перевести меня на линию к полицейскому Тоши… Тошинори… — «Тошинори Яги?» — Да! — «Ждите». — ответ похож даже на какое-то недовольное цоканье, но его всё-таки переводят на нужную линию. — «ало?» — Тошинори-сан! В… — Юный Мидория?! Где ты?! Ты в порядке?! — Это неважно. Можете, пожалуйста, дать номер Тодороки-куна? На конце трубки слышится замешательство, ведь, судя по всему о его пропаже доложили в полицию, и Яги надо выполнять свою работу. Но он всё-таки диктует нужный номер и хочет сказать что-то ещё, но Изуку слишком волнуется и винит себя за то, что заставил всех волноваться и не додумался раньше банально позвонить. — «Да?» — голос сонный и измученный, будто его владелец не спит уже который день. — Тодороки-кун! На конце трубки слышится шокированное молчание, и какие-то странные звуки, которые словами не назовёшь. — Тодороки-кун, извини, что не позвонил раньше! Можешь, пожалуйста, сказать, где живёт Даби? Зачем рисковать шкурой и идти к наверняка пьяному Томуре, если можно пойти сразу к этому насильнику? Вынудить его отдать Урараку и вернуться домой? Идеально же. — «Ч-что? Где ты сейчас?! Ты впорядке?!» — Шото невольно кричит в трубку, будто от этого до Изуку дойдёт быстрее. — Н-ну… Да… Это сейчас неважно. Скажи, пожалуйста, адрес Даби. — «… Где ты сейчас?» — Тодороки-кун, ты издеваешься? Я тороплюсь, от этого зависит жизнь Урараки! Я всё расскажу когда вернусь, правда… Но я должен успеть её спасти. — «То есть ты сейчас в Вилючинске?» — Да. — «И хочешь пойти к Даби?» — Ну да. — «И что ты сделаешь?» — Я заберу Урараку и вернусь с ней в Японию. — «Не глупи. Ты не сделаешь это один. У меня сейчас завал на работе из-за того что мы тебя целыми днями искали, так что я могу послать к тебе Катсуки, у него вроде всё получше. И вместе спасёте Урараку». — Нет! Тога сказала, что он собирается убить её! Ка-чан не успеет! — Тога.? Мидория, ты не справишься с Даби в одиночку. Он же тебя прибьёт. — И пусть! Зато я спасу Урараку. — «Это слишком опасно». — Звонок тебе — не единственный путь, по которому я могу узнать его адрес! Либо ты говоришь его сейчас, либо я иду к Шигараки и узнаю у него! — «Не делай глупостей». — Ладно. Пока. — «Стой!» Мидория сбрасывает. Ну вот, только зря время потерял! Он поблагодарил Инко и вернул ей телефон, а потом вместе с ней направился к Томуре. Шото помогать явно не собирается. Из-за заботы, конечно, и Изуку начинает понимать, что на месте двуликого поступил бы так же. Но по другому Урараку не спасти, так что омега уверенно идёт за Инко, хоть до конца и не продумал свой план. Понятно одно — сейчас он поговорит с Томурой, а потом спасёт подругу! Бета живёт не так уж и далеко от рынка, так что Изуку быстро преодолевает смутно знакомые улицы и оказывается у еле знакомого дома. Он долго уговаривает Инко остаться снаружи для её же безопасности, но в итоге они всё равно вместе зашли в подъезд вместе с каким-то жителем. Тот долго не хотел их пускать, да и объяснить зачем они пожаловали невозможно, так как далеко не все в этом городе знают японский, это вообще какой-то иностранец. Но спустя какое-то время Мидория уже стучит в дверь, которая спустя несколько минут открывается. Перед глазами появляется как и ожидалось пьяный, но не в хлам, Томура, что пронзительно красными глазами смотрит на Мидорию, у которого тут же вся уверенность пропадает. — Ты что, самоубийца? — Зевает Шигараки, оперившись на косяк двери. — Чего надо? — Ск... лв... — Бубнит Изуку, невольно отходя назад. — Это всё? — Дверь начинает закрываться, но омега успевает остановить её, пытается взять себя в руки и что-нибудь выдавить. Из квартиры слышатся голоса, зовущие хозяина квартиры, что значит. что возможно они придут сюда, окажутся сильными альфами и утащат двух омег внутрь, где только психика Мидории знает, что сделают. — Скажи, пожалуйста, где живёт Даби. — Наконец заявляет веснушчатый, зажмурив от волнения глаза. — А тебе зачем? — Протягивает тот, склонив голову на бок. «Ну вот, ещё один!» — С досадой думает Мидория. — «Неужели так трудно просто сказать?» — Ну… Надо… — Эй, обгорелый. — Томура ненадолго заходит обратно в квартиру, и всё нутро Изуку сжимается от ужаса, когда он видит в дверях покрытого ожогами альфу. На глаза наворачиваются слёзы, омега снова пятится, запинается о ногу Инко и шлёпается на пол, не сводя огромных глаз с Даби. — Ну и чё? — А... фрхф… — пытается собраться Мидория, но его голос будто снова пропадает. — Где вы держите девушку? — вступает в разговор Инко, загораживая собой обомлевшего Изуку. — Верните её, иначе к вам в дом придут нехорошие люди и Вам не поздоровится! «Это она так о Ка-чане что-ли?» — усмехается какой-то голосок внутри Мидории, почти не слышимый за остальными вопящими мыслями. — А, так вот оно что, защитники. Я убил её. — Он пожимает плечами и обводит незваных гостей безразличным холодным взглядом. — Если нужны подробности — изнасиловал и убил. От неё проблем и шуму за один день было больше чем от Деку за полгода. Мне такие не нужны. И я знал, что за ней припрётся кто-то вашего подобия и начнёт какую-нибудь хрень творить. Так что просьба меня больше никогда в своей никчёмной жизни не трогать, иначе я попрошу Тогу порезать вас всех на куски. Или сам это сделаю. Омеги. — последнее слово он чуть-ли не выплёвывает, после чего дверь захлопывается. А те замерли в паническом оцепенении, не в силах сказать ни слова. — Не мог… Убить… — Наконец шепчет Мидория, чувствуя, как внутри что-то обрывается. — Я не поверю, пока не увижу её труп! Не поверю! — Он вскакивает и начинает ломиться в дверь, крича, рыдая. «Я же мог её спасти! Мог! Это я виноват! Это я во всём виноват! Она не заслужила…» Мысли лихорадочно вертятся в голове, связки надрываются от криков, слёзы душат, а какое-то шестое чувство внутри подсказывает, что Даби не врёт. Но если бы он поторопился, если бы поспешил... Если бы был бдительней в Японии, если бы...

***

Шото сидит, не в силах вымолвить больше ни слова. Жив! Мидория жив! Но собирается пойти к Даби. Гетерохром немного знаком со всей этой компашкой, так что может сделать вывод, что Шигараки без особой причины не будет нападать, в отличии от той же Тоги. понятно, что Изуку не передумает, но перезванивать сейчас бесполезно, да и скорее всего это чужой телефон, так что лучше позвонить тому, кто ответит. Тодороки берёт мобильник, листает контакты. Тойя. Гудки. Одинокие и монотонные. Снова. И снова. Но голоса на той линии так и не слышно. Ну да, чего ещё ожидать, после того, как они с Бакуго его избили и забрали Мидорию, никакой связи друг с другом не поддерживали, обоих это устраивало. Только не сейчас. Тогда Шото решает осведомить Бакуго, который начинает орать в трубку так, что его слышит всё отделение двуликого, хотя звук предварительно на минимуме. Лететь к омеге сейчас бесполезно, ведь связь с ним снова потеряна. Зато теперь альфы знают, что он в порядке. Спасёт Урараку или не спасёт, главное вернуть его самого домой, ведь не мудрено, что его могут просто схватить на улице средь бела дня. Он в расцвете сил, говорящий, внешность не выдающаяся, но не плохая, отзывчивый, забавный, добрый. Таких любят. Таких любят ломать.