О ведьме. Новая история

В пятницу ничего не вышло. Напрасно Аня ждала весточки от друзей весь день. Уже вечером, когда она с мамой ужинала, пришло сообщение, что выход переносится на раннее утро субботы. Поставив будильник с небольшим запасом, Аня легла спать. — Взрослея, — говорила тень Тани, — ближе к завершению обучения, охотник выбирает себе оружие по вкусу. Мой учитель, например, взял себе электромагнитный арбалет. — Электромагнитный? Но электричество тоже подвластно нам, ведьмы умеют перенаправлять потенциалы. — Ведьмы могут вызывать молнию, создавая лавинный пробой многоамперным током, могут разделять в небольших количествах заряды, и теоретически способны вызывать срабатывание электромагнита, который используется в арбалете. Но задержать разряд невозможно. Спуск в таком оружии чисто механический, а телекинез даже для самых сильных ведьм остаётся в области фантастики. — А ты выбрала электрошок. — Да. Как бы противно для тебя это ни звучало, я не переношу вида крови. Это не значит, что я не умею обращаться с другим оружием: холодное, импульсное электромагнитное, СВЧ, классика из средневековья — луки и арбалеты, даже огнестрел. — Огнестрельное же бесполезно против ведьм? — Если ведьма знает о нём, то конечно. — Так после первого же выстрела узнает! А даже самый слабый концентратор может выдержать… Не знаю, сколько, но уж кинетическую энергию пули погасит точно, и даже не расплавится. Таня внезапно помрачнела:  — Знаешь, если подумать, то разговор у нас с тобой получается страшный: я рассказываю тебе, как убивают таких же, как ты. Жуть! — Я уже смирилась с тем, что мы с тобой на разных полюсах. Усилием воли Аня прекратила диалог. Еще не хватало мешать Тане спать неприятными разговорами. Конечно, она ничего не осознаёт, и, скорее всего, не вспомнит утром, но ощущение останется, и может не выспаться. Проснувшись рано, даже раньше будильника, Аня резво вскочила. Мама ещё спала, у неё сегодня выходной. Умывалась и одевалась ведьма не как обычно, крутясь с каждой вещью перед зеркалом, а сдержано и быстро. Девочка в зеркале даже удивилась. Она едва успевала повторять за Аней, и, видимо из вредности, кое-что надела совсем не так. С макияжем не задалось — рука с тушью дрогнула, и Аня ткнула кисточкой в глаз. Отражение с таким видом смотрела на трущую глаза ведьму, будто это именно она подтолкнула локоть. И ведь могла. Будильник догнал Аню, за столом, когда она жевала булочки с кремом, которые обожала больше всего на свете. Солнце ещё только начало золотить легкие облака, оставшиеся после вчерашней непогоды. Ведьма шла по широкой и совершенно пустой аллее, усыпанной золотыми листьями клёнов и берёз. Раннее утро выходного дня не выгнало никого на работу или в школу. Даже дворники с мётлами ещё не вышли. Вдали перемигивался сам с собой светофор, проехала одинокая машина. В такт музыке ведьма пошевелила пальцами, подгоняя ветер, и он услужливо понёс листья вперёд. Оглянулась, осмотрелась по сторонам — никого! Музыка взмыла своей мелодией вверх, и, следуя за Аниной рукой, один за другим ввысь понеслись листья. Девочка кружилась в танце, пуская ветер вперёд себя. Каждое её движение отзывалось в окружении. Разлетелись во все стороны брызги из лужи, музыка замерла и взорвалась мощным аккордом. Замерла и Аня. И тут сквозь наушники она услышала одинокие хлопки. Обернувшись, ведьма в двух шагах позади себя обнаружила Таню. Следующий трек заглушил её слова, пришлось снять наушники. — Говорю, нет ничего необычного в том, чтобы встретить девушку, которая просто танцует под музыку в наушниках. Но когда с ней заодно кружатся ветер и вода, это выглядит довольно странно. — Извини, не думала, что ты увидишь… Аня смутилась. — Не пойми меня неправильно, — Таня цапнула свою подругу под локоть, и увлекла вперёд. — Магия — это опасно и страшно, особенно для таких, как я. Но то, что делаешь ты, твоё колдовство — это прекрасно! Я видела, как другие ведьмы колдуют, и… Аня ждала долго, потом всё-таки спросила: — И что? — А? — Таня выглядела очень рассеянной. — Что ты сказала, прости? — Как другие ведьмы колдуют? Ты начала говорить, и куда-то уплыла мыслью. — Не куда-то. Вон, смотри, за рекой кирпичный дом. Недострой. Сколько лет он уже тут стоит? Пятиэтажное здание, на которое указывала Таня, каскадами спускалось к реке и в самом деле выглядело довольно запущенным. Окна двух нижних этажей скрывали нестриженные кусты и грязный бетонный забор, а на верхних стекла кое-где были выбиты и скалились осколками. Аня задумалась: — Не знаю. Но я в этом городе живу не так давно, и сколько помню, кажется, всегда тут была стройка. В Таниных глазах сверкнул огонёк: — Слушай, Анька! А давай залезем туда, пофоткаемся! Аня скривилась: — Да фу, там, поди, бомжи и наркоманы живут. — Не в центре города же! — Ну тогда там охрана. И собаки, а я больше кошек люблю. И рюкзаки у нас для похода, а ещё нас ребята ждать будут. — Не ной! Идём! Хотя бы с улицы пару кадров сделаем. Таня бодро схватила подругу за руку и потянула к мосту через реку. Идти было недалеко. На середине моста охотница встала в позу для фотографирования, и Аня её пару раз щелкнула на память. Потом фотографировалась она. И все время жалела, что одета неподобающе. Разглядывая очередную серию фотографий в телефоне, охотница вдруг нахмурилась. Еще секунду полистала, и уставилась на живописный недострой. — Аня, — она показала фотографию, — ничего не замечаешь? — В верхнем окне? Просто бликануло Солнце на осколках. На одной из фотографий на самом деле светилась искорка в пустом окне. — А на других нет. Да и солнце с другой стороны. Пойдем посмотрим, что там такое, ну, Аня, пойдем! Это интересно же узнать! — А рюкзаки куда девать? — Там за забором положим, кому они нужны? Девочки оглянулись. Даже если вещи остались посреди улицы, некому было их брать. — Ладно, уговорила. Лазить по деревьям и заборам — это остро особое удовольствие, в котором трудно себе отказать. Удивительно, но когда ведьма и охотница друг за другом спустились на площадку за бетонной стеной, ничего не произошло. Не вышел охранник, не выскочила собака. Никого. Окно на третьем этаже осталось чёрным, пустым. Девочки поискали вход, но все двери, даже строительные походы были заколочены. Таня попыталась оторвать самые хлипкие, но её мнению, деревянные доски, но преграда даже не шевельнулась. — Дай я! Ведьма прикоснулась рукой к доске. Пару секунд спустя из-под ладони пошёл дымок, а затем и вся доска обуглилась. — И всего делов. Аня улыбалась и выжигала сажу с пальцев, потирая руки. Дела, на самом деле, оказались сложнее, чем она ожидала. Проклятая трухля не хотела гореть, а признаться в собственной слабости для ведьмы страшнее смерти. Таня шагнула в проём. — Ничего себе! — раздался её возглас изнутри. А вдогонку — пара слов универсального назначения. Аня уже приготовилась увидеть что-то ужасное, но реальность превзошла все ожидания. Ничего похожего на заброшенное здание, никаких голых кирпичных стен и бетонного крошева под ногами, с потолка не свисали тенты и провода. — Похоже, — проговорила ведьма, — внутреннюю отделку успели довести до ума. А снаружи и не скажешь. Чистый и просторный холл больше походил на станцию метро или фойе оперного театра. Стену рядом с парадными дверьми украшало широкое зеркало в золочёной раме. Для завершения образа не хватало только чучела медведя с серебряным подносом. Люстры над головой не горели, и вообще весь искусственный свет был выключен, но в помещение просачивалось достаточно уличного света, чтобы видеть своё отражение в паркете. — И уборку тут регулярно проводят. Ни крошки, ни пылинки. Не нравится мне это, — Таня повозилась в карманах и достала дозиметр. — Ты думаешь… — ужаснулась Аня. — Признаки есть. Фонит тут чуть больше, но пока рано что-то говорить. — Ты же не будешь драться? — спросила Аня, глядя на портативный шокер в руке охотницы, который появился мгновенно и неожиданно. — Нет. Разумеется, нет, — успокоила её подруга. Но глаза Тани выдавали проснувшийся азарт. Она перешла на шёпот. — В любом случае, без подготовки не нападу. Надо сперва выяснить всё, хорошенечко спланировать. Ведьма оглянулась на выход, потом посмотрела на подругу, но та и не думала возвращаться. Ане стало не по себе, а Таня всё больше походила на кошку, готовящуюся к атаке на мышь. Охотница осторожно приближалась к широкой лестнице с мраморными перилами в дальнем конце холла. Она быстро заглядывала за колонны, исследовала каждую прядь пространства, поминутно оглядывалась. — Идём, не отставай! — Может, не надо, Тань? — Не трусь, я не дам тебя в обиду! С этими словами охотница подхватила Аню под руку и увлекла наверх по лестнице. Второй этаж выглядел ещё шикарнее и ещё чище, чем первый: на полу ковровая дорожка, по бокам диваны и кресла, картин на стенах больше, чем в Третьяковской галерее. — У тебя что, совсем страха нет? — прошептала Аня. — А если она первая нападёт? — Тебе-то что? — невозмутимо спросила Таня и продолжила свои исследования. — Как что? — Аня чуть не задохнулась, но голос не повысила. — Если тут на самом деле обитает ведьма, то дела обстоят плохо. Встретиться с конкуренткой шибко не хочется. Мы — одиночки. Взрослая ведьма ни за что не потерпит рядом с собой ещё одну такую же. А я — вообще очень редкая ведьма в третьем поколении подряд. Рядом со мной не просто чужая ведьма, а моя мама. И то мне с ней уже тяжело, скоро придётся расстаться. На сколько я знаю, другие родственные ведьмы вообще так долго вместе не живут. — Так твоя мама тоже ведьма? — по шёпоту трудно было понять, то ли Таня обрадовалась, то ли наоборот, — То-то у неё булочки получаются такие классные. Тут Аня испугалась ещё больше. Уже не за себя, а за маму. Или за подругу. Сразу так не угадаешь, кому из этих двоих что в голову взбредёт, если познакомить их по-настоящему. — Только ты, Танька, никому ни слова, ни намёка. И сама не суйся. Договорились? — Ладно-ладно. Не шуми. Похоже тут. Хоть бы её дома не было. Но хозяйка этого шикарного особняка, прикрытого образом недостроя, оказалась дома. Дверь, к которой медленно крались девочки, распахнулась сама. — Кого это занесло ко мне в гости? А вы молодцы, смогли зайти без посторонней помощи. Миловидная девушка сидела в кресле у камина и держала в руках книгу. То ли случайно, то ли нарочно, она повернула обложку, и Аня разглядела на ней восьмиконечную звезду вроде той, какую рисуют на картах. Для обычных людей знак куда менее страшный, чем пентаграмма или ещё какая популярная мистика. А вот для ведьм и охотников этот знак говорил довольно много. — Что, Аня, книга моя понравилась? Аня вздрогнула, но тут же посмотрела на подругу и взяла себя в руки. Таня стояла молча, в напряжённой позе, но, вроде, серьёзного беспокойства не проявляла. — Откуда Вы знаете, как меня зовут? Приученная с детства быть вежливой, Аня не смогла обратиться к ведьме на «ты», хотя ещё было непонятно, кто старше. — Да вот, не думала, не гадала. Случайно попала. Проходит это имя тебе. А для подруги твоей что-то не могу подобрать подходящего. Не представишь? Аня открыла уже рот, и тут почувствовала, как Таня ущипнула её за локоть. — Ну, что же ты молчишь? Скажи! Последнее слово хозяйка дома не произнесла вслух, но приказ был явный и чёткий. И не было причин не исполнить его, поэтому Аня второй раз собралась говорить. — Сопротивляйся! — прошипела охотница. Молчи! «А почему, собственно, я должна молчать? Что в этом такого?» — Это Таня. Мы вместе учимся, а в свободное время она занимается ох… Договорить слово Аня не успела. Тяжелый предмет со свистом пролетел почти до самой головы ведьмы, ударился о незримую преграду и разлетелся в пыль. На груди девушки звездой вспыхнула брошь. — Ну, знаете! Это уже не вежливо! Вломились ко мне в дом, прожгли дверь, и теперь кидаетесь моими же вазами. Ведьма положила книгу на колени, и в тот же миг Аня почувствовала сильную боль в спине и жар, такой, что сжигал бы до костей, если бы не концентратор. Тот очень сильно нагрелся, но плавиться пока не собирался, держал удар. Таня тянула её за руку, но ватные ноги не слушались. Аня почувствовала, как подруга толкнула её в сторону. Она оказалась за каким-то выступом, и стало гораздо легче. Сквозь мутную пелену посмотрела Аня на охотницу. Та лежала на полу, подобрав руки и ноги к груди. Всё тело стройной девушки содрогалась. Аня сосредоточилась. Колкая боль по всему позвоночнику мешала, но ничего. Тяжелая портьера под потолком вспыхнула. Аня нагревала стальные крепления ещё и ещё, пока пламенеющая ткань не рухнула, перегородив проход в залу стеной огня. Таня едва дышала. Хорошо, что она всё такая же тонкая и лёгкая. Шаг за шагом, поддерживая друг друга, чтобы не упасть, двигались они назад, к лестнице. С каждым метром становилось легче. Аня ещё сколько могла, подписывала огонь позади. Первая же ступень принесла огромное облегчение. Девочки бежали вниз по лестнице, едва разбирая дорогу, их догонял задорный смех ведьмы.