Все беды приносят драконы

      Шейдена разбудил стук в окно. Сквозь сон юноша не сразу понял, что это. Лишь когда стук повторился несколько раз, до Шейдена наконец-то дошло, что к нему пожаловал непрошеный гость.       Юный Амелл с большой неохотой вылез из тёплой постели, в которой собирался сегодня нежиться дольше обычного. Сидя на краю кровати, он неловко нашарил босыми ногами домашние кожаные шлёпанцы, затем поднялся и подошёл к занавешенному бархатными гардинами окну. Комната к утру уже успела остыть, и юноша поёжился, находя воздух слишком прохладным.       Раздвинув занавески, Шейден глянул в окно и сразу обнаружил нарушителя своего спокойствия. Тот гордо восседал на толстой ветке дуба, росшего прямо перед окном спальни, и болтал ногами от нетерпения.       Шейден негодующе зарычал и отпрянул от окна. Ему хотелось задёрнуть гардины и возвратиться обратно в постель, но здравый смысл подсказывал, что назойливая золотовласая пташка снаружи не оставит ему ни единого шанса на сон.       Шейден открыл створки окна.       — Ты что здесь делаешь? — не скрывая недовольства спросил он.       — Не видишь что ли? Пришёл к тебе в гости, — принц Кайлан переместился с ветки на подоконник.       — Я имею в виду, что зачем притащился?       После случая в бане они не виделись неделю. Шейден, как мог, избегал принца, внезапные откровения которого совсем не обрадовали юношу.       — Ты обещал, что будешь со мной тренироваться, чтобы улучшить мои фехтовальные навыки, — Кайлан спрыгнул с подоконника в комнату.       — Не стану я с тобой тренироваться, — Шейден скрестил руки на груди. Он и сам не знал, зачем тогда сказал это. Неужели из желания угодить тем, кто выше него по статусу?       — Ты ведь дал обещание в присутствии Короля Мэрика и Логейна…       — Я забираю свое обещание назад!       — Так нельзя! — возмутился принц.       — Почему же?       — Нельзя и всё тут! — Кайлан нахмурился. — Благородные господа так не должны поступать, сам знаешь. Если бы ты пообещал что-то такое какому-нибудь крестьянину или ремесленнику – это одно. Но ты обещал мне!       — А ты, значит, считаешь, что обещания, данные знатным человеком какому-нибудь простолюдину, ничего не стоят, и можно их нарушать?       — Нет, нельзя, конечно, — после некоторой заминки ответил Кайлан. — Я совсем не это имел в виду… И вообще, давай одевайся! А то я начинаю терять терпение.       — Тогда, быть может, Ваше Высочество отсюда выйдет и позволит мне сменить одежду?       — Ты стесняешься, что ли? Я тебя уже видел в неглиже, и ничего нового ты мне уже продемонстрировать не сможешь! — Кайлан отвернулся, но не вышел из комнаты. — Только оденься как-нибудь неприметно.       Переодеваясь, Шейден чувствовал, как принц украдкой посматривает в его сторону, но не стал этого комментировать, чтобы в очередной раз не заслужить сравнение с благородной девицей.       — Ты вроде бы хотел потренироваться, — поправляя пояс, произнёс Шейден, когда заметил, что они идут в совершенно ином направлении, чем то, где располагался Королевский дворец. Эйлин ступала рядом и зевала, прикрывая рот ладошкой. — Но, если мне не изменяет память, ристалище в другой стороне.       Улицы здесь были гораздо уже, чем в кварталах знати, не выложенные брусчаткой, а просто представляли собой утопианный грунт, дома победнее, попроще, да и деревья встречались реже. Зато сточные канавы благоухали всеми видами помоев и нечистот. И чем ближе компания приближалась к трущобам, тем сильнее становились запахи.       — Фехтование после обеда, — ответил принц.       — А сейчас куда ты нас тащишь?       — Сам увидишь. Не знаю, разумно ли было брать с собой Эйлин, ведь нас ждет приключение, достойное настоящих героев!       — Какое ещё приключение, Кайлан?!! — Шейден почувствовал, что серчает. У принца был поразительный талант выводить Амелла-младшего из себя своими глупостями. — Ты снова вознамерился втянуть меня в какую-то авантюру? Довольно! Мы с Эйлин немедленно возвращаемся домой!       — Да перестань. Ты что, струхнул?       — Это не трусость, а благоразумие, — Шейден адресовал принцу взгляд, не обещающий ничего хорошего.       — Уже поздно поворачивать назад, мы почти пришли.       — Эльфинаж? Трущобы?!! Кайлан, ты с ума сошел? — Шейден взял сестру за руку. Ему очень хотелось треснуть принца по голове так, чтобы у того искры из глаз посыпались, но он ограничился предупреждением. — Тебе влетит от Его Величества, когда тот узнает. Опасно ходить в такие места без охраны.       — Потому я и просил тебя одеться неприметно. Надеюсь, твои сапоги с тебя не снимут, уж больно они хорошие.       — Проклятье! — буркнул Шейден, случайно вступив в грязь, он выпачкал свои антиванские сапоги.       — Оставь! Так лучше, — одобрительно проговорил Кайлан, когда Шейден хотел протереть обувь пучком пожухлой травы. — Помни, мы здесь инкогнито.       Сам-то принц был одет более чем скромно и мог с лёгкостью сойти за простолюдина, если бы не породистое благородное лицо, чистые золотые волосы и выправка.       — Ненавижу грязь! — Шейден скривил губы.       — Чистюля!       — Зачем мы здесь, Кайлан?       — Хочешь острых ощущений? — Кайлан сверкнул глазами, как безумец.       — Нет. Ты с ума сошел, с нами маленькая девочка! — Шейден с силой сжал ладонь сестры, так, что Эйлин даже пискнула от боли.       — Боишься? — усмехнулся Кайлан, явно не понимая серьезности их положения.       — За себя – нет. Просто ты дурак! И я тоже дурак, раз снова тебя послушался.       — Да ладно, — легкомысленно махнул рукой принц, — ничего с нами не случится. Пойдёмте скорее, я вам такое покажу!       Шейден медлил, решая вернуться ли ему с Эйлин домой или пойти за Кайланом. Если с Его Высочеством что-то случится, неизвестно, какова будет реакция короля Мэрика, и не обрушит ли он свой гнев на голову Амелла-младшего.       — Шейден, пойдем уже куда-нибудь, — попросила Эйлин. — Мне здесь не нравится. Вон те люди не очень хорошо смотрят в нашу сторону. Как они бы дурного ничего не замыслили…       — Это не люди, милая. Это эльфы, — Шейден потащил сестру вслед за принцем. Ему не хотелось столкновения с жителями эльфинажа, ведь не угадаешь, что на уме у отчаявшейся, оборванной бедноты, лишённой всякой надежды на лучшее будущее. — И мы сейчас на их территории. Что бы ни случилось, с ними лучше не связываться.       Группа эльфов-подростков, про которых говорила Эйлин, наблюдала за вошедшей в ворота эльфинажа троицей с самого начала. Шейден ещё тогда приметил эльфов издали, но старался избегать с ними прямых взглядов, чтобы не провоцировать. Юный Амелл помнил эльфинаж Киркволла как опасное место. А уж про Клоаку, находящуюся под городом в старых штольнях, и говорить нечего. Шейден никогда не был в этих районах родного Киркволла, но слышал жуткие истории об убийствах и зверствах, часто совершаемых там. В Клоаке запросто могли убить за нитку дешёвых нефритовых бус. Шейден полагал, что в денеримском эльфинаже дела должны обстоять не настолько мрачно, но серебряный гребень с изумрудами в роскошных волосах Эйлин мог и здесь показаться кому-то славной добычей.       — Кайлан, послушай, — Шейден попытался вразумить принца, — мне кажется, нам лучше убраться отсюда подобру-поздорову.       — Опять ты завёл эту скучную песню, — скривился Кайлан. — Смотри, вокруг все спокойно, нам ничего не угрожает.       В этот момент случилось то, чего Шейден так опасался: к ним подошла шайка юных эльфов. Они были грязными, оборванными, кто-то даже босой. Беспризорники, которым одна дорога – закончить или на виселице, или в сточной канаве. Заправлял шайкой долговязый эльф лет семнадцати, рыжий и одноглазый. Здесь были и полукровки. Шейден отметил, что у нескольких ребят были слишком уж по-эльфийски тонкие черты лица, заострённые уши или большие глаза, неестественно зеленые или желтые. У людей не бывает таких.       — Эй, вы не из нашего квартала! — одноглазый главарь смачно харкнул на землю.       Лицо принца нервно дернулось, он открыл рот, чтобы ответить эльфу, явно напрашивавшемуся на грубость, но Амелл-младший его опередил, боясь, что Кайлан всё испортит.       — Мы… мы просто случайно сюда попали. Заблудились, — заговорил Шейден, думая, как бы сгладить ситуацию. Хоть ни он, ни Кайлан, ни тем более Эйлин не сделали этим ребятам ничего дурного, враждебность в эльфийских глазах так и пылала ярким пламенем. — И уже уходим.       — А ну, выворачивай карманы! — потребовал главарь. — И поживее!       — У нас ничего нет, — Шейден сохранял внешнее спокойствие, но сердце в его груди билось в бешеном темпе.       — Как это ничего нет?!! — с угрозой спросил эльф. — Ты лжёшь!       — Это правда, — Шейден, проглотив свои гордость и спесь, вывернул перед эльфами карманы куртки. Думая, что они с Кайланом пойдут к тренировочному ристалищу, он не взял с собой ни медяка.       — А у тебя что ? — одноглазый обратился к принцу, который не ожидал столь грубого приёма и совсем опешил. — Отдавай-ка кошель, что висит у тебя на поясе. А ещё куртку, уж больно она мне нравится!       — Вот ещё! — огрызнулся Кайлан. — Я скорее дам тебе хорошего пинка под зад!       — Что ты сказал? — эльф зло осклабился и достал засапожный нож из голенища. — Кажется, кое-кто напрашивается, чтобы ему подправили смазливое личико, а?       — Кайлан, отдай ему кошель, — зашептал Шейден, надеясь, что получив желаемое, эльфы позволят троице убраться восвояси. — Пусть подавится и отвалит.       — Это тоже давай сюда! — ещё один юный остроухий разбойник протянул немытую руку и схватился за гребень в прическе Эйлин.       — Не трогай меня, негодяй! — вскричала девочка и со всей силы зарядила ему такую звонкую оплеуху, что он пошатнулся и отпрянул.       — Вот стерва! — взвизгнул эльф, схватившись за щеку, а его товарищи звучно загоготали над ним.       — Тэйвина побила девчонка!       — Какая бойкая! — усмехнулся одноглазый. — Будь ты постарше, я бы лично тобой занялся. Преподал бы тебе хороших уроков, — он сделал неприличный жест, значение которого у Шейдена не вызывало никаких сомнений. — Заставил бы тебя нас уважать!       — Да я тебя! — тот, кого звали Тэйвин, замахнулся дать Эйлин сдачи, но Кайлан перехватил его руку и вывернул её, заставив эльфа взвыть от боли.       Видя, что их товарищ попался, шайка приготовилась напасть, и кто-то даже выступил вперёд. Кайлан отпустил Тэйвина, и тот отскочил в сторону, потирая пострадавшую конечность. Кайлан инстинктивно хотел выхватить меч, но его рука нащупала лишь воздух вместо рукояти. Оружие он предусмотрительно оставил дома, чтобы ничем себя не выдать.       Шейден загородил собой Эйлин.       — Может быть, разойдемся мирно? — предложил он, хотя и сам уже не очень верил в такой исход стычки.       — А не то что? — одноглазый главарь нехорошо поигрывал ножом.       — Думаю, вон тот Серый Страж знает, что делать, — сказал внезапно ободрившийся принц и помахал кому-то.       По улице в сопровождении нескольких человек шёл Серый страж.       Одноглазый рыжий эльф переменился в лице. Он и слова не успел вымолвить, как его дружки бросились в рассыпную, сверкая пятками. Кайлан, обретший прежнюю уверенность и боевой настрой, решил не давать главарю спуска. Принц, не пожалев сил, ударил эльфа ногой в живот. От мощного пинка остроухий разбойник выронил своё худое оружие и согнулся, издав протяжный глухой стон.       — Я убью тебя! Выпущу кишки!— прорычал он сквозь зубы и подобрал с земли только что оброненный засапожный нож.       — Ха! Если с моей головы упадет хотя бы волос, — криво усмехнулся Кайлан, — сюда придёт целая армия и спалит ваш эльфинаж дотла!       Фраза эта вызвала на лице эльфа странную смесь сомнений и страха. В его глазах забредшие в эльфинаж чужаки не выглядели отпрысками знатных родов: каких-нибудь баннов или эрлов. Одежда невзрачная и ношенная, как у простолюдинов. Разве что девочка выделялась платьем более нарядным и ярким, пошитым из добротного, тонкого ферелденского сукна зелёной расцветки.       Если бы одноглазый предводитель уличной шайки мог знать, сколько уговоров понадобилось Шейдену, чтобы Эйлин, привыкшая к светской вычурности антиванских нарядов, согласилась надеть платье из недорогой ткани, какое обычно носили денеримские простолюдинки!        Пока принц участвовал в словесной перепалке с одноглазым главарём, Шейден ухватил за одежду замешкавшегося Тэйвина, и просто уронил того лицом в грязь. Хлебнувший воды из лужи эльф попытался отползти, но юный Амелл безжалостно наступил ему на спину.       — Куда это ты собрался, паскуда? — Шейден пнул лежачего.       — Брат, не надо! — заступалась за Тэйвина милосердная и добрая Эйлин. — Оставь его! Пускай он уходит восвояси.       — Этот выродок тебя бы не пожалел! — со злостью в голосе произнёс Шейден. — Он позарился на твой гребень, а ты хочешь, чтобы я просто так его отпустил?       — Да. Не нужно жестокости. И вы, Ваше Высочество, тоже поумерьте свой гнев, — она раскрыла личность принца подобным обращением: плакало теперь их инкогнито.       — Это не жестокость, — возразил девочке Кайлан, но бить одноглазого не стал, — а справедливо заслуженное наказание!       — Если вы считаете, что эти эльфы заслуживают наказания, то судите их по закону, а не устраивайте расправу, Ваше Высочество, — Эйлин была непреклонна. Откуда только в маленькой девочке вдруг взялось столько рассудительности и принципиальности?       — Да пусть проваливают! — Кайлан почесал в затылке, обдумывая услышанное. — Мне на них вообще плевать, лишь бы на глаза больше не попадались.       — Что происходит, Ваше Высочество ? — вмешался подошедший к месту ссоры Серый Страж. — С вами всё в порядке? Нужна помощь?       — Здравствуйте, Дункан! — принц радостно поприветствовал Стража. — Кажется, мы уже сами разобрались. А ну, проваливайте! — Кайлан топнул ногой, и оба эльфа не сговариваясь дали стрекача.       — Как вы здесь оказались? — Серый Страж внимательно глядел на Кайлана и его «свиту» своими выразительными тёмными глазами. —       — Я с другом и его сестрой гулял по городу, — не вдаваясь в подробности ответил Кайлан. Ему явно не хотелось рассказывать, какой Архидемон заставил его потащиться в денеримские трущобы.       — Эльфинаж не самое гостеприимное место для прогулок, — покачал головой Страж. — Король в курсе?       — Нет. Я буду весьма признателен вам, Дункан, если он и дальше будет не в курсе.       — Понял, Ваше Высочество, — кивнул Страж и улыбнулся как-то по-особенному: снисходительно- мягко. Он понимал, что мятежную, безрассудную юность не удержать и тысячей королевских запретов.       — А что вы здесь делаете, Командор? — поинтересовался Кайлан.       — Набираю рекрутов.       — Но сейчас ведь нет мора! — принц удивился словам Командора Серых.       — Мора нет, но никогда не знаешь, когда может начаться. Для борьбы с Порождениями Тьмы Стражи нужны всегда. В Ферелдене нас не так уж много.       — Как гласит девиз: «Бдительность в мире!» — с видом знатока покивал Кайлан.       — Именно, — согласился Дункан.       — Вы набираете рекрутов среди преступной бедноты? Представляю, сколько в трущобах воров, насильников, убийц… — Шейден скривил губы, рассматривая четверых претендентов в Серые Стражи: трое немолодых эльфов и двое людей – вероятно, результат кровосмешения между расами. Иначе, с чего бы им жить в эльфинаже? У всех на лицах была печать тяжёлой, безрадостной жизни. Амеллу-младшему не нужно было звание ученого мужа, чтобы понять это. — Представляю, сколько в трущобах воров, насильников, убийц…       — Вы не правы, молодой человек. Это люди готовые пожертвовать всем и служить великой цели – борьбе с Мором! — возразил командор Дункан.       —Конечно, чем только не пожертвуешь, лишь бы не оказаться на висельнице или в тюрьме, — Шейден остался при своём мнении.       — Да ладно, Шейди, не нужно быть таким циничным, — примительно сказал Кайлан. — Я более чем уверен, здесь есть те, кто искренне желает служить высшему благу и готов сделать всё возможное! Сильные и решительные люди.       Шейден пожал плечами. Ему не хотелось затевать бессмысленный спор сейчас, уж больно момент был неподходящий. Он с некоторой досадой смотрел, как одноглазый главарь, воспользовавшись великодушным предложением принца Кайлан и возникшей заминкой, резво уносит ноги. Эльф по имени Тэйвин, которого Амелл-младший очень грубо извалял в грязи отполз в сторону собирался последовать за предводителем, но не успел.       — Эй, ты куда собрался? Да, да, ты. Я с тобой еще не закончил! — Шейден пнул эльфа в спину, и тот снова упал брюхом в грязь.       — Шейден, не надо! — воскликнула Эйлин и вцепилась брату в рукав.       — Ты… ты не имеешь права так со мной обращаться! — выдохнул Тэйвин, поднявшись на колени. Голос его дрожал от унижения и злости. Эльф попытался отряхнуться, но лишь размазывал грязь по лицу и одежде. — Я тебе не какой-нибудь тевинтерский раб!       — Право? — недобро усмехнулся Шейден, глядя на него с презрением. — Ты не в том положении, чтобы говорить о правах. Ты — просто нищий бродяга, который позарился на чужое.       — У меня не было выбора! — воскликнул эльф.       — У всех есть выбор, — неприязненно произнес Шейден. — Вы могли бы пройти мимо и не нападать на нас просто так. А ты вообще посмел тронуть мою сестру! — взгляд Амелла потемнел, когда он вспомнил, как немытая рука эльфа потянулась к драгоценной заколке в чистых, пахнущих ароматическим бальзамом волосах, Эйлин.       — Да что вы все понимаете, богатеи! — Тэйвин вскочил на ноги, его лицо исказилось от ярости. — Вы живёте в своих каменных замках, за толстыми стенами в тепле и сытости, а я каждый день рискую своей жизнью, чтобы выжить!       — И это оправдывает твоё поведение? — высвобождая рукав от цепких пальчиков сестры, Шейден наклонился чуть ближе. Его голос звучал совсем холодно и не по годам серьезно. — Ты даже не, какова настоящая жизнь за пределами этих трущоб…       — Не пытайся учить меня! — Тэйвин ответил с ненавистью. — Мне известно, что такое нужда!       — Тогда ты, долго быть, знаешь и то, что в насилии и грабежах нет выхода, — вмешался Дункан, голос кго был ровным и спокойным, но в нём слышалась сила. — Если действительно хочешь изменить свою жизнь, тебе нужно найти иной путь.       — И что вы предлагаете? — с вызовом спросил Тэйвин и кивнув в сторону рекрутов наконец встал на ноги. — Что вы предложили этим? Стать Серыми Стражами?!! Положить свою жизнь на борьбу с каким-то там Мором и сдохнуть на Глубинных тропах? Уж лучше в тюрьму. Там хотя бы кормят похлебкой и нет Порождений Тьмы.       — Я предлагаю шанс, — ответил Дункан, глядя своими непроницаемо-черными глазами. — Быть Серым Стражем – это не легкий путь, но это путь, который может привести к чему-то большему, чем просто выживание.       — Серые Стражи! — вдруг расхохотался Тэйвин. — Мой отец был Серым Стражем! — отсмеявшись горько сказал он. — И что от него осталось? Ничего. Один лишь медальон. И тот мать, когда была жива, обменяла на кусок чёрствого хлеба!       Повисло напряжённое молчание, от которого всем сделалось не по себе.       — Возьми время, подумай, — предложил Дункан. — Но помни: выбор за тобой.       Шейден глянул на принца, который в свою очередь взирал на эльфа, как баран на новые ворота. Шейден хотел разрядить атмосферу, но в голову лезли лишь всякие колкости, а шутить так и вовсе было неуместно.       — Вот, возьми! — Эйлин вытащила из волос свое изысканное украшение и вложила в грязную руку эльфа.       — Но…— попытался возразить Тэйвин, изумлённо глядя на гребень в своей ладони.       — Продав его, ты сможешь выручить немного денег, — сказала Эйлин. — Не знаю сколько, но лучше, чем ничего.       — Я… Я не знаю, что сказать…— занялся Тэйвин.       — Для начала, неплохо было бы бы поблагодарить щедрую леди за подарок! — обратился к нему Шейден.       — Спасибо, госпожа, — Тэйвин неумело, неловко поклонился девочке. Гребень он спрятал за пазуху. — Спасибо. Вы слишком добры.        — Это совершенно точно, как и то, что далеко не все… личности заслуживают к себе столь доброго отношения, — Шейден адресовал эльфу сердитый взгляд не сулящий ничего хорошего, если судьба снова сведёт их где-нибудь на дороге.       — Что ж, раз мы решили разойтись с миром, чему я несказанно рад,— Кайлан вздохнул от облегчения, — то настало время вернуться к делам. Дункан мы вас немного проводим, вы не будете против?       — Почему я должен быть против, Ваше Высочество? Мне к тому же будет спокойнее на сердце, если мы покинем эльфинаж вместе.        — Тогда вперёд! — взмахнул рукой принц.        К воротам эльфинаже Кайлан шёл с таким воодушевленным видом, словно он собирался совершать великий подвиг. Шейден недовольно поглядывал на принца, и в душу закладывались нехорошие подозрения: уж не задумал ли этот злотовласый пустоголовый авантюрист чего-нибудь не менее глупого, чем их нынешняя вылазка в трущобы?       Миновав старые, покрытые ржавчиной, но все ещё крепкие ворота эльфинажа, поднятые в знак мирного и спокойного времени, все остановились.       — Здесь я вынужден с прпрощаться, — сказал Дункан. — Вы ведь доберётесь до королевской резиденции самостоятельно?       — Конечно доберёмся. К нас тоже есть некоторые дела в городе, — Кайлан напустил на себя таинственный вид. — Но потом сразу же вернёмся в дворцовый квартал. Разве я могу пропустить обед?!!       Распрощавшись с командором Дунканом, Кайлан потащил Шейдена за собой. Амеллу-младшему решительно не нравилось поведение принца, но он нркак не мог понять, какая сила заставляет его следовать за неугомонным наследником ферелденской короны.       Когда все трое завернули за угол какого-то дома, Кайлан остановился и осторожно выглянул, обозревая улицу и площадь. Шейден последовал его примеру.       – Что там? – полюбопытствовал он. — Чего ты там высматривает?       — Не чего, а кого... Надо дождаться, пока Дункан уйдет.       — И что тогда? — медленно спросил Шейден, словно догадывался, что именно задумал Кайлан.       —Тогда мы вернёмся обратно в эльфинаж.       — Ты спятил?!! — Шейдену хотелось ударить принца кулаком в лицо, и ему было все равно, как это может выглядеть со стороны и получит ли он сдачу от королевского отпрыска.       — Шейди, не шуми, — принц притиснул Амелла спиной к стене и зажал ему рот своей теплой ладонью. — Воспринимай нашу прогулку, как приключение.       — Отвали! — Шейден убрал назойливую ладонь. Хоть ему очень хотелось укусить принца за руку, он сдержался. Это было бы слишком по-дикарски, а дворянину подобает сохранять достоинство, даже если другие забывают о нормах приличия. — И не трогай меня!       Кайлан стоял слишком близко, почти прижимаясь к товарищу, упираясь ладонями в стену с двух сторон от головы Шейдена, глядел в его по-эльфийски зелёные глаза своими – голубыми. Амеллу-младшему стало неловко. Юноша ощущал теплое дыхание принца, запах его тела и одежды. В этом было что-то слишком интимное, и даже предосудительное. Шейдену начало казаться, будто ещё немного и принц, позабыв всякие приличия поцелует его прямо в губы. От этой мысли волна мурашек пробежала по спине, словно целая армия вшей, а колени предательски дрогнули.       — Я все королю Мэрику расскажу по твои приключения, – зашипел Кайлану в лицо Шейден.       — Рассказывай сколько угодно, Шейди, — Кайлан вдруг отнял одну руку от стены и убрал непослушный локон с лица Амелла-младшего. – Его Величество все равно меня не накажет. Может быть, выговор сделает. Подумаешь, какой-то выговор...       — Вы когда-нибудь закончите миловаться? — голос Эйлин прозвучал так неожиданно, что оба юноши встрепенулись, вспомнив, наконец, что не одни.       — И вовсе мы не милуемся! Что ты такое говоришь?!! Где ты подобного набралась, а? — Шейден пришёл в себя и оттолкнул принца, которого слова девочки, казалось, нисколько не смутили.       — Дункана нигде не видно, — с довольным видом заявил Кайлан. — Можем возвращаться в эльфинаж. Я вам такое покажу!       — Если ты про их Веналаль, то я уже видел такой в Киркволле и в Антиве. Ничего интересного, — сказал Шейден, не желая идти.       — Веналаль – это ерунда, — махнул рукой Кайлан. Я вам покажу место совершенно невероятное. Таких ты точно не видел нигде!       — Чутье подсказывает мне, что мы с Эйлин пожалеем о своем решении отправиться с тобой, — мрачно заключил Шейден, но взяв сестру за руку опять последовал за бодрым и энергичным Кайланом, которого прямо-таки распирало от желания найти приключения на собственный зад.       Троице добрых две четверти часа пришлось блуждать по загаженным испражнениями и помоями улочкам эльфинажа, разбитым телегами, истоптанным тысячами босых ног, пока Кайлан радостным возгласом не объявил конечную цель затянувшейся прогулки.       — Мы его нашли! Шейден, смотри! — принц был вне себя от радости, словно нашел не старую развалюхе, а золотой трон Создателя.       — Это что, заброшенный дом? — Амелл-младший поглядел на королевского наследника, как на деревенского дурачка: со смесью изумления, презрения и сочувствия.       — Это не простой дом, друг мой! Это дом с призраками!       — С призраками? — с сомнением в голосе переспросил Шейден. — Выглядит, как обыкновенные городские трущобы, давно покинутые жильцами. Таких в каждом крупном городе имеется с дюжину, а то и больше. Ничего примечательного не вижу. Я надеюсь, ты туда не собираешься?       — Конечно собираюсь! Иначе зачем мы шли сюда через добрую половину Денерима?       Шейдену хотелось дать принцу смачную оплеуху, чтобы выбить из него дурь, но статус вассала не позволял поднимать руку на сюзерена. Неизвестно, насколько Кайлан злопамятен. Вдруг он обидится на подобное обращение и затеет безобразную драку, как тогда на ристалище. Не хватало ещё изваляться в грязи на глазах у Эйлин! Плакал тогда авторитет старшего брата. Потому юный Амелл лишь потери ладонь о штаны.       — Несносный дурак… — процедил Шейден себе под нос, следуя за принцем к заброшенному дому. Эйлин он продолжал держать за руку.       — Что ты там бормочешь? — спросил Кайлан.       — Проклинаю твой род до седьмого колена при помощи магии крови! — огрызнулся Шейден.       Кайлан остановился, точно вкопанный и поглядел в изумлении на Амелла, хлопая длинными светлыми ресницами.       — А ты так можешь?       Шейден напустил на себя мрачный вид.       — Хочешь проверить?       — Брось! Насколько мне известно, ты ведь не маг…       — Очень жаль, — пробурчал юный Амелл. — А то превратил бы тебя в крысу!       — Почему сразу в крысу? — обиделся Кайлан. — Они противные и разносят чуму.       — Ты и сам похуже иной чумы!       — Как грубо, — принц скривился, будто укусил незрелое дикое яблоко, и театрально приложил руку к груди. — Я-то думал, ты питаешь ко мне тёплые чувства, Шейди…       — Питаю. Желание тебе врезать – оно, знаешь ли, тоже тёплое. Я бы сказал, горячее, — огрызнулся Амелл и подобрал с земли какую-то ветку, будто собирался ею защищаться от дурной жажды приключений, воплощенной в королевском отпрыске.       Эйлин хихикнула. Но в её взгляде мелькала тревога – дети порой лучше чувствуют, когда что-то не так.       — Ладно-ладно, — Кайлан поднял руки, словно сдавался. — Хватит трепать языками. Вперёд, к славе и приключениям!       — Или к бешенству, тифу и переломанным ногам, — бурчал Шейден, но продолжал идти за Кайланом.       Эйлин дернула брата за рукав и прошептала:       — А вдруг там правда кто-то есть? Не призраки, конечно, а бандиты?       — Или крысы, — добавил Кайлан с неприличным воодушевлением. — Огромные, размером с собаку. Я слышал, они иногда живут в старых подвалах и жрут трупы!       — Спасибо, милорд, теперь я точно не усну неделю, — Эйлин сжала ладонь брата.       Дом, огороженный остатками забора, который местные ещё не успели разобрать на доски и дрова, располагался в конце переулка, стоял отдельно от других, жавшихся друг к другу строений, своим убогим видом едва ли напоминавших жилые.       С изнасилованной дождями и ветрами крышей, мрачный, скособочившийся, словно уставший от собственного существования, он высился на каменном фундаменте, оставшемся от древних построек давно минувших веков. Уже проходя вдоль фронтального фасада Шейден не удержался, дотронулся до шершавого камня рукой. Должно быть, тот лежал здесь со времён короля Каленхада, а может и раньше. Что повидал он, пока невидимое время точило его своими зубьями? Какие трагедии и тайны? Сколько веков пройдет, а этот камень все так же останется здесь. Крепкий. Незыблемый.       Вход оказался заколочен вместе с дверью. Кайлан с силой подергал доски, но они крепко накрепко вцепились ржавыми гвоздями, словно зубами, в дверные косяки. Все окна на первом и в одном этаже тоже были были забиты снаружи, криво и с ненавистью или страхом, словно кто-то торопился спрятать в доме нечто, рвущееся наружу.       — Нужно найти способ туда попасть, — пробормотал принц, почесывая ещё по-мальчишески гладкую щеку. — Давайте обойдем дом по периметру и поищем какую-нибудь лазейку внутрь.       — Я с бо́льшим воодушевлением поискал бы лазейку в бордель или в женскую баню, — буркнул Шейден, на мгновение забыв о сестре. Эйлин хихикнула, напомнив юноше, что все ещё рядом и держит его за руку.       — И как тебе не стыдно произносит столь неприличные вещи, в присутствии Его Высочества, братишка!       — Эйлин, здесь не перед кем испытывать стыд! Где ты видишь Его Высочество? Я не вижу, — Шейден покачал головой.       Принц фыркнул, но не нашёлся, что возразить. В таких ситуациях Кайлану помогала врождённая наглость, но даже она давала сбои под прицельным сарказмом юного Амелла.       С видом величайшего полководца Кайлан осматривал задний двор, будто рассчитывал найти там, не иначе как, волшебный портал в Золотой Город. Но вместо портала – лишь ветхий сарай, несколько сгнивших, но ещё не развалившихся бочек и чуть поодаль яма, из которой порывами ветра доносило отвратительный запах, вызывающий ностальгию у всех, кто хоть раз нюхал ночной горшок. Вероятно, местные жители использовали ее как отхожее место. Ведь когда нужда сильно прижмёт, уже не думаешь ни о чем другом, и даже дом с призраками перестает казаться зловещим.       — Ну что, кроличья кровь, пойдём внутрь? Или подождёте снаружи, пока я подружусь с местным духом скорби? — спросил принц Кайлан, остановившись возле входа в подвал. Двери там не было и вместо нее зияла черная бездна, из которой разило затхлостью и тревогой.       — Я бы предпочёл, чтобы ты подружился с чувством самосохранения, — Шейден ещё раз с подозрением оглядел здание. — Стены трескаются, балки гнилые, и что-то мне подсказывает, здесь водятся не духи, а вполне живые крысы с зубами, как у генлока.       — А в бордель можем позже наведаться, если хочешь, Шейден, — сказал вдруг принц, бесстрашно делая шаг в кромешную тьму.