Все влюблённые попадают в рай

Чимин заполняет лёгкие Хосока полностью, не давая тому дышать без него. Они видятся каждые две ночи и с трудом прощаются, когда на горизонте виднеется рассвет. Хосок никогда не чувствовал такого раньше. Для него Чимин стал стимулом и желанием жить. Впервые он задумался о том, чтобы получить работу получше, где ему будут больше платить, потому что надо планировать будущее. А в этом будущем он уже будет ответственен не только за свою жизнь, но и за жизнь Чимина. Возможно, Хосок спешит, но он не может не мечтать о маленькой квартирке в центре города, где его с работы будет встречать Чимин. Может они заведут собаку или кота, а может даже рыбок. Хосок просто знает то, что в Чимине он нашёл свою семью, которую потерял в столь раннем возрасте. — Я люблю тебя, — однажды срывается с уст Чимина. Хосок тогда долго молчит, но не потому что не любит, а потому что не верит в то, что это происходит именно с ним. Возможно, он так страдал всю жизнь, что Господь подарил ему Пак Чимина? Хосок улыбается этой глупой мысли, которая согревает его сердце. — Йя! Что молчишь? — Пак надувает свои губы и бьет старшего в плечо. — Ох, прости-прости, я просто не услышал тебя, ты можешь сказать ещё раз, — смеётся Хосок, заключая Чимина в свои объятия. — Я люблю тебя, — почти шепотом поверяет тот. — Громче. — Я люблю тебя. — Ещё. — Я люблю тебя! — Чимин буквально прокричал эту фразу, а яркая улыбка озарила лицо Хосока. — И я тебя люблю, малыш, — отвечает Чон и чувствует, как в глазах скапливается влага. Неужели можно полюбить кого-то столь сильно за такое короткое время? Неужели люди действительно встречают тех самых, кто делает их счастливее? Значит ли это, что все фильмы и книги о любви не ложь? Хосок всегда думал, что любовь слишком превозносят, а теперь сам готов свернуть горы только ради одного человека. — Ты когда-нибудь думал о смерти, хён? — спрашивает Чимин, уместив свою голову у Чона на плече. — Ты её боишься? — Не вижу смысла её бояться, — пожимает плечами Хосок. — Если есть жизнь после смерти, то ты просто меняешь свою форму или измерение, это даже интересно. А если ничего дальше нет и нас ждёт забвение, то зачем бояться? Мы ведь даже не поймём этого. А ты... ты боишься? — Я стараюсь не думать об этом, но открою тебе один секрет, — загадочная улыбка играет на губах Чимина. — Все влюблённые попадают в рай. — Где ты это услышал? — усмехается Хосок. — По-моему мультик назывался «Все псы попадают в рай», думаю, ты взял это именно оттуда. Чимин ничего не отвечает, лишь проводит подушечкой большого пальца по губам Хосока прежде, чем их поцеловать.

***

— Юнги, у меня появился парень, — говорит Хосок, когда Мин в очередной раз приходит к нему с просьбой переночевать. Юнги слегка теряется, но быстро берет себя в руки и поддельно равнодушным тоном спрашивает: — А как это влияет на нас? Я к тебе в парни не набивался. — Эти наши ночки в обнимку... — Их больше не будет, — перебивает Юнги Чона. — Не волнуйся. Мы ведь можем всё ещё дружить? — Эмм... д-да, конечно, — говорит Хосок и запускает младшего к себе в комнату. Юнги старается улыбаться и вести себя непринуждённо, но его грустные глаза выдают его. — И давно вы вместе? — спрашивает Юнги, садясь на край кровати. — Не так давно... просто всё так закрутилось, — Чон не знает, почему чувствует перед Мином вину. — Познакомишь? — Обязательно. — Слушай, — Юнги делает глубокий вздох и прячет свои глаза под чёлкой. — Если... если когда-нибудь этот твой парень разобьёт тебе сердце, помни, что у тебя есть я. — Это признание? — неловко усмехается Хосок. — Заткнись, мне и так такое тяжело даётся. Ну да, ты мне типа не безразличен... Да, блять, ты мне нравишься, — Юнги срывается с места прежде, чем Хосок успевает что-либо ответить. Хосок ощущает тяжесть на душе от чужих чувств и думает, что совсем не хотел переходить с Мином черту. Хосок нуждался в друге, а Юнги нуждался в нём, но теперь у Чона есть Чимин. Так что одному из троих в любом случае будет больно...

***

Хосок пришёл на смену, когда его коллега выбрасывал чёрные пакеты в мусорные баки. Он решил закурить, кидая взгляд на здание той самой больницы, где лежал после аварии. Хосок прикрывает глаза и видит счастливые лица родителей перед глазами, а потом резкий удар и потеря сознания. — Дашь сигаретку? — Хосока отвлекает от мыслей коллега. Тот даёт ему одну сигарету и прикуривает. — Слушай, я не понимаю, почему ты вечно выкидываешь целые бутылочки с банановым молоком? После тебя всегда их куча. Они просроченные к нам приходят или что? Хосок не понимает смысл сказанных коллегой слов. Он выкидывает целые бутылочки бананового молока? Что это значит? Ведь Хосок вообще не пьёт это молоко, только даёт его Чимину и выбрасывает за ним пустые упаковки. Хосок видел своими глазами, как Пак прокалывает их трубочкой и выпивает всё без остатка. Должно быть это какая-то шутка. — Не совсем тебя понимаю... — Просто мне Юджин до этого об этом говорила, она ведь тоже принимает у тебя смену. Жаловалась на то, что после тебя ей приходится доставать из мусорки банановое молоко и ставить обратно. — Не знаю, возможно, они действительно были просроченные, — пожимает плечами Хосок, издавая неловкий смешок. Он хочет уйти от разговора, когда видит в чужих глазах некое недоумение. А он не хочет, чтобы его считали странным. Когда коллега уходит домой, Хосок на всякий случай заглядывает в мусорные вёдра, но не находит там ничего, так как тот недавно сменил пакеты. Мысль о банановом молоке не покидает его, но он приходит к выводу, что скорее всего это какая-то ошибка. Может кто-то из посетителей их выбросил? Хосок стоит около полки с кукурузными хлопьями, когда сзади к нему кто-то подкрадывается и говорит: — Привет, хён. Чон от испуга подпрыгивает на месте и быстро разворачивается к тому, кто его напугал. Хосок делает глубокий вдох, стараясь унять быстрое сердцебиение, и удивленно смотрит на Тэхена, который кривит улыбку. — Ты же сказал, что мы больше не увидимся, — голос старшего полон негодования. — Да, я знаю, но у меня к тебе есть маленькая просьба, — Тэхён делает жалостливые глаза, но Хосок на это лишь вопросительно поднимает бровь. — Честно, я потом исчезну и больше никогда не появлюсь. — Слабо верится, — Хосок обходит Тэхёна и идёт за кассовую стойку. — Я обещаю, — по пятам за старшим следует Ким, но тот продолжает отмахиваться от него. — Я ничего не буду делать для тебя. — Хён, ну пожалуйста... — Не называй меня хёном, ты давно потерял это право, — Чон кидает на младшего тяжелый взгляд и складывает руки на груди. — Ты мешаешь мне работать. — То кольцо взял я, — говорит Тэхён, а Хосок не понимает, почему чувствует такое облегчение от этого признания, ведь он и так всегда это знал. — Как-будто я не знал... — Я знаю... знаю, как ты на меня обижен. Но я обещаю, что исчезну навсегда, если ты выполнишь мою последнюю просьбу. Что-то во взгляде младшего брата заставляет Хосока сжалиться. И он, тяжело вздохнув, согласно кивает головой. — Ты, наверно, думаешь, зачем я взял то кольцо тогда. Мама ведь и так всегда давала мне денег. Просто их было недостаточно. Я связался тогда с плохой компанией, они постоянно требовали у меня денег, поэтому я заложил кольцо в ломбард. Выкупить назад долго не получалось, поэтому я просто продлевал, чтобы они его не продали, — Тэхён говорит очень быстро, что Хосок с трудом успевает всё улавливать. — Я взрослел и пару раз его выкупал, однако никогда не возвращал его матери. Я недавно стал жить отдельно... и опять встретил этих ребят. Я снова заложил это кольцо и не могу теперь его выкупить... — У меня нет таких денег, — спешит сообщить брату Хосок. — Я не собирался просить тебя об этом. Я просто хочу, чтобы ты позвонил маме на домашний и сказал, где находится кольцо. Так и скажи, что Тэхён передал. Она просто пойдёт и выкупит его, оно ей очень дорого. — Но почему ты не позвонишь ей сам? — Хосок не понимает, зачем так заморачиваться. — Мы... мы не особо ладили в последнее время, — Чон видит застывшие слезы в глазах напротив и ему становится не по себе. — Хорошо, я позвоню ей на днях. — Спасибо, — Тэхён всё же даёт волю слезам и благодарно смотрит на брата. — Не за что, — Чон внезапно осознаёт, что его начинает беспокоить состояние Кима. — Слушай, у тебя всё нормально? — Д-да, теперь всё прекрасно, — сквозь слезы улыбается Тэхён. — Теперь точно прощай, хён. Тэхён уходит под тихое «пока» от Хосока. Тот почему-то не смог из себя выдавить слово «прощай».

***

Зубами Чимин прикусывает мочку уха Хосока, а потом приходится по ней языком. Старший от этого тяжело дышит и ближе прижимает к себе сидящее на нем тело. Он покрывает поцелуями бледную шею, которую Чимин охотно подставляет под горячие губы. Хосок чувствует, что слишком возбуждён, но долго думает прежде, чем идти дальше. Чимин смущенно краснеет, когда старший обхватывает руками его ягодицы и утыкается носом в ключицу Чона. — Хей-хей, не бойся, я не настаиваю, — Хосок оставляет легкий поцелуй на макушке Пака. — Мы сделаем это, когда ты будешь готов. — Но я очень хочу тебя, — Чимин говорит это, всё ещё не отрывая нос от выпирающей ключицы, поэтому звук получается заглушенным. — Ты не представляешь, как я тебя хочу, — говорит Хосок, сжимая ягодицы младшего. — Но я готов подождать. Чимин поднимает голову и загадочно смотрит на Чона, по одной расстёгивая пуговицу на своей рубашке. Хосок тяжело вздыхает, понимая, что младший дал своё молчаливое согласие, и начинает покрывать каждый оголившийся участок кожи поцелуями. — Ты знаешь, подсобка не лучшее место для этого, — говорит Хосок, давая Чимину шанс передумать. — Мы быстро, — шепчет Чимин и затягивает старшего в поцелуй. Когда они отрываются друг от друга, на Паке уже нет рубашки. Тусклый свет лампы в подсобке освещает бледную кожу Чимина, и Хосок жадно пробегается по ней глазами. Его внимание привлекают изгибы локтей младшего. Они буквально синие и на них множество проколов. Ужас охватывает тело Хосока, когда он понимает, что к чему. Он отталкивает Чимина от себя, что тот падает назад и больно ударяется лопатками об холодный пол. — Ты чертов наркоман, Пак Чимин, — орет Хосок, вставая с матраса и подправляя одежду. — Больше не смей сюда приходить! Я не вожусь с наркошами. А я то всё думал, чего ты такой бледный, тощий, и эти мешки под глазами. Хосок злится и, возможно, говорит то, что совсем не имеет ввиду. Но сейчас он не хочет видеть Пак Чимина, потому что чувствует дикую злость на младшего за то, что тот так наплевательски относится к своей жизни. А ещё его одолевает страх. Страх о том, что Чимина, возможно, уже не вылечить от этой зависимости. — Всё не так, — Чимин встаёт с пола и тянет к старшему руки, но тот их грубо отбивает и кидает на него полный отвращения взгляд. — Заткнись! И проваливай! — Хосок тяжело и часто дышит, указав пальцем младшему на дверь. — Когда же до тебя наконец дойдёт? — с усмешкой спрашивает Чимин, собирает свои вещи с пола и выходит из подсобки прямо полуголым. Когда Хосок выходит следом за ним, Чимина уже нигде нет.