Все влюблённые попадают в рай

Дни начинают лететь слишком быстро, злость Хосока постепенно уступает место беспокойству. Чимин больше к нему не приходит. Хосок ждёт его каждую смену и вскакивает, услышав звук открывающейся двери, но это всегда кто угодно, но не он. Хосок думает о всех тех ужасных словах, что сказал тогда младшему. Он должен был его поддержать, спросить, что толкнуло его на такой шаг, но вместо этого Хосок его выгнал. Сердце Чона сжималось от боли при мысли, что Чимин где-то в подворотне прокалывает острой иглой свои вены и прикрывает глаза. Его ангел оказался падшим... Юнги обнаруживает Хосока изрядно выпившим, когда решает зайти к тому гости. Хосок, открыв дверь, обратно садится за стол, на котором несколько открытых бутылок соджу, и курит прямо в комнате. — Дай угадаю, — Юнги присаживается напротив. — Тебя всё-таки бросили. — Сложно сказать, кто кого бросил, — делает тяжёлый вздох Хосок. — Он просто исчез. Я мудак, я обидел его. — Когда ты видел его в последний раз? — Мин наливает стакан соджу и себе. — Может ещё вернётся. — Не вернётся, прошло уже две недели. У Хосока слишком несчастный вид, когда он опрокидывает в себя очередной стакан. Юнги искренне желает поддержать его, но в итоге просто напивается вместе с ним. — Ты знаешь его совсем н-немного, — язык Юнги начинает заплетаться, когда они перестают считать количество выпитых бутылок. — А я вот своему погибшему парню даже кольцо купил, но не успел подарить. Когда он погиб, я выкинул его в реку. Кольцо. Из-за переживаний о Чимине, Хосок совсем забыл о просьбе Тэхёна позвонить его матери. — Черт! Я должен срочно позвонить своей тёте, — говорит Хосок, когда Юнги подвигает стул поближе к нему. — Сейчас два часа ночи, нормальные люди в это время спят. Позвонишь утром, — Юнги всё ещё сохранял остатки здравого смысла. Хосок почувствовал укол совести перед Тэхёном, надеясь, что кольцо всё ещё никто не купил. Он понимает, что Юнги прав, что не стоит сейчас никому звонить, а сделать это завтра утром. Когда алкоголь заканчивается, они перебираются на кровать. — Теперь мы опять можем спать в обнимку, — делает вывод Юнги и кладёт свою голову к Хосоку на грудь. Тот ничего не отвечает, прикрывая глаза и представляя Чимина на месте Юнги. Чону немного мерзко от себя, от этих мыслей, но сейчас хочется выкинуть Пак Чимина из головы хотя бы на пару минут. Но тот не покидает голову, даже когда Юнги проводит по его животу своей горячей рукой и задирает футболку. Разве считается изменой то, что ты нуждаешься в ком-то другом, когда пытаешься кого-то забыть? Разве это эгоистично со стороны Хосока прикасаться к Юнги в поисках тепла? Пусть на его месте он представляет другого, пусть он слишком пьян, чтобы соображать. Но Юнги сейчас здесь, он настоящий, живой, горячий. А где сейчас Чимин? Не говорит ли его исчезновение, что он положил конец их отношениям? Юнги резко забирается на Хосока сверху, но тот не открывает глаза, когда их губы соединятся в поцелуе. Губы Юнги тонкие, их тяжело спутать с губами Чимина, но Хосок путает. Это не Юнги, а Чимин сейчас сидит на его бёдрах и проталкивает свой язык в его рот. Это не Юнги, а Чимин тихо постанывает в поцелуй и жадно ведёт руками по груди Хосока. — Я хочу тебя, — слышится голосом Чимина, а не Юнги. И Хосок позволяет раздеть себя, он не улавливает момент, когда Юнги Чимин остаётся без одежды. Он приоткрывает глаза и воображает, что это Чимин насаживается на его член, судорожно дыша. Хосок слишком пьян или ему отчаянно хочется быть таким пьяным, но Юнги всё же ощущается для него по-другому. И он невольно гадает, был бы Чимин с ним таким отзывчивым и чувствительным. Разум затуманен, а тело требует разрядки, поэтому он подминает Юнги под себя, переворачивая того на живот и входит сзади. Он думает о том, что Юнги не стоит знать, кого Хосок представляет, закрывая глаза. Мятные волосы выделяются при тусклом свете, поэтому Хосок не смотрит на них. Его взгляд сосредоточен на спине и на собственных руках, обхвативших худое тело.

***

«Ты ведь говорил, что любишь меня», — слышит Хосок в своей голове голос Чимина и резко приходит в себя. На тот момент Юнги уже спит, крепко прижавшись к нему. Они оба абсолютно голые, и Чон чувствует сожаление на пару с раскаянием. Он встаёт с кровати, стараясь не разбудить Юнги, идёт в ванную и умывает лицо. Он не смотрит на себя в зеркало, зная, что скорее всего разобьёт стекло от охватившей его злости на самого себя. Юнги не Чимин и никогда им не был. Возможно, Хосок обманывал сам себя, но чувствует свою вину по отношению к обоим парням. Мерзко. И как-то пусто. Он возвращается в кровать, но не прикасается больше к Юнги. Он не имеет на это никакого права. За окном уже светает, и Хосок пытается отключить все мысли и заснуть.

***

— Я голодный, — легкий поцелуй Юнги в щёку будит Хосока. — Закажи еду, — бурчит тот, отворачиваясь от Мина. — Дай денег, еду привезли, — через некоторое время опять будит Хосока Юнги, настойчиво тыкая его в плечо. — Возьми у меня в портмоне, оно в рюкзаке, — Хосок всё ещё пытается поймать остатки сна. Окончательно его будит звук рассыпавшихся копеек по полу, он с трудом открывает глаза и видит хмурого Юнги, держащего в руках маленькую бумажку. — Извините, не могли бы Вы поторопиться? — вежливо напоминает о себе стоящий в дверном проеме курьер. — Просто у меня ещё много заказов. Хосок выжидающе смотрит на Юнги, но тот не шевелится, продолжая гипнотизировать бумажку в своих руках. — Да, конечно, — неловко улыбается Хосок и встаёт с кровати, обмотав себя одеялом. Он поднимает упавшее портмоне с пола и кидает недовольный взгляд на Мина. — Сколько с меня? — Двенадцать тысяч вон, — отвечает курьер, переминаясь с ноги на ногу. Хосок отсчитывает нужное количество денег, благодарит курьера, слегка кланяясь ему, и закрывает дверь. — Откуда в твоём портмоне фотография Пак Чимина? — Хосок едва успевает к нему повернуться, когда Юнги ледяным голосом задаёт этот вопрос. Он протягивает фотографию три на четыре Хосоку и вопросительно изгибает бровь. — Я потерял это фото в день, когда мы с тобой впервые встретились. Тогда, когда ты не продал мне соджу. Зачем ты хранишь фото моего бывшего у себя в портмоне? Хосок смотрит на фотографию и действительно видит на ней Пак Чимина. Тот выглядит точно так же: высветленные волосы и школьная форма. Но Хосок не помнит, чтобы находил, а уж тем более держал эту фотографию у себя. Он видит её впервые. Но ещё больше его мучает вопрос, почему Юнги называет Чимина своим бывшим. — Но твой бывший мертв, насколько я знаю, — придя в себя, отвечает Чон. — Все верно, — хмурится Юнги. — Парень на этом фото мой бывший, и он мертв.