Tell me in a whisper

   Немыслимо, как мало надо человеку что бы враз привязаться. А почему? Потому что любимая природа сделала нас такими. Какими? Нуждающимися. Ведь без этого мы слишком одиноки и грустны. Нам нужно быть с кем-то. А что бы совсем скучно не было, она (природа) сделала нас тварями и эгоистами.    Спокойная и размеренная жизнь? Нет, не бывает и не будет. Страдай, мучайся, ломайся, ну и живи.    Грустно и смешно с того, что мы готовы каждый раз довериться. Так легко прыгаем в омут любви и дружбы, перед этим возводя лживые иллюзии, превознося людей, делаем их самыми самыми, а потом тихонечко погибаем. Потому что безумно больно и нечестно. Кто-то морально, а кто-то физически. И что из этого хуже?    Но мы не можем без. Сердце ведет, душа требует и т.д. Нет, ты конечно можешь сделать из себя куклу, такую бесчувственную и просто существующую, вперед, но зачем тогда вообще жить?    Каждый сам выбирает свою боль. Каждый сам выбирает: лишить себя всего, или стараться не допустить прошлых ошибок. Стать лучшей версией себя, и что бы тоже самое сделали и для тебя. ****    Сегодняшний день, это какой-то день сюрпризов для Тэхёна. На удивление спокойный сон, а утро достаточно бодрое, и не такое уж отвратительное. Чем все лучше, тем все более подозрительно. Колоссальное стабильное "ужасно" превратилось во что-то довольно приятное. Остается надеятся что это чудо надолго. А еще больше заставляет на это молиться такой невероятный (сколько можно?) Чонгук, что теперь постоянно что-то да кашеварит.    Пока тот не заметил, Тэхён позволяет себе слабость. Такой сладкий и тянущий грех, как просто втихую насмотреться. А что? Мы уже выросли! Начали принимать свои.. желания?    И именно сейчас Ким вспоминая понимает, что ни разу не отталкивал Чона когда тот обнимал. Это был какой-то эффективный супер приём, ибо он действительно работал. Тэхён не просто позволял обнимать, но и сам хотел тепла? Устал так, что когда очутился в руках другого, почувствовал некую защиту. Ухватился и не хотел отпускать. Ну а как иначе, да?    Ким не может оставить без внимания Чоновы растрепанные волосы, которые из-за сна торчат в разные стороны. Скорей всего он только что проснулся. Возможно сон его затягивал но сосед стойко с этим боролся, и ради него, Тэхёна, встал. Невозможно не заметить такую яркую, открытую заботу и поддержку. Она просачивается и впитывается в каждое его действие, и как тут не прыгнуть? Туда...   — Ким Тэхён, а подглядывать не хорошо, — попутно нарезая какие-то овощи, Чонгук широко улыбается и стреляет взглядом на шпиона. По правде он давно заметил соседа, но очень мастерски это скрывал.   — Да что я тут не видел то? — бросив в ответ, Тэхён уверенно входит на кухню, что бы поставить чайник греться. А тем временем, Гук пристально провожает его взглядом, дождавшись пока тот посмотрит в ответ, что бы широко раскрыть глаза в удивлении и схватится за сердце.   — Так это не в первый раз? — да какой тут инструменталист, этому человеку надо было в актеры. Вон как стоит, не позволяя мышцам лица расплыться в очередной улыбке, а голосу захохотать.   — Уже в последний, — не надолго хватает этого шутника, да и сам Ким уже не посмеет не засмеяться.    Кухню наполняет такой искренний смех, которого уже давно не слышала эта маленькая, но такая уютная квартирка. Чувство уюта и непринуждённости летает в воздухе, немного свежести утреннего дождя из приоткрытого окна, и осознание, что вот оно счастье и спокойствие? А разве можно? Тэхёну можно все это чувствовать? Ведь он допустил ошибку, что погребла уже одного человека в земле. Разве он не должен быть обречен на вечные муки?   — О чёрт! — восклицает Чонгук, на что Тэхён отвлекается, и приковывает все внимание к нему, — Пожалуйста, скажи что я тебя проинформировал? — Ким взбрасывает брови вверх, мол "о чем ты?", — Ам.. концерт, он будет через четыре дня, в театральном зале вечером в шесть, — вылив все что не сказал раньше, Чон жмурит глаза, будто бы Тэхён налетит на него с кулаками.   — Ошарашил, — Ким внутренне очень напрягся, но старается это скрыть, а заслышав свист чайника, решает налить чая, — Но мы же в принципе готовы, не вижу повода для ненужных конфликтов. Все в порядке. — на что Чонгук быстренько меняется в лице. И снова с былым настроением расставляет на столе тарелки рисом и яйцом, опять закидывая Кима шутками, что бы еще раз услышать его смех. ****   "Расскажи мне о том сколько раз ты пытался понять «почему?», или «когда же все пошло не так?». Ты жил идеализируя меня, хотя совсем не знал что я из себя в принципе представляю. Ты так привык тому что я рядом, что не отдавал отчета своим действиям. Хотя погоди, ты ничего не делал. Получал, но не давал взамен. Когда все начало рушиться? Да посмотри же на трещины, которым годы.."    Наверно да, Тэхён обречен на вечную память об ошибках. Самотерзания, что еще не раз его настигнут, не оставят до конца, потому что это не забыть. На самом деле Ким все понимает, просто само осознание ничего не поменяет. Из случившегося вывод один — Тэхён постарается больше не допустить этого.   — Но.. Чимин... — последовавший всхлип нарушает тишину комнаты.    Слезы.. Да когда же они уже закончатся? И когда уже придет Чонг..    Что? Браво Тэхён, чего уж ждать дальше? Раньше мы справлялись сами, а теперь жаждем человека, в лице своего соседа? И что это значит? Раскрыв глаза, что уже болят от большого количества слез, Кима посещает мысль.. "Неужели я... в Чонгука.. влюбл.." Накрыв губы ладонью, Тэхён останавливается, ведь это невозможно. Они конечно, можно сказать, сблизились, и Ким рассказал то, что держал в себе очень долго. А еще они обнимались, и каждому вроде это нравилось, а еще у него красивая улыбка.. Стук дверь разом стирает все мысли, заставляя сильно вздрогнуть, покрыться мурашками и дать волю нервам, потому что: — Тэхён, ты спишь? "Чёрт чёрт чёрт" — воет сиреной про себя парень, не в силах ответить, зная в каком он сейчас положении и состоянии. Он конечно хотел что бы Чонгук пришёл, но.. передумал. Не хочет что бы сосед опять видел его таким слабым. Разумным решением будет притворится действительно спящим, что Тэхён и воплощает в жизнь затаившись, прислушиваясь к каждому шороху. Лежа на боку — так получилось, что Ким был повернут именно в сторону двери — Тэхён видит как медленно открывается дверь, и чуть ли не вопит. Но успев захлопнуть глаза, максимально успокоив сердце, он пытается открыть в себе скрытые навыки актёра. Можно один скромный вопросик? "Какого вообще происходит?" Ким ничегошеньки не понимает, от слова совсем. А заслышав шаги, в сторону него самого, пытается уже действительно не думать ни о чём, и расслабится, что бы не спалить контору. Чуть ли не подрывает все усилия то, что Чонгук садится на корточки перед Тэхёном — что так старается безмятежно спать — и едва ли касается волос лежащего. Каждое движение пропитано нежностью и небольшим страхом — разбудить. Сначала он убирает пряди, что спадают на глаза и очерчивает лоб. Далее спускается по носу до кончика, утыкаясь пальцем в родинку, которая так необычно расположена. От этого Тэхёна прошибают очередные мурашки, и он молится на то, что бы это осталось незамеченным. Тем временем чонгукова рука ложится на Кимову щеку, нежно поглаживая кожу большим пальцем, потом касается и глаз, где на ресницах еще остались не сорванные слезы. Почувствовав это, Чонгук вздрагивает, а по его учащенному дыханию можно понять, что он заволновался. Если бы мог Тэхён сейчас посмотреть на него, то скорей всего увидел бы печаль. Лицо Чонгука отражало сильное волнение, а черные глаза пропитаны грустью. Ему так больно видеть тэхеновы слезы. Была б его воля, он сейчас же сжал парня в объятьях, уткнувшись носом в шею, чувствуя его запах и забирая все страдания до последней капли. Не оставляя ничего, дав тому спокойно жить. Но сейчас он только может втихую, невесомо поглаживать Кимовы волосы и шептать: — Я рядом... пожалуйста, не плачь.. **** Утро прекрасного воскресенья не дает провести его в постели, ведь уже сегодня будет проходить долгожданный концерт. На часах почти 10:00, а уже надо направляться в учреждение, что бы забить время для небольшой репетиции. Заранее отнести костюм с инструментом в специальную выделенную комнату (читай как гримерку), и успеть перекусить. Столько дел, но Тэхён успевает подумать еще и о событиях трёхдневной давности. Ему уже не стыдно за то что притворялся спящим, он смущен. Действия Чонгука хоть и были неожиданными, но еще и успокаивающими. Тэхён даже реально заснул, и не застал момент, когда тот ушёл. Наверно это и к лучшему.    Сейчас сложнее всего притворятся что ничего не было. Каждый раз когда они пересекались (а это довольно часто), Ким старался поддерживать непринужденный вид, что выходило из рук вон плохо.   — Так, надо собраться, — хлопнув ладонями по лицу проговорил Тэхён. Точно, его сейчас должно волновать выступление, и невыполненные дела. Встав с постели, Ким решает принять хороший душ, а позже привести себя в порядок. **** Время близится к обеду, а там и быстрая репетиция по записи. Их с Чонгуком вроде ближе к четырем часам. Около 60 минут свободного времени у них есть, что они используют с пользой — пойдут кушать. Ну как, пианист тащит Тэхёна пообедать вместе с его друзьями, обещая, что все будет хорошо. Хоть Киму и неудобно за прошлый раз, он все таки пошёл, объясняя это тем, что надо этим самым извиниться что ли. Решено было встретиться в институтском кофетерии, который очень удивил. Огромное помещение, где полно мест, и меню довольно приятное. По правде выходить за пределы учебного заведения было бы глупо, потому что время ограниченно, а излишняя спешка ни к чему. Огибая столик за столиком, Тэхён и Чонгук все же нашли парней, которые как раз заняли большое место, ибо человек не мало. Некоторые из них уже что-то взяли, а только что подошедшие быстро поздоровавшись направились делать заказ.    Так как Тэхён в принципе не любит есть перед выступлениями, то для приличия взял себе легкий салат и кофе. И наконец-то усевшись на свой стул, Ким приступил к еде, оглядывая присутствующих. Многие уже были при параде, одетые с иголочки, а разговоры были только о концерте. — Жду не дождусь вашего выступления, — очень воодушевленно лепетал Хосок, обращаясь к Киму, на что скрипач лишь скромно кивнул. — Я слышал что и у вас будет номер, — решил поддержать диалог Тэхён. — Да, мы с Юнги будем тоже дуэтом выступать! — заулыбавшийся Чон старший безумно рад налаживавшемуся контакту со скрипачом. — Кстати, а сочинение которое будет звучать написал Намджун с поддержкой Джина, — добавляет Чонгук, что шокирует Тэхёна. — Правда? Я обязательно послушаю! — восклицает Ким. Далее он узнаёт, что оказывается Юнги тоже пианист, а Хосок играет на виолончели. Джун так вообще учится в классе композиции, а Сокджин теоретик. После всего, он еще больше начал восхищаться хёнами, и с трепетом ждал грядущего дуэта. ****    Если сначала ничего не предвещало беды, то когда время близилось к вечеру, становилось все страшнее. До начала пол часа, а Тэхён уже искусал все ногти. Волнение — это вещь нормальная. Каждый музыкант испытывает его перед выступлением. Не то что бы у Кима боязнь сцены, нет, просто дело в нём самом.    Крейслер* создал то, из-за чего сейчас не отпускают старые воспоминания. Создал то, что Тэхён так сильно любит, и то что ненавидит. Это не то произведения, где он может забыть текст, или допустить ошибку, нет, никогда. Просто оно приносит боль, что пожирает с каждым разом сильнее. Это произведение невозможно не чувствовать, невозможно не переживать его. Невозможно не умереть и не воскреснуть. Казалось бы вот он, долгожданный покой, но на то это сочинение и названо «Муки Любви», что ты вновь будешь мучиться. Композиция оправдывает свое называние.   — Хей, Тэ, ты слышишь? — не слабо тряся за плечо, Чону все же удается обратить на себя внимание, — Концерт уже начался, мы четвертые. Все в порядке?    Ну, нет, не очень. Ким не здесь уже давно, но все же слышит Чонгука, и слегка кивает.    Взгляд у Тэхёна пустой, а тело прохладное, в добавок еще началась небольшая тряска. Это не на шутку пугает пианиста, и он присаживается перед парнем на корточки, заглядывая в глаза. После Чон аккуратно забирает из рук Кима инструмент, ложа его на стол в комнате отдыха, и подает тому воды. Сначала Тэ даже не замечает то, что маячит перед глазами, а потом не смело берет бутылку в руки.    Все как будто в замедленной съемке. Мир для Тэхёна решил немного остановится, а волнение затягивает все быстрее и быстрее. Но почувствовав, как кто-то берет его руки в свои, он будто выплывает из омута отчаяния, но ненадолго. — Послушай, Тэхён, — дождавшись пока тот вновь поднимет взгляд, продолжает Чонгук , — Не знаю, на сколько сильно это поможет тебе, но когда я в стрессовом состоянии, это самый рабочий метод. Сказав это, Гук нежно берет Кима за затылок, аккуратно укладывая его голову себе на плечо, второй рукой продолжая держать холодную ладонь. Перебирая его волосы, он наконец-то слышит, что тот успокаивается, а дыхание выравнивается. Тэхён не сделал ни единую попытку как-либо оттолкнуть или вырваться. Наоборот, он понимал, что ему нужно и что это очень помогает. А особо сильно он чувствует дыхание пианиста, которое направленно прямо в шею, и которое заставляет немного поёжится. Это одно из слабых мест Кима, что он никогда бы не хотел раскрыть, но почему-то (?) позволяет Чонгуку узнать его маленькую тайну. Нарушает такую прекрасную идиллию стук в дверь, заставляя музыкантов отстранится друг от друга. В комнату заходит человек, следящий и оповещающий о порядках выступления, и о выходах: — Ребят, вы следующие, готовьтесь. — оповестил молодой парень, лет двадцати пяти, одетый просто, с бейджиком на шее "управляющий". А после опять все как в тумане. Тэхён, буквально только что оторвавшийся от Чона, снова впал в какую-то пустоту, не помня как взял инструмент, и как дошел до кулис, ожидая когда огласят их номер. Внутри все сжималось, дышать опять стало тяжело, и теперь уже потели руки. Все плохо, он не готов играть. Чувствовался подступающий ком, и истеричные слёзы. Глаза метались по полу, не находя точку опоры, за что бы он мог зацепиться взглядом. Но вот уже слышны завершающие аккорды участника, который еще на сцене, и от этого еще хуже. Тряска вот вот норовит начаться, накрыть полностью, но плеча Кима касается рука, что призывает посмотреть.. Ох, этот взгляд черных глаз, которые источают тепло и такой сладкий покой, в которых хочется утонуть и не выплывать. Вдруг сразу находится и опора, которую так отчаянно искал Тэхён. Он ухватился, и теперь не отпустит, никогда. Заслышав как объявляют их номер, Ким еще чуть чуть продлил их зрительный контакт, и перед тем как отвести взгляд прошептал: — Я сыграю тебе свои "Муки любви". Тэхён не знает, слышал ли Гук его слова, удивился ли или нет — это сейчас не важно. Ведь выйдя на сцену, он чувствует некое воодушевление. Оно присуще всегда, когда ты внутренне согласен со своими чувствами. Когда готов показать всю свою боль этой музыкой. Ким уверен, на этот раз произведение станет его очищением. Пройдя в центр сцены, они вдвоем совершают поклон, далее идет небольшая настройка, что бы окончательно убедиться в чистоте интонации. Закончив, Тэхён поворачивается к залу, и понимает, что из-за ярких прожекторов почти не может видеть зрителей, и это приносит небольшое облегчение. Так будет лучше.. Зал в ожидании. А Ким медленно поднимает смычок, становясь в готовое положение. Перед тем как закрыть глаза, он немного поворачивает голову к Чонгуку, видя такую же прекрасную улыбку, что бы дать знак о вступлении. В момент когда зазвучала музыка прекрасного вальса, все будто исчезло. Будто нет никого корме него и пианиста. Вдруг он забывает и имя подыгрывающего ему прекрасного аккомпаниатора, вспоминая все что за его плечами. Все радостные моменты и безумные поступки. Все слезы, и горести. С огромной силой выливается то, что копилось годами, смешиваясь с музыкой. Нежные моменты пропитаны нескончаемой грустью, и отчаянием. Скрипка будто кричит о том как настрадалась. "Чимин, а ты слушаешь меня?" Немного отклонившись назад, Тэхён бросил взгляд в потолок, и из приоткрытых глаз потекли слёзы. "Я отпускаю тебя?" Закончив на прекрасной тонике* произведение, Ким обессилено опускает смычок, медленно открывая глаза, не слыша ни одного звука. Зал в восторженном оцепенении. Зрители не верят, что уже все, и также не желают выходить из транса. Тэхён, обернувшись к Чонгуку, видит как по его щекам текут блестящие слезы, что пропитаны таким сочувствием. Каждый выложился так, что не было ни намёка на сомнения. Выступление было до боли мучительным. Встав с Чоном в один ряд, они поклонились, и услышав ликующие и восхищенные аплодисменты, они немного задержались в согнутом состоянии. Киму так легко, и так грустно, что слезы не перестают капать уже на пол сцены. А выпрямившись, они видят то, что дороже любых денег. Слушатели аплодируют стоя, выкрикивая "браво". Напряги бы зрение, Тэхён увидел бы и парней на первом ряду, и то, как они счастливо улыбаются, тоже сдерживая чувственные слезы. Удалившись со сцены, Ким было хотел поблагодарить Чонгука за все что он сделал, но сильная хватка второго на запястье ввела в ступор. Пианист вел его куда-то подальше, а Тэхён и не отпирался. Как уже потом оказалось, они пришли в комнату отдыха. Чонгук уверенно захлопнул дверь за собой, предварительно закрыв на замок, и прижал парня к стене. — Ам, Чонгук, я хотел ска.. — не дав сказать, Чон приблизился слишком близко, и накрыл своими губами, губы старшего. Ошеломленный Тэхён замер, выпучив глаза, выпав из реальности, чуть ли не роняя инструмент. В то время как пианист робко начал сминать его мягкие, и такие прекрасные губы. Прошло всего несколько секунд, а будто вечность. Сердце Кима застучало по новому, он начал утопать в нежности Чонгука, понимая, что не хочет что бы тот отстранялся. Но (уже) чуть приоткрытыми глазами, парень видит, как тот отрывается от таких желанных губ, и понимает еще то, что было так очевидно. Он ведь Чонгука.. — Ким Тэхён, я люблю тебя, — но пианист произносит в слух то, что Тэхён с такой трудностью принял сам в себе. Глаза в глаза, и скрипач решает дать ему ответ действием. На рядом стоящий стол он быстро укладывает инструмент, и также быстро притягивает Чонгука за затылок к себе, погружая того уже в более смелый и глубокий поцелуй. Пианист прижимает Тэхёна теснее, окольцовывая его талию руками. А сам Ким держится за его крепкую шею, одной рукой перебирая волосы парня на затылке. То нежно оттягивая, то давя что бы поцелуй был глубже и чувственней. Они погружаются в друг друге, понимая и принимая без слов все. Чонгук убедил, а Ким поверил. Чувствуя как заканчивается дыхание, приходится прерваться. Отдышавшись, Тэхён незамедлительно даёт такой очевидный ответ: — Я тоже тебя люблю, Чон Чонгук, — вновь впиваясь в его губы. **** Концерт выдался действительно потрясающим, и как Тэхён обещал, он присутствовал на выступлении Юнги и Хосока, о чем ни капельки не пожалел. После мероприятия за кулисами их встретили парни. Хосок чуть ли не плача твердил на сколько это было прекрасно, и вешался на Тэхёна. Остальные жали руки, и также удивлённо отзывались похлопывая по плечу. А потом они все вместе отправились праздновать прекрасное завершение дня. Дни летели, и впервые за долгое время все шло таким своим спокойным чередом. А казалось бы только вчера ты еще не знал как двигаться дальше, как задыхался и плакал до последней капли. Вроде только вчера ты мучился и не мог спать. Каждый божий день саморазрушался и не видел смысла абсолютно во всём. Казалось бы всего-то человек. Но черт возьми, один человек может как убить так и спасти. Тэхён дал шанс этому миру, и вдохнул запах надежды, которая обещает быть исполнена в жизнь.