Фамильяры Смерти

В понедельник погода решила, наконец, сжалиться над томящимися в ожидании весны людьми и на улице резко потеплело. Настроение Юли в связи с этим возвысилось до небывалых пределов и даже на работу она шла, весело напевая под нос какую-то незатейливую песенку. На какое-то время забылись все проблемы со Стефаном и ничто не могло испортить девушке настроение. События субботней ночи, конечно, не давали ей покоя, но как они не старались, так ничего понять толком и не смогли. Какой-то невменяемый акалет, желавший смерти Стефана, странная парочка, которая его спасла… Уже через час все более-менее нормальные предположения иссякли и Юля решила, что им стоит поразмыслить над этим с Геллой, до которой весь день почему-то не получалось дозвонится. В результате все проблемы были отложены до понедельника, и вот он наступил, а возвращаться к ним решительно не хотелось. Но, тем не менее, Юля был рада дойти до работы и приступить к поиску подруги. Вся в нетерпении она влетела в офисное здание и завертела головой по сторонам. Обнаружить Геллу, уже в который раз непонятно почему зависшую перед зеркалом, не составило ни малейшего труда, вот только найдя ее взглядом, Юля подавилась жвачкой, а Стефан удивленно присвистнул. Во-первых, она была накрашена, что с ней случалось крайне редко и только по какому-нибудь особому поводу, во-вторых, на каблуках, и выглядела так, будто скупила парочку бутиков. Черные джинсы и ярко-оранжевая майка были абсолютно новыми и, несмотря на неизменную сявковатость одежды, к привлекательности девушки явно прибавилось очков так тысяча. Подойдя, Юля первым делом вместо приветствия потрогала лоб подруги на предмет зашкаливающее повышенной температуры, а затем спросила: – Гель, ты съела что-то приторно сладкое? Твой внешний вид вызывает опасения. – Не считая пары бутылок сидра и пачки сухариков в компании нового знакомого, ничего такого, – усмехнулась в ответ она. – Я вчера весь день не могла до тебя дозвониться, где ты пропадала? – Нуууу… Сначала телефон был на беззвучке, а потом вообще сел, после того как я с отцом поговорила. В общем, я забыла тебе перезвонить, слишком много всего интересного произошло, – сказала Гелла, вспоминая вчерашнее утро. Утром оно, конечно, было только на словах и началось для нее далеко за полдень с ужасающего для малопьющего человека похмелья. Пытаясь превозмочь сонливость и головную боль, девушка перевернулась с живота на спину и тут же наткнулась босой ногой на чье-то тело. Пытаясь убедиться в реальности происходящего, Гелла еще раз пошевелила ногой. Снова тело. Правда на этот раз оно решило подать признаки жизни и немного хриплым мужским голосом попросило перестать щекотаться. Память услужливо подсунула имя тела, и девушка начала понемногу вспоминать события вчерашней ночи. Кажется, они катались на каруселях и пили, а потом она заснула прямо в парке… Вот только как они оказались дома, она напрочь не помнила. – Алекс, ты там как, живой? – поинтересовалась она. – Ну, как тебе сказать, – пробормотал парень, лежавший поперек дивана у нее в ногах, – я мертв уже столетий эдак одиннадцать с половиной. – Отлично, звук есть, язвить можешь, значит все нормально. – Я не язвлю, я констатирую факт, – страдальчески простонал Александр и положил ладонь себе на лоб. Через несколько секунд его лицо приобрело нормальное выражение и он, наконец, открыл глаза. – Ползи, давай, сюда. Гелла послушно выполнила указание и переместилась поближе для того, чтобы ладонь парня с громким шлепком упала ей на лоб. Девушка недовольно зашипела, но спустя мгновение ее возмущение исчезло вместе с головной болью. – Черт, как ты это делаешь? – Это покрытая мраком тайна, которую ты узнаешь лишь после смерти! – сказал Александр, скорчив страшную рожу и, что примечательно, ничуть при этом не покривив душой. Гелла, поняв, что ничего более конкретного все равно не услышит, опустила расспросы, задумавшись о проблемах насущных. – Как мы дома оказались? – Ты заснула, и я взял на себя смелость отнести тебя домой, а двери ключами открыл. Удобно, знаешь ли, когда на домофоне написаны фамилии всех жильцов поквартирно. – Ничего себе ты наглый какой, – удивленно присвистнула она, не чувствуя, впрочем, никакой злости. Есть будешь? В наличии имеются бутерброды с колбасой и сыром. – Даже не знаю, работа не ждет, скоро моя смена начнется, – хмыкнул Алекс, – хотя, от бутерброда я бы не отказался. – В таком случае, тебе прямая дорога на кухню, а я пойду, искупаюсь, пожалуй. Подождешь минут пять? – Ну разве что только пять, – ответил юноша и, встав с дивана, отправился на кухню. Гелла же пошла в ванную, безуспешно пытаясь вспомнить, где же она слышала эту фразу «работа не ждет». Как ни странно, память снова подсунула кукиш. Уже в который раз за несколько дней она оставила безнадежные попытки призвать свой мозг к ответственности и, быстро искупавшись, пошла на кухню. Алекса не было, только на столе стояли чашка с горячим шоколадом и тарелка с разогретыми бутербродами. На подносе возле мойки обнаружилась еще одна чашка, вымытая и оставленная сушиться. Гелла хмыкнула и, прихватив горячий шоколад с бутербродом, прошлась по квартире. Пусто, только рыбки в аквариуме. Входная дверь тоже была закрыта и создавалось впечатление, что тут никого кроме нее не было, но вымытая чашка, никуда не исчезнув, стояла на кухне, а по квартире витал стойкий запах мужского одеколона. – В окно ты, что ли выпрыгнул? – задумчиво пробормотала она. Конечно, выбраться с третьего этажа на улицу было вполне реально, спустившись по газовой трубе и спрыгнув на крышу подъезда, но это сулило такой повышенный травматизм, что лучше и не пытаться. Решив пока не вникать в суть странного исчезновения своего нового знакомого, она быстро позавтракала и поехала в больницу. – Как его состояние? – Пациент скорее жив, чем мертв, – ответила врач, – но вот очнется ли он, это большой вопрос. У меня иногда такое чувство, что его сознание где-то бродит, совершенно забыв о своих прямых обязанностях. Потому что по всем признакам, ему бы положено в себя прийти. – Не исключено, – хохотнула в ответ Гелла. – А кто-нибудь еще кроме меня интересовался его здоровьем? – А как же, тетя вот приходила. В документах базы2 сказано, что его родители погибли и живет он с тетей. – М-м-м-м, даже так. – Кстати, она, кажется, еще даже здесь, – сказала врач, – по крайней мере, минут пятнадцать назад еще была. – Понятно, спасибо большое, – кивнула она и направилась в нужную палату. Там действительно сидела невысокая худая женщина лет сорока, отдаленно напоминающая Стефана, и вид у нее был на редкость печальный. При появлении Геллы она резко встрепенулась и подозрительно уставилась на нежданную гостью. – Добрый день, я Гелла. Я привезла его сюда, когда случилась авария, – начала разговор девушка, – а вы тетя Стефана? – Да, тетя, – ответила женщина, немного расслабившись. – А ты знакома с моим племянником? Вряд ли случайный прохожий стал бы так интересоваться здоровьем постороннего человека. Гелла в ответ на это заявление издала неопределенный смешок, но все же сказала: – Мы знакомы более или менее… я подруга его подруги, мы пересекались несколько раз. – Какой еще подруги? – снова насторожилась собеседница. – Олеси, что ли? – Какой еще Олеси? – вопросом на вопрос ответила Гелла. – Мою подругу Юля зовут. – Уверена? – Вполне. А что такое, кто эта Олеся? – Лисецкая, – неохотно ответила женщина. – Та самая, которая Дмитриевна? – Да. – Вот оно что, – задумчиво хмыкнула Гелла. – Что ж, раз со Стефаном все стабильно, я буду вынуждена вас покинуть, приятно было познакомиться. – Взаимно. – Всего доброго. С этими словами Гелла быстро вышла и направилась в рейд по магазинам, вызвонив предварительно Данила. – Привет, моя боевая подруга, что хотела? – И тебе не хворать, – ответила она, – мне уже нужна твоя помощь. – Быстро ты, – хохотнул в трубку Данил. – И что конкретно тебе нужно? – Полазить по сетям, почитать про одну личность, – сказал Гелла дежурную фразу, которая означала необходимость подключения хакреских талантов друга. – Что за личность такая, что про нее читать нужно? – Олеся Лисецкая. – Которая Дмитриевна? – Которая Дмитриевна. – Ого, – присвистнул Данил, – чувствую, как запахло жареным. – Та да, я тоже не в восторге, но что поделать. – Ладно, что-нибудь посмотрю. – Спасибо, до встречи. Стоило ей повесить трубку, как телефон вновь зазвонил. Увидев номер абонента, Гелла глубоко вздохнула и, взяв трубку, сказала: – Привет, пап. – Привет, Гелла. Ничего не хочешь мне рассказать? – Например? – уточнила на всякий случай девушка. – Например, о каком-то парне, который лежит у нас на попечении больницы. – Я не успела тебе рассказать, – помялась девушка. Все-таки главврач заложила ее отцу, хотя она хотела сказать ему сама и не сразу. Хорошо хоть успела с его тетей познакомиться, а то совсем неловко вышло бы. В конце концов, Гелла ничего не знала об этом парне. Объяснить, что девушка помогает ему, потому что он стал призраком при жизни, донимающим ее подругу, было немного сложновато. – Его зовут Стефан, он парень Юли. Они попали в ДТП, и он очень пострадал. Я попросила, чтобы его определили на содержание больницы на некоторое время, потому что у семьи Стефа сейчас тяжело с деньгами. Как только его тетя найдет деньги для лечения, они все оплатят, она уже занялась этим вопросом. – Ладно, делай, как считаешь нужным, если уверена в этих людях, но впредь сообщай мне сразу о таких происшествиях. – Хорошо, пап. Когда вы возвращаетесь? – Конференцию продлили на неделю, так что будем еще не скоро. – Понятно, что ж, передавай маме привет. – Звони, если что случится. – Будет сделано! – весело воскликнула в трубку девушка. Гелла тряхнула головой, отгоняя воспоминания, и спросила: – А что ты так сильно от меня хотела? – Да с нами такое случилось, пока ты там развлекалась! – воскликнула Юля. Она вкратце поведала о произошедшем с ней и Стефаном, на что Гелла лишь озабоченно вздохнула: – Да уж, все причудливей и причудливей. Хотя меня больше интересует, когда Стефан собирался нам рассказать, за кем мы должны гоняться. Я тут вчера случайно в больнице на его тетю наткнулась, и она мне поведала имечко одно, так вот я хочу подробностей. Когда подробности были услышаны, она лишь закатила глаза и задумчиво поинтересовалась, доставая из рюкзака пару шоколадных конфет: – Интересно, если я сейчас позвоню в больницу, с какой вероятностью мне скажут о крайней степени сотрясения мозга у пострадавшего? – Что? – не понял Стефан, но Гелла его, естественно, не услышала, и продолжила. – Я даже представить себе не могу причину, по которой мы должны тебе помогать. Две унылые сотрудницы сервис-бюро ищут компромат на наркобарона, это даже звучит смешно. Тебя Лисецкий переехал большим страшным внедорожником, потому что решил своеобразно наказать воришку, и вот просто интересно, что он сделает с нами за жалкие попытки уличить его в незаконных действиях? Или ты хочешь, чтобы мы присоединились к тебе, создав приятненькую такую загробную компанию? – Мне больше некого просить, – горестно воскликнул призрак. – Я хочу найти хотя бы маленькую зацепку, которую можно было бы отдать в Департамент, что угодно, чтобы поспособствовать уничтожению этого козла. – Ладно, идем в офис, мне надо удобно сесть и хорошенько подумать. Но, не могу не заметить, что в случае успеха, наш душеблудный друг с нами не расплатится, – сказала Гелла, услышав «озвучку». Едва зайдя в офис, она уселась на свое место и, подперев голову рукой, уставилась вмиг остекленевшими глазами в никуда. Со стороны иногда возникало впечатление, что она застывшая статуя, но периодически моргающие веки немного сглаживали жуткое наваждение. В голове у Юлиной подруги явно тикали какие-то часы, так как она всегда с точностью до трех минут могла сказать, сколько сейчас времени и, если говорила, что пробудет в размышлениях пол часа, то впадала в свое загадочное оцепенение ровно на пол часа. В этот раз она пробыла в параллельных вселенных минут двадцать. Очнувшись, девушка потрусила головой и украдкой потянулась, разминая затекшие конечности. – Ну что, – шепнула Юля, – яви миру гениальную мысль. – Мне нужен Женек, – констатировала она. – Зачем? – Потом, все потом, – ответила Гелла и, прихватив свой старенький черно-белый телефон, из тех, с которыми уважающая себя молодежь не ходила в принципе, вышла из офиса. Набрав Данила, она выслушала несколько гудков, а затем трубку, наконец, подняли. – Привет, ты по делу или потрепаться? – Потрепаться по делу, – ответила Гелла. – Ты что-нибудь нашел про нашу новую подругу? – Да, полазил, почитал, немного, конечно, но может пригодиться. – Слушай, я тут размышляла только что и вспомнила, что видела какую-то статью, где говорилось вроде, что она поступила в тот же университет, что и наш Евгений, мне не показалось? – Нет, не показалось, все так. А что ты хочешь? – Хочу попросить его пройтись мимо нее пару тройку раз и посмотреть вживую, что она из себя представляет. Интернет интернетом, но живое впечатление все-таки лучше. – Главное, пусть на глаза ей не попадается, эта Лисецкая та еще штучка, ее призрачный ныне парень подсунул нам настоящий геморрой. – Это уж точно. Но раз уж пообещали, придется помочь, к тому же Стефан настолько настырный, что попросту съест Юльке мозг, если мы ничего не попытаемся сделать. Ладно, сейчас свяжусь с Женьком, хочу встретиться с ним после работы, а потом сразу к тебе отправлюсь, расскажешь, что нарыл. – Хорошо, до встречи. * * * – Машина зафиксировала разговор, связанный с объектами наблюдения, степень подозрительности составляет восемьдесят восемь целых четыре десятых процента, какие будут указания? Коренастый мужчина лет пятидесяти с абсолютно незапоминающимся лицом почесал седеющий висок и ответил: – Пока что найти и проследить. Оперативник кивнул и быстро вышел из кабинета. * * * Гудки шли довольно долго, прежде чем сонный мужской голос по ту сторону трубки недовольно пробухтел: – Алло, Гелла, я тебя ненавижу. – Хватит спать, Женек, у меня к тебе дело, – усмехнулась девушка. – Молчала бы. Я, знаете ли, не обладаю компьютером вместо мозгов и, чтобы писать тяжелые курсовые, мне нужно много учиться, а потом много спать. – Ты превращаешься в нудного старикашку, прекращай мне это. Мы можем встретиться сегодня? Дело есть. – Что за дело такое? – спросил Женя. – Не по телефону, ладно? – В неприятности, что ли, влипла? – вздохнул собеседник. – Ну, пока вроде нет, – ответила Гелла. – Ладно уж, давай в пол шестого возле фонтана, нормально так будет? – Вообще отлично, мы как раз сегодня раньше с работы уходим. – Тогда пока, пойду восстанавливать свой нарушенный сон. – Ага, восстанавливай, – засмеялась она, – пока. Вернувшись в офис, Гелла быстро подсела к подруге и сказала: – Стеф сейчас тут? – Куда он денется? – уныло ответила Юля. – А вот мы его сейчас и денем. Вечером у меня встреча с Женьком, но перед этим нашему другу придется немного поработать. – В каком смысле? – Лисецкий опасный человек, любой интерес к его личности и семье строго контролируется, так что не исключено, что в ближайшее время к нам заявятся представители Департамента, желая узнать, чем этот самый интерес у нас обоснован. И хорошо было бы дать им какую-нибудь информацию. Вполне возможно, этого будет достаточно, чтобы они, наконец, за него взялись. Так что сейчас Стефан отправится домой к Лисецкому и попытается выяснить что-нибудь полезное. – Неожиданно, – хмыкнул призрак, – хотя и логики не лишено. Но почему именно сейчас? – Потому что так говорит мое чутье, – ответила Гелла, когда Юля повторила его слова. Стефан решил не оспаривать идею девушки и, пообещав вернуться к окончанию рабочего дня, ушел. Оставшееся время прошло на редкость скучно. Юля пыталась вникать в работу, Гелла трудилась, периодически прерываясь на прочтение художественной литературы, и ничего не происходило. Юля была вне себя от радости, потешившись на время мыслью, что все встало на круги своя. Но, к ее сожалению, это было не так. Ближе к концу дня вернулся Стефан. Призрак был на редкость возбужден и немедленно потребовал себе все внимание. Девушки вышли в коридор, и он тут же восхищенно воскликнул: – Я понятия не имею, что у тебя за чутье такое, но оно работает! Я узнал то, что действительно может быть важным для Департамента. – Что именно? – Через неделю к Лисецкому приезжает его бухгалтер, Вадим. Он ведет все его дела, и те, которые связаны с его незаконной деятельностью, тоже. Если Департамент сможет как-то подслушать их разговоры, то у них появится достаточно доказательств для его задержания. – Все это, конечно, замечательно, – сказала Гелла, стоило Юле все озвучить, – но почему ты думаешь, что они и так не в курсе? – Департамент не может уже который год прищучить Лисецкого потому что не имеет даже самой маленькой лазейки к нему домой. Его дом – неприступная крепость, все люди, появляющиеся в жизни семьи, тщательно проверяются, здание защищено от любой прослушки, а охраны там целый гарнизон. Система безопасности там тоже на высоте и постоянно обновляется, поэтому выяснить что-нибудь действительно важное нет никакой возможности. – Вот оно что… А ты как волшебный ключ, открывающий нам полный доступ. – И что нам теперь делать? – спросила Юля. – Ничего. Ждать и, если вдруг появятся сотрудники Департамента, всячески им посодействовать. Нужно только придумать правдоподобное объяснение наших знаний, а то сказать, что мы разжились такими сведениями благодаря призраку, будет уже чересчур. – Но что мы можем им сказать? – Что ты моя девушка, например. И что я рассказал тебе обо всем, потому что понял, что мне хотят преподать урок, который может быть не вполне совместим с жизнью, – неожиданно предложил Стефан. – Но я же не твоя девушка, – растерянно заявила Юля, даже забыв озвучить слова призрака подруге. – И что с того? – А это отличная мысль, – быстро поняла, о чем речь, Гелла. – Таким образом мы сможем объяснить, почему Юлька вообще в курсе происходящего. – Я смотрю, вы уже почти телепатически общаетесь, может я вам и не нужна тогда? – обреченно вздохнула девушка. Посовещавшись еще немного, они разошлись по своим рабочим местам, поджидая близившийся конец рабочего времени. Призрак куда-то ушел и занял место у Юлиной левой руки лишь, когда они собрались уходить. Гелла впала в тяжелую задумчивость и Юле казалось, будто она слышит скрип шестеренок у нее в голове. Она была очень благодарна подруге за помощь, но, когда та заявила, что ее собственное отражение только что ей подмигнуло, подумала, что ей все-таки стоит бросить это дело и хорошенько выспаться. Отведя девушку подальше от зеркала в холле, она с тревогой в голосе сказала: – Гель, расслабься, это переутомление уже пошло. Ты, похоже, перенервничала из-за всей этой сверхъестественной чертовщины, вот тебе и мерещится невесть что. – Мне даже, когда я пьяная, редко что мерещится, – недовольно ответила девушка, но свое мнение по этому поводу оставила при себе, зная, что Юля просто ненавидит такие вещи. Ей были чужды приключения, стремление к неизвестному и любовь к необъяснимому. Она любила тихую размеренную жизнь, которая была проста и понятна, как день, не подсовывала кучу невообразимых загадок и не требовала их скорейшего разрешения. Именно поэтому Гелла была уверена в том, что ее подруга не сможет помочь призраку, который так неожиданно появился в их жизни. Именно поэтому она не подняла ее на смех в кафе, едва услышав такую историю. Юля скорей бы прыгнула с парашютом, переборов свой извечный страх высоты, чем стала бы сочинять подобные небылицы. На улице светило яркое весеннее солнце. Оно беззлобно смеялось над людьми и призраками, заставляя их щуриться, прикрывать глаза руками и искать защиты в спасительном теньке. Юля блаженно потянулась и позвала подругу: – Слушай, Гелька, может, закатимся куда-нибудь, съедим по мороженке, перед тем как ты с Женей встречаться пойдешь? Однако Гелла ее не услышала. Замерев, девушка наблюдала, как чуть поодаль мимо проходит высокий брюнет с завязанными в хвост вьющимися волосами. Не обращая внимания на Юлю, она сбежала по ступенькам и, всмотревшись в спину удаляющегося парня, окликнула его: – Алекс? Молодой человек остановился и, не торопясь, оглянулся. Улыбнувшись беззаботной улыбкой, резко контрастировавшей с серьезным взглядом синих глаз, он помахал в ответ рукой и пошел навстречу Гелле. – Это она с ним, что ли, алконафтила в субботу? – заинтригованно спросила Юля. – Надо же, красавец какой. – Ага, даже мне глаза слепит, такой красивый, – согласился с девушкой Стефан, и они пошли поближе, наблюдая, как Гелла в два счета преодолевает разделявшее их с парнем расстояние. Первым делом, она задала вопрос, не дававший ей покоя все это время. – Как ты выбрался из квартиры? – И тебе привет, – улыбнулся Александр. – Ты что, какой-то супер – крутой взломщик? – не отставала девушка. – Нет, я просто торопился на работу, поэтому вылез через окно. – Это что же за работа такая, ради которой ты в окно полез, хотя обещал меня подождать? – Ты сказала, чтобы я подождал пять минут, а тебя не было как минимум шесть с половиной, – делано возмутился парень. – Это не повод выпрыгивать из окон, ты ведь убиться мог, – воскликнула Гелла. – Ну, прыжок из окна вряд ли меня убьет, а вот наш Шеф опозданий ой как не любит. Стефан присвистнул: – Вылезти из окна третьего этажа, чтобы не опоздать на работу? Вот это трудоголик. Давненько я таких уникумов не видел. – Да, пожалуй, я слегка переборщил с пагубным влиянием на неокрепший ум, – задумчиво почесал затылок Александр, будто бы услышав слова призрака, и обратился к Гелле, – с другой стороны, так интереснее. – Это уж точно, – хохотнула она. – А ты, собственно, что здесь делаешь? – У меня смена в этом районе вот-вот начнется, нужно человека одного встретить. – Возле моей работы? Вот уж совпадение так совпадение. – Да ладно тебе, – засмеялся Алекс. – Просто так получилось. Куда бы я ни пошел, везде ты. Как дела? – Все в порядке, как видишь, хотя, несмотря на твое магическое умение снимать головную боль, лучше мне не употреблять сидр в таких количествах, как в субботу. – Так и спиться недолго, – сказал Стефан, справедливо полагая, что кроме Юли его никто не слышит. Припомнив, сколько выпила ошеломленная новостью о существовании призрака девушка, он нисколько не сомневался, что голова у нее просто обязана была раскалываться. – Да, такими темпами станем законченными алкоголиками, – ответил Алекс, и до призрака не сразу дошло, что он мог сказать это как в ответ Гелле, так и ему, ровно, как и фразу в начале диалога. А когда дошло, он удивленно воскликнул: – Погоди, ты меня что, тоже видишь? Однако загадочный молодой человек проигнорировал его вопрос, лишь сказав Гелле: – Ладно, пожалуй, мне пора идти, рад был тебя увидеть. – Слушай, давай, что ли, хоть номерами обменяемся, – предложила девушка, шаря по карманам в поисках телефона. – У меня нет телефона. Но ты не волнуйся, я найду тебя, когда понадобится. – Эм-м-м, ну как скажешь, – озадаченно ответила она, размышляя о том, что у кого это в век технологий нет телефона. – Тогда до встречи. Гелла с задумчиво наблюдала, как уходит ее таинственный знакомый, странно обходя пустоту возле ее подруги, как его силуэт скрывается за углом улицы, и думала о том, где она все-таки могла его встречать. Он казался смутно знакомым: его имя, его лицо и поведение, абсолютно все. Создавалось впечатление, что всем его странностями есть объяснение, которое она в состоянии воспринять, более того, которое она уже однажды слышала, однако память снова показала язык и напрочь отказалась сотрудничать. Стефан тоже смотрел на уходящего парня, но скорей, с удивлением и некоторым опасением. Он наконец-то понял, что не так с этим человеком, который так технично обошел то место, где стоял призрак, – он был как две капли воды похож на девушку, которая вместе с компаньоном спасла ему жизнь в знаменательную ночь встречи с акалетом. Девушку, которой не нужно было разрешение забрать его душу. – Юля, надо держаться от него подальше. – Что? Почему? Что такое? – недоуменно спросила та. – Мне кажется, он не человек и может быть опасен. – Слышишь, Гелла, Стефан говорит, что твой новый друг опасный нечеловек. – Ну, пьет он, как простой смертный, – хохотнула Юлина подруга, – однако странности налицо. Но думаю, он не доставит нам никаких неприятностей. – В тебе говорят гормоны, – недовольно буркнул призрак. Юля повторила. – Во мне говорит чутье, а оно никогда не подводит, – ответила Гелла. – Ладно, народ, мне пора на мою деловую встречу. С этими словами она развернулась и ушла, оставив подругу наедине с призраком. Юля лишь грустно вздохнула, ее такое общество ни много, ни мало тяготило. Стефан, глядя на ее понурое лицо, решил не настаивать на светской беседе и задумался о своем. Спустя час Гелла сидела в парке на парапете фонтана, ожидая встречи. На шершавые плиты, нагретые теплым весенним солнцем, то и дело падали прохладные брызги, привнося легкую волну свежести в окружающую духоту. Обстановка была столь тихой и умиротворяющей, что девушка на какое-то время забыла обо всем, просто наблюдая за брызгами фонтана и проветривая забитую последними событиями голову. В действительность она вернулась только тогда, когда человек, которого она ожидала, щелкнул ее по уху. Это был крепко сбитый невысокий брюнет с карими глазами. Лицо у него было довольно уставшее, а под глазами залегли темные круги. – Здоров, ведьма, – сказал он, усаживаясь рядом с подругой. – Женек, если ты будешь называть ведьмой каждую девушку, которая не вовремя тебя разбудит, ты навсегда останешься скучным холостяком, – с иронией заметила Гелла. – Ладно, давай уже ближе к делу, – сказал Женя, – а то мне еще в универ по делам ехать. Я так понял, у тебя какие-то неприятности? – Что-то вроде того, – ответила девушка и вкратце поведала ему о своих планах. * * * – Докладываю, объект номер один найден, слежка начата, объект номер два найден, к нему выехали. – Принято. * * * – Мда, задачка вроде не сложная, но вот подробности как-то настораживают, – ответил Женя после недолгих размышлений. – Поэтому я и прошу только подсмотреть немного, – ответила девушка, – просто пройдись мимо пару-тройку раз, посмотри, как она себя ведет, на каких парней смотрит. Данил нарыл немного информации, но в сети никогда не бывает всего. Я б и сама пошла, но уж больно у меня внешность броская, не хочу светиться раньше времени. – Ладно, так и быть, помогу, но с тебя пиво. И знакомиться с ней тоже не буду, мне еще шкура дорога. – И не надо, думаю, мне и так хватит, – задумчиво пробормотала Гелла. – Сообщишь тогда что да как. – Я бы на твоем месте многого не ждал бы от этой затеи, – сказал юноша, поднимаясь. – Да я и не жду. Чуть-чуть здесь, чуть-чуть там и мой план готов. – Как знаешь. До встречи. – Да, пока. По пути к Данилу Геллу не покидало неприятное ощущение, что за ней следят. Решив проверить свои подозрения, она зашла в ближайший буфет и, купив чай с пирожным, уставилась в окно, стараясь незаметно разглядеть возможный хвост. К ее сожалению, таковой вскоре обнаружился. Неприметный на первый взгляд мужчинка в очках и костюме все время, пока Гелла пила чай, изображал какой-то невероятно важный разговор по телефону. Стоя на остановке, он, увлеченный своим занятием, не раз пропустил все маршрутки и автобусы, которые там вообще останавливались. – Что-то мои предположения насчет Департамента сбываются с неприличной скоростью, – подумала она. – Ладно, придется общаться, раз такое дело. Девушка залпом допила чай и, закинув в рот последний кусочек пирожного, вышла на улицу. * * * – Я прибыл, – сказал Александр, заходя в кабинет. – Хорошо, – ответил Шеф, откидываясь в кресле и сцепляя в замок худые тонкие пальцы. – У меня для тебя новость есть. – Какая именно? – В твоем городе началось еще одно Испытание, так что будешь курировать и его. – Еще один потенциальный жнец? – удивился парень. – И кто же это? Не многовато ли мне будет, сразу за двоими следить? – Я уверен, тебе это не составит труда, – уголками губ улыбнулся мужчина. – Наш новый кандидат – Саманов Данил Андреевич, лучший друг твоей подопечной и Испытание у них одно на двоих. – Ого, неожиданно, – задумчиво произнес Алекс, – а запоздание в несколько дней, стало быть, потому, что в Геллыном Испытании никаких особых событий не происходило? – Вроде того. Оно никак не касалось этого молодого человека, пока девушка не перешла к активным действиям. Теперь же, когда она начала разнюхивать все направо и налево, Данил Андреевич оказался втянут в эти дела по самые уши, что и раскрыло его потенциал. – Ну что ж, если они пройдут Испытание, это будет весьма удачно для нас всех. – О да, последним, кто пополнил наши ряды, был Роман, и это было двести восемьдесят лет назад, – ответил Шеф. – Так что будь добр, проследи за ними обоими. * * * Оперативник вот уже два с половиной часа вел слежку за объектом и теперь решительно не понимал, куда делась девчонка. Еще пару минут назад ее яркая майка мозолила ему глаза, значительно облегчая слежку, и вот, она куда-то исчезла, неожиданно свернув в парк развлечений. К слову говоря, следить за ней было достаточно утомительно. После встречи с другом, направлявшаяся домой девушка неожиданно передумала и поехала в центр города, обойдя там добрую половину всех имеющихся магазинов. Впечатление создавалось такое, будто она решила разом сменить весь свой гардероб, с каждым выходом из бутика обзаводясь очередным цветным пакетом с вещами. Оперативнику, чтобы оставаться незамеченным пришлось выпить столько кофе в близлежащих забегаловках, что каждый шаг отдавался неприятным бульканьем в желудке. В некотором замешательстве он пошел туда, где пропала цель, намереваясь догнать ее где-то в парке. Найти ее нужно было во что бы то ни стало хотя бы потому, что в отделе его потом просто засмеют. Это же каким раззявой нужно быть, чтобы упустить из виду молодую девушку. Сосредоточившись на поставленной задаче, оперативник направился вперед, однако его тут же окликнул мужской голос: – Добрый день. Можете предъявить документы? Оперативник поднял взгляд на человека, отвлекающего его от поисков девчонки, и увидел приближающегося охранника парка. Неподалеку от него стояла и пропажа, с каменным лицом наблюдая за происходящим. Солнце, периодически пробивавшееся сквозь листву деревьев, падало ей на волосы и озаряло их рыжими сполохами, придавая девушке необычный вид. Мужчина краем сознания отметил выгодность позиции, на которой разместилась девчонка, вздумай он открыть огонь, она бы тут же спряталась за сторожевым постом и ретировалась в глубь парка. – Департамент внутренних расследований города. Оперативный агент тридцать два ноль пять Елисеев Егор Валерьевич, – он достал из кармана ксиву и протянул охраннику так, чтобы беглянке тоже было видно. Несмотря ни на что, она поступила на редкость логично. Раз уж заметила слежку, то что еще остается нормальной девушке, кроме как найти ближайший пункт охраны в общественном месте? Непонятно только, какого черта такая тихая и общественно сознательная девчонка разнюхивает то, чего разнюхивать не стоит. – Не знаю, что происходит, но вы напугали эту девушку. Она решила, что вы шпионите за ней, – сказал охранник, возвращая ему документы. – Я действительно за ней следил, но это касается дела, вопрос безопасности этой особы, я бы даже сказал. – Слышали, леди? Вам не о чем беспокоиться, это сотрудник Департамента. – Слышала, – кивнула она, переминаясь с ноги на ногу, – но вы уверены, что его документы подлинные? – Вот же дотошная девчонка, – пробормотал Егор и, приложив руку к встроенному в специальный наушник микрофону, произнес: – перешлите на ее телефон необходимую для подтверждения моего статуса информацию. Спустя секунду она, не отрывая от него взгляд, достала из карманов джинсов древний черно-белый телефон и с легким удивлением произнесла: – Вы мне прислали пустое сообщение? – Что? – изумился оперативник. – Кто в наше время пользуется черно-белыми телефонами? – Полагаю, я. Но специфическая кодировка номера все же подтверждает вашу принадлежность к Департаменту. Я ведь правильно понимаю, это тот самый номер, с которого дозваниваются преступникам на выключенные телефоны, и который за все время существования Департамента ни разу не удалось взломать или подделать? – Да, это он. – В таком случае, мне хотелось бы знать, что произошло, я нарушила какой-то закон? – Нет, девушка, вы ничего не нарушали, однако я настоятельно прошу вас проследовать со мной в главное отделение Департамента. – На каких основаниях? – спросила она и от ее абсолютно ничего не выражающего взгляда разноцветных глаз у Егора заныли зубы. Слишком подозрительных для нынешнего спокойного времени людей он не любил, сразу складывалось впечатление, что им есть что скрывать. Хотя в некотором роде так оно и было. – Ваше имя и имя еще одного человека всплыло в ходе расследования, подробности которого я не имею права разглашать. За вами в целях сбора дополнительных сведений и для вашей же безопасности была установлена слежка, но так как я был раскрыт, мое руководство приняло решение прояснить ситуацию. Поэтому я прошу вас пройти со мной для дачи показаний, после этого вас отпустят заниматься своими делами. – Что ж, в таком случае пойдемте, дадим показания. Но для начала мне нужно позвонить, если не возражаете. – Это еще зачем? – Если я все правильно поняла, то этим звонком я вам только работы убавлю и процесс ускорю. Вам же не охота гоняться по половине города за моим другом? – Ладно уж, звони, – обреченно махнул рукой мужчина, понимая, что секретность их операции только что была беспощадно уничтожена чересчур смекалистой девчонкой, быстро сложившей, что к чему. Она набрала нужный номер, прошло несколько гудков, а затем в трубке раздался голос: – Где тебя носит, Гелла? – Сейчас к тебе в двери позвонят представители Департамента и попросят поехать с ними, не отказывайся, встретимся уже там. – Живыми мы оттуда уйдем? – насмешливо поинтересовался Данил, оставив расспросы на потом. – Я очень на это надеюсь, – ответила Гелла и положила трубку. Через пятнадцать минут к главному отделению Департамента подъехали две машины. Выйдя Данил, быстро подошел к своей подруге и поинтересовался: – Все нормально? – А у самого-то? – насмешливо ответила девушка. – Я в порядке, не переживай. – Что мы здесь делаем? – Даем показания, – сказала Гелла, поднимаясь по ступенькам к входу. Их провели через половину здания к допросным и уже собирались развести по разным комнатам, но она не дала этого сделать. – Раз это не допрос с пристрастием, мы были бы признательны, если вы позволите остаться нам вместе. Егор, недовольно поморщился, но кивнул двум провожатым и молодых людей пригласили в комнату для допросов. Откажись он, и принятая дружелюбная стратегия могла пойти коту под хвост, а этого допускать было никак нельзя. Сам оперативник зашел в соседнюю дверь, чтобы следить за ходом допроса, который Виталий Петрович, его непосредственный начальник, решил провести лично. Ждать его появления пришлось минут пять, это должно было немного потомить их гостей. Затем мужчина стремительно вошел в допросную и коротко представился: – Меня зовут Виталий Петрович, вы здесь по моей просьбе. – Здравствуйте, Виталий Петрович, – стройным хором ответили молодые люди, будто тренировали это приветствие всю дорогу до Департамента. – Полагаю, вы догадались, по какой именно причине вы здесь находитесь? – Полагаем, да, – ответила Гелла, – но уточнить все же хотелось бы. – Фамилия Лисецкий вам о чем-нибудь говорит? – спросил мужчина, наблюдая за их реакцией. Они были напряжены, и собраны, но страха не ощущалось. А девушка так и вовсе периодически впивалась взглядом в свое отражение в зеркале допросной, будто видела его впервые в жизни. Дождавшись согласного кивка, он продолжил: – Что ж, в таком случае, вам, я думаю, известны также слухи об этом человеке и его репутация. – Один из последних наркобаронов, которого вот уже какой год не могут посадить из-за недостатка прямых улик, – ответил Данил. – Некоторые считают его позором Департамента. – Вы правы, юноша. Мы пытаемся привести Лисецкого к ответственности уже семь лет, однако безуспешно. Он не оставляет следов и все свои операции осуществляет через подставных лиц. Несколько месяцев назад он запустил на рынок новый вид наркотиков, от которого люди теряют рассудок в кратчайшие сроки. Криминогенный фактор рвется к предельным отметкам, несмотря на все старания снизить уровень преступности. И вот, мне интересно, зачем двум молодым людям понадобилось так тщательно разнюхивать подробности личной жизни этого вне всяких сомнений опасного человека и его дочери. – Этот человек предположительно виновен в несчастье, случившемся с одним моим знакомым, – сказала девушка, вперив в мужчину холодный взгляд. Конечно, таким бывалым служителя закона было не пронять, но он не смог не отметить странность этого взгляда, некоторую нечеловечность даже. – Можно поподробнее? – учтиво спросил он, придерживаясь выбранной тактики и стараясь вести себя максимально вежливо и внимательно, дабы ребята почувствовали, что их воспринимают, как равных и стали более открыто говорить. – Возможно, вы слышали о несчастном случае на улице Правды восемьдесят пять дробь два, возле офисных зданий пару дней назад? – поинтересовалась Гелла и, в ответ на отрицательный жест головой, продолжила: – В ближайшем отделении Департамента есть мое заявление с подробным описанием произошедшего. Но, если в трех словах, черный внедорожник с тонированными стеклами без номеров более чем намеренно сбил парня моей подруги. Он же незадолго до этого имел глупость встречаться с Олесей Лисецкой, и они не слишком хорошо расстались. – Хм… интересно, – задумался Виталий Петрович. Это могло быть пустышкой, а могло и послужить толчком к стоящему столько времени на месте расследованию. – И как же зовут пострадавшего парня? – Кириленко Стефан, – ответила Гелла и снова впилась взглядом в зеркало. Лицо у нее при этом было такое, будто она, по меньшей мере, тот свет увидела, однако это выражение вновь сменилось непробиваемым спокойствием спустя пару секунд. – Если вас беспокоит, есть ли кто-то за стеклом, – по-своему понял поведение девушки Виталий, – то там находится уже знакомый вам Егор Валерьевич. – А, понятно, – меланхоличным тоном произнесла Гелла, всем своим видом показывая, что иного ответа она и не ожидала услышать. – Вернемся к нашей теме, я приблизительно понял, что происходит, но все-таки хотелось бы услышать оставшуюся часть от вас. – Собственно, это все, что побудило нас интересоваться Лисецким. Незадолго до этой аварии Стефан попросил нас принять меры, если с ним что-нибудь случится, и мы по мере возможностей пытаемся выполнить его просьбу. – Влезая в дело, с которым даже мы разобраться не можем? Что вы вообще можете сделать? Лисецкий убьет вас, едва узнает о вашем существовании. – Мы полезли в него потому, что перед аварией Стефан кое-что рассказал моей подруге. Пока он встречался с Лисецкой, неоднократно бывал у них дома, он знал план здания, количество и местоположение охраны и дежурных. Корме того, он случайно услышал кое-какую важную информацию, которая могла бы пригодиться вам. Внезапно их разговор прервал вошедший сотрудник Департамента. Он передал Виталию Петровичу две небольшие папки и тут же ушел. Мужчина внимательно изучил их содержимое, после чего внимательно посмотрел на своих собеседников. – Никаких отличий в учебе, работе или какой-либо общественной деятельности. Абсолютно неприметные молодые люди, которые неожиданно ввязываются в далеко непростую переделку. Ни один человек в здравом уме не стал бы подобного делать, а вы не просто начали, но еще и уверены в своем успехе. И вот у меня возникает логичный вопрос, с чего это вдруг? – Обещания нужно выполнять, – равнодушно ответила Гелла. – Вам когда-нибудь предлагали работу в Департаменте? – неожиданно сменил тему мужчина. – Нет, – даже глазом не моргнув, сказал Данил. – Мы не подходим под программу «исключительный интеллект». Уровень способностей не тот. – Если бы уровень был не тот, вы бы не полезли в то, что вам не по зубам. Программист и математик-аналитик, работающие у родственников и знакомых, которые могут вполне успешно скрывать ваши способности, я прав? – Вряд ли. – А если хорошо поискать? Департамент может выяснить почти все что угодно, докопаться до истины при должном старании не составит труда. А ведь для ваших родителей это подсудное дело. – Предположим. Но мы пришли сюда не для этого, – медленно произнесла Гелла и холодок в ее голосе стал более явным. – У нас есть информация, которая никогда не должна была покидать дом Лисецкого, и может быть крайне полезна в его поимке. – И что же за информация? – Давайте не будем торопиться. Учитывая ситуацию, нам хотелось бы иметь определенные гарантии того, что озвученное Вами не уйдет дальше этой комнаты. Мы взрослые самодостаточные люди и третировать наши семьи за то, чего уже не изменить, бесполезно, учитывая то, что вряд ли это предадут какой-либо огласке. – И чего же вы хотите? – слегка недовольно поинтересовался Виталий Петрович. Предусмотрительность девушки его слегка раздражала, ровно, как и то, что выудить всю известную им информацию сразу не получилось. – Договор. Нам нужен договор, который гарантирует, что после того как мы окажем вам необходимую помощь, вы навсегда забудете о нашем существовании. – Это зависит от того, что именно вы можете нам предложить. Что за сведения? – Например, о том, что скоро Лисецкий встречается с бухгалтером, который занимается теневой частью его бизнеса. Если вы сможете заполучить запись их разговора, это даст достаточно оснований для его задержания. – Вы в этом уверены? – спросил мужчина. Если они говорили правду, это действительно могло дать повод для активизации расследования. Дмитрий Лисецкий был скрытным и очень осторожным человеком. Узнать что-то, что он желал держать в секрете, особенно время встречи с такой важной фигурой как бухгалтер, было практически невозможно. – Абсолютно. Если бы мы не были уверены, то не стали вас беспокоить и тем более пытаться в одиночку туда лезть, – ответил Данил, внимательно глядя на собеседника. – Думаю, подобные сведения достаточно полезны, чтобы Вы смогли исполнить нашу небольшую просьбу. У нас есть все подробности: время, место, информация об охране. – Пожалуй, мне действительно нечем крыть, – неохотно согласился тот и Данил увидел, как на его лице мелькнула тень безысходности. – Есть что-то еще? – В каком смысле? – В прямом, – поддержала друга Гелла. – Прямо сейчас Вы пытаетесь что-то утаить. – Месяц назад у нас случилась неприятная ситуация, – помедлил Виталий Петрович. – Кое-кто слил Лисецкому информацию обо всех оперативных сотрудниках в городе и близлежащих областях. Центральное руководство велело нам разбираться самим и на замену никого не пришлют. Таким образом, оперативный штаб рассекречен и кого бы мы не послали к Лисецкому, он узнает. Данил и Гелла переглянулись и молча друг другу кивнули. Девушка провела пальцами по гладкой поверхности стола и медленно произнесла: – Вам удалось найти виновника инцидента? – Да, с этой стороны угроза полностью нейтрализована. – В таком случае, у нас есть еще одно предложение. Вы можете отправить к Лисецкому нас: Данила, меня и мою подругу, которая является девушкой Стефана по совместительству. Она располагает полной информацией и так как парень сейчас в коме, может быть крайне полезна. – Вы что, с ума сошли? Жить надоело? – опешил мужчина. – Нет, но это очень хорошее предложение, в том случае, конечно, если вы сможете обеспечить нашу дальнейшую безопасность. – Смочь, мы, положим, сможем, но я не вижу ничего хорошего в том, чтобы отправить в пасть к разъяренному льву троих сопляков, у которых молоко на губах не обсохло. Мне еще дорога моя голова и должность. – Нас никто не знает и никогда раньше не видел. Мы не оперативники Департамента и не будем узнаны, кроме того, мы можем изобразить испуг в достаточной степени, чтобы ни у кого не возникло сомнений в случайности нашего появления. А некоторым даже притворяться не придется. К тому же, вполне вероятно, что мы и без вас попытались бы туда сунуться и только нажили бы себе проблем со всех сторон. Да и если это поможет Департаменту забыть о нас и наших семьях, то я читаю это достаточной платой. Виталий Петрович задумался и молча ходил взад-вперед. Идея была бредовой и в то же время до простоты гениальной. Даже, несмотря на то, что у этих ребят не было ни малейшей подготовки, вероятность успеха все же существовала. Обладатели «исключительного интеллекта» любой направленности всегда отличались повышенной обучаемостью и подготовить их за короткий срок для операции было вполне реально. С другой стороны, если об этом узнает руководство, о почетном окончании службы и пенсии можно забыть. С третьей же, оставить в покое эту парочку было бы так же нежелательно. На этот счет в Департаменте существовали строгие правила – одаренные люди должны работать или на Департамент и имеющие разрешение Департамента организации научно-исследовательской и социальной направленности или ни на кого. – Ладно, – помедлив, произнес мужчина, – предположим, что я могу на это согласиться… – Тогда, учитывая неформальность обстановки с обеих сторон, мы настаиваем на заключении письменного договора, в котором будет указаны все подробности сделки. – Ага, особенно то, что вы сами вызвались принять участие в этой операции, – хмыкнул Виталий Петрович, которого абсолютно не устраивало то, что где-то по городу будут гулять документы, ставящие под угрозу его спокойный сон. Конечно, в случае чего, никаких роковых последствий обнародование этих документов не принесет, однако проблем прибавить может. Но раз уж они подняли этот вопрос, отказываться – себе хуже сделать. – Сейчас я возьму необходимые бланки, и составим договор. – Отлично, спасибо, – ответила Гелла, и мужчина покинул комнату, провожаемый ее странным взглядом. Едва за ним закрылась дверь, из соседнего помещения выскочил Егор и удивленно спросил: – Виталий Петрович, что все это значит? Вы действительно собрались привлекать гражданских к такой серьезной операции, да еще и их???!!! – Да, собираюсь. И центральному управлению совершенно необязательно об этом знать. Они сделают за нас всю работу и не вызовут ни малейших подозрений. Зайдут в дом Лисецкого, когда к нему придет его бухгалтер, услышат полезную нам информацию, а мы используем ее против этого ублюдка. – Но как вы сможете обеспечить их безопасность во время операции? Это ведь нереально. – Никак, – нехорошо усмехнулся Виталий. – Не наткнись мы на них, они бы сами туда полезли без шансов на успех. Я просто использую это. Если им удастся выйти оттуда живыми, так и быть, отпущу их на все четыре стороны. Если же нет, что более вероятно, воспользуемся этим, чтобы тут же повязать Лисецкого с бухгалтером, а их объявим несчастными жертвами жестокого убийцы. – Думаете, это сработает? Да и не очень хорошо так поступать, они ведь еще довольно молоды. – Поверь мне, все сработает. Запишем их в программу «ИИ»3, создадим прикрытие на всех уровнях, и все получится. А, учитывая влияние Департамента во всех структурах, в случае печального исхода, с нашей просьбы, никто не обратит внимания на мелкие нестыковки. Согласись, мы ловим Лисецкого уже семь лет и сейчас, когда появилась такая великолепная возможность с ним разделаться, грех упускать ее. К тому же, такие, как эти ребята, должны работать либо на Департамент, либо ни на кого, так что я не особо расстроюсь, если с ними что-то случится. Сам подумай, ведь, если не прибрать их к рукам, в один прекрасный день к ним могут прийти представители теневых структур и привлечь на свою сторону. А такие мозги на плохой службе только лишней мороки нам добавят. – И все равно, мне как-то не по себе. У меня ведь дочь такого возраста, как эта Гелла, а мы их фактически на смерть отправляем. – Твоя дочь лезет в опасные переделки с угрозой для жизни? – Ну нет, но… – А они лезут. Им этого хочется. Мы просто дадим им то, чего они хотят. К тому же, плачевный исход вовсе не обязателен, может эти пронырливым занозам повезет. – Но тогда вам придется их отпустить, – резонно заметил Егор. – Придется, но тут уж ничего не попишешь. Главное поймать Лисецкого, а остальное не так уж и важно, в конце концов, с людьми в жизни всякое случается, никто не застрахован от несчастных случаев. Мужчины свернули на лестницу и, спустившись на пару этажей ниже, разошлись по своим делам. Виталий Петрович направился в кабинет, где работали, как он любил говорить, специалисты по бумажной волоките. Однако стоило ему дойти до нужной двери, наполовину застекленной темным пуленепробиваемым стеклом, как за его спиной неожиданно возникла очень странно одетая девушка. На вид она была достаточно молода и до неприличия похожа на Геллу, но насколько сотруднику Департамента было известно, у той не было сестер, даже двоюродных. Виталий обернулся, желая узнать, что здесь делает эта странная особа и как она, собственно, попала в охраняемое здание, куда просто так не пускали, но за его спиной уже никого не было. Деться из конца длинного хорошо освещенного коридора незваной гостье было некуда, и мужчина лишь удивленно почесал затылок. – Померещилось, наверное, – подумал он и зашел в кабинет.