To you, two thousand years later...

      Утренние лучи солнца мягко касались бледной кожи Леви. На него загар никогда не брался, подчеркивая его аристократичность, а темные волосы резко контрастировали с лицом. Рубашку Аккерман сегодня не надевал, лишь осторожно протягивал по уже алым отметинам ремешки от формы. По плечам, вокруг грудной клетки, уходя вниз до талии. Так соблазнительно красиво, даже не было слышно дыхания, будто на глазах Эрвина творился какой-то шедевр, помешать которому было бы кощунством. Слегка повернув голову, Леви смотрит на Смита и сталкивается с изучающим взглядом голубых глаз. Брови вопросительно взлетели вверх, будто не понимая, что в этом такого, ежедневная рутина, но Эрвин смотрел так, словно хотел запечатлеть образ Леви на подкорке сознания, чтобы не терять его ни в одной из жизней, если они существуют. Встав с постели, Аккерман закончил с последней пряжкой и повернулся к блондину уже всем корпусом. Растрепанный после сна Эрвин казался таким домашним, таким... Леви протянул руку. Тонкие пальцы невесомо прошлись по щеке мужчины, ощущая небольшую колкость щетины. Склоняется. Целует. Все так же, невесомо, даже не смело касаясь сухих губ. С ним хочется осторожничать, вдали от чужих глаз, Леви мог себе позволить быть нежным, заботливым. Эрвин вздыхает и губы слегка приоткрываются навстречу поцелую, прося еще, Аккерманом нельзя насытиться за пару секунд, удовольствие хотелось растягивать. Смит кладет руку на затылок капитана и слегка потягивает волосы, а после прижимает еще ближе к себе. Они никогда не отпустят друг друга, это не просто связь, это не просто влечение. Они просто одно целое в этом проклятом мире.