Дурь и Романия

Юнги до крови успел расковырять свои ногти, пока следовал за фигурой в кремовом пальто. В висках стоял гул. Был страх, что он может его заметить. Хотелось подойти ближе, заглянуть в это лицо и потрогать всё, что встаёт перед взором. Сквозь призму навязчивых мыслей Мин пристально наблюдал за удаляющейся высветленной макушкой. Пока они не дошли до метро. Он не на шутку перепугался, потому что боялся потерять его в толпе других людей. Мигом рванувшись с места, Юнги подбежал к метро. Мин настолько нервничал, настолько боялся его потерять, что не замечал людей вокруг: всё, что для него было важно — это та персона в пальто. Эти мысли заставляли его задыхаться. Людей было очень много — в каждом светловолосом парне мерещился он. — Смотри куда прёшь! — гаркнул мужчина средних лет. Юнги начало трясти из-за этого столкновения. Голос был таким резким и неприятным, что Мин чуть не забыл, что он тут делает. Юнги не любил крик, но уже привык к подобным тонам в свою сторону. Мин видел, как он проходил в метро. По пропуску. Он совершенно не позаботился об этом, и теперь в панике кусал губу, думая, что ему делать. Времени было мало, в ушах отдавался гул поезда и шум, исходящий от людей. Юнги подошёл к турникету и аккуратно прикоснулся к нему. Дрожащими руками он надавил на него, но механизм не пропустил его вперёд. Сердце ушло в пятки, когда к нему подошёл контролёр и, резко взяв под локоть, отвёл в другую строну; люди косились на Юнги, глядя на него, как на какой-то мусор. — Юноша! Вы чего учудили? — М-мне нужно пройти, — дрожащим голосом попросил Юнги. — Простите, что? — Мне нужно пройти! — в панике крикнул Мин, потому что увидел, что он уже ждёт свой вагон. — Послушайте, вы тут не один… и вы, что ли, впервые пользуетесь метро? — безразлично произнёс мужчина. — Вон там можно купить билет, — тот указал на отдельное место, где уже собралась очередь. Юнги потоптался на месте несколько секунд: было тяжело что-либо сразу предпринять потому, что из-за своих задержек он мог опоздать и потерять его из виду. Юнги в панике побежал в указанное место, боясь упустить свою цель. Мин встал в очередь и стал нервно кусать большой палец, совсем как делал в школе. С каждой секундой давление зубов на ногтевую пластину усиливалось — это никогда не помогало и даже не успокаивало. — П-простите, мне срочно нужно пройти, — дрожащим голосом произнёс Юнги. — А? — повернулась молодая девушка. — Ты тут не один. Я тоже спешу! — Но я… — И знаешь… — продолжила девушка, посмотрев на него сверху вниз. — То, как ты грызёшь ногти, просто отвратительно! — та брезгливо скривилась. На Юнги выступил пот. Захотелось выдернуть собственные ногти с мясом, чтобы ему больше никто не напоминал об этом. — Я-я правда спешу, — еле выдавил из себя парень. — Жди очереди! — цокнула девушка. Юнги услышал звуки приближающегося поезда. Паника начала давить на лёгкие, и он не нашёл ничего лучше, чем просто протолкнуться в очередь прямо перед той девушкой. — Эй! — крикнула та и уже хотела было схватить его за шиворот, но тут её лицо исказила гримаса отвращения. — Больной ублюдок… — и она просто отвернулась. Протянув небольшую сумму, которая обнаружилась в потрепанных карманах, дрожащими руками Юнги взял билет и на ватных ногах подбежал к вагону. Юнги определённо должен успеть! Он должен увидеть его, его лицо, его ямочки. Кажется, Мин давно так не бегал. Юнги ловко перебирал ступеньки худыми ногами, держа руки перед собой. Он смотрел только на вагон, в который уже заходил парень в пальто. Юнги перестал дышать на секунду, когда распахнулись двери и он не торопясь зашел в вагон. Мин был совсем близко. Юнги словно начал падать, — хотя, кажется, так всё и было. Мин настолько потерялся в мыслях, что его нога провалилась в пропасть между вагоном и платформой, но кто-то подхватил его подмышки. — Хей, ты в порядке? — мягко поинтересовались бархатистым голосом, отпуская Юнги.

***

Юнги не понимал, почему по сравнению со своими сверстниками он был таким хилым. Не понимал, почему, даже когда он несёт поднос с едой, его руки дрожат. Он был рад, что может спокойно поесть в школе, потому что дома была явно не самая подходящая обстановка. — Какого хуя! — прозвучал звонкий бас. Юнги не сразу опомнился, потому что его сердце резко ёкнуло от неожиданности и он приземлился на кафель пола. Он поднял глаза, и перед ним оказался парень из старших классов с гневным взглядом и… когда-то уже обедом на его белой футболке. Он глубоко дышал, а отросшая чёлка падала на лоб. Юнги резко захотелось слиться с полом. — Я-я… — ковыряя ногти, пытался произнести Юнги. — Хули ты мямлишь?! Смотри, что ты сделал с моей кофтой, кусок дерьма! — разорался парень. — Я не хотел… я просто… — Что ты просто?! Ты просто никого и ничего не видишь, кроме себя! — гаркнул тот. Юнги всё ещё вжимал колени в пол и в панике ковырял пальцы. — Эт-это неправда, — попытался пробормотать Юнги, но почувствовал сильный удар в плечо и завалился на спину. От этой резкой боли Мин хныкнул. Не хотелось испытать это снова — и Юнги словно по инерции свернулся калачиком, прижимая к себе коленки. Незамедлительно последовал удар в почки; скорее всего, его ударили ногой. Мин издал писк в свои ладошки, а на глазах выступили слёзы. — Ты чего творишь, Чонкук-а! — крикнул подбежавший светловолосый парень. — Но Намджун-хён, этот ублюдок испоганил своей жраниной мою футболку! — Плевать, что он сделал! Я тебе сто раз говорил, что нужно контролировать себя! — орал на него Намджун, оттаскивая за шиворот. — Да ладно тебе. Я же его легонько, — пытался защититься Чонгук, чеша затылок. Намджун же мельком оглядел паренька на полу и бросил убийственный взгляд на Гука, прежде чем опустился на колени и коснулся плеча Юнги. — Хей, ты в порядке? Мутными от слёз глазами Юнги не мог разглядеть лица, но увидел эти очаровательные глаза, полные тревоги.

***

— Я-я, — пытался выдавить из себя хоть слово Юнги, но всё, что было в мыслях — это сильные руки Намджуна на его хрупких плечах. По привычке Юнги начал сминать свои пальцы и смотреть куда угодно, но только не на Кима. — Не поранил лодыжку, надеюсь. Ты такой худой, мог и провалиться целиком, — попытался пошутить Джун и улыбнулся ему, отпуская его плечи. А Юнги только слабо кивнул. Его начало потряхивать. Намджун прикасался к нему лишь однажды, и он ценил тот момент, вспоминая его тёплые руки. Вокруг было достаточно людей, так что не было возможности присесть, но Юнги заметил, что Намджун углубился в дальний угол вагона, доставая книгу. Юнги знал, что это было за произведение: цветы для Элджернона. Ким как-то упомянул её в своём инстаграмме, составив целый пост, почему её нужно прочитать. Юнги не очень любил читать из-за плохих воспоминаний, — но ради Намджуна полюбил чтение. И эта книга ему очень понравилась: Юнги проводил параллель с главным героем. Намджун действительно любил читать, а то, что нравилось Намджуну, нравилось и Юнги. Юнги попытался подобраться к Джуну поближе, однако боялся, что будет выглядеть странно; но, похоже, Киму не было до него никакого дела, поэтому Юнги стоял практически вплотную. А хотелось быть ближе, хотя бы на мгновение, как тогда, в школе, когда Намджун в панике отвел его в медпункт, думая, что это Чонгук избил его настолько, что его начало трясти, и совершенно не подозревая, что его трясло из-за него. Из-за его рук на плечах, из-за его неровного дыхания. Юнги всегда с особой теплотой вспоминал этот момент и всегда хранил в памяти: то, что о нём тогда позаботились, грело душу. Соблазн повернуть голову и взглянуть на Кима взял верх. Эти черты лица заставляли сердце Юнги раз за разом проваливаться в пятки. Сосредоточенный взгляд Намджуна был устремлён в книгу, и он мог видеть, как его глаза перебегали с одной строки на другую. Невольно Юнги приоткрыл рот от такого зрелища, а ладошки начали теребить подол куртки. В момент, когда тот перевернул страничку, Мин выпал из мира: при виде этих изящных пальцев с парочкой серебряных колец, этих слегка выпирающих вен. На висках Юнги проступил пот, а внутри всё сжалось. Аккуратные ногти привлекли его внимание. Он завидовал Джуну за то, что он не боялся их показать всему миру — не то что Юнги: на его ногтях часто красовалась запёкшаяся кровь, рубцы и раздробленные заусенцы; он старался складывать руки в кулачки или прятать в карманах. И даже тут, даже в каких-то ногтях, Намджун для Юнги был Богом. Взгляд устремился к носу Намджуна. Он всегда казался Юнги таким милым с этой округлостью на кончике — он всегда хотел в него тыкнуть. В голову Юнги вдруг взбрели ужасные мысли: он словно приблизился к тёмным дебрям, и они так манили к себе, что невозможно было не зайти туда. Хотелось встать вплотную к Киму, обнять, потрогать, потереться об него, положить свои покусанные ладошки на его сильную грудь. Юнги был готов до крови искусать собственную губу, думая о таких пошлостях. Что самое ужасное, он не мог себя контролировать, хотя и понимал, насколько его мысли странные и неправильные. Он чувствовал, как всё внутри напрягается. Мин был готов заплакать от своей беспомощности и от того, насколько жалким себе казался; Намджун даже не подозревал об этом, продолжая читать свою книгу. Юнги сильно любил Намджуна и не хотел пугать его собой. Ему внезапно стало стыдно за свои мысли — за то, что он хочет с ним сделать. Это было непростительно. Из-за этих раздумий он не заметил того, как Намджун убрал книгу в рюкзак. Взгляд Кима был устремлён вперёд, и он совершенно не обращал внимания на Юнги: Намджун двинулся к выходу, а он в ступоре наблюдал за происходящим. Юнги расстроился, что они не смогли постоять так ещё немного: Юнги бы продолжил наслаждаться его тишиной. Мин что-то предпринял только тогда, когда механический голос оповестил, что двери закрываются, и озвучил следующую станцию. Юнги в спешке выбежал из вагона и начал искать взглядом Намджуна. Тот удалялся в сторону лестницы, к выходу из метро, и Юнги ускорился, чтобы не потерять его из виду. Людей было много, и было очень просто потерять не только Кима, но и самому запросто потеряться в такой толпе из-за своего небольшого роста. Мин не привык к такой спешке. Дыхание участилось, а чёлка прилипла ко лбу. Он почти догнал Намджуна и был на расстоянии полутора метров. Они вышли на поверхность — свет ударил Юнги в глаза, хоть погода и была пасмурной, но это не помешало ему последовать за Намджуном. Как и ожидалось, в семь утра Джун шёл в университет. Огромное здание. Престижное место, где учился Джун. Юнги знал, что Намджун поступал на факультет лингвистики: часто слышал в школе, что Ким очень хорошо знает английский по сравнению с остальными — он мог спокойно поехать учиться за границу. И когда Намджун заикнулся об этом в своих сторис, отвечая на вопросы друзей, Юнги перепугался: он не мог вот так потерять его, не хотел, чтобы он его оставил. У него бы пропал стимул вставать с кровати по утрам. Однако Намджун решил остаться в Корее. В тот момент Мин был благодарен судьбе. Уже на входе в университет Намджуна поджидали его друзья. Он помахал им приветственно поднятой вверх рукой и открыто улыбнулся. Намджун учился в этом университете второй год и уже успел завести много новых друзей — Юнги же проучился в школе одиннадцать лет, но так ни с кем и не смог наладить дружеских отношений. Намджун всегда был уверен в себе и легко заводил новые знакомства. Мин боготворил и эту черту в его характере. Он правда был лучше Юнги во всем. Мин попытался смешаться со студентами, подходившими к зданию учебного заведения. Услышав знакомый смех, Юнги навострил уши: это был друг Намджуна, Джин. Он постоянно мелькал у него в инстаграмме, они всегда обнимались, и как-то он даже в шутку поцеловал его в щёку во время трансляции. Тогда глаза Юнги начали слезиться — и даже сейчас. Почему все могут трогать и целовать Намджуна, а он нет? Он его любит, он готов умереть за него, — но не может провести рукой по его осветлённым волосам, не может тыкнуть пальцем в эти ямочки. Он ничего не может. Смех Джина бесил: он казался Юнги очень высоким и бил по ушам, а эти его дурацкие шуточки вдвойне выводили из себя. Намджун пожал руку другому своему другу и обнялся с какой-то девушкой — Юнги был готов лезть на стенку от недостатка информации о ней, потому что до недавнего времени ни разу её не видел. А теперь она появилась. Внезапно. И Мин был готов выть от безысходности и жалкости. Всё, что он о ней знал, — это то, что они обнимались у здания университета и вместе шли туда. Дальше двери для Юнги были закрыты. Можно сказать, на этом день Юнги был закончен, потому что он не учился в этом университете. И даже если бы хотел и был бы отличником — он не самый богатый человек, а его сестра не смогла бы оплатить обучение. Юнги разрывался между тем, чтобы вернуться домой, и тем, чтобы подождать Намджуна тут. Но он прекрасно понимал, что оставаться на улице, где намечается дождь, будет безумием. Юнги следил за удаляющейся спиной Кима. Он искренне смеялся и шутил — его жизнь казалась такой идеальной по сравнению с Юнги. Из-за таких мыслей в уголках глаз скапливались шарики слёз, которые лопались и скатывались мокрыми дорожками по щекам. Они могли бы быть счастливы. Но счастлив только один.

***

— Следующим продолжит чтение… — учительница подняла глаза на класс, с прищуром глядя на детей. — Юнги. Ты продолжишь. В висках начало пульсировать. Ладошки мигом вспотели. Взгляд Юнги потерялся. Он не знал, где они закончили, — совсем сбился и перестал следить. — В чём проблема, Юнги? Ты опять не следил? — строго поинтересовалась та. — Я-я, эм… потерялся. Я следил, прост… — мальчику не дали договорить, потому что учительница его перебила: — Хаджин, покажи ему, где мы закончили, — безразлично произнесла последняя. Юнги стало только хуже от её тона. Он чем-то напомнил его старшую сестру, когда та пыталась научить его читать. — Вот тут читай, — ткнул пальцем его сосед по парте. — Балда… — чуть тише добавил Хаджин. Юнги выдохнул и попытался собраться с мыслями, но попытка была тщетной. Пальчики были настолько мокрые, что, когда он прикоснулся к странице, они оставили мокрые разводы. Перед глазами Юнги поплыли все буквы. — Юнги, мы не можем ждать тебя вечно, — подгоняла женщина. Сердце Мина начало биться чаще, но он всё-таки смог открыть рот. — Р-рас-лабяюсь. Пы-пы-пы-пыта, — уже можно было услышать смешки и шёпот в классе. — Пытаюсь вс-п-п-омнить п-п-последнее, ч-что бы-ло д-д, — продолжал мямлить Юнги. Смех класса усиливался с каждым его словом. Губы начинали дрожать. Нижняя губа в панике соприкасалась с верхней. Все голоса в помещении смешивались в один большой галдёж. Глаза мальчика мигом наполнились слезами, но он попытался продолжить. — До б-больн-ницы. Я л-леж-жу на холодн-ной з-зем-л-ле, — чтение Юнги прервали. — Мин Юнги, тебе четырнадцать лет! Ты так и не научился читать! — учительница хлопнула ладонью по столу. — Позор. Последнее слово ударило по ушам Юнги. Оно было сказано с таким отвращением, как будто он какой-то мусор, хотя он — честное слово! — старался. Мин не понимал, почему у него всё так выходит. Смех класса ударил по перепонкам. Эти слова словно кружились у него перед глазами и не давали покоя. Такое ощущение, что они только усиливались. Они не заканчивались, так и продолжая литься на Юнги. Из этих шептаний Юнги мог услышать, как его называют отсталым и дураком… Все эти оскорбления проникали в каждую клетку его тела. Из-за этого его начало трясти, гул в классе спровоцировал боль в голове. Мин уже не понимал, что он тут делает и где вообще находится. Слёзы текли по горячим щекам — и мальчик начал горько всхлипывать, теребя пальчики. — Юнги, не разводи сопель! — повысила голос учительница. В этот момент в Юнги что-то щёлкнуло.

***

— Знаете, я думаю, в человеке главное душа, — и последовала очаровательная улыбка во все 32 зуба. Юнги грели эти слова. Давали надежду. Намджун любил проводить эфиры в инстаграмме, где он общался со своими друзьями и знакомыми. Но на его трансляции заходили разные люди — например, те, кто могли увидеть его в университете. Он всегда мило со всеми общался и поднимал различные философские темы. Юнги сам любил ему что-то написать. Сначала это были безобидные сообщения с сердечками или что-то типа «привет, оппа!». Намджун же в такие моменты очень смущался и показывал сердечки своими пальцами. Мину это казалось очень милым. Юнги сначала боялся что-то писать. Сам не знал, почему — потому, что у него в профиле не было фотографий, и вообще он себя подписал как какой-то август, — но в один день он осмелился. «Намджун-и, а как ты отнесёшься к тому, что у тебя есть тайный фанат?» и бесконечное число сердечек. — Фанат? — повторил Намджун, поправив спавшие очки. — Я думаю, всё тайное становится явным, — всё так же продолжал улыбаться Ким. Юнги его ответ показался весьма неоднозначным, но у Джуна была такая милая и очаровательная улыбка, что невозможно было не улыбнуться вместе с ним, — он даже сделал скриншот его лица. На трансляциях он был таким уютным и домашним — Юнги ни за что не смог бы вот так болтать на камеру. Такое косвенное общение давало Юнги облегчение. Как будто они и вправду знакомы, как будто они и вправду общаются. В глубине души Юнги верил, что Джуни его помнит, просто усердно делает вид, что не замечает. «Джун-хён, ты перевёл тот текст, который нам задавали? Он кажется таким огромным уф» — О, Хосок. Ты внезапно, — по-доброму усмехнулся Ким. — Знаешь, он кажется большим только на первый взгляд. Вообще он довольно прост. Юнги знал Хосока. Джун познакомился с ним в университете: он тоже учился на факультете лингвистики. Иногда казалось, что он не знает меру своей улыбки. Он улыбался постоянно. Это раздражало Юнги. Он постоянно шутил, а Намджун смеялся над его шутками. Мин был уверен, что он делал это из вежливости. «Это всё потому, что ты умный, оппа» — Не называй меня оппой, Хосок! Это странно, — Намджун продолжал смеяться. Юнги улыбался вместе с ним. Казалось, что Намджун очень изменился. Юнги помнил, что у него по-прежнему было много друзей, но он уделял больше времени учёбе, чтобы поступить в этот университет: как-никак, большая конкуренция была перед ним. Английский язык изучают все кому не лень, но он смог поступить. — Что ж, — Ким потянулся, — Думаю, что пора заканчивать. Меня там подруга заждалась, — Намджун бросил неоднозначную улыбку. Улыбка мигом сошла с лица Мина. Появился миллион вопросов. — Спасибо всем тем, кто был со мной. Пока-пока, — Джун помахал в камеру, и трансляция прекратилась. Он даже не подозревал, что мог испытывать Юнги по ту сторону экрана. Но вопрос остался в голове Юнги. Что еще за подруга? И почему он так странно улыбнулся?.. Перед глазами слегка потемнело, а пальцы Юнги по привычке потянул в рот. Если это та девушка, с которой он обнимался у университета? Даже если это так, ситуация не становится лучше. Юнги думал и кусал ногтевую пластину на большом пальце. Он не хотел верить в то, что у Намджуна кто-то появился. Он с трудом переваривал его друзей, а тут какая-то девушка. Нет, Юнги определённо должен узнать, кто она. Он не может вот так всё пустить на самотёк. Он должен найти её в социальных сетях. Он должен что-то придумать. И так изо дня в день Юнги роет себе яму, даже не попытавшись распилить эти чёртовы решётки.