***
- Ну, хё-он, мне уже пора, - ворот мешковатой чёрной футболки с неоновым принтом отогнулся, обнажая щуплую грудь. Покрывшись гусиной кожей, Джисон пугливо замер, когда за дверью послышались чьи-то торопливые шаги, но затем благополучно удалились, без капли внимания оставив душную коморку, захваченную двумя вторженцами. Сердце Хана продолжало малодушно стучать, отдаваясь гулким эхом по всему телу и пригоняя ещё больше крови к покрывшемуся испариной лицу. Словно они были на грани разоблачения в совершении какого-либо особо тяжкого преступления, а не безобидной мелкой шалости, свойственной молодым парням. Оставив на смуглой шее поблескивающее бледно-розовое пятно, Минхо прижался губами к открывшейся коже, чувствуя, как неусыпный моторчик ускорился, разгоняя кровь по артериям. Почувствовав смещающееся вниз щекочущее тёплое дыхание, Джисон настойчиво упёрся в чужие плечи, всё же отлепляя от себя любвеобильного парня. Поблескивающие глаза с извинением мазнули по вопросительному взгляду старшего, не найдя в себе силы сознаться в испуге. - Давай продолжим после выступления, ладно? Меня наверное уже ищут, будет нехорошо, если я заставлю всех ждать... Разочарованно выдохнув, Минхо всё же сдался, отступая от притиснутого к стенке рэпера. Попытка расслабить того не удалась, возымев совершенно противоположный эффект. - Прости, - Ли никогда не делал что-либо против воли младшего, но в тот момент вина всё же ощутимо кольнула у него под рёбрами. Кажется, он хорошенько напортачил, всё испортив. - Из-за предстоящего релиза я весь на нервах, ты не виноват, - переплетя пальцы, Джисон выдавил кислую улыбку. Тяжёло было оказывать поддержку, когда сам отчаянно в ней нуждался. Оставив произошедшее недоразумение в прошлом, парни вышли из небольшой комнатушки, отведённой для персонала. Громкая музыка для разогрева наполняла узенький коридор клуба, заставляя фундамент мелко вибрировать под подошвой. Зрители понемногу подтягивались, занимая отведённые им места у сцены. Петляющая гусеница из фанатов при входе понемногу рассасывалась, заползая внутрь и заполняя зал. Нехотя расставшись с подавленным Джисоном, Минхо ничего не оставалось, кроме как пойти искать друзей, которые должны были быть где-то посреди царящего хаоса. К его несчастью, Хёнджин и Феликс оказались аккурат у самой сцены. Феликс предусмотрительно настоял на том, чтобы они пришли как можно раньше и заняли лучшие места. Его тяжкий труд окупился, и теперь он светился ярче софитов, то и дело дёргая Хвана пустяковыми расспросами, не в силах совладать с возбуждением. Когда он при личном знакомстве с J.ONE говорил, что является ярым поклонником 3RACHA, то ни капельки не приукрасил. Ему и впрямь нравились их мотивирующие песни, блещущие неподдельными красками жизни, нравилась их лирика, не лишённая глубокого смысла и душевного посыла, способного затрагивать людские сердца. Однако помимо этого было и кое-что ещё. Вкупе с тем ему нравился вполне определённый человек, ставший воплощением всего того, к чему Ли стремился. Нет, это были отнюдь не романтические чувства, скорее платонические, заключающиеся в искреннем восхищении и блаженном трепете. Ему достаточно было наблюдать, как группа прокладывает себе тернистый путь к вершине, покорно стоя в сторонке и негласно поддерживая. Этого ему вполне хватало для счастья. Минхо удалось протиснуться к друзьям лишь ближе к концу выступления. Феликс к тому времени уже давно ушёл в разнос, даже не обратив внимание на появление Ли. Хёнджин же в качестве сопровождающего расслабленно покачивался рядом, недоумевая, откуда в таком миниатюрном и обычно спокойном парне столько прыти. С гордостью Минхо наблюдал за рэперами, разжигающими пламя в зале. Они были как всегда на высоте. Особенно Джисон. Его Джисон, не показывающий и капли прежнего волнения. Когда же последняя песня была спета, а пережившие экстаз посетители клуба потянулись на выход, всё тот же обворожительно потный Джисон выудил их из разбредающейся толпы. Проведя по витиеватым подвальным коридорам в некое подобие гримёрки, Джисон громогласно объявил, распахивая дверь: - Хэй, я привёл Минхо-я и его друзей. Помещение для артистов было залито приглушенным голубым светом, исходящим от потрескивающих на потолке флуоресцентных ламп. Вдоль противоположной стены тянулся стол, заваленный всевозможными листовками, запланированными сценариями для закрытых мероприятий и вскрытой косметикой для грима, по-видимому, оставленной предшественниками. На большом прямоугольном зеркале, обклеенном жёлтыми стикерами с напоминаниями, кое-где виднелись даже смазанные отпечатки женских губ с телефонными номерами, выведенными ярко-красной помадой. Скудное убранство дополняли потрёпанный кожаный диван и два массивных чёрных кресла, одно из которых было занято парнем, вальяжно перекинувшим ногу через подлокотник. Таков был закулисный мир группы. - Приятно познакомиться, меня зовут Чан, - приветливо пожав руку двоим незнакомцам, лидер группы, прерванный от обтирания бумажными полотенцами, обворожительно улыбнулся, щеголяя двумя глубокими ямочками на щеках. Несмотря на усталость, он поприветствовал их с радушием, на минуту отлучившись для переодевания. Концертную одежду можно было выжимать голыми руками. - А я Чанбин, - кряхтя, последний участник 3RACHA выбрался из кресла, следом пожимая руку долговязому шатену и уже было протягивая ладонь второму, пониже, как тот, зардевшись, выпалил, опережая. - Можно я тебя обниму? Озадаченный таким вопросом, Чанбин ответил лишь пару секунд спустя. В своей жизни он повидал немало людей с диковинными причудами, но такую просьбу от парня он слышал впервые. - Если хочешь промокнуть насквозь, то вперёд. Получив долгожданное разрешение, Феликс без стеснения сгрёб в охапку Со, зажмурившись до скачущих под веками звёздочек. Не верилось, что всё это происходило именно с ним. Всего две недели назад он был обычным студентом, прилетевшим учиться в Корею по обмену, а уже сегодня он обнимал своего идола, чувствовал кожей его обжигающий жар от ещё не высохшего пота, крепкую мускулатуру, скрывающуюся под липкой одеждой, улавливал выбиваемые из груди от неожиданности рваные вздохи. От Чанбина пахло резким потом и немного одеколоном. Чёрная футболка на спине насквозь пропиталось влагой, приклеившись к лопаткам. Вопреки всем фантазиям Со был обычным человеком, таким же как и сам Феликс. В его груди билось живое сердце, ритмично постукивая, а хриплое дыхание ворошило волосы на чужой макушке. - У тебя довольно крепкие объятья, парень, - сконфуженно похлопав фаната по спине, Чанбин аккуратно высвободился спустя долгие пять минут из захвата. Щеки Ли отчего-то покраснели, практически скрыв солнечные отметины, рассыпанные по всему лицу. Несмотря на разрушившийся образ сверхчеловека, Чанбин по-прежнему заставлял безропотно млеть от одного своего присутствия, а руки мелко подрагивать. И что теперь?.. Расположившись на единственном в комнатушке диване, остальная компания уже успела завести бурный разговор с переодевшимся Чаном, абстрагировавшись от их уголка. Все пути к отступлению были отрезаны. Минхо, как и ожидалось, приковал всё своё внимание к Джисону, обмахивая того листовкой и напрочь игнорируя посылаемые сигналы бедствия от друга. Это был полный крах. Почувствовав повисшую в воздухе неловкость, Чанбин решил взять инициативу в свои руки. - Напомни, как тебя зовут? - Феликс. Голос рэпера был густым и тяжёлым, в то время как Ли от смущения перешёл на несколько октав выше. Такое поведение было ему совсем не свойственно, но он ничего не мог с собой поделать. - Приятно познакомиться, Феликс. Впервые на нашем концерте? Быстро завертев головой, так, что уложенные прядки взмыли вверх, Ли горячо возразил: - Я уже довольно долго слежу за вашим творчеством. Ваши песни вдохновляют многих и придают силы, поэтому, пожалуйста, продолжайте в том же духе. - Оу, - теперь уже Со, смущённый внезапной похвалой, неловко почесал шею, приподнимая уголки губ. - Тогда хочешь я распишусь где-нибудь? Вновь шустро закивав, Феликс бросился шариться по карманам худи, наконец выуживая запропастившийся мобильник и протягивая его рэперу чехлом кверху. Раскопав на столе более-менее пишущий фломастер, Чанбин принялся вырисовывать фирменный автопортрет с характерным острым подбородком. Пара свободных минут передышки для очередного марш-броска. - Вот, держи, - закончив с художеством и небольшим посланием в виде памятной приписки "Феликсу с самыми крепкими объятьями", Чанбин вернул телефон владельцу, оторопело принимающему его, словно видит впервые. - Чанбин-а, чего ты там Феликса заговариваешь, пойдём уже, я голодный как волк. - Появившийся из ниоткуда Хан пришёл на помощь, обвив Со за руку и насильно выталкивая в сторону выхода. - Айгу, да иду я, - цыкая, Чанбин бросил на стол фломастер, напоследок одарив остолбеневшего фаната извиняющейся улыбкой. - Феликс, хочешь с нами? - Мягкий голос Чана вырвал Ли из оцепенения. - Не хочу в одиночестве выслушивать ворчания Чанбина, как Джисон вновь приклеился к Минхо, оставив его одного за бортом. - Если можно, - чёрный перманентный маркер подсох и призывно блестел на прозрачном чехле. Сегодня определённо был лучший день в его жизни.***
Старенькие настенные часы с тиканьем отсчитывали тянущиеся целую вечность минуты. Морозное дуновение тихонько постукивало в окно, покрытое конденсатом, просясь внутрь погреться. В студенческом общежитии каждый шорох мог послужить причиной для паранойи, если появится желание вслушаться в темноту. В байки про тараканов уже давно никто не верил, но кто знает, что могло скрываться в вековых стенах. Задумчиво рассматривая рожицу с треугольным подбородком, Феликс провёл пальцем по чёрному маркеру, увековеченному на силиконовом чехле. На соседней кровати зычно похрапывал сосед, делящий с ним комнату, вот только самому Ли не спалось. Интересно, как у Чанбина дела?.. Словно прочитав мысли, экран телефона загорелся, оповещая о новой публикации в Инстаграм. Сон так и не шёл, поэтому парень решил проверить, нажав на всплывшую иконку. На мгновение кровать с постельным бельём в цветочек озарилась ярким светом, после чего Феликс издал умилённый вздох. На официальном аккаунте 3RACHA появились новые фото, а точнее целые селфи Со. Стиснув в руках подушку, чтобы ненароком никого не разбудить от фанатского визга, Ли принялся листать карусель, рассматривая различные вариации эгьё в исполнении Чанбина. Да, ему несомненно нравился голос рэпера, то, какой мощной энергетикой он обладал. Но в то же время Феликса очаровывало в Со и другое: свобода в проявлении чувств. Чанбин мог поддерживать образ крутого парня на сцене, но в общении он был совершенно другим. Чанбину нравились милые вещицы, что он ни капельки не скрывал, нося розовый чехол с поросёнком на телефоне, любил мальчишеское ребячество на пару с Ханом, словно и не было никаких возрастных рамок. Всё просто и честно. Феликсу выпал шанс убедиться в этом ещё тогда, на концерте, из-за чего временное увлечение творчеством плавно переросло в куда большую привязанность. Чего уж таить, он был полностью очарован настоящим Со, чья внешность так резко контрастировала с ютящейся за мускулами нежной натурой. Лайкнув фото, Феликс позволил себе оставить под ним глупый комментарий, с трепетом отметив, что он оказался первым. Неудивительно, стрелки отсчитывали уже второй час. Кто кроме него не спит в такое время? Отложив на тумбочку телефон, парень задумался о том, что всё же стоит попытаться заснуть. Хоть завтра и стояли всего две пары, необходимо было подзарядиться силами для штудирования и обмозгования нового учебного материала. Однако только он закрыл глаза, как экран вновь загорелся, разрывая мрак. Уже более лениво потянувшись к смартфону, Ли одним глазом просмотрел появившийся в оповещениях новый лайк от неизвестного аккаунта. Поддавшись лёгкой сонливости, Ли зажмурился, подавляя зевок. Когда он разлепил веки, на экране уже светилось пять таких уведомлений. Чего ты от меня хочешь в такой час... Среди четырёх возникших лайков под фото приготовленных им печенек появился новый комментарий:[Они выглядят обалденно, угостишь и меня как-нибудь?]
Заинтригованный, Феликс клацнул по профилю аккаунта, решив выяснить, кто же скрывается за красноречивым ником Ddwaekki. Ничем не примечательные фото окрестностей, сочных мясных стейков из дорогих ресторанов и незнакомых Феликсу людей. Совсем было потеряв интерес, он долистал до самого конца, наткнувшись на первую выложенную аккаунтом фотографию. Внезапно пришедшее осознание мигом выбило всё желание спать. Пусть и в чёрной панаме, закрывающей половину лица, Ли не мог не признать в загадочном преследователе Со Чанбина, делающего селфи у какого-то заляпанного зеркала в баре. Взбудоражённое сердце ухнуло куда-то вниз. Неужели он увидел мой комментарий? Боже, как стыдно... От самобичевания подушкой Ли отвлекло очередное оповещение. На этот раз уже о непрочитанном сообщении. От: Ddwaekki Не спишь? Поспишь здесь...От: SunshineBoy Нет, сна ни в одном глазу...
От: Ddwaekki Тоже не спится Думал написать текст для новой песни, но что-то дело не пошло Так он в такое время песни пишет...От: SunshineBoy Ночью приходит вдохновение?
От: Ddwaekki Типо того, но сегодня оно видимо покинуло меня Затаив дыхание, Феликс, не задумываясь, принялся ускоренно печатать.От: SunshineBoy Если хочешь, могу испечь тебе тех самых печенек, и тогда оно точно вернётся :>
От: Ddwaekki Для меня будет большой честью отведать знаменитой выпечки Феликса Ли По словам Минхо, она выше всяких похвалОт: SunshineBoy Тогда, мы можем встретиться завтра после пар, и я торжественно вручу тебе парочку</i>
От: Ddwaekki Ловлю на слове От радости, переполнившей в одночасье, пискнув, Феликс робко проследил за похрапывающим соседом, видящим наверное уже третий сон. Поверить не могу, я только что назначил свидание самому Со Чанбину... Предаваясь сладостным грёзам, о том, как он красиво упакует печеньки, приготовленные со всей любовью, и самолично вручит, парень так и уснул, стиснув в руках телефон с открытой перепиской. Последствий от ночного бодрствования на следующее утро так и не обнаружилось. Спал Феликс на удивление крепко.***
В нервном возбуждении дёргая собачку на молнии кармана туда-сюда, Феликс нарезал круги на заасфальтированной дорожке. Освободившиеся после пар студенты неспешно покидали корпус, кутаясь в утеплённые куртки. Прогноз погоды сулил аномальное похолодание для столицы, привыкшей к умеренному муссонному климату. Пара крохотных снежинок плавно приземлилась прямиком на кончик носа, попутно застревая в редких ресницах. С улыбкой поморщившись, Феликс почувствовал, как морозные уколы сменились на растопленную жаром тела изморось. Для Сеула снег был чем-то из ряда вон выходящим, целым событием, что уж и говорить об Австралии. - Прости, что задержался. Долго ждёшь? Застигнутый врасплох, Ли обернулся на голос, выпуская из рук донимаемую собачку. Одетый в пушистый чёрный бомбер, Чанбин походил на нахохлившегося воробья, выпавшего из гнезда. - Нет, совсем нет, у меня только закончились пары, - то было правдой лишь отчасти. - Всё в порядке. Улыбка сама по себе закралась, озаряя глаза австралийца лучистым блеском. Если Со был потерянным воробьём, чувствующим себя как рыба в воде среди стен городских высоток, то Ли - потерянным отпрыском солнца, вынужденным скитаться по ледяным лабиринтам чужеземного королевства. - На улице чертовски холодно, может зайдём куда-нибудь погреться? Заодно расскажешь, как прошёл день. Выдохнув клубы густого пара, Чанбин пристроился сбоку, натянув на голову капюшон толстовки. Во время ходьбы его тёмные прядки задорно подпрыгивали, вызывая у Ли приступ неподдельного умиления. Первой остановкой их небольшого путешествия стала крохотная кофейня, ютящаяся по соседству с университетом. Приветливый бариста за стойкой посоветовал друзьям попробовать согревающий сезонный напиток с многообещающим названием "Глинтвейн". По скромному мнению Со, безалкогольный глинтвейн больше походил на дешёвый компот из столовки, сдобренный совершенно безвкусной коричной палочкой, но Феликс с невозмутимым видом выпил всё до последней капли. Терпкий жар усыпляющей негой с поразительно скоростью разнёсся по всему задубевшему телу, разгоняя по жилам кровь. Следующим пунктом странствия оказался многоэтажный торговый центр, где парни застряли вплоть до сгущающихся сумерек. Сверкающие игровые автоматы стали камнем преткновения в их пустяковом споре, есть ли вероятность обыграть машину и насколько мизерно она мала, если таковая имеется. Неловкое смущение после незадавшегося знакомства мигом сменилось пылким азартом и юношеским духом соперничества, стерев все воздвигнутые ранее рамки. - Айгу, - стукнув по рулю, Чанбин обречённо изрёк, - сдаюсь, ты меня уделал. Изогнутый экран автомата высветил заключительное "Финиш", приступая к подсчёту итоговых очков за все сыгранные заезды. Неумолимый перевес числился за громогласно ликующим Ли. - Кому-то музыка, а кому-то гонки, - церемонно заправив прядку осветлённых волос за ухо, гордо вздёрнул веснушчатый нос, стряхивая со лба воображаемый пот. - Резонно. На манер старшего брата похлопав победителя завершившегося виртуального турнира по плечу, Чанбин изобразил выражение лица гордого взрослого, довольного успехами своего воспитанника. Но уже выйдя на улицу тут же состроил недовольную гримасу обделённого жизнью ребёнка. Уморительное ребячество Со натолкнуло Феликса на мысль, как лучше поднять тому настроение после разительного проигрыша, задевшего гордость. Наведя беспорядок среди тетрадей, он принялся рыться в рюкзаке в поисках изначальной причины их встречи. Выудив целлофановый пакетик, повязанный жёлтой лентой, он несколько замялся, прежде чем не так уж торжественно, как обещалось, вручить: - Это тебе, Чанбин-а. Небольшой подарок. Выйдя из образа пятилетнего сорванца, Со бережно принял свёрток с самодельным печеньем. Ему никогда особо не нравилось сладкое, но от одного вида домашней выпечки в животе жалобно заныло, требуя провести тщательную дегустацию. - Спасибо большое, Ликс-и, я обязательно поделюсь ими с ребятами. Несмотря на многочисленные отнекивания, Чанбин всё же решил проводить новоиспечённого друга до общежития. Будь Феликс девчонкой, давно бы влюбился по уши. Хотя для этого необязательно было менять пол. Пустынные улицы, освещённые электрическими фонарями, по пути сужались, петляя и огибая небольшой лысеющий парк. Рокот далёкого оживлённого шоссе и вовсе казался чем-то волшебным, не вписывающимся в сказочную атмосферу февральского студёного вечера. Редкие снежинки катились с далёкого тёмно-сизого небосвода, растворяясь в раскрасневшихся раскрытых ладонях. Крепко стиснув Чанбина напоследок, Феликс без прощания с невиданной скоростью прошмыгнул за дверь. Уже скрытый за стенами общежития, он спрятал в ладонях ломящее в скулах от глупой улыбки лицо. Приятные воспоминания ещё долго кружили в его голове, мешая сконцентрироваться на домашнем задании. Мечтательная задумчивость вводила соседа по комнате в ступор ещё на протяжении целой недели. Много ли человеку нужно для счастья?***
- Минхо-я, я дома, - придерживая потёртый чехол, ставший незаменимым атрибутом, Джисон хлопнул входной дверью, облегчённо выдыхая. В квартире хёна было особенно приятно очутиться после уличного морозца, нещадно покусывающего за лицо. Резкий запах уайт-спирита уже успел порядком приесться за месяцы позирования для студентов художественного отделения, больше не нервируя обонятельные луковицы. Слово "дом" по-особому грело душу. Именно в этом месте Джисон чувствовал себя нужным и любимым. Чувствовал себя по-настоящему дома. - Так быстро, - дождавшись, пока младший избавится от гитары, Минхо оплёл паренька согревающими руками, оставляя лёгкий поцелуй на подставившемся загривке, а затем и на румяной щеке. - Не думал, что увижу тебя раньше вечера. Репетиции отменились? - Да, мы перенесли их на завтра. - Повернувшись в объятьях, Джисон довольно обвил старшего за шею, улыбаясь до тонких чёрточек вместо глаз. - Чудно. Значит, остаток дня весь и полностью в моём распоряжении. Чмокнув в кончик Ханового носа, Ли многообещающе поиграл бровями, по-джентельменски избавляя гостя от размотавшегося шарфа и куртки. Поддавшись игривому настрою, Джисон прижался приветственным поцелуем, неловко сталкиваясь носами под приглушённый смех. - Минхо-я, закрой глаза и следуй за мной. - Как скажешь, ты здесь главный, - покорно повинуясь, Минхо поплёлся следом, не упуская возможности повиснуть на чужой шее. После успешно закрытой сессии жизнь заиграла новыми красками, внезапно пробудив в нём давно похороненного под гнётом тяжкой рутины романтика. А ведь как давно всё это было... Усадив жертву на прибранную в честь маленького празднества кровать под возмущённые стенания ввиду прерванных объятий, Джисон поспешил обратно в коридор, на мысочках возвращаясь с чем-то шуршащим, таинственно припрятанном в чехле. - Ну-ка, дай сюда руку. - Не дожидаясь разрешения, вложил в ладонь старшего ручки отягощенного пакета. - Теперь можешь смотреть. Я купил твою любимую шаурму и энергетик. Совсем не ожидавший такого поворота, Минхо запустил руку внутрь шуршащего полиэтилена, с изумлением рассматривая нежно-розовую металлическую банку "Monster" с персиковым вкусом. Такие не так уж легко найти, он это прекрасно знал, что уж и говорить о несправедливо завышенной цене. - Хан-ни, ты что, купил всё это на свои деньги? Кивнув, Джисон застенчиво улыбнулся, складывая ладони на коленях. - Было бы неправильно оставить свою вторую половинку на 14 февраля без подарка. Хоть денег у меня немного, всяко лучше, чем прийти с пустыми руками. Бережно поставив жестянку на пол, Минхо сердито нахмурился, серьёзным тоном выдавая: - Хан Джисон... Услышав собственное имя, да ещё и произнесённое в подобной манере, парень испуганно стушевался, округлив глаза, мысленно готовясь к жёсткому выговору о бессмысленной растрате средств. Но в следующую же секунду оказался поваленным на кровать, со смехом обороняясь от шквала пламенных поцелуев, не оставивших без внимания ни сантиметр зажмуренного лица. - Если ты будешь и дальше так мило себя вести, мне придётся запереть тебя дома и никуда не пускать, - цепкие оковы обвили на талии, лаская бархатную кожу на пояснице. - Пожалей Чанбина, он же мне потом плешь проест, что я его кинул, - драматично вскинув брови, вновь звонко рассмеялся, парадируя надувшегося Со. - Тогда мне придётся опять победить его в камень-ножницы-бумага, и тогда никто не сможет посягнуть на моего Сон-ни. Наклонившись ближе, Минхо поправил растрепавшиеся волосы младшего, взглядом ценителя обегая юное лицо. Видеть счастливую улыбку любимого человека было истинным наслаждением, единственным в скупой серой жизни. Под пристальным надзором Хановы ресницы мелко дрогнули в немой просьбе. В голове вертелась тысяча нежных слов, но вместо этого Минхо подался вперёд, позволяя телу говорить самому за себя. - У меня тоже есть для тебя небольшой подарок. Не давая раньше времени чувственным поцелуям перейти в нечто большее, Минхо откатился, задирая свисающее покрывало. В его руках очутилась подарочная коробка, ожидающая своего часа под кроватью. - И кто после этого ещё милый, хён? С энтузиазмом принявшись тормошить бант, Джисон под бурные возгласы выудил две пары цветастых носков - у него их была целая коллекция, заныканная по всем уголкам дома, - с ещё большим трепетом докопавшись до большой толстовки, свёрнутой на картонном дне. Разноцветные акриловые брызги пестрили на мягкой на ощупь ткани, образуя некую абстракцию из клякс и ассиметричных фигур. На спине, в районе лопаток красовалась одна единственная надпись, выполненная в стиле граффити: J.One. - Хён, ты сам это сделал? - Не медля, тут же натянул подарок поверх уличной водолазки, счастливо ёрзая на покрывале в обновке. - Да, нравится? Потянув за шнурок капюшона, Минхо притянул шебутного мальчишку к себе, усаживая на коленях. Джисон утопал в складках размера оверсайз, но несмотря на это выглядел безмерно счастливым. - Очень. Я вновь сражен, - изобразив сердечный приступ, безжизненно повис на чужой шее, но сбитое дыхание, щекочущее ухо Ли, выдавало никудышного актёра с потрохами. Согревшиеся после улицы хомячьи щеки вновь приобрели бронзовый оттенок. Две неглубокие ямочки залегли в уголках Хановых улыбчивых губ, слишком довольных для того, кто симулировал остановку сердца. Придавленные капюшоном толстовки волосы комично топорщились, отливая мокрым песком под светом одинокой лампочки. Иногда Минхо начинал скучать по ядерно-рыжему беспорядку на голове, придававшему Джисону бунтарский вид проблемного подростка, встревающего в передряги. Аккуратная родинка на щеке была излюбленной изюминкой в композиции. Прильнув к ней губами, Минхо оставил живительный поцелуй, чувствуя, как хватка на шее крепче сомкнулась. Джисон был настоящим произведением искусства. Несовершенным и вполне человечным, но всё же творением великого гения, пославшего его на землю ради их встречи. - Я люблю тебя, - шёпот, утопающий в тишине простенькой квартирки, обставленной рисовальными принадлежностями с въевшимся запахом масляных красок. Тёплая ладошка Хана легла на щёку, царапая кожу сухими подушечками пальцев и обжигая холодом металлических колец. - Живи ради меня, хён. - Прикрыв глаза, Джисон прижался, целуя с искренностью, передавая через переплетение губ всю нежность и любовь, что только могли зародиться в сердце. Минхо на вкус отдавал мятными леденцами от курения, холодящими дыхание. Джисон был готов поделиться с ним каждым вздохом, каждым хриплым стоном, невзначай высвободившимся из груди, и приглушённым мыканьем, умоляющим не останавливаться. Махровый плед на постели смялся, повторяя очертание Хановой фигуры. Джисон чувствовал прикосновения обжигающих ладоней на проступающих рёбрах своей полыхающей кожей. Мозолистые пальцы творца, не знающего отдых. Они оба были людьми искусства. - Я не оставлю тебя никогда.***
- Минхо-я, а кто такой Ёнбок? - Болтая в воздухе ногами в тёплых гольфах с принтом авокадо, Джисон хрустел луковыми чипсами, лёжа на постели, попутно листая ленту. Где-то за его спиной раздалось сонное мычание, а на пояснице давление усилилось, по-видимому, из-за ёрзающей на ней щеки старшего, вырванного из объятий сна. - Это корейское имя Феликса, а что? Голос был заспанным, как и сам Минхо, лениво подползший сбоку и перекинувший через него ногу в собственнической манере. Не удержавшись, Джисон решил стащить у такого беззащитного и запредельно милого хёна поцелуй, но вместо этого сам оказался обворованным разжёвываемыми всё это время чипсами. - Айгу, я же говорил, что это не гигиенично. Ты передаёшь мне свои микробы. - Кто бы говорил, - отняв наполовину опустошённый тубус, Минхо выудил горстку картофельных пластинок, умышленно хрустя над самым ухом. - Так зачем ты спрашивал про Ёнбока? - А, точно, - перестав сверлить надутым взглядом, Джисон показал открытую в телефоне фотографию. - Кажется, тебе уже не придётся устраивать турнир по камень-ножницы-бумага. Прищурившись в потёмках, Минхо принялся разглядывать выложенный в Инстаграме Со пост с подозрительно знакомой светлой макушкой, выглядывающей из-за спины. То, что Чанбина на снимке обнимал не кто иной как Феликс, подтверждала краткая, но лаконичная подпись.[Самый лучший подарок - печенье от Ёнбок-и]
14.02.