Похищение

Первое, на что Питер обратил внимание спросонья, это высохшая одежда. Во вторых, этой одеждой оказались только футболка и боксеры. В ту же секунду он резко поднес руку к лицу и стал слепо нащупывать. Маски не было. Где она? Охваченный лёгкой паникой он вскочил и сел, оглядываясь; голова сию секунду отозвалась ноющей болью, а живот неприятно скрутило. Знал бы он, где он очнулся. Комната его была не маленькой, но и небольшой. Но в аренду её бы сдавали как большую спальню, — пронеслось на задворках. Окон не было, стены угнетали своей тусклостью и небрежностью. Без костюма Питер чувствовал себя голым, даже боксеры не помогали отделаться от подобных ощущений, и он бродил взглядом по всей комнате в надежде за что-нибудь зацепиться. И он зацепился. И очень этому испугался, потому что внезапно заметил силуэт мужчины, лежащего в углу и накрытого тонким пледом. Он был немного крупнее и старше самого Питера, отчего тот замолчал и внутренне смущался поглядывать на мужчину. Вот была бы у него хотя бы его маска… побрал бы он свою удачу. Конечно, он понимал: его похитили и, само собой, отобрали костюм. Но от этого деньги на новый в кармане не появились! При одной мысли о деньгах, живот жалобно заурчал, что со стороны желудка, с учётом сложившейся ситуации, было верхом наглости. Питер решил никак на это не реагировать, надеясь, что подобного больше не повторится. Плюс ко всему, мужчина в углу портил все планы Питера, потому что из-за него он не мог просто взять и использовать свои сверхспособности для побега, потому что: а) не был уверен, что такое вообще возможно; и б) не мог так глупо раскрыть свою личность. — Кто ты такой, черт возьми? — неожиданно пробурчал голос из угла. Питер подпрыгнул и прижался спиной к стене так, что, даже если бы пол внезапно провалился у них из-под ног, с Паркером бы ничего не случилось — он бы даже не отлепился от стены. — Я… — он заколебался. Очевидно, вариант с «привет, я Человек-паук» сразу отметался, но и с раскрытием своего настоящего имени нужно было быть осторожным, поэтому… Он снова взглянул на мужчину, главным образом, для того, чтобы просто выиграть время, но вместо этого завис с открытым ртом. Этого просто не могло быть. Ни при каких условиях, ни при каких обстоятельствах. Он не верил глазам, но при этом его сердце на короткий момент забилось в радостном ритме и будоражащем волнении. — Вы Тони Старк! Мистер Старк на мгновение закрыл глаза и вздохнул. — Я, кажется, спросил, кто ты, ребёнок. И позабыв о том, что он сейчас болтает с буквально самым богатым толстосумом Нью-Йорка, Питер не мог не ляпнуть свое коронное: — Я не ребёнок, — выпалил он. Да и вообще, если не брать в счёт моменты, когда он жаловался и упрямо спорил с тетей Мэй или сбегал от разгневанных копов, то, фактически, он не врал. Как никак, ему уже стукнул двадцать второй год. — Хорошо, мистер Не-ребенок, кто вы тогда? — спросил мистер Старк, поднимаясь на ноги и для поддержки опираясь ладонью на стену. — Эм… — что же ответить? Что же ответить? — Питер. — А фамилия у тебя есть, «Питер», или оно ещё более неразборчивое? — оглядывая комнату, потешался Тони. Его взгляд медленно перемещался с запертой двери, к серым стенам и факту, что здесь даже окон не было. Но его взгляд немного смягчился, когда опустился на испуганное лицо молодого парня. — Питер Морган, — так представился он, судорожно почесывая затылок. Старк задумчиво кивнул и вернулся к разглядыванию их маленькой темницы. Питер же изучал взглядом мужчину, разглядывая его с головы до пят. По нему было видно, что он был очень истощен, а в мешках под глазами, казалось, можно было спрятать труп. Питер подумал, выглядел ли он так же сейчас, или быстрый метаболизм скрывал его точно такое же истощенное состояние. — Есть, что сказать, Питер? — спросил спустя некоторое время Старк, определившись с тем, как будет называть ребенка, сидящего в углу напротив него. — Знаете, если бы мы сейчас не сидели взаперти, то может быть и было… — замолчал Питер, отстранено оглядывая комнату. С одной стороны, самой суматошной, он хотел произвести впечатление на Тони Старка (не каждый день и не каждому выпадает возможность оказаться с самим Тони Старком так непозволительно близко), но с другой, более рациональной, нужно было сосредоточится на побеге отсюда. Хотя чем он ему поможет? Жизнь на улице не была такой уж фантастической, чтобы иметь желание снова туда вернуться. Долгое время они просто молчали, и Питер поглядывал на скомканное в углу одеяло Старка. Радует, что хоть кому-то повезло немного выспаться. Здесь не было ванной, да и вообще ничего, кроме шершавых стен и огромной металлической двери. — Я подумал, — слегка дрожащим голосом нарушил тишину Питер, — что вы, наверное, ничего обо мне не знаете… — Ребенок, я ничего о тебе не знаю, — равнодушно, как показалось парню, бросил Тони. — Думаю, здесь особо нечего знать, — он затих и снова огляделся. — Как нам отсюда выбраться? — через секунду снова заговорил Питер, носком чертя круг на грубом бетонном полу. Ему нужно было сосредоточиться на чем-то, чтобы хорошенько подумать. Они даже не знали людей, с кем имели дело. Если «они» вообще были людьми, пронеслось в голове Питера. — Штатский? — был вопрос Старка, что ошеломило Питера на мгновение. — Эм, да. Да, я штатский. Обычный, дружелюбный сосед, — он слегка улыбнулся мужчине и хотел было протянуть руку для пожатия, но передумал. Слишком рано, Паркер. — Ты странный гражданский, — бросил Старк, подходя к двери. От такого изречения Питер поник и сжался. — Странный? — Потому что все, кого я знаю, противники закона, — выдал Тони, проводя пальцами по краю дверного косяка. — Ну конечно, — фыркнул он, — теперь я практически не знаком с представителями государства. — Ну, знаете, — застенчиво воскликнул Питер, скрестив на груди руки, — Я же из Нью-йорка. Мы давно к этому привыкли. — Так, откуда ты? Я имею в виду в городе, — спросил Старк. Он начал постукивать пальцем по двери, как бы намеренно изучая. Питер тут же закатил глаза. Неужели Тони пытался вести светские беседы, пока они торчали, черт знает где? — И, кстати, — Тони выпрямился и развернулся к Питеру. — Где твоя одежда? Но прежде чем Питер успел выдавить из себя ответ, в дверном проеме послышался щелчок. Нервно переглянувшись, они тут же оба уставились на дверь. Выражение лица Тони стало более озлобленным, поза — оборонительной. Брови сдвинулись к переносице, а мышцы напрягались, демонстрируя накачанные плечи и руки. А Питер только и думал, как нелепо он выглядит без одежды (и чтобы там ни говорила ЭмДжей, костюм из спандекса — не то же самое, что и нижнее белье). Скрип петель резанул по ушам, и дверь с шумом распахнулась. Живот Питера скрутило от страха, и он, посмотрев на каменное лицо Тони, позавидовал, что не может выглядеть точно также. Он попытался сосредоточиться на том, что могло бы заставить его улыбнуться, и только тогда лёгкая улыбка коснулась его губ, жаль, его новый сокамерник этого не заметил. За порогом оказалась женщина с тугим конским хвостом, что вчера отняла у героев свободу. На ее плечи был накинут элегантный пиджак, а строгая юбка-карандаш облегала узкие бедра. Картину завершали лакированные туфли на высоком и тонком каблуке. — Чего тебе от нас нужно? — сразу подал голос Тони. Это был момент, когда Питер мог сказать что-нибудь крутое типа: «Тебе это никогда не сойдёт с рук» или /«Мстители придут за нами, имей в виду». Но вместо этого он, как обычно, сморозил какую-то ерунду: — Этому месту можно поставить лишь две звезды из пяти. Тони с недоумением на него глянул, но Питер проигнорировал его взгляд: сейчас были дела поважнее. А именно — женщина, зловеще застывшая в дверях их камеры. Ответа не последовало, и тогда Тони без предупреждения выступил вперёд и занёс кулак над головой. Похитительница тут же отступила назад и, зажав кнопку на пульте дистанционного управления, заставила Старка свалится на пол перед своими ногами и стиснуть зубы от боли. — Окей, теперь я согласен только на одну звезду, — поправил себя Питер. — Можешь помолчать, Питер, — попросила она. Голос её был таким же мелодичным, как в тот вечер, словно она знала все их грязные секреты. — Кстати, миленькие боксеры. Питер моментально отпрянул, согнувшись от ее едкого комментария, будто хотел спрятаться от ее пронзающего взгляда. — Не трогай ребёнка, — прохрипел Старк. — Бедняжка, — она снова зажала кнопку на пульте, и пронизывающая до костей боль отпустила Старка, позволяя тому подняться. Колени Питера подогнулись от внутренней тревоги. — Простите, — прошептал Питер, обращаясь к Старку. — Не переживай, Питер, тебя тоже не обделили, — и она потресла пультом перед ними обоими, зажимая на этот раз другую кнопку. Живот Питера тут же скрутило от боли. — Я сказал, оставь ребёнка в покое! — Но тогда в чем цель держать его здесь? — с насмешкой переспросила женщина. Её образ все ещё казался загадкой и переключался между скромной секретаршей и безжалостным палачом. — Мистер Старк, я и сам могу за себя постоять, — уверял Тони парень, не сводя взгляда с их похитительницы и пульта в её руках. — О да, я уверена, можешь, — согласилась с ним она, не сводя с Тони взгляда. — Ребёнок… — в тревоге пробормотал мужчина. — А сейчас, — она прошла чуть дальше в комнату, оставляя дверь открытой. Вытянув шею, Питер разглядел за ее спиной точно такой же, как эта каморка, серый и безжизненный коридор. — Сейчас? — от нетерпения повторил за ней Питер, от страха покрываясь мурашками. — Я, кажется, уже просила тебя помолчать, Питер? — угражающе, словно школьный учитель, рявкнула женщина. Но стоило ей глянуть в другую сторону, в ее глазах озарился понимающий огонёк. Старк предупреждающе глянул на Питера и вмешался. — Чего тебе от нас нужно? — строго переспросил Тони, возвращая былой контроль над разговором. — Оу, поверьте мне, у меня на вас много планов, — хитро улыбаясь, пропела она, но парни не клюнули на её улыбку. — Питер интересен мне тем, что он из себя представляет, — продолжила, проходя мимо них обоих и задерживая взгляд на Паркере. — А точнее тебя никто не учил говорить? — рявкнул Старк, не разжимая кулоков. Питер промолчал, боясь, что слишком много тайн раскроется, если он, не дай Бог, ляпнет что-нибудь лишнее. Жить своей жизнью, вечно скрываясь и прячась от закона, и в то же время хранить тайну личности Человека-паука было сравнимо лишь с канатным балансированием. И попав в такую ситуацию, Питер каждый раз страшился не выдержать и упасть. — А вы, мистер Старк, наш неожиданный гость, интересны тем, кого вы из себя представляете… Ваш разум, — она вздохнула, но искренняя похвала не затмила злостный блеск в ее глазах, — он гениален. — Тогда свяжитесь с моими людьми, ибо с моими личными почасовыми процентами вы вряд ли сможете расплатиться, — фыркнул Старк. Но она в ответ, все также улыбаясь, лишь подняла пульт в воздух и заставила вздрогнуть от потока скользящей боли. Его лицо покраснело, и Питер видел, как тот пытался сдерживать свой пылающий внутренний гнев. — Но, — она хлопнула в ладоши, разглядывая своих пленников и не обращая внимания на злобу Тони. — Сейчас мне нужен только милашка Питер… Морган? Ты ведь так представился? Не переживай, Тони, мы скоро вернёмся. Или может, — она оглядела Питера с ног до головы, — чуть дольше, чем скоро. — Наконец, покажете мне, где ванная? — дабы отогнать мигом налетевший страх, спросил Паркер. А поскольку ему казалось, что его вот-вот вырвет, сказать хоть что-то уже считалось достижением. — Если понадобится — конечно, но признаюсь, мы поставили на тебя многое, — затем она повернулась к Тони, — когда мы вернёмся, надеюсь, ты будешь хорошо себя вести. А если нет, — она предупреждающе склонила голову. — Не думаю, что тебе хочется, чтобы этот невинный парнишка пострадал по твоей вине, ведь так? — Со мной ничего не случится, мистер Старк, — увереннее, чем являлось на деле, произнес Питер. Дверь за ними захлопнулась, и по всему коридору эхом прошёлся глухой грохот. Никого здесь, кроме них, не было.

***

Дверь захлопнулась, и Тони тут же бросился к ней, яростно стуча в нее кулаками. Теперь, оставшись в одиночестве, он не боялся, что она сможет манипулировать им через пульт, когда их отделяла огромная металлическая дверь. — Только попробуй его тронуть! — грубо крикнул он. Было ли его вообще слышно через дверь? Было. Тони не видел, но Питер обернулся на его крики и сжал губы в дрожащей улыбке, тогда как их похитительница не обратила на стуки ни малейшего внимания, продолжая гордо идти вперёд, звонко стуча каблуками. Когда в коридоре воцарилась мертвая тишина, Тони надеялся услышать топот бегущего назад Питера с ключом к их освобождению. Но тишина не нарушалась, и надежды быстро рассеялись. Он не знал, не понимал, что из себя представлял Питер, поэтому не мог ему доверять. Что ж, скрестив ноги, Тони в задумчивости присел на одеяло, доверие — не то слово. То, как он обращался к женщине, — она, кстати, до сих пор не представилась, — звучало правдоподобно. Уверенно. Одно дело — глупо шутить, и совсем другое — оставаться при этом рассудительным. Он не злился, не заикался, не нервничал. Он держался убеждённо. Наедине с Тони он краснел и заикался, но все равно не терял тревожной рассудительности. Он ни разу не встречал никого, кто отреагировал бы на подобную ситуацию скромной улыбкой. Он вспомнил его сжатые губы, кривую ухмылку, беззаботную и манящую. И покачал головой, проясняя мысли. Может, этот ребёнок просто клинически не в себе? Стоило ему об этом подумать, как он тут же закатил глаза. Надо выбираться отсюда. Хватит думать от этом Моргане. Но что-то в этой фразе было не то. Что-то не связывалось. Он нахмурился и повторил ее про себя ещё раз: Надо выбираться отсюда. ИМ надо выбираться отсюда.