Апрель со вкусом счастья.

Все строят планы…

Акико сильнее натянула капюшон серой толстовки, пряча лицо едва ли не наполовину, плотнее кутаясь в джинсовую куртку, одетую совсем не по погоде. Она приоткрывает рот и выдыхает воздух, который сразу становится паром. Ей было очень холодно, что хотелось оказаться дома побыстрее, но такой возможности не было. Вообще дом стал ещё одним местом, в которое теперь лучше не соваться. Докуро не привыкла жаловаться, но сейчас бы действительно выпить, хотя бы просто горячей воды. Раньше такое скитание по улицам и барам доставляло удовольствие, даже когда на термометре был минус, а сейчас это конкретно подзаебало. Докуро считала, что это не самый худший способ избавиться от Ястреба, но в данный момент закрались сомнения, что он таковым не является. Жить у Даби было можно и круто, но он не появляется уже вторые сутки. Он и раньше любил пропадать, только вот писал смс с адресом, где если что можно будет забрать его труп. Громилы кстати, которые поставляют дурь только с ним, довольно дружелюбны, поэтому они ещё ни разу не выковыривали его туловище из сырой земли, но вот сегодня Твайс и Тога могли достать её. Они завалились в ночи и настойчиво убедили девушку, что им плевать, кто будет доставлять товар. Только вот, нихуя не понятно, что делать с пачкой зелёных в кармане. Интуиция шепчет прямо в затылок о кураже, в который Акико попадёт, если Тодороки не явится в ближайшее время. Умирать как-то совсем не хотелось, что не удивительно. До весны оставался какой-то жалкий месяц, а она так её ждёт каждый год, грустно было бы пропустить. Девушка шмыгает носом и вглядывается в толпу, ожидая белобрысую макушку, которая обещала появиться ровно в пять. Она достаёт мобильный из кармана и набирает номер. Ещё немного нерасторопности от блондинки и Акико просто окоченеет. — Где тебя черти носят? — сразу же без приветствий спрашивает девушка, как на том конце отвечают. Ответ кстати весьма не утешительный, потому что: «Они знают куда меня принести», никак не ограничивается временными рамками. Докуро на долю секунды задумывается о переезде в другой город, но отметает эту идею сразу. Токио бросать не хотелось, он стал ей уже родным со всеми своими изъянами. Может это было ещё одним переломным моментом в бросании университета: тот находился в другом городе, который не приглянулся ей сразу же. План действий определенно надо бы подредактировать, но пока не ясно, как именно. Единственное, что лезет в голову, это побыстрее зайти в аптеку, потому что чувствуется подступающая простуда, а этого для полного комплекта ещё не хватало. Докуро шмыгает носом и вытирает его рукавом, ведь ничего более подходящего с собой у неё нет. Наконец ожидание оправдывается и около неё тормозит блондинка, хватая девушку сразу за руку и таща в один из переулков. — Ты всё сделала? — спрашивает Тога, не соизволив даже извиниться за опаздывание, хотя, всё как обычно. — Да, — кивает Акико и достаёт купюры из кармана. — Куда их теперь? — Себе, — улыбается во весь рот Химико. — Или можешь мне. — Подожди, — тормозит её потянувшиеся к денькам ручки Докуро. — За это так много платят? — засомневалась она. — А ты думала Даби за «спасибо» это делает? — пропустила смешок блондинка. — Я ему их отдам, — засовывается банкноты обратно девушка. — Они просто воняют уголовкой. — Глупая, — отмахивается от неё Тога, — Деньги не пахнут. Только если на них не попала кровь, — мило склоняет она голову набок. Докуро быстро зажимает Тоге рот и опускается вместе с ней за мусорный бак. Твою мать. Она ударяется затылком о стену и офигивает. Патрульных машин стало слишком много. Можно сказать дофига, а их сирены орут казалось на весь район. Химико перестала рыпаться и округлила глаза так же, как и Акико. Ещё один удар затылком и она впервые задумывается о суициде, потому что это кажется реальным выходом из чертового лабиринта, в который та попала. Около них падает обломок здания и хорошо, что Тога не впала в такую же прострацию, потому что она успевает потянуть за собой Докуро в сторону. Они обе поднимают свои лица вверх и ни одна не хочет верить, в то, что видит. Пламя Даби повсюду, вот только… Оно фиолетовое. Улица вокруг полыхает, а именно этот узенький переулок заваленный мусором, будто ограждён от разрушений. Химико прикрываем рот ладонью и тогда то до Акико доходит. Он предупредил её. Только какого хера Тодороки сейчас разрушает вместе с городом свою жизнь? — Мы не можем просто так сидеть, — не выдерживает блондинка. — Знаешь, вообще-то можем, — бьет её по лодыжкам ногой и кутает в свои волосы Докуро, как только она поднимается на ноги. — Да он пачками людей косит, — достаёт нож девушка, но это бесполезно, ведь волосы брюнетки каменеют. — Вижу, — сквозь зубы рыкает Докуро. — Хочешь стать одной из них? — Что? — не понимает Химико. — Телефон с собой, — откидывает свой с разбитым экраном в сторону Акико, попытавшись его включить. Тога обещает не рыпаться и тогда Докуро опускает волосы. Всё как в тот день. Один в один. Осталось убедиться лишь в одном и она это делает, как только включается экран мобильного с прямым эфиром. Глаза Даби фиолетовые. Это всё объяснило. У тех из бара причуды тоже были фиолетовые шипы, бицепсы, кислота. И главное глаза. Совсем нечеловеческие глаза. Вот чем он заплатил за её покой. Так и знала. Только бы знать, что теперь с этим делать? Даби не из тех, кто не оставляет себе пути отхода. Значит она просто обязана найти их. 🍡🍡🍡 Жизнь как игра в шахматы, прежде чем сделать шаг, надо хорошенько подумать. Тут действительно стоит действовать взвешенно. Так Акико и делает. Правда нихера не взвешенно потрошит квартиру Даби. Там оказывается такая куча всего, что запутаться можно. Твайс разбирает ненужное обратно по местам, чтобы не выдать их троих, если наведается полиция с обыском. Нет, не так. Когда наведается. Тога умело сжигает в раковине найденные, фальшивые документы на каждого из них и вроде как перестаёт наматывать сопли на кулак. Когда-то они решили, что верить могут только друг другу, и она это делает. Верит в Докуро, которая не совсем понимает, что будет дальше, но пытается найти подсказку, хоть малюсенькую, чтобы предпринять хоть что-то. Даби рассказывал в пьяном угаре, что они все не «‎ты», не «‎я», не «‎он», не «‎она». Они — «‎мы». Тогда Акико поняла, что это самое сильное слово на свете. «‎Мы» — учит жить не только для себя: поддерживает, утешает, вдохновляет, это лучше, чем каждый по отдельности. Оно даёт практически всё, чего они были лишены. Какого хера он так сильно сейчас просирает их это гребанное «мы»? Девушка откидывает в сторону ещё одни документы и вот тебе на. Она настолько резко встаёт на ноги, что Твайс шарахается в сторону от неё. Судя по загадочности текста на листке либо Тойя обкурился, когда заполнял бланк, либо это именно тот малюсенький шанс. — Не может быть, — присвистывает Джин, заглянув в листок через плечо брюнетки. — Ты знала? — обращается Акико к Тоге. — Смотря про что ты, — сразу же включает воду и тушит тлеющие обрывки в раковине девушка. — Салон всегда принадлежал ему? — хмурит свои брови брюнетка, сверля её взглядом. — Чего? — переспрашивает Тога. — Ты хочешь сказать, что этот псих — начальник, был Даби? — Не хочу сказать, — складывает листок Акико, — А говорю напрямую. На долю секунды желание помочь Тойе пропало. Как-то сразу вспомнились все отказы на выходные, все не одобренные «начальством» цвета красок, задержка поставки иголок… Но это было только действительно на долю секунды. Любой другой не понял бы такой откровенный пиздёшь от друга, но она понимала, поэтому чувство вины перед ним выросло ещё большей скалой и опустилось ей на плечи. Когда Акико завязала с помощью Тоге, пришлось перебиваться подработками. Не лучшими, к слову. Платят мало, контингент не очень. Никому было не надо школьное образование, а где оно не требуется — однозначно мрак полный. На одном месте сложно было даже месяц проработать. В плане общения с людьми, она профан полный, поэтому много начальников отказывали ей сразу. Тодороки смеялся тогда, как и положено настоящему говнюку, но сделал больше, чем кто-либо делал для неё за всю жизнь. Акико обязана ему. Осталось только научиться мыслить как «говнюк». — Ты сожгла всё? — ринулась она к раковине большими шагами. — Вроде да, — опомнилась Тога и последовала за ней. — Что-то не так? — Трудовая, — запустила руку в волосы, которые вздыбились Акико. — Блять. — Вот эта? — вынула ту из кармана Тога, виновато опуская глаза в пол. — Эм-м, — вскинула брови брюнетка. — Там другое имя, хотела кредит взять, — объяснила девушка. — Потом возьмёшь, — выхватила ту из её руки Докуро. — А мне можно? — выпучил свои глаза Джин. — Да. Когда приберешь здесь всё, сразу сваливай, — указывает пальцем на раковину брюнетка. — Ты, — тыкает пальцем в сторону Тоги она. — Со мной пойдёшь. — Куда вы? — обеспокоился Твайс. — Хочу, чтобы полиция нашла моего пропавшего начальника, — накинула потертую, кожаную куртку девушка. Прошло ровно два дня. В самый раз тянет на заявление о пропаже. По всем меркам закона можно и на похищение намекнуть, и версии накинуть. Она разминает шею и буравит ключ в своей руке взглядом. Тога забирает его себе и проталкивает под дверь. Им он больше не понадобится. Ещё минус одно место жительства и новое чудесное соседство с Химико и ножами. Акико уже не знает насколько ей хватит сил, чтобы так долго бегать. Кажется ещё немного и ее кукуха улетит на юг из-за усиленной мозговой активности, которая происходит беспрерывно больше тридцати часов. Голова просит и молит об отдыхе, но в данный момент не до этого. Даби так и не был схвачен, но на него идёт облава по всему городу. Заявление должно натолкнуть на мысль и шанс, что парень не по своей воле громил всё вокруг. Могли заставить? В теории — да, и полиция будет обязана проверить. Проверить так же как его дом, в исследовании которого он окажется вполне законопослушным. Она на вскидку вспоминает сколько приводов у него в участок и в каком возрасте. Всё было бы круто, если бы не прошлый год. Попался, как лошок, с травкой в кармане. Тогда она смогла доказать, что это для личного пользования, и даже справку на легальное ношение замутила. Осталось надеяться, что её не проверили на подлинность. — Зачем мне идти с тобой? — нахохлилась Тога, сложив руки на груди. — Поддержка? — предположила Докуро. — Я быстрее тебя начну материться, ты знаешь, — зашла в лифт девушка. — Главное, не ударить никого, — усмехнулась кривовато Акико. — А ещё вход. Как только я туда зайду, создам себе возможность не выйти. — Что я должна буду сделать? — оживилась Тога. — Взорвать машину? — Вполне сойдёт, — обдумывающе покачала головой от плеча к плечу Докуро. — Я не уверена, что мы вытащим его, — в миг блондинка помрачнела. — Что тогда? — Мы вытащим, — уверенно произносит Акико. — Ты что-то не договариваешь, — сразу же выпаливает она. — Было бы что, договорила. Он молчал последние время и мы ещё поссорились, — пинает метал Химико. — Какая я идиотка. — Идиотка? — переспросила улыбнувшись Акико. — Нет. Ты психованная, так что у нас идеальная команда. Шизоид, психопат, депрессивная. Брюнетка затаила дыхание. Впервые на памяти девушки Тога обняла её, впервые была такой уязвимой. Акико неуверенно провела рукой по её макушке. Она прекрасно понимала какого ей. Если им с Твайсом не по себе, то что чувствует она? Химико назначила встречу, как он и сказал ей по телефону, ещё не подозревая, что это может оказаться их последний разговор. Это даже не дерьмово, это ад. Наверное поэтому та сейчас её слушается. Она в лаве плавится, а из неё трудновато творить безумства. — Нож, — проговаривает Докуро, когда лифт тормозит. — Ты про этот, — мигом вытащила блестящий предмет Тога и улыбнулась, будто не было того, что она сделала. — Оставишь его здесь, — делает шаг на выход брюнетка. — Но он коллекционный… — проныла двушка ей в след. 🍡🍡🍡 Акико постукивает подушечками пальцев по столу и устало вздыхает. В полицейском участке пахнет… Полицейским участком. Запах въевшейся, кофейной гари и немного табака. Ее губы сжимаются и разжимаются, то-ли от раздражения, то-ли от длительного ожидания. Скорее тут два фактора играют. Она старается не смотреть на пухлого мужчину перед собой, который вбивает ее показания в компьютер. Он определенно изучает ее взглядом, но может не пытаться. Собственный психологический портрет задействован на ноль целых ноль десятых. Сейчас она недовольный работник, которому вовремя не заплатили зарплату, поэтому срочно надо найти нерадивого босса и наказать, а то пропал, когда за ним парнишки какие-то заехали. Конечно поделом ему, надо платить не только зарплаты, но и арендную плату вовремя, может так дурь из него выбьют. Прям печаль. Докуро собой довольна. Могла бы похлопала, не просрала задатки аферистки. — Долго ещё? — цокает недовольно брюнетка. — Вы здесь только сорок минут и я хочу сказать, что это ещё быстро для такого дела. — дружелюбно улыбается ей офицер. — Сорок три. — поправляет его она. — Мне, знаете, не до этого. Найдёте хорошо, нет и черт с ним. — А как же зарплата? — опешил мужчина. Кнопка. Он нажал кнопку вызова ровно пять минут назад. На тревогу не похоже, но пора линять, иначе присутствие Тоги не поможет. У неё ровно семнадцать минут до создания кипиша-это слишком долго. Акико поворачивает свою голову и, черт, надо было раньше осмотреться, пока не посадила свою жопу на этот ебанный стул. Совсем последовательность из головы вылетела, учитель будет расстроен, как только найдётся. Ладно, плюсы на вскидку. Твайс и Тога в розыске — круто. Тодороки, как особо опасный преступник на отдельной доске со злодеями висит — ещё лучше. Ее нигде нет, но никто не отменял электронные наводки. Путь отступления, пока Химико не засветилась. Поиск. Запрос одобрен. — Могу я хотя бы воспользоваться уборной? — недовольно спрашивает она. — Да, конечно. По коридору на право. — указывает в сторону от выхода офицер. Общая уборная не пойдёт. Там решетка. Здание с камерами на стенах и двухэтажное. Клетка на первом, основной отдел по работе с гражданами тоже. Туалет для сотрудников на втором. Все просто. Выход найден, навигатор включён. Акико оставляет свою пустую сумку на стуле. Чертов гарант, из-за которого девушка обязательно вернётся и никому не надо знать, что только если в следующей жизни. Она облизывает свои губы и проходит мимо молодого парнишки в форме героя. Засмотрелся. Отлично. Значит запомнит и скажет, что Акико шла в направлении уборной. А когда на улице рванет машина, по-любому упомянет, что та была в толпе выходящих. Какая-то фишка с психикой. Даби так и не успел объяснить, как она работает, но та правда срабатывает всегда. Люди будто пытаясь вспомнить детали, сами рисуют заинтересовавшего их человека в толпе мельтешащих голов. Дело за малым. Оттащить Тогу пораньше, чтобы не подзалипла на огонь, как обычно. Докуро достаёт кепку из заднего кармана, но не успевает надеть ту, как ее выхватывают. Она оборачивается и похоже пиздец не то слово, которое сюда подойдёт. — Хочешь свинтить? — спрашивает женщина, похожая на кролика. — С чего в друг? — непонимающе ведёт она плечами. — С того, что это не этаж для граждан. — оглядывается белобрысая. — Могу помочь. — Что возьмёшь в замен? — хмыкает Докуро, понимая, кто перед ней. — Кепку? — Ничего. — отнекивается Руми. — Просто хочу помочь. — Ты слишком добренькая. — отходит на шаг Акико, пропуская одного из офицеров. — Это подозрительно. — А может я хочу подружиться? — улыбается женщина. — У нас похоже много общего. — Поняла это по прослушке? — усмехается Докуро. — Можно и так сказать. — засмеялась Руми. — Так что? — Сама разберусь. Но раз решила не задерживать меня и мы похожи по твоему, придерживайся этого до конца. — идёт дальше Акико не рассчитывая, что та действительно не пойдёт за ней. — Подожду тут, если не сработает. — говорит ей в след Руми. — И спасибо за кепку. Она действительно не пошла. Черт, похоже пора покупать лотерейный билет. А, нет, не пора. Окон нет. Докуро тупо таращится в стену и потом взвывает в голос. Тут не то что лотерейный билет, тут с таким везением из дома лучше не выходить, желательно ещё, чтобы этот дом был в бункере. Акико смотрит на свои часы и нет времени даже попричитать. Совсем туго. Как же без попричитать? Что ж. Новая идея. Желательно гениальная, пришло твоё время. Это сука, конечно же, обещает не появляться. Может в последний момент как обычно, тогда как минимум стоит держаться поближе к выхожу минут через пять. Девушка судорожно припоминает где стоял кулер. Вот бы около выхода. — Смотрите-ка кто вернулся? — отрывается от стены Руми, как только она выходит. — Что не сработало? — Издеваешься? — кривит губы Акико. — Немного. — натягивает на ее голову кепку женщина. — Я все ещё готова помощь. — Зачем тебе это? — тормозит она ногами в пол, когда Руки начинает ее тащить за собой. — Потом. — напрягается белобрысая. — Время на исходе, да? — спрашивает та. — Ты кто такая черт возьми? Какого хера? — повышает голос Акико. — Помолчи. — затыкает ей рот согнутой рукой она, а со сторон, Докуро поклясться готова, что это похоже на объятия. — У вас все в порядке? — спрашивает офицер появившийся из-за угла. — Да, у меня все под контролем. — уверяет его Руки. — Представляешь, Жан, не виделись с ней лет сто. — Одноклассница? — улыбнулся он. — Ага, приехала недавно, замуж вышла, ребёнка вот родила, а я и не в курсе. — возмущается Руки и трепет Докуро в своих руках сильнее. — Только не задуши ее, а то придётся посадить тебя. — выдает шутку века мужчина и уходит. — Готова поверить мне? — выпускает брюнетку Руми. — Только дай позвонить. — жадно глотает воздух Акико. 🍡🍡🍡 — А ты не особо разговорчивая? — садится за столик Руми и ставит перед ними два стаканчика с кофе. Голос у неё такой приторный, как сироп, который Акико не переносила. Все до безумия странно. Похоже кукуха все же улетела. Женщина правда вывела ее из здания и офигевшей Тоге такси оплатила. Вот ещё и кофе угостила. Что, мать его, взамен? Ничего не бывает бесплатно. Максимум услуги шлюх, которые втюрились в своего клиента. Но они же дуры полные. Руми на дуру не смахивала. Вообще ни капли. Докуро ждала Ястреба. Появившись, он бы развеял рассуждения о поехавшей крыше, но мужчина не приходил, а они уже довольно долго вместе находятся. — Мамуля. — начала девушка, но голос вырвался слишком хриплым, что пришлось прокашляться. — Мамуля просила меня не говорить с незнакомцами. — Такие ли мы незнакомцы? — Руми сделала глоток и кивнула ей, чтобы та тоже попила. — Ты наверняка знаешь мое имя, а я твоё. По меркам большого города мы довольно близкие люди. Акико снова бросает взгляд в сторону окна и делает глоток, хотя кофе терпеть не могла. Пальцы начинают трястись слишком заметно, когда ставит стаканчик обратно, поэтому она спешит спрятать руку в карман куртки. Народу довольно много для такого времени. Все столики забиты. Шумно. Она никогда не любила такой шум. Ещё и дневной свет прямо в глаза лупит. Вообще не ее стихия. Волосы шевелятся словно змеи и никак не получается их угомонить. Лучше бы на холоде поговорили, там они хотя бы замирают. Ее волнует не только волосы, но проще зациклиться на минимальных недоразумениях, потому что если сейчас она подумает о большом недоразумении, мозг лопнет окончательно. Голова болит так, что хочется лечь спать прямо тут на полу. Твайс ещё нескончаемый поток сообщений отправляет, в которых разумности особо нет, но зато он перетаскивает их вещи. Не важно какие, это уже что-то. — Я понимаю. — начинает Руми. — Что Ястреб у тебя уже в печенках сидит.  — И поэтому сдала меня? — сразу спрашивает Акико очевидное. — Нет. — вздыхает женщина и смотрит на неё, как на глупого ребёнка. — Я не хочу тебя сдавать. Не хочу заставлять. Но ты могла бы просто подумать.  — О чем? — вздымаются ее волосы сильнее. — Я не хочу иметь дело с вами. Мне своих загвосток хватает. — Не горячись. — дотрагивается до волос Руми и пытается их уложить. — Мы хотим позаботиться о тебе. Я хочу. — Удочерите меня? — язвит Докуро и выдыхает, чтобы пряди перестали творить херню. — Все то время, что я наблюдала за тобой со стороны. — садится обратно женщина и улыбается ей грустно. — Показало мне только одно. Ты умная. Очень. Ты заслуживаешь жить иначе и свобода тебе нужна не в ущерб себе. — С чего вдруг ты решила что знаешь меня? — фыркает Докуро. — Думаешь умный человек на это поведётся? — Могу я попробовать? — оглядывается Руми и прикрывает лицо ладонью. — Отвернись от туда. — Кто там? — следует ее совету Акико и облокачивается на свою руку, полностью отворачиваясь к стене. — Знаешь что такое маскировка? — быстро тараторит белобрысая. — Блять. Да единственное что у меня с собой есть-это маркер. Какая нафиг маскировка? — шипит сквозь зубы Докуро. — Сойдёт. — вытягивает ладонь вперёд Руми. Она берётся за ее подбородок и вырисовывает что-то, а затем натягивает капюшон посильнее на лицо. Акико не то что в ахуе, больше в неразберихе. Руми показывает, что лучше кепку снять и выпучить живот. Только тогда Докуро замечает офицера с мужчиной. Его шрам… Он напоминает ей до безумия кого-то, но она не может точно сказать где его уже видела. Может не будь брюнетка настолько усталой то вспомнила. Руми мельтешит и пишет на салфетке номер телефона, передавая тот девушку. — А теперь иди медленно в выходу — говорит Руми. — Скорее всего он на тебя даже не посмотрит, ведь опять залип в своём телефоне, но я даю тебе возможность уйти. — Стой. — хлопает глазами Акико, выставляя расправленную ладонь перед собой. — Тогда зачем нужен был весь этот кошмар? — показывает пальцем на своё лицо она. — Весело. — рассмеялась Руми и помахала мужчине. — Привет, Жан. Тоже кофе решил попить? — Иди сюда. — тянет на себя женщину Докуро. — Что ты делаешь? — тыкает в ее щеку пальцем женщина. — У меня вообще-то девушка есть. — Очень рада за тебя. — мило хлопает глазами Докуро. — Думала, что я просто так тебе спущу это с рук? — открывает она маркер. — Надо было никогда не отдавать тебе его. — добродушную тянет седовласая. — Хочу бабочку на щеке. — подставляет она сама своё лицо. — Тогда точно обойдусь без них. — поднимает краешек губы вверх Докуро. В любой толпе найдутся хорошие, плохие и странные люди. К кому отнести Руми, которая болтает с ней, как с действительно старой знакомой она ещё не знала. Ее рассуждения звучали очень убедительно и действительно можно было бы попробовать. Не для себя. Для Даби, Тоги и Твайса. Правда мотивов женщины было не понять. С чего бы Акико стала такой значимой? Видела она преступников и знает, что те одержимы какой-то дичью, но это все, что ей известно, из этого ничего не склеишь. Миллионы догадок не приносили ничего, кроме такого же миллиона вопросов. Планы, куда покатились ее планы? Наверное у Тодороки они тоже были и у Руми они есть, вот бы ей на пользу.

Все строят расписания и планы, но никто не знает, доживет ли он до вечера, ведь все может перекрутиться похлеще клубка ниток.